Глава 17

На балу Татьяна для него была самой красивой, самой желанной и любимой. По традициям Домианта правители появляются в зале после того, как отзвучит первый полонез. И он просто сходил с ума, представляя, что девушка танцует с кем-то другим. Когда появился на пороге зала, ревность коварной змеей закрутилась в его груди. Иванцова танцевала первый танец с Ромиником, который сейчас был очень похож на бывшего Лёшара. Такой же долговязый и худой. Только в отличие от первого, его волосы не висели безжизненными палками, а под глазами не залегли синяки. И самое главное, Таня ему улыбалась. А вдруг ей нравятся именно такие субтильные юноши, а не квадратные драконы? И лишь факт, что платье так и осталось серым, немного остудило его разгоряченную голову. В том, что оно поменяет цвет на золотой, мужчина не сомневался ни секунды. Не могут боги оставить такие чувства безответными! Только это будет его золотой!

Доминик постарался сделать так, чтобы девушка его заметила. И очень хотел проследить ее реакцию. Когда же она увидела его и вспыхнула от радости, словно лампочка, мрачные мысли отошли сразу на второй план. Она ждала его! Она была ему рада! И тогда, решив, что тянуть больше нет смысла, решил объявить ее своей невестой. Чтобы даже младший братец не смел к ней подходить. Тем более что предварительно согласие, в общем-то, уже было получено.

Он произносил положенную торжественную речь перед гостями. И в самом конце добавил заветные слова:

— Надеюсь, что в конце бала вы услышите объявление о нашей помолвке. А сейчас танцы продолжаются!

Она поняла его! И сейчас стояла, застыв с улыбкой на губах, в ожидании, когда окажется в объятиях любимого. Десять шагов, пять, два, три… Сейчас он преодолеет последнее расстояние и уже никогда не выпустит ее из своих объятий!

— Доминик, дорогой! Надеюсь, ты рад меня видеть также как и я тебя? — откуда не возьмись, выпорхнула Стелла и повисла на его руке.

Видят боги, он ее не приглашал и видеть рад не был. И если бы была на то его воля, стряхнул бы ее руку со своего локтя, как надоедливую муху. А тут еще бабуля со своими охами и ахами! Похоже, без ее участие во всей этой истории не обошлось.

Только бросить Стеллу посередине зала было нельзя. Как ни как дочь правителя соседнего государства. Домиант не в том состоянии сейчас, чтобы с кем-то воевать. Поэтому, решив соблюсти минимальные приличия, Дом решил утащить бывшую невесту к стенке и там оставить. А затем завершить начатое: пригласить Таню на танец.

Где-то фоном верещала от восторга бабуля. Стелла сначала что-то усиленно щебетала. Но поняв, что ее не слушают, обиженно поджала губы и замолчала. Когда же они подошли к стене, и он стряхнул ее руку, словно прилипшую невесть откуда жабу, драконица поняла, что ей тут совсем не рады и в объятия не приглашают.

— То совсем-совсем не рад? — Стелла подняла на него глаза, изобразив на лице вселенскую скорбь.

— Я рад, что ты жива, здорова и отлично выглядишь, — Доминик слегка поклонился, изображая почтение, которого на самом деле не было. Мужчина был наслышан о ее похождениях и титуле всегалактической шлюхи. В его мозгу даже мелькнула мысль, как здорово, что провидение однажды развело их в стороны. И эта хоть и красивая, но жадная и мелочная дрянь, пришедшая на бал не в магическом, а в обычном, сшитом из золотой парчи плате, больше не его невеста, и тем более не жена.

Стелла же словно не замечала его хмурого выражения лица:

— Милый, ты знаешь, а я скучала! И если бы не твоя бабашка, то в этом зале могло бы случиться непоправимое. Два любящих сердца не воссоединились бы и не нырнули в лоно страсти.

— О, так ты прибыла на бал со своим женихом? — он насмешливо выгнул бровь. — Надеюсь, представишь?

— Дом, ты про что? Ты всегда был для меня единственный и неповторимый! — на ее лице отложился такой вдохновенный восторг, что дракона даже перекосила от этого притворства.

— Настолько неповторимый, что ты даже перестала рассматривать мою кандидатуру в качестве твоего мужа? — фыркнул он. — Дорогая, я смирился с этим фактом и сейчас собираюсь жениться на другой.

— А как же мы? — Стелла состроила обиженную гримасу.

— А «нас» нет уже лет сто или даже больше! — покачал он головой. — И, прости, меня ждет невеста!

С этими словами мужчина резко развернулся, оставив девушку у стены, и поторопился к Татьяне. Только ее уже нигде не было.

— Где Татьяна? — из носа дракона разве что дым не шел. Мадам Шаппо, Сигизмунд и нечаянно оказавшаяся рядом Тамара застыли в страхе перед очами правителя, который рвал и метал.

