Глава 7

Керт повернул руль, стараясь не потерять из виду чёрный автомобиль, но при этом не выдать себя. Сначала он подумал, что это папарацци, которые следуют за Иви, чтобы урвать жареные факты для статьи, но у дома Вистана эта женщина вновь перевернула всё с ног на голову… или уже наоборот. Когда полицейский увидел, как Вистан по приказу гианы несёт безвольное тело собственного сына, то растерялся. С одной стороны, наблюдая, как доктор заталкивает Дэна в багажник, он должен был арестовать похитителей, но с другой…

Керт снова сжал руль, резко повернул и, пристроившись в хвост старенькому джипу, мрачно посмотрел на чёрное авто. Журналисты бы не пустили шанса обнародовать сенсационные фото богатой затворницы, которая похищает мужчину, но он не заметил ни объектива, ни камеры, — даже на сотовый не снимали! Спокойно дождавшись, когда Иви вырулит со двора доктора, оставив Вистана уныло стоять на лужайке, последовали за ней до самого дома Луки, но там ждать не стали, сразу проехали мимо, а Керт двинулся следом за ними. Чутьё подсказывало ему, что важнее узнать, кто эти загадочные люди в чёрном, чем судьбу Дэна.

Но сейчас, следуя за машиной с неизвестными, нервно посматривал на сотовый, размышляя, стоит ли позвонить напарнику или сначала проверить свою догадку. Сколько раз он ездил по этому маршруту? Число поездок равнялось числу расчленённых трупов. Керту показалось, что он стал чётче воспринимать звуки и запахи, как охотничий пёс, который поймал след. Слегка уменьшил давление на педаль газа: город остался позади, и машин всё меньше. Парни всё равно никуда не денутся, теперь известно, куда они направляются. Выяснить бы зачем…

Завернул на старую свалку, которую они с коллегами обшарили после того, как обнаружили первый труп. Очень уж подозрительным показалось такое соседство, но, увы, на свалке ничего интересного так и не нашли. Зато сейчас эти знания пригодились, Керт остановил машину между остовом автобуса и грудой поломанной мебели. Со стороны пустыря его автомобиль не увидят, а он проберётся через дыру в заборе и подкрадётся к оврагу, где раз за разом находили части тел.

Солнце пригревало, по шее ползли капли пота и, пощекотав спину, впитывались в ткань рубашки. Чёрный автомобиль на зелёном фоне травы выделялся настолько отчётливо, что Керт невольно замер. Можно было подумать, что это ловушка, но вряд ли эти парни смогли почуять его осторожную слежку. Сжав в руке сотовый, всё же сбросил номера машины Николасу, — пусть проверит, — сообщением, чтобы не объяснять напарнику, зачем это нужно. Присел за кустом и, осторожно выглянув, посмотрел на овраг, уже обросший тысячами жутких легенд. Это место уже столько раз перелопачивали, что овраг стал в несколько раз шире, и раза в два глубже, чем был. Но Керт не уверен, что нашли все кости.

Из машины вышли двое широкоплечих мужчин в чёрных костюмах, открыли багажник, Керт замер, жалея, что у него нет бинокля, включил сотовый и, максимально приблизив, начал запись. Парни склонились над багажником, активно жестикулируя и подталкивая друг друга, но так ничего и не вынули. Керт терпеливо снимал: плечи ныли от напряжения, голова, казалось, скоро взорвётся от нестерпимой жары. Что же в том багажнике? Очередной труп?

Если это люди Вистана, то они могли следить за Иви по его приказу. Допустим, доктор не так уж и любит своих детей, как пытается показать, и как узнал о предательстве сына, договорился с гианой… Керт передёрнул плечами, вспомнив хищный взгляд красавицы. Договорился, что она убьёт Дэна? Неужели доктор в курсе об истинной природе Иви? По спине прокатилась ледяная волна от страшной догадки: а что, если все эти кости — не жертвы экспериментов доктора, а результат жуткого пиршества затворницы, предпочитающей сырое мясо? Помотал головой: нет! Иви сдерживает свои инстинкты, он не раз слышал, как уродливый карлик подтрунивает над ней. Возможно есть и другие… похожие.

Пискнул сотовый, Керт поставил запись на паузу и открыл сообщения: при виде имени владельца машины, брови полицейского поползли вверх. Бевис! Да это же инвестор, чью дочь Сати спасла от пуль! И снова всё закручивается вокруг этой странной девчонки…

Вдруг парни встрепенулись и как один, повернулись к дороге, по которой приближалось безликое такси. Керт вытянул шею, боясь пропустить хоть что-то, как вдруг зазвонил телефон.

— Ник! — рявкнул Керт. — Я перезвоню.

Отключился, вновь нажимая на кнопку записи, но смартфон не реагировал на прикосновения, а через несколько секунд побелел и окончательно завис. Полицейский отчаянно потряс его, простонал:

— Только не сейчас!

Поспешно нажав на перезагрузку, Керт вновь посмотрел в сторону оврага, да так и замер: парни в костюмах вытащили из багажника невысокого тощего старичка, и даже с такого расстояния полицейский разглядел широкую белоснежную бороду.

— Риган?! — ахнул он. Но на этом сюрпризы не закончились, из такси неторопливо вышел высокий стройный блондин, и Керт прошипел сквозь зубы: — Лука…

Светловолосый мужчина подошёл к чёрному автомобилю и протянул руку, один из парней шагнул к нему и что-то взял у Луки. Второй толкнул Ригана, и блондин с неожиданной заботой поддержал старика. Проводив до такси, усадил на заднее сидение и, обернувшись к парням, что-то проговорил. Керт молча скрипел зубами, жалея, что не слышит ни слова. Он опустил глаза, проверяя сотовый, но тот всё ещё моргал заставкой. Беспомощно рыкнув, полицейский вновь поднял голову и вздрогнул. Перед ним стояла милая голубоглазая девочка лет десяти.

— Интересно? — широко улыбнулась она и сощурилась: — Вот и мне тоже!

