Глава 27

Машина подъезжает к дому, и я сразу его вижу. Марат. Стоит на крыльце, скрестив руки на груди, напряжённый, злой. Его взгляд прожигает насквозь.

«А ты ждала, что он лезгинку в нашу честь станцует?!».

Нет, но я просто… Боже… волнуюсь.

«Действительно, и красной дорожки нет. Совсем не готовился. Плохой Марат. Фи. И за клубникой вряд ли съездит».

А Камиль мне клубнику организовал, между прочим!

«Так он тебе и проблем выше крыши также организует. По щелчку пальцев. У него всё быстренько делается».

Я громко выдыхаю. Вести внутренний диалог было плохой идей. Мне только хуже становится.

Сердце стучит в ушах, ладони мгновенно становятся влажными. Всё тело сжимается в ожидании бури.

«А чё так мелко, то? Я вот, например, к апокалипсису готовлюсь!».

— Расслабься, Алиса, — тихо бросает Замир, не поворачиваясь ко мне. — Не светись так. Ещё пара глубоких вдохов — и всё будет на лбу написано.

Я глубоко вдыхаю, моргаю, стараясь совладать с собой. Да, мы с Замиром смогли договориться. Он пообещал, что не сдаст меня. А с Маратом я сама вопрос решать буду.

Внутренний голос приподнимает бровь:

«Ага, ты? Решать? Ну-ну, посмотрим, как тебя сожрут с костями».

Резко опускаю руку, поймав себя на том, что уже собиралась погладить живот. Привычка. Но нет, не сейчас. Замир и так знает слишком много. Нечего закапывать себя ещё глубже.

«А чё нам, собственно, уже? Веселимся и пляшем. Жаль бухать нельзя, я бы сейчас не отказалась набухаться».

Закрываю глаза на секунду. Глубокий вдох, медленный выдох. Внутренний голос до сих пор не пришёл в себя после разговора с Камилем. Да я и сама не понимаю, как мне удалось его уломать.

«А ты подожди».

Внутренний голос фыркает.

«Ща у Дикого после оргазма мозги в нужное место вернутся, он и приедет. СВОЁ забирать!»

Сжимаю губы, прогоняя этот голос подальше. Не хватало ещё сознание потерять прямо в машине.

Выхожу на улицу, чувствуя, как спина становится влажной под одеждой. Марат не двигается, но его взгляд темнеет ещё сильнее.

Я задерживаю дыхание. Ну что ж, Алиса, шоу начинается.

— Со мной всё хорошо. Он меня не тронул.

Начинаю диалог с этой фразы. Свято верю в то, что Марату не плевать.

«Нет, я так не могу! Где так жалобная книга?! Комитет в конце концов! Я требую адекватного хозяина! Переселите меня от этой ебанашки!»

Сглатываю громко, потому что для того, кто рад моему счастливому возвращению, Марат слишком долго молчит.

— Удивительно. Потому что для ситуации, в которой ты провела всю ночь в особняке Демидова, это очень странно.

Чёрт. Он знает.

«Давай! Самое время падать в обморок!»

— Камиля можно назвать кем угодно, но не станет принуждать и против воли…

Я голову выше задираю. В холодные глаза Марата смотрю.

— Мне поебать на его брачные игры, Алиса! Достаточно того факта, что ты там была!

Втягиваю воздух через ноздри. Ладно, хорошо. Ему известно. Будем от этого плясать.

«Я бы вообще отсюда плясала. Желательно лезгинкой».

— Должен же был кто-то закончить этот детский сад.

Голос звучит слишком уверенно. Сама в шоке. Марат бровь вопросительно приподнимает. Мол, поясни.

«Я с попкорном, жги».

— Поясни.

Бросает таким холодным тоном, что меня до мурашек по спине пронимает.

— Мы решили с Камилем все вопросы. Поставили точки. Больше он не станет ко мне лезть.

Внутренний голос громко икает. Я же пытаюсь угомонить панику. Которая во мне закручивается с новой силой.

«Ты что несёшь, то? Дикий такого даже в бреду пообещать не мог».

Марат шею разминает. Она громко хрустит. Взгляд такой мрачный становится. До чёртиков пугающий. Кажется, его моя новость совсем не радует.

— Повтори.

Рычит так, что я на автомате шаг назад делаю.

— Что конкретно? Что я с Камилем…

— Ты заигралась, девочка. Забыла, с кем и какой договор заключала. А самое главное, ты забыла про условия.

Ещё шаг назад.

«Беги, идиотка!».

— Я как раз таки помню, Марат. Ты обещал мне полную защиту. Неприкосновенность. И что?! Где были твои люди, когда нас с Замиром загнали в ловушку?! А я, между прочим, была в приюте для животных, для того, чтобы тебе статью хорошую состряпали! Фотографии сделали! Так что не говори мне про условия! Потому что ты их и не выполняешь!