— Я ее последний раз в зале видела, — первой отмерла девушка. — А потом она куда-то исчезла.

— И куда она могла незаметно исчезнуть из переполненного зала? — не унимался мужчина. — Сиг, в твои непосредственный обязанности входит следить за порядком в зале. Или я не прав?

— Так точно, ваше величество! — по-военному вытянулся дворецкий. — Татьяна в зале порядка не нарушала!

Злой взгляд золотистых глаз переместился на старушенцию, которая стояла с невозмутимым, на первый взгляд видом. Только поджатые губы говорили о наличие эмоций в ее зеленой голове.

— Мадам Шаппо! И что же, по вашему мнению, она нарушила? — вертикальные зрачки вздрогнули и расширились, а затем снова сузились в тонкие полосочки. У драконов такая реакции выражала крайнюю степень злобы.

— А почему сразу я? — фыркнула бабуля. — Я вообще ни при чем!

— Даже так скромно? — большое тело Доминика нависло над щупленькой женщиной словно скала. — А кто Стеллу сюда приволок? Или скажешь, что ты опять не в курсе?

— У нас же бал, — пожала плечиками мадам. — Вход разрешен всем бывшим жителям Домианта. И разве ты не был рад ее видеть?

— Тебе как сказать: ласково или правду? — он иронично выгнул бровь.

— Думаю, что вполне в состоянии вынести правду! — мадам горделиво расправила плечи и с вызовом посмотрела на внука.

— Несмотря на то, что когда-то давно она меня предала и унизила, я к ней до вчерашнего вечера относился абсолютно равнодушно. Словно эта драконица пустое место, — он недобро прищурился, поджал губы и склонил голову на бок, разглядывая, как с большой скоростью меняются эмоции на лице мадам. — Но теперь я ее просто ненавижу! Из-за нее я не смог сделать положенное предложение любимой женщине, а сейчас и вовсе ее потерял. Не будь ты моей бабушкой, уже бы гнила в самом мрачном подземелье.

— Да ты за все время правления ни одно существо туда не посадил! — широко улыбнулась мадам. Она решила, что страшная гроза миновала. — А со Стеллой у вас гораздо больше шансов на рождение хорошего потомства. Ее гены…

— Ее гены меня не волнуют! — обрезал резко внук. — Сиг, мадам в голубые покои под домашний арест!

— Как арест? — только и успела выдохнуть она.

Верный слуга лишь коротко склонил голову в знак согласия и потянул женщину за собой. Хотя они и были в сговоре с авантюрой насчет земных невест, Шаппо успела попортить ему большое количество крови. И эта маленькая месть была ему как бальзам на душу.

* * *

— Доминик, и что теперь будет? — вопросительно посмотрела на правителя гренадерша. Она сильно переживала и за подругу, и за Сигизмунда. Покой и счастье последнего зависело от покоя и счастья золотого дракона, следовательно, и ее. — Если нужна помощь, то ты можешь на меня рассчитывать!

Дракон на секунду задумался, а затем поднял глаза на девушку:

— Ты знаешь, где она живет? — его голос был полон надежды. Но она лишь отрицательно покачала головой:

— Мы подружились в этом мире. До этого не общались и не были знакомы.

Он резко выдохнул, провел ладонью по лицу и как-то весь ссутулился, словно проблемы легли на него неподъемным грузом. И Тамара с удивлением заметила, как лучистые золотые глаза мужчины словно подернулись пеплом и стали тусклыми и безжизненными.

— Я не смогу ее найти… — горестно простонал он, ударяя кулаком ничем неповинную стену. И в ней тут же осталась внушительная вмятина, говорящая о трагизме состояния дракона. Если учесть, что стены были выложены из древних камней и на масло совсем были не похожи, Тамара лишь недоверчиво покосилась на след его разочарования и тихонько присвистнула по своей привычке физрука, свистеть в случае опасности или чего-то непонятного. Правда, сегодня она это сделала без свистка, лишь губами.

— Дом, ты обязательно ее найдешь! Неужели вы не чувствуете притяжение душ друг друга? — девушка подошла со спины к мужчине и легонько погладила его по плечу.

— Почувствовали бы, — грустно усмехнулся он. — Я на ней свою метку оставил. Да только ритуал слияния мы с ней до конца не прошли. Я хотел сделать все как положено, после свадьбы. Чурбан безмозглый! — наградив себя столь нелестным эпитетом, он оставил в стене еще один след.

— Почему безмозглый? — грустно улыбнулась она. — Ты хотел сделать все, как ндо. Поверь, мы девушки это ценим!

— Вы же с Сигом прошли полное слияние. Хочешь сказать, что ты его не ценишь за это? — он развернулся к Тамаре лицом и вопросительно посмотрел на нее. В голове дракона вдруг зародилась мысль, что решение проблемы где-то близко. Только он никак не мог уловить где.