Она посмотрела за спину Керта, и он машинально обернулся, но заметить, кто там стоял не успел: голова взорвалась болью, и темнота поглотила его.

* * *

Аббадон, ворча, оттирал пол в гараже: краска въелась в пористый бетон и никак не хотела смываться. Уже пятое ведро, но до сих пор пахнет кровью. Иви совершенно сумасшедшая! Под носом у Луки… Но именно на это и был расчёт, Аббадон надеялся, что доведённая до отчаяния гиана не сумеет сдержаться перед призраком долгожданной свободы. Уверен, что она надеялась на то же, только с его стороны.

Усмехнулся: как вовремя зашла киска! Одержимая, словно бесхозная пешка, бродит от белых к чёрным и обратно, совершенно не понимая, что гуляет по лезвию. И каждая из сторон страстно желает, чтобы Сати стала ферзём… но именно с их стороны. Поэтому никто и не делает первого хода. Ждут… и он, конечно, тоже ждёт. Чтобы воспользоваться чужой войной и выиграть собственную, затянутую на столетия. Враг считает, что он давно повержен… Зря, Атерут. Зря!

Выпрямился и, с трудом подняв ведро с розоватой водой, потащил к сливу. Он почуял, что Лука уже в доме и ухмыльнулся. Должно быть, именно сейчас Сати бьётся в истерике или валяется без чувств у ангела в ногах. Тут же нахмурился: а, может, и нет. Очень уж спокойна была девчонка на ритуале. Ненормально спокойна…

Вдруг он пропустил момент, и в киску вселился кто-то из её троицы? Нет… Он присутствовал при приступе одержимости, меняется и манера речи, и повадки, и даже взгляд. Скорее всего, девушка ненавидит своего брата, поэтому и была так спокойна. А кто бы остался доброжелателен к человеку, в котором живёт душа демона? Это вам не одержимость, когда на время уступаешь тело, это постоянное выматывающее соседство с самой мерзкой чернотой мира! Носитель либо сходит с ума, либо становится похож на своего паразита. С Дэном судя по всему, произошло именно второе.

Вздохнул и понёс ведро, осторожно слил грязную воду, помассировал ноющую поясницу: ох уж этот мир людей! Как же надоело ощущать себя слабее таракана! Ничего, осталось совсем немного потерпеть, и он обретёт былую мощь. Восстановит свою власть! От предвкушения задрожали кончики ушей, Аббадон медленно выдохнул и мечтательно улыбнулся, представляя, как запрёт врага в теле девчонки, которую будет трахать ангел. Какое унижение для Атерута! По сравнению с этим десятилетия в теле урода — детские сказки…

Главное, показать Сати, в каком кошмаре живёт Лука, чтобы сердобольная киска страстно возжелала его спасти. Чем сильнее Сати будет бояться и ненавидеть их с гианой, тем сильнее привяжется к красивому и доброму Луке. Пока всё идёт по плану. Благо, управлять Иви оказалось даже проще, чем он рассчитывал. Видимо, несчастной на самом деле ненавистно её затянувшееся существование. Может, действительно исполнить обещание и принести в мир огненный меч? Аббадон вздрогнул и помотал головой так, что закачалась борода.

— Ни за что! — прошипел он и сплюнул: — Придут же глупости в голову.

Гиана должна жить, чтобы показывать, к чему приводит кровосмешение. Она наказана навеки за непростительный грех своих родителей. Существо с душой ангела и инстинктами демона… нельзя проявлять жалости. Аббадону не к лицу подобные чувства! Не говоря о том, насколько это опасно. Если Лука получит хоть малейший шанс вернуть свой меч, то… Во рту пересохло, уши похолодели.

— Надо выпить, — проворчал карлик, отбрасывая пустое ведро. — Надеюсь, Валафар не всё бухло у меня выдул…

Тщательно закрыв ворота гаража, потопал к дому. По пути таращился по сторонам, вздрагивал и оборачивался. Что-то изменилось, но Аббадон не понимал, что именно, и это нервировало. Может, он уже попрощался с этим миром и настроился на возвращение, поэтому всё кажется другим? Нет, что-то точно выглядит иначе. Карлик остановился и повёл носом: даже запах немного иной, словно ярче и острее. Есть же разница, когда пахнет растущей травой, а когда срезанной. Хлопнул себя по лбу: точно! Пахнет свежими срезами. Посмотрел на красивые очертания обновлённых кустов и проворчал:

— Девочка действительно талантлива… Даже жаль Атеруту такое чудесное тело отдавать. Но что делать, если за столько десятков лет не нашлось ни одной уродливой одержимой. Да и к уродине труднее приворожить…

Подумав, что через пару лет киска сойдёт с ума, испытал лёгкий укол где-то в районе груди. Помассировав ноющее место, скривился:

— Раскис ты, Аббадон! Очеловечился… ну и что, что спятит? Она привыкла к психушке, мало что изменится. Ну разъест Атерут её душу! — Аббадон хищно скривился, полностью преобразившись: — Зато эта пара лет моему врагу покажется вечностью!

Замер и, пожевав губы, запрокинул голову: там, на крыше явно что-то происходило. Недвусмысленные стоны и хрипы, которые улавливал его обострённый слух, вселяли надежду, что приворот действительно подействовал на ангела.

— Они уже совокупляются! — подпрыгнул он и засуетился: — Так, нужно поторопить гиану… Ах, ты сучка! И почему так ненавидишь сотовые? Придётся пользоваться допотопной техникой.

Переваливаясь на коротких ножках, Аббадон побежал к дому.

* * *

Иви вышла из машины, оглянулась: грязная подворотня была пуста, издалека доносился шум машин. Вздохнула с облегчением: сегодня она и так на грани, до сих пор кровь Дэна дразнила сладковатым ароматом, а во рту ощущался привкус мужского семени. И как только сдержалась и не откусила нежную часть тела? Сглотнула слюну и пообещала как-нибудь устроить пиршество… Как-нибудь потом. Желательно, не в этой жизни.

