Глава 11 · Леонар

Мои новые покои на Ошоре больше похожи на дворец, чем на комнату. Шёлковые ткани, стены, инкрустированные перламутром, который переливается при малейшем движении, и огромное ложе, утопающее в подушках. Здесь пахнет цветами и… тишиной. Дорогой, выверенной до последней ноты тишиной.

Мне не по себе. Я чувствую себя актрисой на чужой сцене, в костюме, который мне велик. Это не мой мир. Я никогда в жизни не была в такой шикарной обстановке, среди высшей знати.

И где-то рядом находится император. За одной из этих стен. Дышит. Думает. Возможно… вспоминает объятия Элизы.

Сердце в груди сжимается в болезненный комок.

Тот торжественный обед… Я до сих пор чувствую на себе её взгляд. Холодный, острый, пропитанный ненавистью. Я ела изысканные блюда, но не чувствовала вкуса. Кажется, внутри был только пепел стыда и ревности.

Он сидел между нами — правильный, невозмутимый император, бросающий мне редкие, сдержанные взгляды, в которых я уже не могла разобрать ничего. А она… она смотрела на него с таким обожанием, что меня тошнило.

Вдруг в дверь тихо стучат. Сердце замирает. Зириан? Безумная, глупая надежда, но я несусь открывать почти бегом. Знаю, что неправильно. Но так хочется снова беззаботно сидеть рядом с ним. Без пристальных взглядов, просто вместе.

Открываю.

На пороге стоит тот самый красавчик-принц. Леонар.

Его тёмные волосы падают на плечи, слегка взъерошенные, но словно всё так и задумывается. Красные глаза с любопытством меня оглядывают. На губах играет притягательная усмешка.

— Надеюсь, я не отвлекаю? — спрашивает он. — Решил, что тебе может быть скучно в наших хоромах. Хочешь покажу наш сад? У нас тут есть на что посмотреть. До ужина ещё есть время.

Мне неловко. Отказать принцу — проявить неуважение. Согласиться — войти в игру, правил которой я не знаю. Но сидеть в этой позолоченной клетке и сходить с ума от мыслей о Зириане ещё хуже.

Мы не договорились, что будет дальше. Зириан молча проводил меня до покоев, а сам ушел. Не сказал ни слова. Видела только, что к себе не отправился. Может, он сейчас с ней… Не знаю. И это гложет.

— Хорошо, — соглашаюсь я и киваю. — Прогулка не помешает.

Мы с принцем идём по бесконечным коридорам под любопытными взглядами слуг.

Выходим в сад, который больше похож на сон фантаста, чем на привычный мне земной сад. Растения светятся изнутри нежным сиянием, деревья поют на ветру тихую, переливчатую мелодию.

Леонар идёт рядом, его плечо почти касается моего.

— Любопытно, — произносит он вдруг, останавливаясь. — Обычно я хоть что-то чувствую. Шум мыслей, эхо эмоций… А от тебя — ничего. Абсолютная тишина. Как будто передо мной призрак.

Я пожимаю плечами, стараясь выглядеть беззаботной. Наверное, моя тишина распространяется на всех менталистов. Знаю, у ошоров это обычное дело. Читают мысли, общаются без слов.

— У меня… такая особенность. Дар, наверное. Мой разум закрыт.

Его красные глаза вспыхивают с новым интересом. Он подходит ближе. Я чувствую, как невольно напрягаюсь всем телом. Леонар невероятно красив. Настолько, что захватывает дух. Но вместе с тем, я ощущаю от него какую-то угрозу.

Наверное, мне просто страшно, потому что я не знаю его мотивов. Зачем он позвал меня на эту прогулку?

— Уникально. И… раздражающе для моей сестры. Она привыкла всех читать, как открытые книги. А ты для неё — слепая зона. Закрытая дверь. И за этой дверью, как она подозревает, находится то, что ей принадлежит по праву.

Вот оно. Начинается. Леонар всё-таки позвал меня не просто так. Он пришёл по наводке сестры. Хочет выведать информацию для Элизы. Хотя возможно это его праздный интерес. Я ведь его совсем не знаю.

— Мне нечего скрывать, — говорю я, и звучит это фальшиво и глупо.

— Неужели? — он мягко усмехается. — А какие у тебя… отношения с нашим дорогим императором? Не каждого гостя он желает видеть в соседних покоях, не каждого устраивает рядом с собой, не с каждым шепчется на виду у сотни людей.

Я мгновенно ощетиниваюсь. Внутри всё сжимается от страха. То, чего я боялась, выбирается наружу. Леонар чётко давит на то, что меня беспокоит. Ведь со стороны всё выглядит так, будто я любовница Зириана.

— Я его личный… ассистент, — выдаю я первое, что приходит в голову. — Помогаю с… земными архивами.

Леонар заливается тихим, приятным смехом. На мгновение застываю на нём, в очередной раз отмечая, что слишком красив. Наверняка, у принца нет отбоя от женщин. Отвожу взгляд в сторону, пытаясь собраться с мыслями.

— Мара, не надо. Я вижу, как он на тебя смотрит. Как будто готов проглотить целиком. А ты… ты смотришь на него, как на единственный источник кислорода в вакууме. Это очень трогательно. И очень опасно.

Холодная дрожь пробегает по спине. Неужели… так заметно? Между нами был один поцелуй в руинах колонии и один поцелуй на корабле. Но вместе с тем… между нами такая безумная химия, которая, кажется, пропитывает весь воздух, когда мы с ним находимся рядом.

А ещё я понимаю, что разговор заходит в опасное русло.

Мне нужно уйти. Сейчас же.

— Мне пора, — резко говорю я и поворачиваюсь, чтобы уйти.

Но его рука ловит мою. Не грубо, но твёрдо. Его пальцы обхватывают моё запястье. Он наклоняется ко мне, его лицо так близко, что я вижу золотые искорки в его красных глазах. Чувствую приятный аромат его парфюма. И понимаю, что так просто сбежать не получится.

— Не убегай. Я не враг. Мне просто интересно, что же это за женщина, которая смогла растрогать сердце ледяного императора.

Со стороны, наверное, это выглядит очень интимно. Двое в сияющем саду, он держит её за руку, склонившись к её лицу, будто шепчет что-то важное. А она смотрит на него с опаской, но при этом с интересом…

И я понимаю это только в тот момент, когда из-за поворота, появляется Зириан.

Одного взгляда достаточно, чтобы понять, как он расценил мою прогулку с Леонаром, как воспринял нашу близость.

Воздух вокруг мгновенно вымерзает. Его лицо — ледяная маска. Но глаза… Боги, его глаза. В них пляшут молнии. Не просто горят — полыхают холодным, огненным адом, в котором нет ни капли тепла.

Он смотрит на нас, на мою руку в руке Леонара, и кажется, мир замирает в ожидании взрыва.

Мне становится не по себе. Так, будто совершила предательство, хотя не сделала ничего. Но под этим взглядом чувствую себя виноватой. Очень.