Глава 36 · Группировка

Мы идём по мёртвому городу уже больше часа. Зириан впереди, его бластер наготове, каждый мускул напряжён. Леонар прикрывает тыл, то и дело бросая язвительные комментарии по поводу местной архитектуры и «дизайнерских решений древних». Я между ними, стараясь ступать бесшумно, но гравий и мелкие обломки так и норовят выдать наше присутствие.

Руины вокруг становятся всё плотнее, улицы уже, потолки из обломков — выше. Мы входим в лабиринт.

— Сигнал усиливается, — шепчет Леонар, глядя на планшет. — Её челнок где-то совсем рядом. В радиусе пятисот метров.

Зириан замирает, поднимает руку в жесте «стой». Я застываю рядом с ним, прислушиваясь. Сквозь вой ветра и шипение кислоты, разъедающей металл где-то вдалеке, пробиваются другие звуки.

Голоса. Людские голоса.

— Вперёд, — беззвучно командует Зириан, и мы крадёмся дальше.

Из-за угла открывается небольшая площадь, окружённая полуразрушенными зданиями. В центре расположена группа людей. Человек десять. Вооружённые, в разномастной одежде, но с одинаково настороженными, злыми лицами. Они явно кого-то ждут. Или что-то охраняют.

Зириан выходит из укрытия, держа бластер стволом вниз — демонстрация мирных намерений. Леонар следует за ним, я — за Леонаром, стараясь держаться в тени их фигур. Всё, как обещала. Держусь рядом и не высовываюсь.

— Мы ищем девушку, — голос Зириана звучит твёрдо, но без угрозы. — Молодая, рыжие волосы, красные глаза. Имперского происхождения. Она могла появиться здесь несколько недель назад.

Лица людей меняются. Мелькают быстрые, неуловимые взгляды, которыми они обмениваются. Кто-то отводит глаза, кто-то, наоборот, смотрит слишком пристально. Один из них, видимо, главный — крупный мужчина с седой щетиной и механическим протезом вместо левой руки — выходит вперёд.

— Не видели никаких девок, — рявкает он. — И императорских тут тоже отродясь не было. Убирайтесь, пока целы.

— Я чувствую, что вы врёте, — спокойно отвечает Зириан, и в его голосе прорезаются стальные нотки, присущие настоящему императору. — Ваши глаза говорят обратное и ваши… мысли. Где она?

— Я сказал, проваливайте! — рычит главный.

Он делает шаг вперёд. И в ту же секунду, как по команде, его люди вскидывают оружие на нас.

— Мара, скорее! — кричит Леонар.

Синие лучи бластеров разрезают серый сумрак. Зириан и Леонар действуют как единый механизм, прикрывая друг друга, отстреливаясь, уходя в перекаты. Я, как и договаривались, бросаюсь к ближайшему укрытию — огромной плите, отколовшейся от стены.

Падаю на колени, вжимаюсь в холодный металл, пытаясь стать как можно меньше.

Сердце колотится, как безумное. Я слышу выстрелы, крики, топот. Сквозь щель в плите вижу, как Леонар ударом ноги выбивает оружие из рук одного из нападавших, а Зириан… Зириан сражается с какой-то пугающей, сосредоточенной яростью.

И вдруг, сквозь шум битвы, до меня доходит одна деталь. Странная. Неправильная.

Они… дышат!

Эти люди. Они бегают, кричат, дерутся. У них нет защитных масок. Их лица открыты. Они вдыхают этот воздух, который, по словам Леонара, должен прожечь лёгкие за пару часов.

Я смотрю на свой шлем, на индикатор фильтров. Он мигает ровно, система работает. Но они… они дышат. Значит, либо наша информация неполная, либо в некоторых зонах Ламентары атмосфера… пригодна? Или мутировала? Или…

Мысль обрывается, потому что из-за здания напротив раздаётся рёв. Нечеловеческий, низкий, вибрирующий, от которого, кажется, дрожит сама земля.

Из-за угла вываливается… нечто.

Чудовище.

Я не могу подобрать другого слова. Это что-то огромное, размером с небольшой транспортный космолёт, покрытое бугристой, сочащейся слизью кожей. У него множество конечностей — непропорционально длинных, с острыми когтями. Головы как таковой нет, только массивная туша, усеянная мутными, немигающими глазами.

Оно двигается рывками, оставляя за собой дымящийся след. Похоже на кислоту, которая сочится прямо из его тела.

— Карх! — орёт кто-то из людей, и в этом крике — чистый, первобытный ужас.

Битва мгновенно прекращается. Имперцы и местные замирают, глядя на приближающуюся тварь. А потом происходит невероятное — они объединяются. Инстинкт самосохранения оказывается сильнее вражды.

— Зириан! — кричит Леонар. — С левого фланга!

— Вижу! — Зириан разворачивается и посылает в чудовище заряд за зарядом.

Местные тоже открывают огонь. Тварь ревёт от боли, но продолжает надвигаться, размахивая конечностями, сбивая людей, как кегли. Кто-то падает, залитый кислотой, кто-то успевает отскочить. Зириан и Леонар действуют слаженно, прикрывая друг друга и одновременно координируя действия с местными. Это сюрреалистическое зрелище: бывшие враги, плечом к плечу, сражаются с общим монстром.

Я заворожённо смотрю, забыв об осторожности.

И в этот момент вдруг что-то меняется рядом со мной. Я поворачиваю голову, крик застревает в горле. Какой-то мужик накрывает мой рот ладонью, вжимая своим телом в бетонную плиту.

Я даже дёрнуться не успеваю, как он достаёт какой-то шприц и вкалывает мне что-то в плечо. Прямо сквозь ткань комбинезона. Мир начинает плыть и темнеть, и я вижу его ухмылку. Кривую, торжествующую, с щербатым ртом.

— Ну привет, красотка, — хмыкает мужик. — Ты понравишься нашему главному. Идеальная куколка.

Он немного отстраняется и отпускает мой рот. Надо кричать! Звать на помощь! Скорее!

Но в моём теле поселяется такая слабость, что я даже руку поднять не могу, пошевелиться не могу. Ничего. Мои связки мне не принадлежат.

— Идём, солнышко, пока тебя не хватились, — выдаёт он.

Мужик подхватывает меня и закидывает себе на плечо, как мешок картошки.

Несёт прочь. Меня подташнивает, картинка перед глазами прыгает, сознание держится на одной силе воли. Я с трудом поворачиваю голову. Мне просто нужно знать, что мой мужчина справился, что его друг цел.

Вижу, как главный местный, с протезом, бросает гранату прямо в пасть твари. Как Зириан добивает её точным выстрелом в один из мутных глаз. Как чудовище, наконец, заваливается набок, содрогаясь в предсмертных конвульсиях.

Тишина. Только тяжёлое дыхание выживших и шипение крови монстра, разъедающей камень.

Выжили. Они справились. Вот только я… и всё покрывается густой темнотой.