— Если эта тварь кинет меня, — пробормотала гиана, — я…

И замолчала. А что противопоставить Аббадону? Да, сейчас он скрывается в излучении Луки, пользуется её деньгами, но в принципе, демон мог обойтись и без них, просто так проще. И веселее. Иви же давно не испытывала ничего похожего на веселье. Занималась делами только чтобы заглушить жажду человеческого мяса, язвила, чтобы скрыть постоянную душевную боль. Как же не повезло родиться! Ненависть к родителям, чьё совокупление обрекло плод противоестественной любви на вечные муки, разъедала её. Иви сжала крышку багажника так, что на металле проявились вмятины. Надо успокоиться, иначе она снова разорвёт этого мальчика. И если в первый раз это нужно было для дела, то сейчас этого нельзя допустить. Дэн — карта разменная, но в данный момент необходимая.

Кое-как справившись с жаждой убивать, Иви с трудом открыла покорёженный багажник и посмотрела на равнодушное лицо мужчины. После того как демон покидает носителя, от того, как правило, мало что остаётся. Человеку кажется, что он утратил яркость ощущений… Еда становится безвкусной, жизнь пресной. Даже не догадываясь, что до этого испытывал лишь ненависть, ярость, желание причинить боль и другим, и себе, наслаждался тёмным спектром чувств, он всё равно тоскует об ушедшем. И те немногие счастливчики, которые сумели избавиться от собственного демона, как правило, кончают жизнь самоубийством в первые же несколько дней. Поэтому нужно спешить и разыграть эту карту.

— Вылезай, — кивнула гиана.

Дэн медленно, словно зомби, вылез из багажника. Иви усмехнулась: так он зомби и есть. Демон не покидал его тело, носителя пришлось убить, чтобы добраться до тёмной сущности, а потом оживить, чтобы найти других…

— Тварь, — равнодушно проговорил Дэн. — Зачем ты убила меня?

Гиана усмехнулась:

— Лучше спроси, зачем воскресила. — И махнула рукой на здание: — То место?

Он молча кивнул и, не отрывая от Иви немигающего взгляда, тускло уточнил:

— Зачем воскресила?

Иви подошла к железной двери и сорвала с петель висячий замок с такой лёгкостью, словно тот был сделан из бумаги. Из проёма пахнуло потом и алкоголем, гиана обернулась к Дэну:

— Входи.

Он послушно двинулся в темноту закрытого стрипбара, в котором Сати, навернувшись с пилона, ударилась головой.

— Когда я в последний раз приходил сюда, — безразлично проговорил Дэн, — то оставил одной из девиц деньги и свою визитку. Если бы Наама вернулась, я бы знал.

— Почему так уверен? — с содроганием вдыхая влажный наполненный жаждой секса воздух, уточнила Иви.

Захлопнула дверь и включила свет, озаривший пустое помещение, мерцающее красноватыми отблесками. На бледном лице Дэна появилось подобие самодовольной улыбки.

— Я приглянулся той девице. Захотел, сразу бы дала.

— А что же не захотел? — продолжала допытываться Иви.

Дэн пожал плечами:

— Чтобы точно позвонила. Да и потасканная сильно. Не встал бы на неё.

— В тебе жил демон, — мрачно усмехнулась Иви. — Встал бы и на старуху древнюю. А то, что не позвонила, странно. Если девчонка запала на тебя, как утверждаешь, придумала бы повод. Значит, позвонить не смогла… Или потеряла визитку, или мы потеряли свидетеля.

— Думаешь, её убили? — без особого интереса спросил Дэн.

Иви пожала плечами:

— Если ты в поисках сестры потревожил осиное гнездо, то, возможно, и это. — Она запрыгнула на стойку бара и, выбрав односолодовый виски, покачнула бутылкой: — Будешь?

Дэн кивнул, и гиана, сидя на стойке, наполнила стаканы. Взяла один и, залпом выпив спиртное, вытерла губы тыльной стороной ладони.

— Уже лучше, — проговорила она и хитро покосилась на Дэна: — Итак, почему я тебя оживила… — Вздохнула и решительно проговорила: — Нужна твоя помощь. Для начала расскажи, что ты делал для того, чтобы Сати менялась.

Дэн взял стакан, поболтал содержимое, отхлебнул, поморщился так, словно внутри вместо алкоголя оказалась водопроводная вода, отставил виски и поднял глаза.

— Приказывал по телефону, — ровно проговорил он. — Сати почему-то не могла перевоплощаться, если я рядом. Приходилось искать способы, что было непросто, поскольку отец не разрешал Сати иметь свой сотовый.

— Интересно, — пробормотала Иви. Она снова наполнила свой бокал и задумчиво посмотрела на Дэна. — Видимо, ты даже не предполагал, что Вистан знает о твоём увлечении чёрной магией?

Дэн не ответил. Казалось, это его совершенно не волновало. Как и всё, что осталось в той жизни, которая закончилась в гараже. Гиана отхлебнула виски и улыбнулась своим мыслям.

— Доктор на самом деле очень заботился о тебе и твоей сестре. По-своему, как мог… Тебе не повезло оказать демону услугу и предоставить ему своё тело. Вистан, как человек прагматичный, искренне верил, что одержимость можно исцелить медикаментами, что и пытался делать все эти годы. Он брал только пациентов с диагнозами, схожими с Сати и… твоим.

Дэн слабо пошевелился:

— Отец считал, что я болен?

В его голосе прозвучала тень удивления. Иви кивнула:

— Он пытался лечить тебя, добавляя лекарства в еду… Когда я объяснила доктору, что все его усилия бесполезны, его словно подменили. Похоже, правда сильно подкосила его. А когда я сказала, что придётся тебя убить, чтобы освободить от демона, он совсем сник.

Дэн равнодушно смотрел перед собой, гиана вдохнула и решила не упоминать о запахе безумия, который исходил от доктора. Он так отчаянно пытался спасти детей, что сам постепенно поддался одержимости и сошёл с ума. Беспрекословно помог гиане пленить сына, чтобы завершить дело своей жизни. Вместе с жизнью… Иви вспомнила пустой взгляд, медленные движения, ощущение обречённой решимости, которое исходило от Вистана. Она так понимала это состояние… Вот только в отличие от доктора, у неё не было выбора: жить или умереть. Вистану повезло родиться просто человеком.

