Глава 11. Новая стратегия

Я ждала чего или кого угодно, но только не этого.

С видом поруганной невинности в кабинете нас встречал Барсов. Заметив меня, входящую последней, он поднялся, накренился вперед, словно собираясь нападать, и прорычал:

– Яр-ра! Ты должна мне кучу денег!

– За что это? – поразилась я.

– Из-за твоей выходки с имитацией дара, я ходил к дорогущему врачу-магу! Проверялся!

– Серьезно? – Я улыбнулась. – Ты – большой молодец. Хвалю. О себе нужно заботиться. Мне вот постоянно жалко тратить деньги на подобную роскошь.

– Не пудри мозги! – Дан мотнул головой. – Сумму, которую ты мне должна, я записал, листок лежит на твоем столе! Выплатишь все до копейки, и тогда я забуду о твоем мошенничестве.

– О каком? – Я вскинула брови. – Ты меня с кем-то путаешь, Дан.

Он попер вперед. Иначе его странную тяжелую походку назвать не получалось. Шаг за шагом, как медведь на жертву. Не сводя с меня обозленного взгляда, Барсов повторял:

– Верни. Мои. Деньги.

Краем глаза я заметила, как Максимус дернулся вперед. Выставила руку, не позволяя ему вмешиваться, и, подхватив с соседнего стола степлер, задумчиво уточнила:

– Что бывает за нападение на лейтенанта полиции при исполнении?

Дан остановился в шаге от меня. Мы скрестились взглядами, и я продолжила:

– Понятия не имею, почему некоторые люди считают, что могут бросать в адрес других издевательские насмешки и оставаться безнаказанными. Со мной это никогда не прокатывало. На втором курсе обучения меня едва не отчислили из академии за серьезную драку. Парень, который подставил нас с соседкой, получил по заслугам. У меня отличные боевые навыки, Барсов, и в пылу гнева и в борьбе за справедливость я могу сделать невероятное. Фантазия дикая, силища просыпается нереальная, а уж если еще и подручные материалы попадаются – вообще красота. Вот этим степлером, например, могу сделать такое, что многим не снилось. Нехорошее. Но, конечно, это случится только в том случае, если я почувствую реальную угрозу или несправедливость.

Оскалившись, я подмигнула Барсову и расставила ноги на ширину плеч, чуть подавшись корпусом вперед. Моментально забылась боль в ребрах и в руке. Я была готова доказать коллеге на деле, что меня нельзя обижать.

Барсов дураком не был. Характер у него мерзкий, но голова всегда работала неплохо. Потому он улыбнулся и, поведя плечами, сообщил:

– Молодец, Яра, розыгрыш с даром засчитан. Буду теперь знать, что ты любишь такие игры.

– Она не любит, – все-таки вмешался Максимус. Он стоял сбоку и говорил, лениво растягивая слова. – Только ненормальным нравится, когда им бесконечно щекочут нервы. Татьяра не одна из них. И я взглянул на сумму, которую ты написал на бумажке. Она в три раза меньше премии, которую ты мог бы получить под Новый год, если бы тратил время на свою работу, а не бегал по личным вопросам. И еще: ты мне не нравишься. А я, по признанию родственников, мстительный человек с отвратительным характером.

– Что мне до ваших родственников? – прищурился Барсов.

– О, тебе точно есть до них дело. – Максимус подмигнул и пояснил: – Разве не ты третий месяц пытаешься попасть в западное полисмагическое отделение Дальбурга и пишешь частые письма в управление? Перед отъездом я просмотрел дела тех, с кем предстоит пересекаться в работе, и видел твои обращения к полковнику Ти́тусу О́рду – родному брату моей матушки.

Степлер выпал из моих рук. Я охнула, осторожно присела и подняла его, все это время неотрывно глядя на багровеющего Дана Барсова.

– Собрался уходить, значит? – тихим скрежещущим голосом спросил Клайв.

– Просто навожу справки, – ответил Дан, отступая и пожимая плечами. – Не вечно же здесь сидеть? Вон у твоей драгоценной Яры дар проклюнулся, думаешь, она теперь тут останется? Свалит как милая по первому зову. Майор Ларс ее и заберет, такую талантливую. Даром, что выше лейтенанта подняться не могла, теперь все будет на мази.

