Глава 62.

— Останься со мной.

— Пока ты не решишь свои проблемы, — упрямо напоминаю ему.

— Для начала и так сойдет, — рассмеялся мужчина, утягивая меня на диван.

Я упала на него, в его крепкие объятия. Отчего-то мне показалось это необычным. Не таким как было раньше. Словно иная ступень в так и не состоявшихся по-настоящему отношениях.

— Ты очаровательна, Мара.

Наверное, я должна была его оттолкнуть, подскочить на ноги и убежать. Он же пьян. Я чувствую, как сама начинала пьянеть от его запаха, вкуса терпкого алкоголя на губах. Но я взяла инициативу в свои руки. Пока я здесь, пока я с ним все будет хорошо. Потому что чувствовала, как опасность кралась по следам Никольского. И защитить его я не смогу, он просто не позволит.

Все будто в последний раз.

Расстегивала пуговицы, быстро, ловко. Он зарычал, ощутив, как я коснулась его обнаженной груди, впиваясь маленькими ноготками в разгоряченную кожу.

— Мара, я хочу тебя, — прошептал он, накрывая мои губы вновь.

Как же я хотела его. Внутри напряженно пульсировал тот самый узел. Он словно возрос, превращаясь во что-то огромное, пугающее. Я нетерпеливо сдернула с Виктора рубашку, отбросила ее в сторону. Стянула с себя футболку, отбивая руки мужчины.

Он рассмеялся, но заговорщически улыбаясь, одобряя мои действия. Белье полетело следом.

— Ты самая красивая девушка, которую я когда-либо встречал, — выдохнул он, впиваясь дерзко в сосок. Я выгнулась, подставляясь под его ласки. Он сжимал грудь, перекатывал между пальцев тугие горошины сосков. Ласкал их языком, кусал.

Наигравшись с грудью, оставляя ее покрасневшей, тугой от ласк, он ловко для своего состояния стянул с меня джинсы вместе с трусиками. Запустил палец, не намереваясь играть. Проник внутрь, сорвав сладострастный стон.

— Горячая, влажная и вся моя, — вдохнул мужчина, вводя следом второй палец.

Я зашипела от наслаждения, насаживаясь. Потянулась к ширинке, недолго боролась с ремнем и брюками. Стянула их, высвобождая член. Красная влажная головка дернулась в моей ладони.

Приподнялась и без дозволения Виктора села на него, обхватив плотью. Садилась аккуратно, подхваченная мужскими руками.

Он рыкнул, сжимая меня за талию.

— Сладкая, — прошипел Виктор, когда я впустила его всего.

Помог подобрать темп, который сводил меня с ума. Двигалась, подгоняемая собственными стонами. Он руководил мной, поддерживал, прикусывая разгоряченную кожу.

Первой взорвалась я. Выкрикнула его имя и упала на грудь Никольского, он толкнулся еще пару раз, резко поднимая меня и высвобождая пульсирующий член из влажной плоти.

Но Виктор и не думал давать нам передышки. Перевернул меня, все еще дрожащую от испытанного удовольствия, навис надо мной и вошел вновь. Задвигался теперь сам. Член напряженный, горячий и все еще твердый, бился во мне, ускоряясь до невиданной раннее скорости. Я стонала, пыталась уползти от него, понимая, что не могу бороться с такой страстью. Но Никольский не отпускал, терзал меня, вознося до небес вновь и вновь. Я задрожала, выгнулась и разрыдалась, прижимаясь к его плечу.

Он поцеловал меня.

В эту ночь он целовал меня долго. Нежно, страстно, невесомо, жадно. Он был со мной до конца, даря наслаждение, о котором я никогда не знала. И сам получал удовольствие, словно питаясь моими восторженными стонами и криками.

После той ночи, проведенной вместе, я с Виктором не встречалась. Мы жили словно соседи. Он освободил меня от работы, прося сидеть дома и не высовываться наружу. Опасался, что я опять отправлюсь искать приключения.

Роберт молчал. Его план требовал слишком много времени, которого у меня не было.

Приближался день, когда я должна была либо вручить Власову пакет денег, либо распрощаться с клубом. Денег не было, а желание сохранить здание стало огромным.

Поэтому удостоверившись, что меня никто не подслушивает, я набрала номер Власова.

— Привет, Маргаритка, — прохрипел мужчина.

— Добрый день, — сердито произнесла я.

— Какая ты недовольная, — усмехнулся мужчина.

— Вы же знаете, почему, — намекнула я, вызывая у того жесткий смех.

— Знаю, и жду свои деньги.

— У меня нет денег, — вот и произнесла то, что боялась сказать.

Власов молчал. Тяжело дышал.

— Но я могу предложить кое-что другое, — быстро добавила, опасаясь, что он не захочет со мной говорить дальше.

— Слушаю, — произнес мужчина.

— Я готова стать участником, — произнесла и задрожала, понимая, что рискую сильнее всего, приняв его предложение.

— Выиграешь бой и клуб твой, — хохотнул он.

Но я не поверила. Согласилась, стараясь сохранить в голосе уверенность. Тут же получила адрес, дату и время.

Вот мой последний шанс. И если я проиграю, то сдамся. Откажусь от этой затеи и исчезну. Не буду больше никому доставлять проблем, особенно Виктору и Роберту.

