Глава 15

Даррен откладывал этот серьезный разговор слишком долго, до последнего надеясь обойтись без объяснений. Сначала – потому что относился к Аделине предвзято, мысленно связывая ее с бабкой, проклятой ведьмой Эртвуд. Затем, когда его отношение к ней сильно изменилось, боялся жалости.

Он не хотел, чтобы Аделина за него переживала.

Не желал ранить ее сердце и давать несбыточную надежду.

Ведь ему осталось совсем мало.

Он всегда находился со своей проблемой один на один и не вмешивал посторонних, которые могли случайно пострадать по его вине.

Но сейчас чувствовал, что больше не может молчать. Эта девушка стала для него слишком важной, слишком желанной, хоть и недостижимой.

Одна или несколько совместных ночей не приблизили бы его к ней так, как ему хотелось бы. Даже развод со Слейдом Флетчером не стал бы для нее причиной оставаться с тем, кто в любое мгновение мог погибнуть.

Каждый день как последний.

Каждая прожитая минута приближает неизбежное.

Возможно, поэтому он и торопил события, собираясь хотя бы раз сорвать стоны с ее губ, когда уговорит ее на большее? Без каких-либо обещаний и глупых сожалений.

Именно поэтому и не сказал, что чувствует на самом деле.

Чтобы тогда, когда его не станет, она не винила себя в случившемся.

Так он думал до последних событий.

Нападение нежити на старом кладбище полностью изменило его мнение.

Он позвал туда Аделину ради ее магии. Но если бы опасность перекинулась на нее, бросился бы на помощь без единого сомнения…

Впрочем, в какой-то момент так оно и вышло.

Он едва не потерял ее.

Но сумел прогнать иранха, прорвавшего грань в слабом месте оболочки.

А она…

Она действовала самоотверженно, спасая других, но только не себя.

А затем спасла и его.

Провела рядом всю ночь, шептала такие слова, которые он никогда не забудет. Говорила, что уйдет вместе с ним, если его вдруг не станет.

Смерть от ран облегчила бы его участь. Это не так больно, как заживо быть сожженным изнутри субстанцией, причиняющей неимоверные страдания.

Но теперь Даррену безудержно хотелось жить.

Выжить ради нее одной.

Чтобы успеть сказать, как он безумно влюблен. Чтобы еще хоть раз ощутить вкус ее потрясающих губ и головокружение от объятий, из которых не хочется выбираться. Но перед этим она должна наконец узнать правду.

Иначе он не простит себе свое же молчание.

Даррен облизал губы, пытаясь задержать ощущение ее поцелуя, который мог стать последним, если Аделина отвернется от него после услышанного.

– Это началось давно, тебя еще на свете не было, да и меня тоже…

Он свой рассказ издалека, постепенно вспоминая подробности.

– Ты уже знаешь, что поместье Джозефа Эртвуда граничило с землями графства Блэкстоунов, то есть наши с тобой предки были соседями. Мой дед, Уильям Блэкстоун, был дружен с твоим дедом, хотя тот и служил у него в подчинении. Но молодая жена Эртвуда видела во всем только подвох. Она всегда считала, что граф Блэкстоун продвинулся по службе только лишь благодаря ее супругу. Что все его достижения – это достижения Эртвуда. Постепенно она начала строить козни против моего деда.

Аделина удивленно ахнула:

– Бабушка не могла. У нее, конечно, был непростой характер, но…

– Ты знаешь, как погиб твой дедушка? – перебил ее Даррен.

– Да, знаю. Он умер в бою. – Аделина смотрела растерянно, будто в пустоту.

– Твоя бабушка решила, что в его смерти тоже виноват мой предок. После того она обманом проникла в дом Уильяма Блэкстоуна и забрала самое ценное, что у него было. Она выкрала родовой артефакт…

– Бабушка украла артефакт? – удивленно переспросила Аделина.

– Именно так. Мало того, заколдовала его и надежно припрятала.

– И ты его ищешь?

Даррен кивнул.

Оставалось сказать самое сложное, о чем он предпочел бы промолчать. Но слишком поздно. Остановиться сейчас на середине – значит, обречь себя на дополнительные вопросы, ведь Аделина уже точно не отстанет.

– Что же такого важного в том артефакте? И что он собой представляет?

Она собралась было подняться, но Даррен крепко держал руку девушки, не отпуская от себя, чтобы и дальше смотреть на ее красивое лицо.