— Почему не ценю? — усмехнулась Тамара, — очень даже ценю. Просто нельзя нас с Таней сравнивать. Я спортсменка, прошедшая огонь воду и медные трубы. А она чистый, и что-то мне подсказывает, нетронутый цветок.

Доминик как-то неловко пожал плечами и застенчиво улыбнулся, выражая гренадерше признательность за столь откровенные слова. А она вдруг просветлела лицом и воскликнула:

— Сигизмунд знает!

— Что знает? — нахмурился Дом. — Невинна Таня или нет?

— Тьфу на тебя! — фыркнула девушка. — Мужики, все мысли об одном! Адрес ее знает. Он же нас всех забирал из квартир, прежде, чем сюда переправить.

— Это, конечно, здорово! — сначала просветлел Дом, но потом снова сник. — Только я не смогу покинуть пределы Домианта. Меня границы не выпустят до тех пор, пока не появится преемник королевской крови.

— А хочешь, я за ней съезжу? — нераздумывая предложила подруга.

— По-моему, это мой единственный шанс на счастье, — усмехнулся дракон.

* * *

— Что за шум, а драки нет? — в комнату, под руку со Стеллой вплыл Роминик.

Стелла была облачена в золотое платье, только в этот раз иного покроя. Оно не так откровенно облегало идеальную женскую фигуру, оставляя за пышными юбками некоторый покров тайны. Несмотря на то, что драконица была меньше ростом обоих мужчин и Тамары тоже, все равно умудрялась смотреть на них сверху вниз, одаривая изрядной долей презрения.

— Я думал, что вы уже покинули нас! — усмехнулся Дом.

— Хочешь сказать, надеялся? — криво усмехнулся младший брат. — Да видишь ли, мы еще решили погостить в родительских пенатах.

— Да ради бога! — Доминик поднял обе руки вверх, давая понять, что препятствовать не будет. — Только не заскучает ли твоя подруга в нашем убогом мирке?

— Мне не бывает скучно в обществе моего жениха! — высокомерно соизволила объяснить свое присутствие девушка.

— О, даже так? — округлил глаза хозяин. При этом стараясь сообразить, кого Стелла имела в виду его или брата? Хотя он дал ей ясно понять, что не собирается возвращать все на круги своя. — Тогда разрешите вас поздравить!

— И ты не возражаешь, если я женюсь первым? — вопросительно выгнул бровь Ром.

— А почему я должен возражать, если ты нашел достойную претендентку? — усмехнулся он.

— Потому, что мой отец потребует его восшествия на престол! — слова Стеллы были похожи на гвозди, которым заколачивают гробы.

— И сольет Домиант с Риглой? — усмехнулся Доминик. — Брат, ты готов быть мальчиком на побегушках?

— Почему на побегушках? — фыркнула Стелла. — Он будет моим мужем.

— И будет мальчиком на побегушках для собственной жены! — негромко произнесла Тамара, до этого молча подпиравшая стену. Но все, кому были предназначены слова, услышали.

— Простолюдинкам кто-то давал слово? — красиво выщипанная бровь драконицы поползла вверх.

— Самый главный ее статус — моя гостья, — хозяин дома сурово нахмурил брови. — И позволь напомнить, что у тебя его нет.

— Роминик, пойдем! Нам здесь совсем не рады. И не понимают серьезности положения, в которое попали! — с этими словами она пошла на выход и потянула Рома за собой.

Ром как-то беспомощно оглянулся на брата, пожал плечами и поспешил следом за невестой.

— Я же говорила на побегушках! — покачала головой Тома. — И ты позволишь, чтобы они захватили твою страну?

— Надеюсь, что с вашей помощью, мне удастся этого избежать, — вздохнул мужчина.

— Эта фифа пришла на бал в золотом платье. Это твой цвет? — гренадреша была в первую очередь женщиной, и женское любопытство было ей не чуждо.

— Цвет мой и Рома, — согласно кивнул головой мужчина. — Только платья, меняющие цвет по совместимости изобрели лет пятьдесят назад. А мы с ней расстались больше века назад.

— О, господи, какие цифры! — закатила глаза девушка. — Значит это совместимость с Ромом? (3303c)

— Это значит, что она просто нашила нарядов из золотой парчи, для того, чтобы ввести всех в заблуждение, когда поняла, что с меня можно что-то поиметь. А Ром подвернулся под руку, раз я не согласился. Надо же как-то сохранить лицо.

— И ты позволишь брату связать свою жизнь с ней? — Тамара озабоченно покачала головой.

— Он взрослый мальчик. И, надеюсь, знает, что делает, усмехнулся дракон. — Хотя ты права. Возможно, я попытаюсь поговорить с ним, если эта стерва выпустит его из своих цепких коготков хоть на минуту.