Глава 22

Ястреб

Мои шаги взрывами пуль долбились в стены полупустого здания.

Шел по длинному коридору, видя тонкий луч света, сочащийся из-под дальней двери. Тишина стояла такая, что меня сложно было не услышать, если бы не зычный мужской смех. Олухи…

Толкнул створку, игнорируя все рамки дозволенного. Вошел в кабинет и остановился у порога, закуривая.

– Пётр Данилыч? – мэр вскинулся с кресла, оправляя расстегнутый ворот рубашки. – Какой неожиданный сюрприз. Какими судьбами?

– Так вроде не в мэрию явился я, чтобы вы мне тут вопросы задавали, – захлопнул дверь, повернул ключ и у них на глазах уложил во внутренний карман пиджака. Мужчины замерли, даже не пытаясь стереть растерянность на лицах.

– Андрей Алексеевич, а я, собственно, к вам, – ногой поддел ножку стула, вытягивая его в проход, чтобы ни одна тварь из этого кабинета не выбежала.

– Чем обязан? – мужчина был изрядно подпит, выглядел довольно жалко, потрепанно. С первого взгляда можно было и поверить, что он убит исчезновением своего двоюродного брата. – У меня сейчас слишком много проблем, чтобы обсуждать дела, Пётр Данилович, вы уж простите. Слышали, наверное, мой брат Дамир пропал. Вертолёт рухнул, не долетев до буровой сто километров.

– До буровой? – хмыкнул и встал. Подошёл к кофемашине, поняв, что гостеприимством здесь и не пахнет, они так жаждут, чтобы я поскорее свалил, что даже не в силах сдерживать свои эмоции. – Это какая буровая? «Таёжный»?

– Да…

– Это та самая, что уже три года заморожена, потому что вы ошиблись с местом разработки? А что будет, если я расскажу инвесторам, что ты уже год им мозги пудришь? – сделал глоток и поморщился… Моча ослиная, а не кофе.

– Мы перешли на ты? – Андрей Муравьёв сжал губы и вцепился пальцами в подлокотники кресла. – Знаете, Пётр Данилович, давайте перенесём нашу встречу! Остынем, подумаем, а после увидимся на свежую голову и поговорим с глазу на глаз. Вторник вас устроит?

Он схватил блок с кислотно-яркими листочками, подтолкнул его ко мне ближе, намекая на то, что достаточно лишь нарисовать нули, и он с радостью оплатит моё молчание. Вот придурки колхозные. Сидят тут, должности занимают, интриги плетут, хотя тупые, как пробки.

– Да, только на следующую встречу я приду к вам либо в реанимацию, либо в СИЗО. Ну? Как такой расклад? Там и с племянницей встретитесь заодно. Что ж вы, дядя Андрей, не помогли бедняге? Почему не поддержали, адвоката нормального не наняли? Там, блядь, даже менты понимали, что подставили её, как бычка на убой! – я был на грани… Потерял её из виду на несколько недель, пока лежал в больнице с пулевым! Всего две недели, и девка уже в СИЗО, готовится к этапу. Это как, блядь? Что за сказка такая стремительная?

В тот момент я и понял, что дело тут совсем не в упрямстве этой гордой птички. Тут игра разворачивается, а она просто отработка. Этакий шлак. Жалко, но без этого ничего не бывает…

Чёрт, если бы она просто позвонила!

– Я никакого отношения к Арине не имею. Не хватало только, чтоб моё имя с наркотиками связывали. Сама вляпалась, пусть сама и выкручивается. И вообще, а какое это имеет отношение к делу?

– А вам, Шишкин Степан Леонидович, наш бессменный и верный своему делу мэр, кресло не жмёт? – я рассмеялся, когда этих двух уродов наконец-то осенило, что их схему по разорению Куликова я прощёлкал. – Заводик его прикрыли, другим сказали, чтобы не рыпались и не смели спасать тонущего. Уж очень его территория вам нужна была. Несколько столичных херов занесли вам в саквояжике денег, а вы и рады стараться: своих топить, чтобы олигархам пришлым угодить. Так было? Я ничего не упустил?

– Пётр, – мэр качнулся в кресле. Принимая удобную позу, словно геморрой у него там размером с высотку. – Вы человек новый в нашем городе, за столько лет отсутствия многое пропустили, поэтому не спешите делать выводы. Всё не так, как кажется…

– Где Куликов? – я отмахнулся от старого пердуна, что хотел было начать вешать лапшу мне на уши, и повернулся к Муравьёву. Затушил сигарету в чашке кофе, поставил её ему под нос, наслаждаясь его яростью, выйти которой уже не суждено. – Почему в розыск подали только на третьи сутки? Почему изменили план полёта? Почему есть несостыковки в списке пассажиров? Мне продолжать? – Муравьёв молчал, сжимал подлокотники и тяжело дышал. – Тогда идём дальше… Страховка на случай авиакатастрофы… Чёрт, а как удачно получилось, что все пассажиры одиноки, и предъявить вам иск, как представителю перевозчика, некому. Да? Остаётся только Лариса, но та тупая, как пробка в бутылке дешевого пойла, поэтому вы были максимально спокойны. А вот Арина… Она могла доставить вам проблемы, правда? Уж очень девочка любит отца, а не бабло.

– Что вы хотите? – вдруг выдавил Муравьёв, стреляя взглядом в красного от ужаса Шишкина.

–Я хочу, чтобы сегодня же были возобновлены поиски, и, сука, только попробуй профилонить, и тогда все спонсоры, меценаты и прочие олухи, вложившие в твою пустую скважину бабло, узнают, что ты качаешь только две вещи: воздух по трубам и деньги из их карманов. Ты хотел перекрыться страховкой? Но для этого тебе нужно было звучное имя, чтобы раструбить о катастрофе по телевизору, да? Так вот… У тебя сутки, чтобы принести мне результат!

В руке дернулся телефон, быстро прочитал сообщение от своего начбеза:

«Не нашли, шеф… Он как сквозь землю провалился!»

Суки безрукие. И почему всё самому приходится делать? За девчонкой присмотреть не могут, барыгу найти тоже не в состоянии!

Я вообще словно в проруби оказался. Вокруг грязь, сговоры, продажа родных! Да я за этот месяц просто прописался в колонии. Этот запах в кожу въелся, ничем не вытравить. Но одно было неизменным – Арина, которая продолжала пахнуть, как чистый горный ручей.

– Знаете, – прикурил новую сигарету, крепко затянулся. – Нет у меня сочувствия к тем, кто свои деньги тебе доверил. Я не Робин Гуд, не переживай. Вот если бы ты меня кинул, то да… На крюке для свинины болтался бы давно. Поэтому вот мой вам подарок. Я вам обоим даю шанс на искупление. В противном случае все в щепки разнесу! Ясно?

Мужчины молчали. Напряженно смотрели мне в ноги, ожидая только того, чтобы я свалил. Наивные… В такие игры играют взрослые, девчонок невинных в тюрьму сажают, а всё в сказки верят. Думают, я исчезну? Ха…

Развернулся, провернул в скважине ключ и только коснулся ручки, как створка сама подалась на меня. На пороге стоял смутно знакомый высокий смуглый парень. Глаза у него были серо-зелёные с мелкими точками.

– Андрей Алексеевич, машина подана.

– Спасибо, Рустам…