Клайв тяжело вздохнул и пошел к двери, бросив на ходу:

– Узнаю у госпожи Силч, пришли ли ответы по запросам. Может уже есть прояснения.

Я отступила, давая ему пройти и чувствуя невероятную растерянность от всего услышанного. Клайв подмигнул перед выходом, и внутри разжалась пружина. Он не осуждал, чтобы дальше ни было. Как всегда, был на моей стороне. А Барсов… Глянув на него, я от души пожелала:

– Надеюсь, твой перевод одобрят.

Он не ответил. Вернулся к себе за стол, принявшись яростно сортировать разбросанные до этого бумаги. Я же подошла к своему столу и присвистнула, увидев наконец сумму на бумажке. Барсов не поскупился на врача-мага. Бедолага.

– Вообще, он прав, – неожиданно сказал Максимус Ларс, наблюдавший за моими действиями. – Если захочешь, я пристрою тебя в Дальбурге. С твоим даром не нужна будет никакая протекция, я просто ускорю вопрос.

Кресло Барсова скрежетнуло так, что у меня по коже побежали нехорошие мурашки.

– Я не захочу, – ответила, улыбнувшись майору. – Ни переезжать, ни развивать интуицию. Дар скакнул из-за стресса и скоро снова уснет. Мы поймаем похитительницу девушек, вы найдете пропавших и вернетесь в столицу. А у нас с Клайвом еще много дел. Все станет как раньше.

– Ты что, ненормальная? – спросил Барсов со своего места. – Кто разбрасывается такими талантами? Интуиция не уснет, если ей не дать! Яра, очнись. За такой дар и его возможности многие убили бы.

Я нахмурилась. В голове вспыхнула новая мысль. Глянула на Максимуса и уточнила:

– Скажите, майор, сколько сильных магических талантов может удержаться в одном человеке? Помимо способностей к управлению стихиями. Имею в виду индивидуальный дар.

– Один, – задумчиво ответил он. – Но есть исключения, когда было два, а то и три таланта.

– Вот именно! – не унимался Барсов. – Исключения. Но ты не оно! Разбазариваешь талант, будто у тебя в мешке пять запасных!

– Запасных много быть не может, – усмехнулся Максимус, явно уловив мою мысль. – В идеале можно подобрать еще один. И чем он сильнее, тем больше перспектив.

Барсов притих, уловив наконец, что мы говорим о чем-то другом.

Я кивнула, продолжая:

– Значит, если даже наша похитительница нашла способ красть таланты, то может перебирать их, пытаясь понять, какой приживется лучше. И тогда сосуды – а в нашем случае это тела людей – должны оставаться живыми и работоспособными.

– Если она сразу не убирает тех, чей дар не подходит ей, – добавил Максимус, потирая подбородок. – Или, как вариант, она сама может работать на кого-то еще. И тогда все они делят таланты между собой.

– Вряд ли их много, – покачала головой я, припоминая слова менталиста из больницы. – При допросе Норда Кирса стало ясно, что женщина очень хорошо скрывала свою суть, значит она не разменная монета. В отличие от того же Урса. Этот гном за копейку удавится. И он четко фигурировал в видениях-воспоминаниях. Больше ни о ком речи не шло.

– Возможно, ты права, – пробормотал Максимус. – И тогда наша похитительница вынуждена регулярно проводить ритуалы по изъятию магии. В местах скопления большой силы. А судя по тому, что Норд Кирс пытался похитить тебя, ей еще нужны новые люди. Женщин она берет, потому что усваивать дар, пропитанный энергией мужчины, вдвойне тяжелее. На риск можно пойти только ради действительно лакомого кусочка.

Он широко и как-то нехорошо улыбнулся.

Я сразу заподозрила неладное, а майор Ларс это неладное подтвердил:

– Пустим слух, что во мне два дара. Официально эмпат по матери и скрытый менталист по отцу! – Глянув на Барсова, Максимус воодушевленно добавил: – Сегодня же проболтаешься об этом сразу в паре мест. Напьешься в баре, скажешь, что я у тебя кость в горле. И что у меня все куплено из-за дядьки в управлении. Но ты найдешь на меня управу, и нужные инстанции узнают про двойное дно в моих талантах.

