19. Бажена. Грядка

Тихослав задерживаться не стал. Ушел, не забыв чертежи и намекнув, что совсем не против посыльного-беса, если тот будет таким же сговорчивым, как наш Анчутка. Несмотря на встречу с ведьмаками, страх перед ними и наши занимательные беседы, деловую хватку кузнец не терял. Остались мы втроем: я, Златослава и Велизар. Я посмотрела на ведьму, она глянула на меня. А Велизар вдруг взял меня за руку. – Пойдем, – сказа он и потянул к выходу из избы. – Куда? – На огород, зелень твою смотреть, – ответил Велизар. С удивлением уставилась на него. Чего это вдруг он вспомнил о моей единственной заросшей грядке? Но не сопротивлялась и шла за Велизаром, который не отпускал моей руки. Так и дошли мы до самого огорода. Грядка была в плачевном состоянии. Ростки зелени выпустили цветущие стрелки, смешались с сорняками и совсем не походили на съедобные растения. Привести её снова в положенный приличной грядке вид я даже еще не пыталась. И теперь почувствовала смущение за беспорядок. Велизар присел, выдернул несколько крупных сорняков и повел рукой над землей, выпустив зеленоватые искры. – Не надо! – воскликнула я, села рядом и схватила его за руку. – Почему? – удивленно спросил он. Посмотрела на Велизара. Его лицо было так близко, что голова закружилась от волнения. Но всё же взяла себя в руки и напомнила: – Ты же силы свои не вернул. Не нужно из-за простой зелени зря рисковать. Потом удобрю землю, как ты учил, и снова что-нибудь посажу. Велизар улыбнулся, а я все же отпустила его руку и отстранилась. Думала, станет возражать, что, мол, не трудно снова с грядкой помочь. Но он вдруг спросил: – Расскажи, что было в ту ночь, когда колдун явился? Едва сдержала вздох и отвернулась. Не ради зелени Велизар меня в огород увел. – Что ты хочешь знать? – Как явился колдун и что сказал? Нахмурилась, вспоминая свое знакомство с колдуном, которого до того момента считала плодом воображения ведьмака. Не так давно это было, а кажется, столько времени прошло. – Когда стены твоей вокруг двора не стало, в ту же ночь пришел. Как внутри оказался, не видела. А говорил то же, что и Радей. Будто обманула и его, и Бездну. – Выходит, жених твой о колдуне знает, – задумчиво сказал Велизар и встал. А мне вдруг обидно стало, что он женихом другого назвал. – Не жених он мне, – буркнула я. – И все же неспроста Радей и колдун в одно время в Белодворье оказались, – Велизар задумчиво смотрел вдаль поверх высоких сорняков. – Расскажи, как из своего мира здесь появилась, да что о женихе помнишь? Рассказывать было нечего. Уснула там, проснулась здесь. А от жениха меня Велизар сразу к себе забрал. А я и не сопротивлялась. Да и сейчас бы отказывать не стала. О том и сказала ему. – Значит, Радея искать станем, – сказал Велизар после моего краткого рассказа. – Он и даст ответ, как вышло, что ты на месте Бажены оказалась, и что обещала девица Бездне. От чего-то почувствовала себя здесь чужой, чего не случалось даже в первые дни моего пребывания в этом мире. Может потому, что это сказал вслух другой человек? Я дух в теле юной Бажены, а моё место не здесь. Воздух будто стал холоднее, я поежилась и обхватила себя руками. Велизар заметил мое движение, сделал шал ко мне и обнял. Прижал к своей груди и уткнулся носом в волосы. И тихо сказал: – Хватит сил моих, чтобы тебя от беды оградить. И о грядке не волнуйся. Ежели нужно, вновь помогу тебе. Мои губы растянулись в глупой улыбке, и я обняла ведьмака в ответ. И какая разница, что я не совсем местная, если Велизар на моей стороне? Но вдруг в голове надоедливой мухой закружила мысль: а станет ли он так же заботиться о Бажене, если мы вернёмся каждая в свое тело? Я отмахнулась от неё, потому что портить момент новыми сомнениями не хотелось. В этот раз никто ценными замечаниями нас не прерывал, никого никуда не торопил. Наобнимавшись, вернулись к грядке. Вместе выдергивали сорняки и совсем непригодные к употреблению кустики. Без какой-либо магии, и сейчас это казалось волшебством. Никакого сверхестественного дара не нужно, чтобы творить настоящие чудеса. Во время работы Велизар спрашивал о моем мире. Отвечала с осторожностью. Всё же еще побаивалась, что, узнав о мобильном интернете или о реактивных самолетах, ведьмак снова признает меня если не одержимой, то сумасшедшей. А вот о том, что в моем мире ничего не знают о Бездне, рассказать могла. И что ведьмаки и ведуньи у нас лишь герои сказок. Пока рассказывала, захотелось показать Велизару многие вещи или сходить с ним в мои любимые места. Желание это стало настолько сильным, что я вновь заскучала и по родному миру, и по близким мне людям. Что сказала бы мама, узнай она, что человек, который мне нравится, настоящий ведьмак? Приняла бы она его за байкера, как я, если бы увидела? Я замолчала и перестала дергать сорняки. Всё-таки оказаться в другом мире не то же, что переехать жить в другой город или страну. Чтобы попасть домой мало будет простого билета на самолет. В данном случае, понадобится еще и изобрести сам летательный аппарат. Но это не поможет съездить домой, например, на выходные. – А что другие ведьмаки говорят о связи Бажены с Бездной? – вернулась я к прежней теме разговора, чтобы отогнать тоску. Связанные с моим попаданием сюда проблемы никуда не делись, и