– Когда-то в Бриолии существовали маги-хранители, кольца которых оберегали грань от нарушений, и мой далекий предок был одним из них. Артефакт – это кольцо. Необычное, таких в мире осталось всего шесть. Его магия сильна и связана с истинной Тьмой. Оно не имело отношения к твоим предкам. Но почувствовав его мощь, Вивиан Эртвуд поняла важность артефакта и решила отомстить, ударив по самому больному.

– Почему ты так в этом уверен? Столько лет с тех пор миновало!

– Знаю. Отец успел рассказать.

– Допустим. Но какой прок тебе от этого артефакта сейчас? Что изменится, если ты его найдешь? И почему надо было столько времени держать все в тайне?

– Как ты бы поступила на моем месте? – хрипло произнес он. – Знаешь, как погибли мои дед, дядя и отец?

– Как? – широко раскрыла глаза Аделина.

– Они все были одержимы тьмой из-за проклятья, которое ведьма Эртвуд наложила на родовой артефакт! Тьма их убила. Проклятье действует на весь род Блэкстоунов, не выбирая себе жертву. Все они погибли молодыми.

– То есть твои приступы – вовсе не случайность? И не болезнь?

– Так действует магия, перенаправляя чары Вивиан на всех мужчин нашего рода. Каждый из нас становится одержим темной материей, и чары не зависят от расстояния. Тьма нас убивает. Смерть неизбежна.

– Даррен…

– Что Даррен? Я скоро умру. Даже если бы я нашел проклятое кольцо, не факт, что смог бы его расколдовать. У меня не осталось времени, – процедил он, поднимаясь с постели, и слегка скривился от боли.

В висках с силой бился пульс, казалось, сейчас вновь начнется приступ.

Возможно, последний в его жизни.

Но он ошибся, ничего не началось. Просто нервы были на пределе.

– Ты не умрешь! – неожиданно выдала Аделина. – Я помогу тебе, буду постоянно рядом, чтобы вовремя остановить тьму. Мы найдем кольцо!

– Это не поможет, лишь ненадолго отсрочит неизбежное.

– Но моя магия…

– Моему отцу в столице служил сильнейший чародей-резонатор, граф потратил на услуги магов огромные суммы, но все равно скончался в страшных муках. Дядя и вовсе не дожил до тридцати, у него даже не было детей. Дед погиб в тридцать три. Сколько у меня, по-твоему, осталось времени? С каждым разом я все сложнее переношу приступы, блокатор не помогает. Но даже находка родового артефакта – не панацея. Чтобы снять проклятье, нужно знать, каким образом оно было наложено.

– А ты уверен, что кольцо находится в замке?

– Уверен.

– Но почему?

– По-твоему, чем вызваны магические аномалии в Тирхолле и его окрестностях? Все это – эффект действия темных материй.

Он все же поднялся на ноги, что удалось с большим трудом.

– Не вставай! Раны еще не затянулись! – бросилась к нему Аделина.

Она обняла его, поддерживая. Голубые глаза смотрели растерянно, губы чуть заметно дрожали. До Аделины постепенно доходил смысл сказанного.

– Раны это ерунда, – отмахнулся он.

– Вовсе не ерунда! И почему ты мне раньше ничего не сказал? – упрекнула она. – Я знаю этот замок намного лучше тебя! Почему тянул до последнего? А если бы мы не успели? Мы ведь уже столько всего сделали вместе! Вместе могли бы заняться и твоими поисками!

– Зачем тебе это нужно? – прищурился Даррен. – Замок и так фактически твой. На случай моей внезапной смерти в столице с недавнего времени лежит завещание на твое имя. Детей у меня нет, а матери Тирхолл ни к чему.

– Потому что… я не хочу тебя потерять, – глухо сказала она.

– Аделина…

– Я люблю тебя! – добавила она и попыталась отвернуться.

Но Даррен никуда ее не пустил.

Неожиданные слова Аделины заглушили боль, сразу ставшую совсем незначительной. Он смотрел на нее и пытался осознать смысл сказанного.

Она его любит? Но за что? Он ведь до недавнего времени только портил ей жизнь своим присутствием, пренебрежением и недоверием. Пока вдруг не понял для себя, что действительно хочет ей помогать…

Он собирался выкрикнуть в ответ то же самое, признаться в любви, но слова застыли в горле вязким комом, который мешал говорить.

Даррен не мог отвести взгляд от блестящих глаз Аделины, кровь ударила в виски с новой силой, путая все мысли и оставляя лишь голые эмоции.

– Что я говорю? Я ведь еще замужем и пока даже не могу развестись…

Улучив удобный момент, Аделина вырвалась и сделала несколько шагов назад, прикрывая ладонями лицо, словно стыдилась своего же признания.

– Я помогу тебе, найму лучшего адвоката.