Я непонимающе посмотрела на Барсова:

– Почему он? – спросила, еще не до конца осознавая цели майора Ларса.

– Потому что я могу, – оскалился Дан, гордо расправив плечи. – С такой искренней ненавистью, как у меня к нему, никто не заподозрит подвоха. Но предупреждаю, буду поминать вас по той самой матушке и ее брату нехорошими словами. Оторвусь по полной.

– Не сомневаюсь, – хмыкнул Максимус. – Это нам и нужно.

И пока я негодующе собиралась с мыслями, чтобы опротестовать зарождающуюся аферу, в кабинет вернулся Клайв. Махнув рукой, он остановил меня на полуслове и заявил:

– У нас есть предполагаемая похитительница!

* * *

Клайв вырулил к Тихому кварталу, и магобиль вильнул с такой силой, что меня прижало к Максимусу. Ребра болезненно заныли. Как и сам майор Ларс. Следом заворчал подполковник Ерж, на которого навалились мы двое.

– Ты нас убить решил? – прохрипела я Клайву, усаживаясь на свое место и цепляясь за ручку, привинченную к потолку магобиля.

Максимус, сидящий посередине, посмотрел на меня с сочувствием и тут же раскинул руки, упираясь в кресло передо мной и в спинку своего сиденья, чтобы не навалиться сверху. Все потому, что магобиль вновь сильно вильнул на повороте. Тихо выругался Ерж. А Клайв спокойно, хоть и запоздало, предупредил:

– Держитесь там. Сами знаете, спешим.

Рядом с ним впереди сидел специалист по защитной магии. Его экстренно вызвали для проверки уже начерченных рун в квартале.

Перед нами мчался магобиль оперативников, которым было поручено по очереди дежурить у дома старушки Гарв.

И весь этот переполох начался с момента получения ответов из Дальбурга.

Секретарь Ержа подергала за собственные ниточки-знакомства и выяснила от подруги, работавшей в Дальбургской магической академии, невероятное. Дедушка Уле – Гарс Руф – не просто преподавал там, но и корпел над особым проектом вместе с неким Артуром Гарвом! То есть… с супругом нашей неуемной вечно теряющейся старушки! Вместе господин Руф и господин Гарв проводили засекреченные эксперименты, на которые выделялись большие деньги. Оба профессора были на очень хорошем счету. Но однажды коллеги разругались. Тогда господин Гарс Руф обиделся и уехал в родной Местечковск.

Казалось бы, работа по проекту насмарку! Но вышло иначе. Место профессора зельеварения заняла его талантливейшая помощница – Умри́ка А́рдиш. Больше того, в девушке уживалось сразу два таланта. Помимо прекрасного владения зельеварением, она имела сильнейший ментальный дар, который не развивала в силу отсутствия времени и финансовой возможности.

Каких успехов могли достичь эксперименты этих двоих, подруга секретарши не знала. Потому что в один ужасный день в лаборатории случился пожар. Все наработки сгорели, и восстанавливать их оказалось некому, ведь госпожа Ардиш пропала, а ее следов так и не нашли по сей день. А Артур Гарв, как раз бывший на больничном, узнал о случившемся и свалился с повторным сердечным приступом, от которого вскоре скончался.

Дедушка Уле к тому моменту так же практически слег, и ему требовался постоянный уход. А госпожа Гарв, будучи рунологом и маговедом, как муж, после его утраты погрузилась в пучину скорби и окончательно переселилась в Местечковск.

– Нам нужно знать все о пропавшей Умрике Ардиш! – заявил Максимус, как только услышал все новые сведения.

– Уже запросил, – кивнул Клайв, – и иду с докладом к Ержу. Думаю, ему важно знать все новости еще и по причине вероятной угрозы госпоже Гарв. Ведь если…

– Если та девица жива и теперь продолжает заброшенное некогда дело, то наша старушка – практически единственная, кто сможет быстро прояснить положение, – закончила я мысль майора.

– Ей нужна защита, – заключил Максимус, хватая куртку со спинки стула.

– Доложим Ержу по пути! – предложила я, спеша к кабинету начальника. – Уверена, он захочет лично поехать с нами и убедиться, что госпожа Тамила в порядке.

