Глава 16

Они возвратились через двадцать минут.

— Алекс!

Я вздрогнула — очень непривычно слышать свое имя, произнесенное чужим голосом.

— Мы вернулись.

— С дарами.

Джейк гремит пакетами, выгружая их содержимое на стол, объединенной с гостиной кухни.

— Быстро вы!

Я зажимаю нос. Сомневаться в том, что они занимались делом, а не бездельничали и попивали пиво мне не приходится. Вонь от них идет ну просто ужасная.

— Пошли вон отсюда, — произношу я беззлобно.

Я очень рада тому, что Раф остался. Очень! Нас теперь больше, чем два! Еще бы Анна и Билл вернулись! Но терпеть вот это? Нет.

— От вас же несет!

— Я тебя предупреждал, — говорит Джейк, обращаясь к Рафу, а потом только ко мне. — Это от него.

Точно. На Джейке была другая футболка и вся в пятнах крови, а эта чистая и черного цвета. Ему очень идет черный цвет. Еще бы он знал, что это я принесла ее и положила ему в шкаф. Я быть может не баловала нашу маленькую общину продуктами, но совсем бесполезной меня назвать было нельзя. Я приносила не только книжки, лекарства и развлечения, но и вещи, пусть не глобальные типа курток и брюк, но по мелочи — футболки, белье, носки. Пустяк, но те, кто страдает гиперчувствительным обаянием поймут, какой дискомфорт могут приносить грязные части тела.

— Надеюсь, что у тебя есть во что переодеться.

Я кладу ногу на стоящий рядом пуфик, не давая мужчине присесть на него и качаю головой. У него немного обескураженный вид. Что? Думал попал в страну зефира и пастилы?

— Нет. Ты не останешься здесь.

— Я думал у тебя болит нога.

— Я потерплю.

Джейк хмыкает.

— Знал бы я, что все будет вот так до неприличия просто, то пошел бы разгребать с ним трупы с самого начала.

Я тяну губы в вежливой улыбке, провожая новенького взглядом. Он подхватывает с пола рюкзак и направляется к ванной.

— Раф? Ты куришь? Мои сигареты остались наверху.

Раф сверкает в мою сторону мстительным взглядом и исчезает в ванной. Я хмыкаю. Подумаешь, какая тонкая у него душевная организация! Но проверить, что он за человек стоило.

— Они есть у меня.

Джейк протягивает мне пачку и тут мне приходится вспомнить все то, чему меня учила мама, пытаясь сделать из меня махровую светскую львицу.

— Добилась своего?

— Не понимаю, о чем ты.

Джейк подносит к моему лицу зажигалку.

— Я только хочу понять почему ты не думаешь головой, прежде чем сделать хоть что-то.

Я придерживаю его руку, дотрагиваясь до нее пальцами, делаю затяжку и отвожу сигарету в сторону.

— Я так и сделала. Я оценила ситуацию. Я пошла спросить разрешения у тебя. Если бы он не понравился тебе, ты бы сказал ему переночевать этажом ниже, и он ушел бы на следующий день.

Джейк вываливает из стоящей на столе вазочки всякую мелочёвку, и подвигает ее ко мне, вместо пепельницы. Ну надо же! Он умеет быть обходительным?

— Он будет жить в квартире напротив.

— Отлично…

Я дергаюсь от первого крика, что разрезает пространство не хуже воя полицейской сирены или колокольного набата в деревенский полдень.

— Что-то они рано сегодня.

— Окно. Надо закрыть его. Пожалуйста.

Он так и делает, но прежде наклоняется к моему лицу и шепчет на ухо.

— Сегодня я ночую у тебя. Не спорь, пожалуйста. Этот парень не так прост, как кажется.

— Да?

Я напугана криком, но не могу сдержать удивления.

— Именно. Я расскажу тебе обо всем, но позже. Будь милой и, если тебя не затруднит сделай вид что мы вместе и…

Я поражена услышанным. Это что еще за игры в Джеймса Борна[6]?

— О том, что было сегодня ни слова. Говори и спрашивай, о чем угодно, но только не об этом.

— Но почему?

— Я же сказал: позже! Не все люди так просты, как тебе кажется. Не стоит забывать про карту, что ты посеяла сегодня.

— Думаешь, что это он…

Джейк касается моей щеки губами, но не может скрыть первой гримасы — отвращения. Наплевать. Это он украл и выбросил все то, что было у меня в шкафчике. Пусть наслаждается.

— Извини. Я не хотел сделать тебе больно.

— Моя помощь еще нужна? — раздается несколько удрученным голосом.

Вот для чего нужны были эти поцелуи. Он разыгрывал комедию перед Рафом.

— Притворяться кстати уже не обязательно, — шепчет мне Джейк напоследок.

Я отодвигаю его от себя. Притворщик. Зануда. Лицемер.

— Мне, что начать волочить ногу подобно Квазимодо, чтобы ты поверил, что мне и в самом деле больно?

* * *

Я усаживаюсь поудобнее и тушу окурок в импровизированной пепельнице.

— Раф, помоги мне, пожалуйста.

