Глава 11

Девушка смотрела на мужчину, пожалуй, впервые вот так близко и не таясь. Черты волевого лица сглаживала беззаботная, мальчишеская улыбка. И даже глаза, хищные, дикие, опасные, казались Фине теплее и еще более красивее, чем раньше.

Осмелев, Руфина провела кончиками пальцев по заросшей щетиной щеке.

Ранд замер, позволяя ей легкие, невинные скольжения. А густое, почти непроницаемое темно-бронзовое одеяло скрывало девичью фигуру. Да и кроме советника никого больше в круге под куполом не было.

А Эрлинг… он вроде как теперь муж Фины. Так?

Именно сейчас, когда Ранд лежал на лопатках прямо на земле, а Руфина кожей чувствовала обжигающий жар, струящийся от волка, пришло яркое и четкое понимание этого факта.

Они женаты. Пусть без свидетелей и пышного торжества, но ведь метки у них стоят.

И вместе с этой мыслью к Фине пришел испуг. Она ведь совсем ничего не умеет! Совсем… Даже, по сути, целоваться!

Стыд и позор! Ведь сверстницы Кьелл уже давным-давно предаются любовным утехам с волками, вступают в свободные отношения. А она… Она так и не смогла! Даже с Мишкой.

Возможно, Ранд угадал ее мысли. Потому что открытую, добродушную улыбку сменила натянутая и фальшивая. Фине даже стало обидно, что этот вредный, упрямый мужчина прячет от нее такую красоту.

А Фине хотелось оставить все, как было. Хотелось сохранить в памяти, надышаться ею.

И потому девушка, задержав дыхание, прижалась губами к мужскому рту. О чем думал Ранд, Фина не знала. Но в первую секунду молодой мужчина замер, словно застыл, превратившись в каменное изваяние.

А после… После ловкие и твердые пальцы окунулись в длинные пряди на затылки, удерживая, не позволяя отстраниться, убежать, или испугаться.

Поцелуй был жадным и жарким. Настолько запретным и сладким, что думать Фине совершенно не хотелось. Да и не моглось.

Осталось лишь тяжелое, обжигающее дыхание, жадные касания ладоней по спине и плечам, словно мужчина не позволял себе ничего более откровенного.

Когда твердые, удивительно сладкие и нежные губы выпустили рот Фины из плена, девушка могла с великим трудом дышать. А перед глазами — яркие звезды. И по телу — приятные разряды электричества, которые задевали, кажется, каждый потаенный уголок девичьей души.

— Не место здесь, родная, …— Ранд тоже дышал тяжело, а потому слова выходили рваными, отрывистыми, — перекидывайся и домой. Приду сразу же после урока.

Фина кивнула. Дважды. Щеки алели румянцем. Было стыдно за то, что именно она первой поцеловала Ранда. Но ведь они не чужие друг другу? Так?

Руфина моментально сменила облик. Однако Рандолф не спешил снимать непрозрачный полог. Зарылся пальцами в шерсть и заглянул в глаза волчице.

— Все так, как нужно, Рыжик, — твердо произнес Эрлинг, будто собирался убеждать ее в правдивости своих слов. — Между нами все правильно.

Фина мотнула головой в знак согласия. Но в душе было смятение. Ведь есть куда более красивые девушки, яркие, не такие, которые могут отыскать проблему на пустом месте. Но почему-то Ранд выбрал именно ее.

Эрлинг снял защитный купол, только когда натянул на широкие плечи рубашку. И да, Фине стало приятно от мысли, что никто теперь не видит всю прелесть мужского торса физрука академии.

Возможно, именно по этой причине Фина спокойно прошла мимо Ханны. Ну а то, что Кьелл все же рыкнула, перехватив взгляд старосты у самого входа на арену, так это может быть и обман зрения. Мало ли что там может показаться сумасбродной Ханне!

Фина пришла в свой шалаш. Тиры не было. Очевидно, что подруга была на занятиях. Кьел тоже решила не пропускать. А потому, приняв душ и одевшись, девушка побежала на следующий по расписанию урок. И хорошо, что его вел как раз сам ректор, а потому не позволил Ханне и Хильде сыпать колкости в адрес Фины.

И уже после урока, когда весь класс выскочил в коридор, профессор Эрлинг попросил Фину задержаться на минутку. Вид у старшего брата Рандолфа был не самым беззаботным. И потому девушка сделала вывод, что разговор будет серьезным.