— Это ответ на первый твой вопрос, — неохотно проговорила Иви. — Я могла использовать тебя и с демоном, но Вистан попросил сделать то, чего не смог он. — Вспомнила, как был недоволен Аббадон её мягкосердечием, усмехнулась: — Это мой подарок тебе, и отцу. И Сати…

— Сати? — слегка оживился Дэн. — Её ты тоже убила?

— Нет, — скривилась Иви. — Эту жизнь надо сохранить во что бы то ни стало! Сати уникальна, она сильна духом, может выдержать трёх демонов, которые раз за разом используют её тело. Уверена, что твой демон замешан в удочерении Вистаном именно этой девочки… Обычный человек или несёт демона, как ты, или исторгает, но, независимо от варианта либо погибает, либо сходит с ума… В любом случае дверь в тот мир закрывается навсегда.

— Значит, я действительно мёртв, — подытожил Дэн. — Но почему я продолжаю жить?

— Тебя поддерживает моя магия, — вздохнула Иви. — Но это ненадолго.

Она смотрела на свою жертву, гадая, успеет ли найти ответы на все загадки до того, как прекратит действовать капля крови, которую она подарила. Гиана была зла: столько десятков лет сдерживалась, а теперь… сначала Керт, теперь Дэн. Конечно, полицейского инициировала случайно, ей понравился милый вкусно пахнущий мальчик. А вот Дэна она обратила намеренно и должна поплатиться за это. Если бы она не посочувствовала Вистану, этого бы не случилось… Иви надеялась, что долгожданная смерть настигнет её быстрее, чем придёт расплата за оживление мертвеца.

— Я знал, что Сати уникальна, — тихо проговорил Дэн и вздохнул: — Но она такая гордячка… ни разу не посмотрела на меня, как на мужчину. Чтобы заглушить свою боль, приходилось делать больно ей… — Он посмотрел на Иви: — Почему ты не убиваешь её? Хочешь использовать с моей помощью? Поэтому воскресила?

Иви скривилась, сжала бокал и отвернулась. Этот парень слишком проницателен для мертвеца! Девочке не светило лишиться жизни и освободиться. Все они слишком долго ждали ту, что пожертвует собой и примет на себя проклятие. Вздохнула и легко улыбнулась:

— Не собираюсь я призывать демонов! Да это и невозможно, Сати под надёжной защитой. Лука…

— Лука? — неожиданно перебил Дэн. На мгновение он встрепенулся, словно ожил, но потом опять помертвел и проворчал: — Раздражает. Когда увидел его в полицейском участке, едва сдержался, чтобы не наброситься с кулаками. Словно встретил того, кого всю жизнь ненавидел. Подумал, что приревновал Сати, но это не то… Что-то другое, глубокое, до противного светлое, что переворачивало душу, дёргало нервы, вытягивало силы.

— Ненависть? — хмыкнула Иви. — Точно! Но не твоя, а той тёмной сущности, что была внутри. Лука некогда был ангелом. Чистый свет! Стоит ему прикоснуться к одержимой, как из неё мгновенно вышвыривает непрошеного гостя.

Дэн молча опустил голову, Иви знала, о чём он думает.

— Хочешь спросить, почему тогда тебя пришлось убить, — иронично спросила она, — раз можно было попросить Луку изгнать демона?

— Нет, — медленно проговорил Дэн. — Он прикасался ко мне, демона это не изгнало, но как-то подействовало. Не могу точно сказать, что это было.

— Таких, как ты, — лениво пояснила Иви, — Лука может на время погрузить в состояние, похожее на транс. Он оглушает демона. — Постучала пальцами по стойке, покачала головой: — Значит, ты приказывал Сати, воздействовал на неё голосом, но только тогда, когда находился вдалеке… — Встрепенулась: — А кто-то мог записать твой голос?

Дэн пожал плечами.

— Возможно. Когда наткнулся на Валафара, подумал, что демоны научились появляться без приказа. — Слегка скривился: — Даже обрадовался. Ждал, что Наама придёт ко мне, а эта вертихвостка направилась в стрип-бар! — Он нахмурился и покосился на Иви: — Тот, кто использовал Сати, работает здесь?

— Уверена, — передёрнула плечами гиана. — Если бы он был простым посетителем вряд ли сумел стащить твою визитку. То, что Нааму видели один раз, ещё не значит, что она приходила лишь однажды. Она могла посещать это заведение в образе Валафара или ещё кого…

— Андро, — тихо проговорил Дэн. Кивнул: — Она всё чаще сбегала из дома, возвращалась в синяках, бывало и с серьёзными травмами. После таких случаев отец на несколько дней запирал сестру в клинике.

Иви внимательно посмотрела на него:

— А что приказывал ты?

— Ничего особенного, — безразлично ответил Дэн. — Как-то попросил украсть документы, один раз деньги… но отец что-то почуял, такую взбучку устроил! Когда полиция стала вокруг клиники рыскать и пошли слухи о трупах, я натравил на Конора демоницу.

— Натравил? — Иви подалась вперёд. Она вспомнила того «папика» в ресторане. — Так это ты позвонил, после чего девочка преобразилась! А что ты ей приказал?

Дэн равнодушно ответил:

— Старый хрыч был сердечником, я заранее подменил таблетки на пустышку. Наама должна была соблазнить его… — усмехнулся: — Это было несложно, старик давно на неё слюни пускал.

Иви удивилась:

— И Вистан был не против таких встреч?

— Отец? Он разрешал раз в месяц пообедать в Сати, но угрожал, что если Конор позволит себе лишнее, то обанкротит старика. У Вистана была целая стопка закладных Конора, поэтому старик и решил натравить полицию на клинику отца, наговорил лжи с три короба… — Он усмехнулся: — Я тоже дал показания против отца. — Иви удивлённо приподняла брови, и Дэн охотно пояснил: — Чтобы не заподозрили. Всё равно к клинике те трупы не имеют никакого отношения. Да я ничего определённого и не рассказал, только некие слухи…

Гиана недовольно проворчала:

— Знаешь, надо было оставить тебе жизнь, чтобы подольше помучился. Строишь из себя такого добренького, а сам сестру чёрной магии подверг, старика до сердечного приступа довёл, и Керт из-за тебя пострадал!

