Глава 17

— Она обиделась.

Рафаэль провожает взглядом Алекс, а потом переводит его на Джейка. Ему бы не вмешиваться в происходящее и радоваться тому, что рыба сама плывет к нему в руки, но ведь он сам сказал, что хочет пожить нормальной жизнью и она не нужна ему.

— Ничего страшного.

Раф приподнимает бровь в ответ на это.

— Ей это пойдет на пользу, — продолжает Джейк все в том же духе, как ни в чем не бывало, помешивая крупу лопаткой.

— Если за ней сейчас не пойдешь ты, то это сделаю я.

— С какой это стати?

Джейк осознал, что натворил, но упрямство и нежелание уступать Рафу, что вляпался в историю с Карен, мешает броситься за Алекс в ту же секунду. Он не готов принимать советы от таких лохов как этот малый.

— Потому что она — не ты и не я, — объясняет Раф просто. — Это я нашел не в грузовике, а в одном баре, что находился в подвале. Все доступные запасы еды давно закончились, а в том закутке было полно монстров. Человеку нужно быть безумным или самоубийцей, чтобы спуститься туда. Ей я этого не сказал, потому что незачем. Или она знает о том, кто мы такие?

Нет. Алекс думает, что Джейк человек. Он даже если бы очень захотел, то не смог бы рассказать ей об этом. Законы вампиров действуют и на них. Алекс должна понять это самостоятельно, но он бы предпочел, чтобы все оставалось так как есть. Иначе, его недоверие, непонимание и что хуже всего — страх.

— Мне то все равно что происходит между вами и даже на руку, потому что…

Морган не слушает его, кивает в сторону плиты, предлагая ему последить за их ужином, а сам идет к двери, злясь на себя еще пуще чем прежде. Он спрашивал и подразумевал совсем другое: не плевать ли ему на что творится под крышей этого дома? Это не его дело. Он имел в виду вот это.

— Постой!

Джейк нагоняет ее через пролет, как раз у открытого окна. Они совсем забыли про трос.

— Я пошутил.

Он отстраняет ее в сторону, принимаясь вытягивать холодный трос, медленно, потому что механизм вновь начал скрипеть и не дай Бог этот звук привлечет внимание находящихся внизу тварей. Они станут грызть кирпич и цемент, постараются пробраться в шахту лифта, станут крушить проходы внутри.

— В самом деле?

— Не надо реагировать вот так остро.

— Неужели?

— Я говорю тебе это на протяжении года, пора бы сделать что-то, а не продолжать обижаться на правду.

— Снимай футболку!

Он оставляет свое занятие и поворачивается к ней. Это требование огорошило его.

— Что?

— Ты не ослышался. Снимай футболку, носки и, если покажешь мне, то возможно и трусы.

— Ты рехнулась? Вот так сразу? Без прелюдий?

Алекс усмехается, закуривая выуженную из рюкзака сигарету.

— Не льсти себе. Ты уже не единственный мужчина на этом острове.

Морган ждет объяснений, хотя на язык просится совсем другое: «увидела другого мужика и мигом забыла о том, что с ним стоит быть чуточку помягче». Он не скажет ей этого.

— Он ведь уйдет, и мы останемся одни.

Она кривит губы, как-то невесело усмехаясь при этом.

— Я сказала тебе: снимай футболку. Это я принесла ее в этот дом, а также другие вещи, что сейчас на тебе.

— Кто о чем, а женщина о шмотках.

До него начинает доходить, что она пытается донести до него, но у него не получается сгладить ситуацию шутливым замечанием.

— Именно. Это я, такая грязнуля и засранка, забочусь о чистой одежде, в то время как ты морщишь свой чувствительный нос. Это я уношу грязные вещи, чтобы не тратить горючее, сжигая их, и не захламлять пространство вокруг. Это я приношу домой аспирин, который ты пьешь по утрам, чтобы не мучиться плохим настроением от головной боли после общения со мной.

— Спасибо. Ты очень добра.

Он не знал этого. Всегда думал, что это делает Энн. У нее ведь была семья, куча сыновей и Билл. Она, как никто другой должна была знать толк в том, как ухаживать за домом и мужчинами, что живут в нем. К тому же, она постоянно болела и… Словом, до этой минуты Джейк считал, что это ее рук дело.

— Это я приношу домой лекарства, которые спасали людей от пневмонии и от инсульта. Все только для того, чтобы мы выжили, не задохнувшись и не проснувшись от того, что кто-то, умерший во сне, встал и начал обгладывать наши руки.

Она тушит окурок о подоконник и, подобрав рюкзак, хромает прочь от него.

— Подожди! Я ведь не знал.

— Ну так добро пожаловать в мой мир! Козел!