Так и вышло.

Единственной задержкой стало ожидание специалиста по защитной магии, срочно вызванного из другого отдела. Опергруппу Огниир Ерж отправил вперед. В пути все дико нервничали и сверлили дорогу впереди обеспокоенными взглядами.

Каково же было наше удивление, когда Клайв, проехав последний перекресток перед поворотом к Тихому кварталу, резко затормозил и принялся выруливать назад! На возмущенные недовольства со всех сторон он ничего не говорил, но так внимательно смотрел влево, что невольно заставил и нас повторить тот же маневр. Не зря.

Там, чуть в стороне от дороги, была наша главная свидетельница.

В красном ситцевом платьице чуть ниже колен и широкополой оранжевой шляпке, она сидела перед треногой и рисовала картину на мольберте.

– Наша, – кивнул на старушку Клайв, притормаживая на обочине.

– Да, – ответил ему Ерж, первым покидая магобиль.

Мы с Максимусом переглянулись.

– Она еще и рисует? – спросил он, слегка улыбнувшись.

– Сама не знала, – пожала плечами я и осторожно покинула транспорт.

Госпожа Тамила удивилась нам. Обернувшись, она оставила рисование жутковатого пейзажа и поочередно рассмотрела всю нашу компанию. Остановилась на подполковнике. С ним и заговорила, не скрывая умиления:

– Огниирчик! Такой красивый смелый мальчик. Давно тебя не видела.

Наш крепкий, высокий, вечно собранный и смурной начальник смущенно улыбнулся и, пройдя ближе, присел перед старушкой на корточки.

– Как вы, тетя Тамила? – спросил он с таким теплом, что у меня отчего-то защипало в носу и глазах. – Слышал, здесь было происшествие. Ваша помощница пострадала.

– Ох, мой милый, у нас тут вообще что только не случается, – отмахнулась старушка кисточкой. – Мы же живем на границе Зачарованного леса, так что каждый день волшебство.

– Например, какое? – нахмурился начальник.

– То хорошее, то плохое, – пожала старушка худенькими плечами. – У меня кошки все время кричат. И коленки ноют на погоду. А еще живот крутит после пирога Карлы. Мы недавно чаевничали.

– Вот как. – Огниир поднялся, протянул руку госпоже Гарв и предложил: – Давайте подвезем вас домой, тетя Тамила. Вам нужно надеть что-то потеплее.

– Мой заботливый мальчик, – улыбнулась она, принимая помощь и не сводя с начальника глаз. – Но за меня не волнуйся. Во мне кровь кипит, как ни в ком другом. Это вы – молодежь – хлипкие. Кстати, который час? Я не опоздаю на вокзал? У меня сегодня там встреча.

– Вокзал сегодня закрыт, – категорично ответил ей Огниир, подхватывая лежащую рядом клюку. – Давайте помогу собрать мольберт. Давно вы рисуете?

– Я?! – Она шокированно уставилась на собственный рисунок. – Это что за мазня? Карла, наверное, рисовала. Ушла и забыла забрать свои каракули. У нее, по секрету, нелады с головой, Огниирчик. Но мы соседки, и я за ней присматриваю.

Начальник кивнул и накинул на старушку собственную форменную куртку, после чего приказал нам с Максимусом:

– Идите пешком. Догоняйте нас. Мы отвезем госпожу Гарв на магобиле – она устала и замерзла.

– Есть, – кивнула я.

Максимус молча отступил в сторону и, как только Ерж усадил Тамилу Гарв в транспорт, поделился соображениями:

– Свидетель она так себе, прямо скажем. И верит во весь тот бред, что несла сейчас. По крайней мере я не ощутил ни капли волнения. Наоборот, она рада встрече с подполковником, и ей интересны мы. Не больше.

– Вот тебе и старость, – вздохнула я, приблизившись к картине и осторожно опустив крышку на оставленные открытыми краски.

В следующую секунду меня прошило необъяснимой тревогой.

– Что? – моментально отреагировал майор Ларс. И принялся перебирать варианты, из-за которых я впала в ступор: – Краски? Кисти? Мольберт?