Дэн нахмурился:

— А я и не просил меня убивать. Ты сказала, что это подарок. Так можешь забрать! Я жить хочу.

Иви покачала головой:

— Невозможно. Да и не стала бы ничего менять. Сати нужно освободить от всех манипуляторов, чтобы… — Замолчала и прислушалась к голосам за дверью. Кажется, люди спорили, нужно ли вызывать полицию. Быстро проговорила: — Это и есть твоя миссия. Как найдём их, я отпущу тебя из жизни…

— Не надо, — вдруг отозвался Дэн, в голосе его проявилась тень ужаса перед смертью. Он упал перед стойкой на колени и, вцепившись в дорогущие туфли Иви, попросил: — Пожалуйста!

Гиана брезгливо стряхнула его руки, но промолчала. Зачем говорить, что он через несколько дней сам исчезнет? Зомбак слегка заторможенный, но не дурак. Может смекнуть, что служба его не спасёт, тогда бросится во все тяжкие, а этого допускать нельзя. Сейчас, когда свобода от опостылевшей жизни так близка, не стоит привлекать к себе внимание.

— Вот дурачок, — беззлобно хмыкнула Иви. — Смерть — это избавление. Но смертные не ценят такого шикарного подарка, а бессмертным он недоступен. После сотни лет начинаешь воспринимать жизнь как должное, через двести как надоевшее, через триста как наказание, через четыреста как страшнейшее из возможных проклятий. Забвение. Тишина. Небытие. Всё это становится недоступным, но желанным настолько, что все удовольствия мира перестают приносить даже тень удовольствия, которую ощущают зомби вроде тебя.

Она посмотрела на молчаливого Дэна, который явно не понял ни слова из того, что она сказала. Вздохнула: конечно! Любое существо отчаянно цепляется за жизнь. Даже уже умершее. Призрачная тень жизни манит зомби, и это нужно использовать, пока ещё есть время. Гиана спрыгнула со стойки и подошла к мужчине, положила руки ему на плечи, приникла к его шее, впиваясь зубами, причиняя боль, Дэн застонал: её близость дразнит его, зовёт и сводит с ума. Зомби не может испытывать удовольствия, если в нём нет боли. Но вот гиана не может насладиться им, тело Дэна ощутимо пахло гниением. Смертные это ощутят ещё нескоро, но обострённое обоняние не обмануть. Иви резко отпрянула и сплюнула:

— Ну и гадость!

Хлопнула дверь, раздался высокий голос:

— Эй вы! Моя подруга за дверью вызывает полицию!

— Это она, — сказал Дэн.

Иви обернулась и при виде аппетитных форм черноволосой красотки у неё потекли слюни. Облизнулась и вкрадчиво проговорила:

— Считай, что мы и есть полиция, деточка. Кстати, вот за испорченный замок.

Помахала пачкой денег, на которые можно заменить все двери в здании. Девушка, заметив купюры, тут же расслабилась и расплылась в широкой улыбке. Торопливо поправив декольте, приникла к стойке и, оттопырив круглую попку в короткой юбочке, томно проговорила:

— Какие нетерпеливые посетители! — Смешно выпятила губы и подмигнула: — Хотите приват? Можно каждому по девочке… — Крикнула: — Эй, Сандра, заходи! Не бойся, здесь свои!

— Я хочу Нааму, — не отрывая от девицы жадного взгляда, проговорила Иви.

Черноволосая оттолкнулась от барной стойки и приблизилась к гиане. Выхватив деньги, прижалась к Иви пышной грудью и томно проговорила:

— А судя по взгляду, я тоже подойду… Я Мика! На сцене — Белоснежка, но играю не только с гномами…

Иви вдохнула аромат мускуса, смешанный с розовым мылом и, поперхнувшись, закашлялась. Девчонка пахла вкусно… но, к сожалению, только человеком. Это не манипулятор.

— Мика? — пугливо проговорила невысокая блондинка, приближаясь к ним на убийственно-высоких каблуках. — Ты их знаешь? Там Умник за дверью… Если что, он полицию вызовет.

— Не ври, — безразлично проговорил Дэн, привлекая внимание брюнетки. — Если бы хотели, давно бы вызвали.

— А я тебя помню! — с искренней радостью воскликнула Мика и тут же сникла: — У меня кто-то умыкнул твою визитку, и я не смогла позвонить…

— Видела Нааму? — оживилась гиана.

Блондинка подошла вплотную в Мике и, выдернув из пачки в её руках одну купюру, громко зашептала:

— Это та ненормальная, что после того раза головой тронулась?

Белоснежка шикнула на подругу и попыталась отобрать деньги, но та увернулась.

— О чём это она? — тут же спросила Иви.

Мика со вздохом отступила от довольной подруги и неохотно ответила:

— Та девушка, о которой спрашивал этот красавчик, — кинула на Дэна, — приходила, но вела себя странно. Как мальчик. Думаю, что после того, как с пилона навернулась, умом тронулась…

— Как мальчик? — с интересом уточнила Иви. Переглянулась с Дэном и вкрадчиво уточнила: — А кто с… ней общался?

— С Умником пошепталась, — хихикнула Сандра, — а потом они оба ушли. Не знала, что парня заводят такие. Да и Белоснежке снова пришлось за него смену отстоять…

Иви бросила короткий взгляд на дверь и тихо спросила:

— А этот Умник… он там, да?

Гиана вытащила из сумочки золотую карту и, многозначительно покрутив ею, прошептала:

— Позови его… Нежно!

Сандра, словно загипнотизированная, развернулась на каблуках и, выбивая ими рваный ритм по полу, побежала к выходу с такой скоростью, словно за ней гнались демоны.