Почему-то захотелось тут же оправдаться. Выкрикнуть что-то в духе: «Я не заставляла Ранда ставить на мне метку!».

Но фраза так и не прозвучала, потому что на пороге кабинета стоял Ранд и, скрестив руки, смотрел на Фину.

— Что? Я ничего не сделала! Переоделась и сразу сюда! — негромко оправдалась Руфина, лихорадочно припоминая, когда она могла встретить по дороге от общаги в главный корпус.

Никого ведь не было. Ни с кем не говорила. Ничего сделать не успела! Зачем на нее смотреть с таким укором?

— Рандолф считает, что без этого можно и обойтись. Пока. На данном этапе ваших отношений. Но мне, как старшему и единственному родственнику Ранда хотелось бы провести обряд. По всем законам, — негромко, осторожно, но проникновенно проговорил профессор.

— Чего? — опешила девушка.

Рандолф уже подошел к ней ближе, но не касался. Так и стоял, убрав руки в карманы брюк. Но смотрел на Фину, склонив голову, словно всматривался, собираясь прочесть ее эмоции.

— Он хочет обвенчать нас, — пояснил Эрлинг.

— У меня есть все полномочия, если тебе, Фина, это интересно, — подал голос Эрдинг-старший.

— С-с-свадьба? — поперхнувшись, прошептала Руфина.

— Вот и я говорю, что не стоит афишировать. Первое время. А там уже разберемся, — скривился Ранд, но почему-то Фина ощутила недовольство советника.

А Фина представила, что советника, снующего без рубашки по владениям академии, по арене, по столовой, да и по всему лесу, могут облизывать взглядами все, кому ни лень. И такая жгучая ярость затопила, что здравые мысли благополучно сбежали из юной головы Руфины.

А потому девушка не контролировала сорвавшейся с губ фразы:

— Я согласна! Когда мама и папа приедут!

— Отлично! Как раз впереди каникулы. Минимум студентов. Все разъедутся по домам. Можем устроить вечеринку только для избранных, — хлопнул в ладоши ректор, а Ранд многозначительно хмыкнул.

И почему-то Фине показалось, что «избранных» будет довольно много. Но ничего ответить не успела. Ректор уже подталкивал брата из кабинета, за порог, приговаривая, что у него много важных и неотложных дел в связи с грядущим венчанием.

— Пора обедать, — подсказал Ранд, когда дверь за их спинами захлопнулась, а в коридоре они остались одни.

Пространство словно схлопнулось, сократилось до размера волевого лица Ранда и его теплых глаз. И раз уж никого поблизости не было, Фина позволила себе небывалую наглость. Взяла, и смахнула короткую прядь волос во взъерошенной прическе Ранда. Девушке всегда казалось, что эти торчащие пряди выдают в Эрлинге хулиганские нотки.

— Плюнем на все и пойдем в лес? — пробормотал Ранд, нависая над Финой.

Рукой мужчина упирался в стену над ее головой. Нависал над девушкой, взглядом обещал продолжение того поцелуя, который начался на арене.

— Когда стемнеет. Мне же уроки нужно сделать, — последняя здравая мысль все же мелькнула в голове Фины, а Ранд согласно кивнул.

— Буду ждать у ворот, — негромко проговорил Эрлинг и резко выпрямился.

Как раз вовремя. Потому что в конце длинного коридора у самой лестницы, ведущей на второй этаж, появилась доктор Холгер.

Руфина, стараясь не привлекать внимания, зашагала к выходу. Ей действительно нужно сделать все задания. И да, пообедать тоже. Ранд мягко напомнил ей об этом, выкрикнув:

— Столовая в другой стороне!

Хорошо, что никто не заметил их, иначе Фина сгорела бы со стыда. И, показав Ранду язык, девушка умчалась в нужную сторону. Кьелл готова была поклясться, что Эрлинг негромко рассмеялся в ответ на такое непозволительное хамство в отношении учителя со стороны студентки.

* * *

Погрузившись в собственные мысли, Руфина не слышала, как в дверь ее комнаты кто-то постучал.

Первая мысль была, что пришел Ранд. И мгновенная вспышка радости совершенно неожиданно сбила с ног. Девушке пришлось взять себя в руки, напомнить, что брачные метки — совсем не та цель, которую она хотела достичь. Впрочем, она ведь планировала сбежать из Беловодья. А вышло все иначе.