– Нет, – просипела я, оседая на оставленный стул. – Картина. Взглянула и вспомнила вдруг тот ядовитый туман, который преследовал нас. И сразу появилось ощущение опасности. Она всюду. От нее не сбежать. – Я посмотрела на майора и скорбно добавила: – Интуиция кричит о том, что вам нужно держаться от леса как можно дальше.

– То есть опасность именно для меня? – деловито уточнил Максимус.

Я поджала губы и кивнула, чувствуя, как в груди все сдавливает от страха за этого человека.

– Будем давать отпор, – подмигнул он, протягивая мне руку, совсем как Ерж недавно для госпожи Гарв. – Но сейчас нужно послушать, что еще может сказать ваша волшебная старушка. Пойдем? И не надо смотреть так, будто мне уже пора торговаться с гробовщиком за скидку на хороший гроб. Мы уже дважды обходили этот мерзкий туман. Помнишь?

– Помню, – буркнула я, принимая его помощь, и недовольно добавила: – Но, предупреждаю, вам стоит быть крайне осторожным. Это не шутка.

– Волнуешься за меня, лейтенант? – Он широко улыбнулся, и у меня екнуло где-то в районе сердца.

Следом накрыло легким, не пойми откуда взявшимся смущением.

– Если вы из-за беспечности погибнете на этом задании, мне снова не дадут повышения, – ответила Максимусу, демонстративно уходя вперед. – А этого я вам никогда не прощу. Будете бродить потом неприкаянный. Ясно?

– Еще бы!

Даже не поворачиваясь, я слышала в его голосе улыбку. И, не будучи эмпатом, чувствовала хорошее настроение майора. Нашел, когда и по какому поводу веселиться!

Дальнейший путь до дома госпожи Гарв мы проделали за разговорами о местной природе и моих предпочтениях в жизни. Максимус неожиданно проявил интерес к Зачарованному лесу и к его окрестностям. Расспросил меня о Тихом озере. А потом, словно невзначай, уточнил, где именно в Местечковске я хотела бы жить в будущем, когда заработаю на собственное жилье?

– Пожалуй, в районе Центрального парка, – ответила я, улыбнувшись. – Там вокруг много милых кафетериев, а неподалеку есть отличная набережная. Если предположить, что я заработаю на квартиру в том районе, значит можно представить и повышение, следственно – меньшее количество работы. Смогу нормально проводить выходные.

– Это как? – В темных красивых глазах майора светился искренний интерес.

Я задумалась, что именно понимаю под «нормальными» выходными. Чем больше представляла их, тем более странное выходило.

– Не знаю, – сказала наконец, пожимая плечами. – Буду гулять. Ходить с друзьями в кафе. Рыбачить.

– Ты любишь рыбалку? – Левая бровь Максимуса поползла вверх.

– Понятия не имею, что и как там делать, – ответила честно. – Но вполне могу полюбить. Когда попробую. А еще велопрогулки.

– С друзьями, – кивнул Максимус, и мне почудился скепсис в его словах.

– Они у меня есть! – Я сразу перешла в наступление.

– Много?

– Хватает, – ответила чуть обиженно. И добавила с раздражением: – Парочка. С другой стороны, откуда им взяться, если я вечно на работе? Когда куплю квартиру в районе парка, обязательно появятся. Несколько для походов в кафе, двое – для рыбалки, и еще…

– Один для путешествий? – предположил майор. – Во время большого отпуска.

Я задумалась и кивнула:

– Как вариант. Поедем на юг. К морю. Смотреть на дельфинов.

– Согласен, – ответил Максимус Ларс, будто вопрос был решен, и именно ему я делегировала должность друга для отпуска. – Дельфины хороши. Юг мне тоже по вкусу. И там наверняка есть кафе – что тоже немаловажно для хорошего времяпровождения. Какое море предпочитаешь?

Я помедлила, не понимая, как мы дошли до столь странного разговора? Когда именно он свернул не туда и с чего майор решил, что мы можем куда-то вместе уехать? Однако вместо протеста у меня вырвался совсем другой ответ:

– Пожалуй, Черное.

– Заметано, – ответил Максимус Ларс, широко улыбнувшись.

Ему безумно шло хорошее настроение. А еще оно было чрезвычайно заразительным. Так что я с трудом сдерживала ответную улыбку, старательно оставаясь серьезной девушкой.