— Милый! — закричала она так страстно, словно выпила тройную дозу виагры. — Иди сюда! Всё в порядке, все тебя ждут…

— Вот дура, — равнодушно проговорил Дэн. — Она его спугнула.

Иви чертыхнулась и бросилась к выходу. Оттолкнув блондинку с такой силой, что та отлетела к стене и, ударившись головой, затихла в углу разноцветной куклой, выскочила на улицу. Как раз вовремя, чтобы заметить человека, бегом покидающего подворотню. Миг, и тот скрылся. Гиана повела носом и жёстко ухмыльнулась:

— А вот и манипулятор! — Прошипела: — Жаль, что чутьё у него получше моего. Или же он просто чрезвычайно осторожен.

На пороге появился Дэн, мрачно посмотрел на машину и спросил равнодушным тоном:

— Мне лезть в багажник?

— Если хочешь, — отмахнулась Иви.

— Так мы не будем преследовать манипулятора? — уточнил зомби с лёгкой тенью удивления на синеватом лице.

Гиана пожала плечами:

— А смысл? Это лишь мелкая сошка. Что он может сказать? Скорее всего, ему приказывали по интернету или телефону… — Скривилась и выплюнула с ненавистью: — Чтоб все сети рухнули в одночасье! — Оглянулась на бар и лучезарно, словно вспышка гнева лишь померещилась Дэну, улыбнулась: — Гораздо важнее, что именно сюда Сати возвращалась, и не раз. Заметь, добровольно. Значит, здесь есть что-то, что влекло её… точнее, демонов в ней.

Она обогнула ходячий труп и снова вошла в стрип-бар. В углу, стоя на коленях и вцепившись в чёрные волосы, выла Мика. Увидев Иви, она вскрикнула и испуганно отползла в сторону, на белом лице её мелькнул страх и ненависть. Гиана судорожно вдохнула и прохрипела:

— Деточка, не надо так активно бояться, ты начинаешь пахнуть так, что я могу и не сдержаться!

— Ты убила её! — истерично выкрикнула Мика. — Сандра мертва!

— Правда? — гиана приподняла идеальные брови и печально покачала головой: — Жаль.

— Сука! — взвизгнула Мика. Метнула в Иви пачку денег, которые, не долетев до гианы, рассыпались по полу. — Возьми свои грязные деньги!

— Истерика крайне не вовремя, — огорчилась Иви и оглянулась на топчущегося в дверях Дэна. — Помоги ей прийти в себя.

— Чем я могу помочь? — безразлично спросил он.

Иви приподняла одну бровь и раздражённо ответила:

— Не знаешь, как быстро исцелить женскую истерику? Трахни её.

— Чем? — оглядываясь, деловито уточнил Дэн.

Мика взвизгнула и попыталась заползти за стойку бара, но дрожащие руки не слушались её. Гиана сердито посмотрела на зомби и, покрутив пальцем у виска, рявкнула:

— Идиот! Ты нравишься девчонке, так окажи ей мужское внимание.

Дэн опустил голову, рассматривая собственные брюки.

— А я всё ещё могу? — с сомнением уточнил он.

— Будешь меня бесить, уже ничего не сможешь, — угрожающе произнесла Иви. Кивнула на перепуганную до смерти стриптизёршу: — Давай быстрее! Мне нужны её мозги. — Вздрогнула и тут же поправилась: — Не буквально, разумеется.

Дэн угрожающе навис над Микой, та, визжа, попыталась пнуть его. Попала ногой в живот с такой силой, что каблук туфли пробил зомби живот и туфелька, соскользнув со стопы, повисла на зомби. Стриптизёрша, выпучив глаза, с ужасом прижала руки ко рту и замолкла. Дэн с безразличием вытащил каблук из живота, отбросил туфлю и, присев рядом с девушкой, провёл ладонью по её щеке.

— Не убивайте меня, — прошептала Мика. — Пожалуйста.

— Не буду, — пообещал Дэн, стаскивая её трусики.

Мика всхлипнула и зажмурилась, когда он расстегнул свои брюки. Иви подлила себя виски и с интересом посмотрела на оголённый мужской зад, подёргивающийся меж раскинутых белоснежных ляжек брюнетки, на тонкие пальцы стриптизёрши, вцепившиеся длинными алыми ногтями в плечи Дэна, на перекошенный рот женщины, чьё лицо исказилось от смеси боли, страха и наслаждения, и усмехнулась. Гиана не ошиблась в Мике: та явно любит пожёстче, именно этим ей Дэн и понравился. Отхлебнув спиртное, присела на корточки и погладила брюнетку по гладкой щеке: Мика вздрогнула и попыталась скрыться под телом Дэна.

— С кем ещё общался бармен? — спросила Иви.

— Твою мать, женщина, — прохрипел Дэн. — Ты можешь спросить об этом позже?

— Не пыхти, — отмахнулась Иви. — Кончить всё равно не сумеешь. Зато девушке окостенелой конечностью можешь доставлять удовольствие хоть сутками. — Она иронично посмотрела на Мику: — Хочешь его? Он сделает всё, если я прикажу. Но ты расскажешь мне всё, что я хочу знать.

Стриптизёрша изогнулась под телом зомби и, тяжело задышав, содрогнулась в спазме. Иви похлопала Дэна по плечу:

— Хороший мальчик. Слезай, продолжите позже.

Дэн поднялся и с равнодушным видом заправил стоящий колом член в брюки и застегнул ширинку. Мика, раскинувшись в беспомощной позе любви, ещё подрагивала. Иви не удержалась и, сглотнув слюну, погладила её пышную грудь, — наверняка нежную на вкус, — провела по влажной промежности и, вдохнув аромат любви, порадовалась, что рядом зомби, чей гнилостный запашок помогает удерживать на грани её демоническую часть. Вкусив человеческой крови, сдерживаться становится всё сложнее. Гиана вытерла пальцы о платье Мики и потрясла её за плечо:

— Я жду ответа.