Чутье вдруг подсказало, что в коридоре шалаша ждет позволения войти совсем не советник Эрлинг. Да и не Тира. Подруга вломилась бы, не дожидаясь разрешения.

Значит, пришел друг детства. И ее… бывший парень.

И здесь Фина поняла, что эту мелочь совсем упустила из виду. Должно быть столь стремительные изменения и близкое знакомство с Эрлингом превратили ее мозги в кашу. Ведь иного оправдания тому, что так легко можно было забыть о Мишке, у нее не было…

— Войдите, — крикнула Фина.

Действительно, на пороге стоял Михаил. Широкая, приветливая улыбка парня должна была бы вызвать чувство тепла в сердце Фины, или хоть какую-то реакцию. Но Кьелл поняла, что ничего нет. Да и на самого внешне привлекательного молодого волка смотрит Руфина без особого интереса. Вот только в мыслях постоянно всплывают воспоминания о редкой улыбке Ранда, о его широких плечах, о хрипловатом голосе, о том, что именно сама Фина ощущала в присутствии Эрлинга.

И сравнивала, конечно. Что уж скрывать, а Ранд выигрывал у Мишки во всем.

— Рыжик! Ты куда пропала?! Хорошо, что на уроке тебя увидел. Так и бегала бы от меня, да? — насупился друг, а вот в глазах пряталась усмешка.

— Миш, мне уроки нужно сделать, — усмехнулась Фина, не собираясь приглашать друга остаться.

— Знаешь, любимая, ты…, — залпом начал было говорить Ингольф, но тут же осекся и даже побледнел. — Что у тебя там?

— Где? — спохватилась Фина и принялась лихорадочно осматриваться.

Змея? Опять змея? Как же они ее достали, эти ползучие твари!

Вперемешку со страхом Руфина ощутила и гнев. Кажется, даже рычала приглушенно.

— Нет. Там! На шее! Что у тебя?! — резко, выпучив глаза и, кажется, побледнев еще больше, потребовал Миша ответа. — Это что, укус? Ты… Тебя … Любимая!!!

Фина взглянула на парня исподлобья. Мда, досадно. И как-то не очень красиво вышло.

Девушка поняла, что футболка сползла с плеча, открыв обзор на метку, поставленную Рандом. Вот только сейчас Фина не планировала устраивать вечер исповеди и покаяния перед Мишкой. Да и не виновата она ни в чем. Они ведь с Рандом пока не… Ну, не до конца… Не завершили обряд. И вообще!

— Миша, брось. Мы ведь друзья. И вот эти твои слова про любовь — выдумка. Нет между нами любви. Разве что дружба, — осторожно выдала Руфина.

— Рыжик, не могу поверить…, — растерянно говорил Михаил. — Я же правда люблю тебя!

И вдруг Фина ощутила, как прямо к ней приближается волк. Ее волк.

И да, Ранд был зол, как самые злобные черти ада. Фина физически ощущала его эмоции.

— Миша, уходи. Мне правда нужно заниматься. Давай после поговорим? Завтра, или послезавтра, да? — торопливо заговорила Руфина, пытаясь вытолкнуть Мишку из комнаты.

Но парень, раскинув руки, уперся в дверную коробку, тормозя процесс.

— Рыжик! Да что за ерунда происходит?! Ты как здесь оказалась, изменилась до неузнаваемости! И метка! Что за урод так с тобой?! — Миша начинал злиться и вдруг перехватил руки Фины и резко дернул девушку на себя. — Мы можем разорвать связь с ним. Просто скажи, кто он, кто тебе поставил метку! Я поговорю с отцом! Мы поедем на встречу с Советом. Мы..

— Нет никакого «мы», Миша! — резко отчеканила Фина. — Уходи! Живо!

Девушка слышала, как под мощными лапами ломались хрупкие ветки, опавшие на тропинку. Как хрустел недавно выпавший снег. Как тяжелое дыхание выбивалось из широченной грудной клетки. А острые клыки обещали вонзиться в глотку противника.

Фина мотнула головой, сбрасывая наваждение.

— Рыжик мой, если этот волк тебя принудил… если он силой…, — низко прошипел Миша, утробно рыча.

— Нет! Не силой. Понял? Я сама хотела! Да, хотела! — тараторила Руфина, отчаянно выталкивая парня из комнаты.