Напряжение в воздухе настолько густое, что его можно резать ножом. Взгляд Марата становится тяжелее, холоднее. Мне вдруг становится жарко. Я сглатываю, пытаясь сохранить хоть каплю уверенности.

«Почему здесь ни хрена нет?! Какой-то чемоданчик с инструментами или хотя бы ведро успокоительного! Как можно было меня к этой подселить и ничего не дать на вот такой случай?!»

— Ты заигралась, девочка, — его голос звучит низко, сдавленно.

Я делаю ещё один шаг назад. Чёрт. Его тон… Он никогда не говорил так со мной. Никогда не звучал настолько опасно.

«Господи, какая дура, какого хрена ты там стоять продолжаешь?!»

Внутренний голос уже пакует чемоданы. Только вот мне некуда бежать.

— Марат, ты меня не слышишь? Мне нужно было действовать по обстоятельствам. Или что ты предлагаешь? Ждать пока Дикий совсем с катушек съедет? Нет, спасибо. В машине не ты сидел!

Его глаза вспыхивают. На мгновение я вижу, как в его взгляде появляется тень сомнения. Как будто он не ожидал такого ответа. Как будто его злит, что я так уверенно ему это кидаю в лицо.

Но этот миг проходит. Секунда — и его челюсть снова сжимается. Вены на руках напрягаются.

— Это сейчас претензия, мне не показалось?

Я сжимаю кулаки. Ну конечно. Как я могла забыть, что мужчины его уровня никогда не бывают виноваты? Виноваты все вокруг, только не они.

— Нет, Марат, — голос срывается на шёпот. — Я просто констатирую факты. Случилась ситуация, нужно было действовать по обстоятельствам.

Марат прищуривается, взгляд скользит по моему лицу, оценивая каждую эмоцию. Я чувствую, как внутри поднимается тревога. Он слишком спокойный. А когда он такой — жди беды.

— И что ты решила? — его голос всё такой же ровный, будто бы даже не злой, но напряжение от этого только сильнее.

Я облизываю губы, решая, что именно ему сказать.

«А ты скажи. Хули нет то? Скажи, что мы кончили пару раз. Дикий так расщедрился на радостях, что сюда нас отпустил. Ой, ещё про клубничку скажи, Марат точно растрогается!»

Обещаю внутреннему голосу, что если он сейчас не заглохнет, то он у меня принудительно обет молчания примет.

— Я… — делаю вдох, мысленно пальчики скрещиваю. — Я заключила перемирие с Диким.

Мгновение тишины. Затем Марат медленно моргает. Его взгляд становится каким-то…

«Сука-а-а-а-а…. что ж страшно-то так?»

— Перемирие? — он наклоняет голову. Голос хрипит немного.

«А он в ахере. Не только же мне здесь уезжающую крышу придерживать».

— Да.

Киваю в ответ. Сама же глазом кошусь в сторону, прикидываю как быстро до сада смогу добежать.

«Жаль, что деревьев нет, а то бы нас какая-то белка смогла бы приютить!»

— Сука…

Марат тяжело вздыхает. Ладно, по нему видно, что он такого не ожидал. Значит, я умею удивлять.

«Готова поспорить, что после тебя он баб к себе на пушечный выстрел не подпустит».

— Стесняюсь спросить на каких условиях.

Кафаров горло прочищает. Явно жалеет, что мы на улице стоим и здесь нет крепкого алкоголя.

— Ну… — я прикусываю губу. — Он что-то говорил про ягуара. Или ягуару. Короче, я плохо расслышала.

Бровь Марата дёргается.

— Ягуар?

— Я пыталась сконцентрироваться! — оправдываюсь, дёргая плечом. — Он говорил быстро и… Ну, в общем, не суть! Ему какой-то ягуар у тебя понравился. Я сказала, что окей. Ну а чего жмотиться? Тебе же тоже нужно немного передохнуть… И все эти ваши стычки…

Марат медленно ведёт языком по зубам. В какую-то секунду мне даже кажется, что в его взгляде что-то демоническое проскальзывает. Но быстро тухнет.

— Ты ему пообещала тачку мою отдать?

Ресницами хлопаю. Чёрт. Я, если честно, от балды всё это несла. И только сейчас вспоминаю, что у Марата машина любимая есть. А я… Неудачненько пошутила.

— А что ты заводишься сразу?! Лучше тачку отдать, чем опять про вас все журналисты писать будут. Люди уже новую статью как серию любимого сериала ждут! Между прочим, мне жена мэра намекнула, что пора с этим завязывать. Так что… я всё ради тебя.

Он зубами скрипит так, что мне жутко становится.

— Съеби с моих глаз. Быстро!