Стриптизёрша вяло перевернулась и, встряхнувшись, словно собака, вылезшая из воды, поднялась на четвереньки. Покачиваясь, попыталась встать на ноги, но, видимо, страх и разрядка совсем лишили её сил. Мика уселась на пол и, привалившись спиной к бару, подняла глаза на Иви.

— Что? — прошептала она и покосилась на Дэна: — Что вы такое?

— Я? — Иви ткнула себя в грудь. — Гиана. Бессмертная тварь, рождённая ангелом и демоном, оставленная в живых для напоминания всем остальным, что происходит, если нарушаешь правила. — Она едко добавила: — И я завидую тебе всем своим чёрным сердцем…

Мика истерично расхохоталась, размазывая чёрные от туши слёзы по щекам.

— Вы издеваетесь?! — немного успокоившись, спросила она.

Гиана уныло покачала головой и вздохнула:

— Нет, к сожалению.

Мика стрельнула глазами в Дэна:

— А этот… ваш раб?

Иви понимающе ухмыльнулась:

— Дэн будет твоим рабом, деточка, если поможешь мне. Он сделает всё, что скажешь. — Гиана могла себе позволить сделать шикарный подарок стриптизёрше. Если она выйдет на след манипуляторов, то Дэн больше не будет нужен. — А теперь расскажи мне, с кем общался этот… Умник? Как его имя?

— Не знаю, — скривилась Мика. — Все называли его Умником, уж не знаю почему. Девочки язвили, что он мой поклонник-гном, был такой в «Белоснежке», помните? — Она вопросительно посмотрела на Иви, пытаясь вызвать хоть какое-нибудь человеческое чувство на её красивом и жестоком лице, но, так и не дождавшись реакции, понуро опустила голову: — Но звали его так по какой-то другой причине, мне неизвестной. Он часто пропускал работу, и Морт ему слово поперёк не мог сказать, а Бат так и вовсе побаивался. Шептались, что Умник информатор полиции, но это ерунда!

— Понятно, — задумчиво проговорила Иви. — Либо я плохо рассмотрела парня, и он не такая уж мелкая сошка, либо те, кто стоит за Умником, изображали из себя посетителей. — Она пытливо посмотрела на стриптизёршу: — Помнишь каких-нибудь странных или подозрительных постоянных посетителей, которые общались только с барменом?

Мика скривилась и обвела бар красноречивым взглядом:

— Леди, да здесь каждый посетитель или странный, или подозрительный, а чаще всё сразу. — И тут же нахмурилась: — Но вот те, кто говорил лишь с Умником… Да! Припоминаю одну мега-странную дамочку. Вечно в деловом костюме и даже ночью в солнцезащитных очках на пол-лица! Сначала я подумала, что она из розовеньких, но дамочка ни разу не взглянула на девочек. Всегда присаживалась к бару и, выпив бокал извечного мартини, покидала бар. Умник звал её Крим.

Иви наморщила лоб вспоминая:

— Крим… Крим. Где-то я уже встречала это имя. Кажется, оно фигурировало в деле, которым занимается мой любимец. Надо пообщаться с Кертом. — Она отставила стакан и, потрепав Мику по щеке, приказала Дэну: — Остаёшься с ней. Выполняй все приказы этой девочки и… — Она хотела добавить, что через несколько дней он обретёт свободу от «не жизни», но вспомнила, что Дэн просил другое, и приврала: — И тогда будешь жить.

Поставила пустой бокал и, мягко покачивая бёдрами, неторопливо пошла к выходу.

— У парня теперь круглосуточный стояк, — не оборачиваясь, промурлыкала она, — но кончать я не в силах. Пользуйся, деточка.

Мика проследила за ней настороженным взглядом и когда Иви исчезла за дверью, резко обернулась к Дэну:

— Ты действительно исполнишь всё, что я прикажу?

Дэн равнодушно кивнул:

— Что ты хочешь?

Мика мазнула влажным взглядом по неподвижному телу Сандры, и губы её задрожали.

— А как ты думаешь? — яростно крикнула стриптизёрша и, смахнув слёзы, прошипела: — Хочу отомстить этой сучке!

* * *

Сати осторожно прогуливалась по мягкой траве, пушистым ковром раскинувшейся на крыше. Если забыть, что за краем пропасть, то можно представить, что находишься на лужайке у дома Вистана. Вздрогнула и попыталась выбросить мысли об отчиме. У неё теперь есть Лука! Он защитит её, оградит от опасного мира, где ненавидят и опасаются каждого, кто выходит за рамки представления «нормальности». Но даже не это самое важное. Любимы защитит её от демонов, которые без спроса используют её тело. Словно кукольники, натягивают на руку тряпичную куклу и делают с её помощью нечто грязное, противное, противозаконное… Содрогнулась и обхватила себя руками.

Повернулась к «сфере», где они с Лукой недавно занимались любовью. Улыбнулась и осторожно прикоснулась к лобку: внутри всё саднило, но эта боль словно была доказательством, что ничего не приснилось. Лука действительно любил её: неистово, жадно… несколько раз. Чтобы доказать себе, что произошедшее — реальность, она заставляла себя делать шаг за шагом, хоть это и причиняло дискомфорт. Лицо Сати то болезненно искажалось, то расплывалось в счастливой улыбке. Любимый столько лет ждал её! И пусть слова его порой ранят, он защищает её, — а это самое сильно доказательство.

— Свет, — нежно прошептала она, прижимая руки к груди.

Нерешительно подошла к огромной деревянной ванне, которую невесть каким чудом умудрились затащить на крышу. Если верить Луке, наполнена она дождевой водой. Прежде чем покинуть Сати, он подвёл её к лоханке и предложил принять ванну, но Сати ужаснулась при мысли, что придётся окунуться разгорячённым от любви телом в холодную воду. Лука настоятельно рекомендовал смыть кровь и сперму именно здесь, а не в душе, говорил, что она сама поймёт, почему…

Вздохнув, Сати медленно стянула с себя единственное, что было надето, — местами разорванное платье, — и нерешительно замерла рядом с лоханкой. Тронула кончиками пальцев прозрачную воду, и кожа рук тут же покрылась крупными пупырышками. Но она полностью доверяла Луке, хотела слушаться его, поэтому упрямо забралась на край и, тоненько взвизгнув, погрузилась в холодную воду. Телом тут же завладела крупная дрожь, но Сати понемногу привыкала. Через минуту открыла глаза и с удивлением уставилась на поверхность воды, которая зеркально серебрилась и отражала небо. Тела своего Сати не увидела, но зато ощутила, как медленно растворяется боль не только от ссадин и синяков, но и внутренний дискомфорт уходит.