Мужчина присаживается у моих ног, а я спешу извиниться за свое хамство.

— Лучше было переодеться сейчас, чем потом, когда запах въестся в обшивку дивана или мне в ноздри.

Мне и бы самой не мешало сделать с собой хоть что-то. Они оба в свежей одежде, а от меня несет как от хорошего скакуна после скачек.

— Все в порядке. Помнишь какая болит?

Еще один шутник. Я подтягиваю к себе ногу, решив обидеться. Я ему жизнь, между прочим, спасла.

— Не надо. Я сама.

— Алекс, — обращается ко мне Раф, мягко, но настойчиво держась за лодыжку. — Я всего лишь пошутил. Неудачно. Забыл, как общаться с женщинами.

Хорошее объяснение, красивая улыбка и успокаивающие интонации делают свое дело.

— Не обижайся.

Я киваю и тут же забываю об этом.

— Вы быстро. Мне казалось, что там работы на целый час, а вы управились чуть больше, чем за пятнадцать минут.

Джейк откликается немедленно и хотела бы я сказать, что весело, беспечно, жизнеутверждающе.

— Просто никто не пытался избежать работы.

Я закатываю глаза. Он все о своем! Я тот еще тунеядец!

— Нам бы немного воды и об этой проблеме можно было бы забыть уже через пару дней.

Я благодарна тому, что сейчас в нашей компании есть Раф. Я могу поговорить с ним, а не молчать, игнорируя подколки Джейка. Этот зануда давил бы на больную мозоль, то есть на мое нежелании оправдываться до тех пор, пока бы я не ответила ему или не ушла в свою комнату.

Он слепой. Сле-пой!

Раз не видит, что я делаю по дому, для дома и для тех людей, что живут и жили здесь когда-либо.

— Наш тэн унесло ураганом. Как кстати его пережил ты?

Я обращаю внимание на Рафа, решив оставить Джейка наедине со своими тараканами.

— Меня практически не задело, но на всякий случай я перекантовался в магазинчике ритуальной мишуры «Сари от Лари».

— Странное название.

Я силюсь, чтобы не нахмуриться, разглядывая нового знакомца. Не знаю в чем причина, но его ответ мне кажется каким-то слишком уж быстрым и неправдоподобным.

— Ну-да, если учесть что сари там не наблюдалось, а вот пахучих штучек было более, чем предостаточно.

Он заканчивает перевязку, завязывая на лодыжке аккуратный бантик. Бантик! Эта деталь отчего очень сильно умилила меня.

— Они бы нам не помешали, — говорит Джейк, поджигая газ на переносной плитке.

— Я не с пустыми руками. В моем рюкзаке полно вяленного мяса. Нашел фургон с остатками закуски.

— Тебе повезло. У меня только пара банок шипучки и соленные орешки.

Рядом раздается знакомое хмыканье и вновь я чувствую себя неудобно, глупой и крайне бесполезной.

— Как обычно! — выдает Джейк совсем тихо, но я все же услышала его.

Пусть ест сам все, что ни приготовит. Я к этому не притронусь.

— А пива у вас случайно нет?

Я качаю головой.

— Я не пью.

— Вообще?

— Вообще.

Алкоголь и апокалипсис несовместимы. Они могут сыграть с тобой плохую шутку. Так случилось с Дони. Он был моим другом. Кусочком прошлой жизни. Было невероятно встретить знакомое лицо в творящемся бардаке, но все же это случилось. Мы праздновали три месяца с момента начала апокалипсиса. Дон вызвался сбегать до магазинчика с выпивкой. Я помню частые выстрелы, а еще знакомое лицо по утру. Он тянул руки к тому месту, где обычно раскачивался трос, но не понимал почему его нет и отчего у него не получается забраться наверх.

— Алекс? Все в порядке?

— Да. Просто вспомнила одного знакомого.

Я подтягиваю к себе ноги, не желая выпускать Рафа из виду. Это не паранойя. Я почти что забыла о предостережениях Джейка. Я хочу поболтать с ним, узнать о нем все, потому что иначе… Я уйду в комнату и расплачусь. Еще один друг покинул меня, а я не сделала ничего, чтобы уберечь его от этого.

— Так откуда ты? Как нашел нас? Куда направлялся?

Раф поднимается с дивана и, как мне кажется, пытается избежать немедленного ответа, но он подбирает рюкзак и несет его к кухонному столу, выуживая из него тоненькие, но даже отсюда ощутимо ароматные пачки. Их целая гора! Она продолжает расти, пополняемая новыми упаковками из потайных отделов.

— Вот это я понимаю добыча!

Я голодна. Я очень хочу есть, но просить не стану. Я не гордая, просто я не могу перенести вот это.

— Ты видишь, как надо, а Алекс? Не орешки и не шипучка!

— Ага.

Я поднимаюсь с дивана, направляясь в коридор, за брошенным на лестнице рюкзаком.

— Ну так наслаждайся.

— Ты куда? Алекс! Он ведь пошутил!

— А я нет.

Я закрываю дверь, отрезав их от себя. Я стучусь лбом о стену рядом, но все же показываю закрытой двери оттопыренный палец.