– Осталось дождаться отпуска и купить крем для загара, – не унимался майор, подмигнув мне, и доверительно сообщил: – Я, кстати, удивительно хорош в плавках. Придется постоянно следить, чтобы такого друга никто не увел.

Не выдержав, я все же рассмеялась и сказала, качая головой:

– Тогда нужно подумать, зачем мне подобный риск? Все-таки отпуска у полисмагов нечасто, так что я буду отвлекаться от вас, майор: плавать в море, есть жареную кукурузу, загорать и подолгу отсыпаться в обед. Вас могут похитить, и где тогда гарантии, что не придется куковать остаток отпуска одной? Нет, мне определенно нужен менее харизматичный товарищ для путешествий.

– Так быстро от дружбы со мной еще никто не отказывался, – притворно оскорбился Максимус. – Не прошло даже получаса. Эта жестокая красота снова сыграла со мной злую шутку. – Он скорбно поджал губы и добавил тихо, будто только для себя, но так, чтобы я слышала: – Мама, зачем ты родила меня таким притягательным?

– Увы! Вот она, обратная сторона медали, – хихикнула я, чувствуя необычайный подъем настроения.

Но долго он не продлился.

– Чему ты так радуешься, Яра?! – рявкнул Ерж, появляясь на дороге словно из ниоткуда. – Где вы так долго прохлаждались?!

Я растерянно моргнула, затем резко выпрямилась до хруста в спине и отчеканила:

– Простите за неуместное поведение, подполковник.

Меня затопило чувством вины. Надо же было настолько увлечься беседой с майором, чтоб совершенно перестать следить за происходящим вокруг.

– Мы не спешили, потому что у лейтенанта ушиб ребер, – холодным хорошо поставленным голосом ответил Максимус. – У меня нет привычки загонять сотрудников до изнеможения.

По лицу Ержа пробежала нехорошая тень. Он злился. Я решила было, что вот-вот грянет буря, и внутренне подтянулась, ожидая выговора, но подполковник цыкнул, махнул рукой и, бросив на меня взгляд, пошел назад, сообщая:

– Ничего нового не узнали. Госпожа Гарв отвечает на вопросы о прошлом слишком туманно. Совершенно не ясно, где правда, а где за дело берется воображение. Угрозы себе она не ощущает. Руны защиты вокруг ее дома обновили. Ко мне переезжать она категорически отказалась.

Последнее начальник добавил более тихо и с нотками печали.

Я снова ощутила укол вины из-за собственного недавнего смеха. Ержа было ужасно жаль, ведь он переживал за старушку Гарв, но поделать ничего не мог. Насильно увозить ее из дома закон запрещал, даже если это для ее же блага.

– В таком случае возвращаемся? – уточнил Максимус, шествуя за моей спиной.

– Да, – ответил подполковник. – Нас подвезут оперативники. Часть из них вместе с Клайвом и рунологом ушли проверять ближайшие лесные границы с капищем. А вы пока постарайтесь добыть всю информацию про Умрику Ардиш. Яра! – Он резко остановился и повернулся ко мне, уставившись глаза в глаза. – Как там твой проклюнувшийся дар? Чувствуешь что-то?

– Ваше давление, – ответил за меня майор Ларс. – При всем уважении, подполковник, чем сильнее напирать, тем сильнее начинающий маг блокирует дар.

– С каких пор вы еще и психолог? – прищурился подполковник, переведя тяжелый угрожающий взгляд на майора.

– С марта прошлого года, – сказал Ларс невозмутимо. – Хотел лучше понимать психотипы преступников, так что прошел дополнительное обучение. Очень не люблю стагнировать.

Ерж моргнул, тихо выругался, поминая всех выскочек нехорошими словами, и пошел к магобилю оперативников, припаркованному у дома госпожи Гарв. Самой старушки не было видно, но, проходя мимо ее окон, я заметила шевелящиеся занавески и испытала острую тревогу. Внутри все задрожало, защипало в глазах. Состояние стало еще хуже, когда подошел Максимус Ларс. Он заглянул мне в лицо и попросил:

– Не пытайся все контролировать. Закрой глаза и отпусти себя. Попробуй довериться нахлынувшим эмоциям.