К бою готовилась аккуратно. Заранее собрала сумку с вещами, придумала повод исчезнуть из квартиры Виктора. Радовалась, что руки перестали болеть и ранки затянулись. Драться голыми руками было не лучшей идеей.

В день, когда должна была отправиться на бой, я подхватила сумку и заявила охранникам, что ухожу. Меня постарались задержать, но после звонка Виктору, отпустили. Возмущались, но сопроводили до дома Тани.

Подруга, увидев меня на пороге, изумилась неожиданной встрече, но пустила.

Я не говорила ей, с какой целью приехала. Тане тем более не стоило знать, что я затеяла. Мы попили чай, поболтали. Девушка была спокойна, будучи уверенной, что Павел больше не появится.

Вечером я переоделась, удивив подругу. Соврала, что собираюсь на тренировку в фитнес-клуб, куда стала ходить, чтобы привести себя в форму. Подруга была счастлива, приободрила меня и пожелала удачи.

Села в такси, которое уже дожидалось меня во дворе дома. Я не была уверена, что Виктор ослабил хватку, поэтому попросила водителя поколесить по городу. Отвалила ему приличную сумму за вечернюю прогулку. Отправилась в торговый центр, из которого вышла через час. Села в другое такси. Опять покатались. Теперь уже до другого торгового центра. С третьей попытки я все же отправилась на указанный адрес. Надеясь, что меня больше не преследуют.

Я дрожала, пока добиралась до небольшого производственного здания на окраине города. Таксист остановился за несколько кварталов до нужного адреса. Так я решила сама. Проложив для себя заранее путь, я вышла на небольшую темную улицу и кралась там, оглядываясь по сторонам.

Тяжело дышала, торопилась, будто гонимая призраками. И когда до конечной точки оставалось не больше пяти минут ходьбы, меня нагнал дальний свет автомобильных фар. Осветил всю улицу. Свист тормозов.

Я побежала, ослепленная светом, но не успела пробежать и десяти метров, как была схвачена.

Меня поволокли по земле. Сумка слетела и упала на землю. Я брыкалась, отбивалась, но замерла, когда на голову натянули черный пакет.

Как в фильмах. В фильмах про мафиози. Странно, что не в багажник.

Забросили на заднее сиденье, прижали.

Машина рванула с места. Мчалась так быстро, что я подскакивала на всех кочках.

Задыхалась в пакете, но не могла его стянуть.

Меня по-прежнему держали крепкие руки.

Первой мыслью было то, что Власов обманул меня. Выследил и похитил. Увезет на пустырь и убьет, раз денег от меня ему не получить.

— Наигралась? — над ухом раздался знакомый голос. С головы стянули пакет.

Виктор сидел рядом, удерживая меня за руки.

— Кем ты себя возомнила, дурочка? — поинтересовался он, взглянув на меня.

Двое парней, сидевших впереди, рассмеялись. Те самые амбалы, которые периодически меня сопровождали. Вот же черт, я проиграла!

— Ты все испортил, — рыкнула я, впиваясь злым взглядом в Никольского.

Он изумленно приподнял бровь.

— Испортил? Я спас тебя, Мара. А теперь перестань брыкаться. Мы едем домой.

Всхлипнула, понимая, что больше ничего не смогу сделать.

— Но я осталась без клуба, — выдохнула, пытаясь утереть слезы.

Никольский не отпускал моих рук. Сидел рядом. Я ощущала его тепло, такое родное, успокаивающее, обволакивающее.

— Роберт рассказал мне про ваш план. И я его одобрил, но твоя импровизация чуть все не испортила, — произнес мужчина, повернувшись ко мне.

Выпустил руки, сам коснулся лица, проведя пальцами по щекам. Слезы остались на его теплой коже.

— Слишком долго, — горько усмехнулась.

— Если у тебя нет возможности это сделать сразу, то да, — пожал плечами.

— У меня нет, — отрезала я. — Ни времени, ни возможностей.

— А попросить меня?

— Я обещала не лезть в твои дела. Так вот, не лезь в мои, — огрызнулась в ответ. Осталось еще пригрозить ему кулаком, но не рискнула. Боялась и вовсе лишиться свободы.

— Я тоже тебя люблю, Мара, — тихо добавил он, заставляя меня заткнуться.

Отвернулась от мужчины. Смотреть на него не было сил.

После возвращения в квартиру, меня заперли в комнате. Он запретил мне выходить, даже смыть с себя грязь. Переоделась в другую одежду, упала в кровать, зарывшись лицом в подушку. Хотелось плакать, но слез не было.

Никольский появился в комнате через час. Открыл замок, вошел. Следом вбежала довольная Вася и запрыгнула на постель. Громко замурлыкала, ластясь и кусаясь от удовольствия.

— Перестала обижаться? — спросил мужчина, присаживаясь на край кровати.

Покачала головой, взглянув на него. В руках он держал какие-то листы.

— Думаю, это поможет тебе перестать дуться на меня, — протянул бумаги.

Я насторожено посмотрела на его руку, но приняла листы. Взглянула на них и в изумление открыла рот. С губ сорвался крик. Радостный крик.

— А такой подарок примешь от меня? — ухмыльнувшись, поинтересовался Виктор.