* * *

Ей жизненно необходимо успокоиться и нацепить на себя маску беспечности, привести себя в порядок, а потом выйти к ним и расспросить Рафа обо всем остальном.

— Помирились?

Алекс идет через гостиную. Настроение у нее хуже некуда. Ее бесит Джейк. Ее бесит Рафаэль, который оказался свидетелем случившегося.

— Да.

— Что-то непохоже.

Она сама себя бесит, потому что надо было улыбнуться и сделать вид, что ничего не произошло, а она не справилась с собой, потому что стало обидно. Она думала, что прошли те времена, когда ее стыдили перед кем-то.

«Тыкая, как котенка в сделанную им лужу!»

Теперь же, сказанное Джейку пару секунд назад вызывает у нее тошнотворное чувство.

«Опустилась до его уровня, позорище!»

Она видимо очень наивная. Ей казалось, что люди должны помогать друг другу. Не все. Но хотя бы те, что живут рядом друг с другом, особенно такое долгое время.

— Еще слово и я пошлю тебя в пешее эротическое путешествие, — отвечает она, подходя к столу и выгружая на него продукты. — Тебе оно надо?

— Ты злишься не на меня.

Раф ставит на плиту сковороду, добавляя в нее масло и вяленное мясо, а потом поворачивается к ней.

— Вот и я думаю: оно тебе надо?

— Я знаю, что нужно сделать, чтобы унять даже самую злобную женщину на свете.

Алекс приподнимает брови. Это что-то новенькое (на самом деле старое, как мир и парень предпринимает легкие попытки флирта, но послушать этого прыткого малого стоит).

— Накормить ее.

— Мне казалось это работает только с мужчинами.

— Это женщины хотят, чтобы так думали.

Алекс не может сдержать улыбки. Он нахален и вместе с тем так обаятелен.

— Угощайся. Я ведь принес это не для него.

— А для кого?

— Для себя. Вы просто попались мне под руку.

Она хмыкает. У него получилось разрядить атмосферу и сгладить ситуацию.

— Спасибо. Я скоро вернусь. Готовься.

— К чему?

— К огромному списку вопросов.

Она забирает бутылку и идет вместе с ней в комнату, закрывая дверь как раз в тот момент, когда в квартире появляется Джейк.

* * *

— Прекрати злиться! — шепчет он мне в темноте прохладной комнаты. — Сделай вид, что мы помирились!

Стоило мне попытаться выйти из спальни, как он затолкал меня обратно.

— С чего бы это я должна делать это? Убери свои руки!

— С того, что это важно!

— Твой час настал, Шарк! Я жду подробностей!

Меня возмущает его бесцеремонное поведение. В прежние времена он бы ни за что не стал вести себя так. Я уверена, что причина в Рафе и не та которую он так старается представить моему воображению.

— Я уверен, что он не тот, за кого себя выдает!

Ума не приложу, как у него получается различать в темноте мои ужимки.

— Мне кажется я видел его у…

Он осекается, несколько раз проводит по моим плечам в острожном и очень аккуратном жесте.

— Я не знал про шмотки, лекарства и… За это тоже извини.

Он показывает на свое лицо.

— Я чувствую этот запах и уж поверь мне он тошнотворен. Так что, пожалуйста, сделай милость.

— Не знай я тебя, я бы решила, что дело совсем не в этом, а в том, что ты ревнуешь.

— Ты повторяешься.

— Я права?

Джейк оттесняет меня к окну и усаживает на подоконник, несколько минут ничего не отвечая ничего на мое замечание. Он проводит по моим плечам еще раз, а потом еще и еще, так что по спине бегут мурашки от этих бережных прикосновений.

— Он понравился тебе?

— Что?!

— Он ведь не качок. Тебе ведь такие нравятся!

Я, мягко говоря, в недоумении от сказанного. Какие к черту мышцы? Откуда он вообще взял это?

— Расскажи мне в чем ты его подозреваешь?

— Позже. Ночью. А сейчас пойдем есть.

Он подхватывает меня под бедра, отчего мне приходится обнять его за шею и обвить ногами бедра. Я в ужасе, честно говоря. Я не люблю, когда меня таскают на руках. Я в шоке от поведения Джейка. Я все больше подозреваю его в ревности и мужских амбициях. Стоило мне ляпнуть, что он не единственный мужчина в доме и пошли извинения, поглаживания, а теперь и это.

— Отпусти меня! Я боюсь! Ты уронишь меня!

— Тебе не о чем беспокоиться.

— Прекрати вес…

Я выдыхаю, нацепив на лицо радостную улыбку. Мы вышли в гостиную, а потом и показались на глаза Рафу. Так уж и быть, сегодня я сделаю вид, что между нами есть что-то такое, хотя, интуиция подсказывает мне, что это неправильное решение.