Ну дурак же! Дурак! Куда полез? Ведь Ранд его одним левым клыком сотрет в порошок.

— Миша, потом поговорим. Ясно? Потом! — выкрикнула Фина и поняла, что действовать нужно молниеносно. Иначе родители Мишки получат тело сына в закрытом гробу.

Недолго думая, Фина выскочила из шалаша. В чем была, не заботясь о том, что там, за порогом будет холодно. А на крыльце моментально сменила облик.

Вся ее одежда горкой опала на ступени. Хорошо, что уже стемнело, да и свет рядом с их с Тирой домиком почему-то не горел. Наверное, кто-то выбил фонарь, или лампочка сгорела. Неважно! Главное, что Фина могла почти незаметно нырнуть в спасительную тьму и устремиться навстречу Ранду.

Он уже сиганул через забор. В один прыжок волк оказался по эту сторону ворот. Фина притормозила, скользя лапами по натоптанному снегу.

Не стала уворачиваться и тут же врезалась в мохнатый бок Эрлинга.

Видела, что Ранд все еще рвался вперед. Чувствовала его злость и негодование, а еще ощущала желание убить «щенка Ингольфа». Кажется, именно так о Мишке и думал Рандолф.

Ранд попытался обойти Фину. Та не пустила, преградила путь. Против Эрлинга Фина была все равно, что муха против слона. Она и драться-то не собиралась. Просто хотела показать свой настрой.

Взглянула на Ранда умоляюще. Ну же, не стоит. Да и вообще, она обещала прийти, как стемнеет. Она и пришла. Да?

Фина ждала, когда Ранд перестанет угрожающе клацать клыками и рычать. Но, кажется, Эрлинг слишком завелся, чтобы так быстро угомониться.

А потому волчица ткнулась носом в могучую шею. Ух, вот бы его еще и за ухо укусить!

Шальная мысль отозвалась теплом и чем-то очень-очень запретным.

Рандолф застыл, словно прочел все, о чем подумала девушка.

Фина вздохнула. Ну а что такого… Они вроде как метками обменялись… Да?

Кьелл вскинула голову и смотрела Ранду прямо в глаза. Открыто смотрела, словно говорила, что понимает все и полностью осознает, чем закончится этот вечер.

— Вот. Я куртку принесла. И сапоги. Шапка тоже там, — негромкий голос Тиры отвлек Фину от стремительного погружения в тягучий, жадный, волчий взгляд.

А Фина действительно тонула в этом дивном омуте. И выплывать на берег не хотелось.

— Не благодари, дядюшка, — хмыкнула Тира.

Руфина удивленно округлила глаза. Вот так новость! Это как? Они что, родственники?

— Потом, все потом, — махнула рукой подруга и подтолкнула массивный рюкзак к ногам Руфины, а сама встала спиной к ней, словно прикрывая собой от нечаянных свидетелей.

По другую сторону встал Ранд, окружив Фину собой так, что, кажется, никто бы и не рассмотрел, что за мощным телом волка прячется хрупкая и невысокая девушка.

А тем временем Тира негромко ворчала, словно размышляла вслух.

— Нет, ну а что, мне уже и вмешаться нельзя? Тогда нужно было сразу предупредить. Я бы в другой шалаш переехала! — болтала подруга.

Когда Фина оделась, Тира забрала у нее пустую сумку. А сама вдруг взяла и щелкнула Ранда по недовольному носу. Ну, как щелкнула. Так, сделала вид, что достала до наглой морды.

— Подъем в семь утра! — подмигнула подруга.

— Вот обязательно это должен кто-то говорить каждый раз, как я…, — заворчала Фина, но Тира уже умчалась в свой домик.

Руфина взглянула на Ранда. Тот не сводил темного взора. И был в глубине теплых глаз вызов. А Фина Кьелл всегда принимала его.

Забравшись на спину мохнатого монстра, Руфина запустила пальцы в мягкую шерсть. Приятно было. Удивительно тепло и волнительно.

А Ранд сорвался с места. Так же, одним прыжком перелетел через забор и помчался по тропе.

У домика они оказались за считанные минуты. Фина даже замерзнуть не успела. Зато душу разрывали разные мысли, от самых откровенных и запретных, до трусливых и полных сомнений.

И только войдя в теплую, уже ставшую родной хижину, Фина поняла, что все происходит правильно. Она здесь, с Рандом, в полной безопасности. Именно там, где и должна быть.