Расслабленно выдохнула и, откинувшись, погрузилась в воду, оставив на поверхности лишь часть лица. Смотрела в небо, по которому медленно проплывали белоснежные барашки облаков, и думала о том, что вода это непростая. Лука так разозлился, когда она назвала его ангелом… Снова улыбнулась: зато, разозлившись, любил её! Улыбка растаяла. Но кто же он на самом деле? И почему живёт с такими странными и опасными существами, которые легко могут напасть на того, кто даёт им кров? Вспомнила жуткую кровавую сцену в гараже и, содрогнувшись, погрузилась в воду с головой, да вынырнула. Откашлявшись, поспешно вылезла из ванны. Пришлось надеть на себя испорченное платье, белья она так и не нашла, других вещей на крыше не было, а внутри сферы лишь буйно цвели незнакомые растения, которые служили Луке и кроватью, и духами, и едой.

Отдёрнув край платья, Сати крадучись спустилась на жилой этаж, остановилась, прислушиваясь к тишине. Зная, что Луки нет в доме, она надеялась, что и Аббадон куда-нибудь ушёл. Уж очень не хотелось встречаться с уродливым карликом, да ещё и полуголой. На носочках подошла к комнате, где Иви сложила сундуки с одеждой и, немного посомневавшись, толкнула дверь. Внутри гианы не оказалось, и Сати с облегчённым вздохом скользнула в комнату и тороплива прикрыла дверь. С усилием придвинув к двери один из ящиков, вытерла со лба пот и огляделась.

Уже отчаявшись найти что-то более-менее приемлемое среди полупрозрачных, с сумасшедшей вышивкой и обилием стразов, платьев, подходящих больше для подиума, чем для обычной жизни, вдруг заметила чёрный трикотажный комбинезон. Вытащив его, провела пальцами по мягкой приятной ткани и улыбнулась: то, что надо! Тут же скинула порванное платье и натянула находку. Конечно, он тоже в стиле Иви, о чём недвусмысленно намекало низкое, почти до неприличия, декольте на спине, но главное, что Сати в нём ощущала себя больше одетой, чем обнажённой, и не напоминала куклу. С удовольствием разгладила складочки на талии и бёдрах, отмечая, что промежность уже не так болезненно реагирует на прикосновения. Возможно, именно ванна из дождевой воды помогла…

— Сразу видно, что ты стала женщиной, киска! Женщиной-кошкой! Не хватает только ушей и хвоста… Предлагаю и дальше пользоваться хвостом Луки и почаще радовать мои ушки своими сладкими стонами!

Сати вздохнула и обернулась к двери: сундук, который она попыталась предотвратить подобную неприятную ситуацию, так и стоял на месте. Аббадон, подрагивая длинными ушами, тоже разглядывал его.

— Если захочешь забаррикадироваться как-нибудь ещё, киска, — иронично проговорил он, — сначала удостоверься, в какую сторону открывается дверь!

Сати поджала губы, а Аббадон поднял руку и помахал литровой бутылью коньяка:

— Отметим процесс дефлорации? Судя по размерчику Луки, тебе срочно требуется обезболивающее… Не понимаю, почему ты так ровно ходишь! Или вы ограничились оральными утехами?

Не выдержав, Сати схватила первое, что попалось под руку и запустила в нахального демона. Тот легко словил импровизированный снаряд и, развернув, одобрительно покачал головой:

— Отличный бюстгальтер! Только боюсь, мне не подойдёт по размеру, — усмехнувшись, покосился на красную от злости Сати: — Да и не ношу я с пуш-апом! Не сочетается с моим ростом. — Отшвырнул бельё и примирительно проговорил: — Да ладно тебе дуться, киска! Составь компанию старику. Если я раздобрюсь, то расскажу тебе о Луке нечто, что тебе очень нужно знать…

Сердце Сати словно кто-то сжал ледяными пальцами, она облизнулась и, хоть и клялась, что никогда больше не заговорит с безжалостным демоном, хрипло уточнила:

— А ты не обманешь?

Тот снова покачал бутылкой:

— С такой-то дозой сыворотки правды?! И не надейся, киска!

Он развернулся и, забавно подпрыгивая, пошёл к лестнице. Сати, осторожно переступив бесполезный сундук, последовала за демоном. Что что, а способность подсадить на крючок у Аббадона не отнять. После бочки двусмысленных шуточек добьёт парой метких слов. Спускаясь по лестнице, Сати болезненно морщилась, а карлик саркастично посмеивался и бормотал себе под нос нечто явно непристойное.

В подвале демона ничего не изменилось: громко тикали уродливые часы, пахло чипсами и спиртом, работал телевизор. Аббадон поставил бутылку на столик и потопал за стаканами, а Сати осторожно присела на краешек кровати и уставилась на экран. Сто лет не смотрела новости! Что творится в мире? Городская улица, машины, спешащие люди. Дикторша вещает хорошо поставленным голосом о пожаре, унёсшем жизни целой семьи, о самоубийстве психиатра, который сбросился с крыши небоскрёба… Что? Сати вскочила, разлив коньяк из протянутого Аббадоном стакана.

— Что?! — дрожа, выкрикнула она. — Мне не послышалось? — Схватила растерянного карлика за грудки и встряхнула с неожиданной силой: — Она сказала доктор Вистан?!

Аббадон клацнул зубами и, прикусив от неожиданности язык, взвыл волком. Сати разжала руки и медленно опустилась на пол.

— Папа умер? — не веря самой себе, прошептала она и, посмотрев на экран, покачала головой: — Нет! Он не мог покончить с собой! Только не Вистан!