Я сделала, как он сказал. И меня затопило отчаянием. Предчувствием большой беды. По лицу потекли слезы. По наитию нащупала руку Максимуса и сжала его ладонь, прислушиваясь к себе. Пришла уверенность – ему грозит опасность. Скоро. И она связана с этим местом… Но как?

– Яра?! – рявкнул начальник, и я вздрогнула, распахивая глаза.

На этот раз выругался уже Максимус. Протянув мне кипенно-белый платок, он пошел к магобилю, рыча на Ержа и объясняя тому порядок работы с необученными одаренными. А я чувствовала себя так, будто только что проснулась и еще не до конца осознала, реально ли происходящее вокруг. Промокнув слезы, снова посмотрела на окна. Там стояла госпожа Гарв. Она улыбнулась мне, махнула рукой и принялась поливать пустые горшки, стоящие на подоконнике.

Я припомнила, что последняя помощница госпожи Гарв давно выбросила все растения, потому что старушка бесконечно поливала их снова и снова. Теперь в горшках оставалась лишь земля, а ведь когда-то там были самые разные цветы…

Грустно вздохнув, я последней пришла к магобилю и села сзади с краю, ощущая саднящую пустоту и злость на себя. В голове бродили тяжелые мысли, одна хуже другой. Кто мешал мне учиться, пока я была в академии? Почему я загнала ненавистный дар подальше вместо того, чтобы понять его пользу?! Как теперь спасти Максимуса, если интуиция только и делала, что предупреждала о беде, но не подсказывала никаких подробностей?!

К полисмагическому отделению я приехала в совершеннейшем упадке, готовая при этом рвать и метать. Благо, случились у нас в этот день и хорошие новости: из Дальбурга пришел отчет по пропавшей Умрике Ардиш. Судя по свидетельствам очевидцев, она была очень красивой блондинкой с огромными голубыми глазами и шикарной фигурой. А еще – уже в разряде очень старых сплетен – нам сообщили, что у госпожи Ардиш был любовный роман с профессором зельеварения. И именно из-за нее он уехал, потому что девица разбила ему сердце, отказав в предложении выйти замуж.

– Вот вам и великие эксперименты ради магии и науки, – хмыкнул Барсов, слушавший отчет вместе с нами. – Как всегда, все было отлично, пока в дело не вмешали женщину. А портретик есть?

– Пришлют завтра, – ответил Максимус, постукивая кончиками пальцев по столу. – Но стоит учитывать, за прошедшие годы девица могла очень измениться.

– До неузнаваемости, – кивнула я.

– Это факт, – согласился Дан, надевая куртку. – Ну, всем пока.

– Куда так рано? – поразилась я.

– На специальное задание, – хмыкнул Барсов. – Пошел по злачным местам поливать ненормативной лексикой майора Ларса. И рассказывать, что у него есть второй дар. Ерж идею согласовал и даже расщедрился на небольшой бюджет.

– Следи за словами, – напомнил ему Максимус, – не сболтни лишнего.

– Не волнуйтесь, майор, – отмахнулся Дан. – Я так вас пропесочу, что будете икать всю ночь!

Во мне снова подняла голову тревога. А в следующий миг я уже стояла перед Барсовым, расставив руки и сообщая:

– Вот оно! Интуиция проявилась. С этого все начнется. – Посмотрев на Максимуса, пояснила: – Нельзя распускать слухи про ваш второй сильный дар. Я точно знаю, хоть и не могу объяснить откуда, что это приведет к беде.

Барсов вопросительно уставился на майора.

Тот кивнул ему и попросил:

– Делайте все, как договорились. Беда в нашем случае – это хорошо. Значит, похититель клюнет на приманку.

Я медленно отступила. Барсов ушел. Максимус проводил его взглядом и, как только мы остались одни, сказал:

– Твоя интуиция вооружила меня знанием, Татьяра. С учетом того, что мы движемся на ощупь в кромешном тумане, это уже немало. Теперь я буду осторожней, но отступать не могу. На карте много жизней.

Я кивнула. И, пройдя к столу, вновь начала перебирать дела похищенных женщин и старательно выискивать, что мы могли упустить.