Глава 3

На этот раз её всё-таки удалось вывести меня из себя. Я сделала резкий выпад к ней, собиралась замахнуться, но всё тело будто сковало.

Опять.

Я не могла ей перечить открыто. Физически не могла.

Если, конечно, не желала умереть от болевого шока.

Я не желала.

— Да, госпожа, — процедила сквозь зубы и отошла, пока женщина не решила продемонстрировать свою идею наглядно ещё раз.

— Не поняла… — протянула Гвиневра, с опаской глядя на сестру, — а друг тоже женится на одной из нас. Или как?

— Какие глупости! Думаете, любой мужчина, зашедший в этот дом, будет жениться? Если бы это было так, я… Ах, впрочем, неважно.

Она коварно улыбнулась и заявила:

— Он выберет одну из вас. Вам придётся соревноваться. Только не перестарайтесь, иначе я заберу его себе.

Сестрицы переглянулись. Вся их дружелюбность друг к другу тут же сошла на нет.

Взгляды стали цепкими и холодными. Оценивающими.

— Ну, твой шнобель даже за веером не спрячешь… — сдалась первой Лизбет, поднимаясь, чтобы поскорее занять туалетный столик. — Я даже стараться сильно не буду!

— Как смешно! Я его очарую, слышишь? Мне бы только на пять минут остаться с ним наедине и… Мама, а зачем вообще нужен этот друг?

Вандалетта пожала плечами.

— Наш зажатый мистер Смит, видно, не имеет своего ума. Он сказал, что этот друг ему будет советовать, какая из вас лучше. В общем-то, мне всё равно. Я его отвлеку, если понадобиться. Надеюсь, что он симпатичный…

Она облизнулась.

Расслабленная и красивая. Была. Пока её взгляд не упал на меня, пока она не открыла рот.

— Ханни! Давай, ты ещё успеешь вымыть полы и протереть столовое серебро…

— Но я уже…

— Быстрее!

Сестрицы по пути в свою комнату столкнулись лбами и даже слегка подрались. Бедный мистер Смит…

Впрочем, мне было всё равно.

Я собрала осколки и отправилась в свой чулан на чердаке, чтобы умыться.

На кровати сидели Челси и Рита. Они были крысками. Одна серенькая с белым пятнышком на мордочке и белым большим сердечком на животе. Другая шоколадная с вихрастой шерстью. Девочки вовсе не были грязнулями, в отличие от Вандалетты, я это знала точно, потому что сама занималась стиркой её белья.

Я умывалась, они тоже умывались, то и дело просяще поглядывая на меня.

— Ничего нет, простите, — улыбнулась и бросила взгляд в зеркало.

На губы тут же вежливо попросилась совершенно невежливая усмешка. Не хотелось бы хвастать, но по сравнению с сестрицами я точно была красоткой.

Стройная, довольно милая на лицо, без изъянов, с большими синими глазами, аккуратным носиком и сдержанно полными розовыми губами. Во мне, конечно, было что-то хищное, да и много чего не нравилось мне самой, но это мелочи.

В целом я понимала, почему мачеха решила от греха подальше сослать меня в подвал.

Этот богач мистер Смит пообещал взять в жёны её дочь. И формально я ею была. А, значит, он мог выбрать меня, чего совершенно не хотелось Вандалетте.

Ведь она рассчитывала на деньги зятя. Да и хотела избавиться хотя бы от одной своей менее качественной копии.

Я вздохнула, и Челси пискнула, словно в ответ.

— Мне не обидно, — прошептала я, — мне всё равно не выбраться из этого дома. Никакой мужчина мне не поможет. Да и я не против посидеть в подвале. Хотя бы высплюсь…

Дверь на чердак была хлипкой, деревянной, подвал, должно быть, казался мачехи более надёжной тюрьмой для меня и моей ослепительной красоты.

На самом деле мне сложно было сказать, насколько я привлекательна. Ведь я редко вижу других людей кроме слуг и самой Вандалетты с Лизбет и Гвиневрой. Мне не с кем сравнить.

— И всё-таки я её ненавижу… — сказала и тут же получила вспышку боли.

Плечо знакомо, уже почти привычно ныло. Я оголила его, чтобы в очередной раз посмотреть на метку.

Метку демона.