– Я не хочу просить тебя о помощи, Даррен! Разберусь сама!

– Отвечаешь мне той же монетой? – усмехнулся он.

– Просто позволь мне самой решать, как дальше жить.

– Ты сама все и решаешь.

– Ты говорил про артефакт, – ушла Аделина от темы, хотя Даррен отлично запомнил момент, когда с ее губ сорвалась заветная фраза. – Я настаиваю на том, чтобы мы занялись им вместе. Ты должен рассказать все, что о нем знаешь. Возможно, ты ищешь совсем не там, где он спрятан на самом деле.

– Хорошо, я согласен.

– Повтори! – выпрямилась она, убрав руки от глаз.

– Как только я поправлюсь, мы сразу начнем поиски, – улыбнулся он и попытался подойти, но голова закружилась от накатившей слабости.

– Немедленно вернись в постель! Иначе я за себя не ручаюсь! – воскликнула она, заметив его состояние. – Тебе еще надо лежать! И пить лекарства!

– Полежишь со мной?

– Ты требуешь слишком много сразу!

– Просто полежи, это ни к чему не обязывает. Мне хочется чувствовать тебя, ощущать твой запах. Рядом с тобой мне сразу становится легче.

– Ох, Даррен…

– Может, ты права, – продолжал он, – нельзя совсем терять надежду. До недавнего времени, когда я только стал совладельцем замка, я искренне верил, что смогу все изменить. Твои слова опять подарили мне веру, что смерть не наступит так уж быстро.

– Ты говоришь это специально?

Он хотел бы сказать совсем другое. Но не сейчас. Момент был упущен.

Он выберет для признания иное время и обстановку.

– Вовсе нет.

– Ладно, я побуду с тобой немного, – сдалась она под его напором. Хотя Даррен видел, что Аделина все еще смущалась.

Он планировал заглушить ее стеснение поцелуями и, пусть на время, забыть обо всем остальном. Сейчас лишь поцелуями. О недавней договоренности Даррен тоже не забыл, конечно же. Но он подождет, когда она будет готова подарить ему нечто большее, и пока не станет настаивать.

 ***

Аделина проснулась ночью, тут же сообразив, что уснула в объятиях Даррена. Сейчас она лежала рядом с ним – видимо, во сне все же отстранилась, опасаясь задеть раны мужчины. Все свечи к этому моменту погасли, лишь яркие звезды освещали комнату, в которой она провела столько часов, разговаривая и иногда отвлекаясь на поцелуи.

Она села, обхватив руками голову, и тут же накатили воспоминания.

Что она наделала? Зачем призналась ему в любви?

Нельзя было поступать так опрометчиво. Однажды она уже безоговорочно поверила мужчине – и ошиблась.

Не стоило говорить Блэкстоуну о своих чувствах. Лучше бы она и дальше молчала.

Лучше для нее. Да и для него тоже.

Возможно, это и не любовь вовсе, а просто мимолетное состояние, вызванное вниманием генерала Блэкстоуна и общим времяпрепровождением? Все эти недели они работали практически бок о бок, ужинали вместе, обсуждали лесопилку…

Даррен сильно отличался от вечно недовольного, но при этом изворотливого Слейда, прямо-таки составлял ему разительный контраст.

Нет, дело ведь не в этом.

Было в Даррене Блэкстоуне нечто такое, что каждый раз заставляло сердце биться быстрее. Теперь-то Аделина понимала, почему так происходило.

Все дело в ее старой влюбленности. Она вновь отыскала героя своих фантазий, пусть он уже и не был тем симпатичным парнем, который даже не смотрел в ее сторону. Он очень изменился. Как и она сама.

А призналась все равно напрасно.

Надо уходить, пока Даррен не проснулся. Иначе он вновь найдет повод ее задержать!

Аделина поправила сползшее с плеча платье, медленно погладив ладонью шею. Совсем недавно Даррен жадно целовал это место. Ласкал ее губы, шептал ее имя. Какой стыд! Вот и как она до такого докатилась?!

А если кто-то из прислуги слышал их разговор? Или того хуже, ее стоны, когда она теряла рассудок от поцелуев?

Ей стало совсем неуютно.

Кое-как затянув шнуровку платья, она отыскала в полутьме на полу свои туфли. И осторожно, чтобы не разбудить шагами Даррена, выскользнула за дверь, предварительно прислушавшись к звукам извне.

Аделина шла по собственному замку, будто какой-то воришка. Постоянно оглядывалась, прижималась к стенам. Попутно она вспоминала рассказ Даррена и злилась. Почему он раньше не признался, зачем на самом деле выкупил половину поместья? Наверное, под страхом смерти она поступила бы также. А вот бабушка, оказывается, хранила свои ужасные секреты.