решать их надо было как можно скорее. – Не ведают они об этом, – ответил Велизар. – А разве Ярополк не сказал о словах колдуна? – я же лично слышала, как ведьмаки говорили о тех словах в тот день, когда Велизар вернулся. – Не сказал, – кивнул Велизар. – Лишь о сговоре с бесом поведал, а о колдуне смолчал. Задумалась о причине молчания Ярополка. Я-то думала, он сдал меня с потрохами в первый же день. А может даже придумал что-то сверху. Но ведьмак хоть и не скрывал своей ко мне неприязни, но другим ничего не сказал. Почему? Уж не Ладомила ли его об этом просила? Она точно мой ангел-хранитель! О том, чтобы как-то отблагодарить жену Ярополка, я думала с самого возвращения в дом Велизара. Может между нами не сложилось дружеских отношений, но ко мне она относилась с участием. Желание написать Ладомиле слова благодарности и узнать, не сильно ли злится на нее Ярополк, стало таким, что я готова была идти и изобретать телефон, интернет и какой-нибудь мессенджер прямо сейчас. Уже готовой альтернативой подобной связи была непонятная сеть общения домовых. А не передать ли письмо через них, раз уж ведьмаки об этом всё равно узнали? Подскочила, окрыленная новой идеей. Даже если бесы не захотят поработать курьерами, то уж с домовой почтовой службой у меня точно все получится! Как вернулись в избу, сразу взялась за письмо для Ладомилы. В этот раз закрылась с захламленной светлице, чтобы никто не мешал. Думая о словах, которые должна сказать жене Ярополка, разглядывала хранящиеся здесь вещи. Пора бы уже разобрать их и использовать пространство комнаты с большей пользой. Однако сейчас меня ждало письмо, и я вернулась к его сочинению. Писать письмо оказалось не то же самое, что набирать короткие сообщения в чатах. Внезапные слова благодарности казались нелепыми, а как подступиться к ним, было непонятным. Простую записку я сочиняла едва ли не дольше выдумывания изобретений. Потому, когда закончила, смотрела на письмо с особой гордостью. В нём было всё: и слова благодарности, и беспокойство о последствиях оказанной мне помощи, и обещание выпросить для Ладомилы какое-нибудь чудо у Тихослава, и даже дежурное приглашение зайти в гости. Слова выведены аккуратными привычными местным буквами. На секунду засомневалась: а знает ли Ладомила грамоту? Но сложила написанное письмо и отдала домовому. Тот с готовностью взялся за поручение, а с ответом вернулся уже тем же вечером. Переданная домовым записка с ответом оказалась короткой. Несколько слов, сквозь которые я будто видела добродушную улыбку женщины. И пометка в конце: «Вот семена трав целебных, что хорошо в огороде приживаются. Тебе и ведьмаку твоему сгодятся». Завернутые в тряпицу семена прилагались к письму. А я снова удивилась: и как Ладомила умудряется всё предусмотреть? И всё-таки отметила, что моя новая и единственная приятельница так же воспользовалась возможностью общаться через домовых. А это значит, что моя идея местным придётся по душе. На всякий случай спросила у своего домового, станет ли он передавать письма? Он прошелся сквозняком по ногам и все же показал знак согласия. Это могло значить только одно: домовой напомнил, что его дело следить за порядком в избе, но помочь с письмами он готов. Если бесы откажутся от сотрудничества и ведьмаки их в городище не пустят, то без связи мы не останемся. Уже на другой день вернулась к грядке, чтобы посадить подаренные семена. Упускать полученное преимущество и давать Златославе шанс было нельзя. К тому же Велизар сразу вызвался помочь с посадкой. Пришлось потребовать с него обещание, что садить мы будем без магии. Он лишь усмехнулся в ответ, но просьбу выполнил. Старую разросшуюся зелень Велизар велел оставить и ждать, пока на ней вызреют новые семена. Перекопал рядом другую грядку, помог удобрить навозом из конюшни. До этого момента я считала, что такое удобрение – всего лишь шутка. Но нет. А когда рассыпали по грядке семена – оставшуюся у меня зелень и целебные травы Ладомилы – Велизар вдруг сказал: – Ежели хочешь, к тётке Агафье свожу. Расскажет тебе о полезных травах и простых отварах, что сама приготовить сможешь. – А ты разве рассказать не можешь? – спросила я. Вспомнила его прошлый рассказ и поняла: есть вероятность, что о травах мы будем говорить мало. – Сила зелий ведьмаков не только в травах, но и в заговорах. О простых отварах ведунья большее поведать может. И ты меня не слушаешь, – он улыбнулся, тоже вспомнив наше единственное занятие по фитотерапии. Отвернулась, почувствовав, как горит лицо. Облизнула губы, вспомнив прикосновение к ним губ Велизара. Хотела бы я повторить? Наверное, да! И снова посмотрела на ведьмака. В его глазах полыхнули искры. Они зажигаются не только, когда он злится? Велизар шагнул ко мне, взял мое лицо в ладони и наклонился. Дыхание перехватило за мгновение до того, как его губы коснулись моих. Протянула к Велизару руки и почувствовала тепло тела сквозь ткань рубахи. Скользнула ладонями по его спине и сама прижалась крепче, отвечая на его поцелуй. Сбоку послышалось тихое покашливание. Мы одновременно повернулись к случайному свидетелю. Анчутка сделал самый виноватый вид, что появился так невовремя. И сразу сообщил: – Готовы бесы и прочая нечисть в поисках колдуна подсобить. Да уже есть вести о лиходее.