За ее проделку Аделина даже чувствовала вину. Как-никак, она последняя представительница рода Эртвудов, и в ней течет кровь Вивиан. Кому, как ни ей, надо исправлять ошибки прошлого, из-за которых уже погибло столько людей, а теперь мог умереть и небезразличный ей мужчина?

Повезло – Гретта уже спала. Аделине удалось пробраться в свою спальню, оставшись незамеченной. За эти дни все обитатели Тирхолла порядком умаялись. Ранение Даррена, смерть рабочих – все это сильно вымотало. Да и ходить по замку ночью после нападения монстров не каждый решался.

 ***

Благодаря целебным снадобьям раны Даррена заживали хорошо. Вскоре он уже вовсю занимался делами, хотя и старался при этом не напрягаться. Сегодня даже ушел куда-то по своим вопросам, ничего не сказав Аделине.

Она находилась во дворе, когда к воротам подъехала черная карета; из нее вышел высокий сухопарый блондин лет тридцати пяти. Незнакомец что-то спросил у Саймона, искоса поглядывая на замок.

Хм, а это еще кто? Аделина велела Гретте нести воду на кухню, а сама пошла к неожиданному гостю, стараясь держаться непринужденно. Закрались подозрения, что человек может быть послан Слейдом.

– Вы Аделина Флетчер, владелица этого места? – поинтересовался он.

Знал ли он, что в замке есть еще один хозяин? Аделина напряглась.

– Верно. А вы?..

– Оливер Мерсер из магического отдела королевского сыскного управления, – учтиво склонил голову мужчина.

Даррен на днях говорил о предстоящем визите следователя. Но Аделина даже и не думала, что делом займется маг-поисковик.

– Что ж, добро пожаловать. Вы уже где-то поселились или нуждаетесь в комнате? – вежливо спросила она.

– Не переживайте, я остановился на постоялом дворе Венса, меня там все устраивает. Не стоит привлекать внимание ваших соседей. Лучше скажите, здесь ли находится граф Блэкстоун? Мне нужно с ним пообщаться.

– Он был где-то неподалеку. Вы пока проходите в гостиную, сейчас я его позову, – немного успокоилась она.

Потом приказала Саймону сопроводить мага в замок, а сама отправилась искать Даррена. По пути Аделина встретила Барбару, которая и подсказала, что генерал сейчас в саду, дает распоряжение насчет ремонта.

– Странно, он ничего такого не собирался делать, – пробормотала Аделина сама себе, когда отошла подальше от новой кухарки.

Но служанка сказала правду. В саду обнаружились новые рабочие, которые уже разобрали каменные завалы бывшей беседки и расчищали фундамент для устройства новой. Мало того, вокруг все оказалось в благоухающих цветах. Кто-то успел привести в порядок кусты роз, подстричь их, отремонтировать дорожки. За эти дни Аделина никак не могла сюда выбраться, поэтому сильно удивилась изменениям.

– А где господин Блэкстоун? – спросила она у парня-плотника. Рабочий указал на аллею. Аделина кивнула, прошла вперед и окликнула Даррена.

Он вышел навстречу, в своем любимом черном камзоле и кожаных брюках. И она прикусила губу, слегка растерявшись. Казалось, он выглядит безупречно, особенно на фоне этих цветущих роз – прямо, как в ее снах.

– И когда ты успел все это сделать? – обвела она рукой пространство.

– На следующий день после нашей прогулки задумался, почему бы и нет, – пожал он плечами. – Хотел тебя порадовать, привез рабочих.

– Твой сюрприз удался, – покачала она головой.

– Я надеюсь. Ты меня искала по делу или успела за утро соскучиться?

– Следователь приехал. Он уже ждет тебя в гостиной.

– Точно. Я ведь как раз о нем и думал. Пойдем вместе?

Она оглянулась, словно не желая расставаться со всей этой красотой.

– Да. И кстати, ты собирался посвятить меня в свои поиски.

– Займемся поисками вечером, решив остальные проблемы, – пообещал он, а затем с улыбкой добавил: – Хватит болеть. Больше тебе не удастся заманить меня в постель. Разве что, это случится по другому поводу.

– На что намекаешь? – воскликнула Аделина, оглянувшись по сторонам.

– Ты ведь сама знаешь. И не надо притворяться, что забыла.

О нет, она не забыла. Только об этом и думала. Но боялась последствий возможной связи, о чем не хотелось говорить Даррену.