Глава 6. Свадьба и последствия

Оборачиваюсь к Астеру.

— Объяснишь мне, что происходит?! — спрашиваю у звездного капитана.

— Мы обручены, — заявляет Астер, касаясь моей руки. — Род Эветт входит в сообщество Благородных семей, поэтому брак еще предстоит утвердить, но я сделаю все, что можно.

С этими словами Астер поднимается со своего кресла, и я вижу как по его команде открывается люк космического корабля. Эветт берет меня за руку и выводит наружу.

Около здания космопорта нас встречает пестрая толпа. Отовсюду слышится имя Астера. Нас с Эветтом снимают на все виды устройств.

Это настолько ошеломляет, что я на миг забываю о своем случайном браке.

Похоже, Астер все-таки на родине суперзвезда. Толпа наперебой выкрикивает вопросы, адресованные ему.

В этом шуме ярче всего выделяется то, что моего мужчину спрашивают, не прибыл ли он жениться? Это меня задевает, хотя еще за пару мгновений до нашего спуска я и не могла себе представить, что Астер Эветт может мне принадлежать по-настоящему.

Складываю руки на груди и сдуваю со лба локон. Итак, надо перевести дыхание. И все обду…

От специального заграждения к нам приближается мужчина в знакомом мне уже по костюму Дораскса цветастом халате — похоже, это местный традиционный стиль.

Выглядит красиво, как разодетая кукла, и я на несколько мгновений залипаю на мужчину. Особенно удивительно смотрятся его фиолетово-красные волосы, убранные в необычную косу.

— Миллс, — говорит мне на ухо Астер и почему-то очень крепко сжимает ладонь.

Я чувствую, как по коже проходится что-то вроде электрического тока. В словах Астера только что прозвучала угроза.

— Представитель моей семьи в совете. Муж Рады.

“Ясно, зачем он здесь, — замечаю сама себе. — Едва ли сестра Астера стала бы ждать меня в космопорте лично, особенно принимая во внимание случай с ее платьем. Рада послала поверенного, и, учитывая мое решение, от Миллса не приходится ждать ничего хорошего”.

Миллс кланяется нам, сложив руки перед собой лодочкой.

Пару мгновений я думаю о том, не повторить ли жест, но Астер опережает меня, приветствуя мужчину знаком, принятым в федерации — он попросту протягивает руку.

— Надеюсь, что ты прибыл для того чтобы наконец обрести пару, — распрямляясь говорит Миллс, и я отмечаю, что мимика у мужа Рады красивая и плавная. — Астер, любая женщина с радостью примет твои ухаживания.

— Уже приняла. — С этими словами Эветт приподнимает мою руку.

И мы выглядим как два боксера на ринге — была на моей родной планете такая забава в трущобах, старый-добрый земной бокс.

Толпа взрывается возгласами.

— Но ты должен был… — негромко произносит Миллс.

— Я почувствовал связь, — заявляет Астер. — И поэтому не оставалось ничего другого, кроме как жениться.

— Но инопланетная женщина же не может претендовать на место главы семьи, — хмурится наш собеседник.

— Ты не прав, — скалится Астер. — Она попросту никогда на него не претендовала…

С этими словами Эветт тянет меня в сторону, туда, где я могу разглядеть выехавший на площадку для посадки гравикар.

Я вижу как с водительского места выскакивает Доракс.

— Советую тебе прекратить эту клоунаду, — произносит Миллс.

Я тут же ощущаю, как ладонь Эветта стискивается на моем запястье, а взгляд звездного капитана становится колючим.

— Поаккуратнее со словами.

Миллс несколько мгновений изучает меня взглядом, а потом делает шажок навстречу, хватая моего жениха за рукав куртки.

— Ты просил, чтобы на планете забыли о тебе, — цедит Миллс сквозь сжатые челюсти. — И я сделал все для этого. Почему ты не женился на Миларе? Я всю планету исколесил для того, чтобы найти женщину, подходящую под твои запросы.

Астер не менее крепко хватает Миллса, и я вижу как на щеках малинововолосого начинают ходить желваки. Похоже, еще пара мгновений — и мужчины схватятся. А я совершенно не знаю, как остановить их!

— Потому что есть такая штука как зов природы, — шипит Астер. — Тебе нормально с Радой?

Глаза Миллса нехорошо блестят.

— Понял наконец, что карьера того не стоит? — выдыхает Астер, выпуская противника.

После этого мы с Эветтом разворачиваемся и направляемся к гравикару.

— Все думают, будто ты издеваешься, — бросает нам в спину Миллс. — Тебе разрешили стать свободным, Эветт, и что в итоге? Ты притащил на планету аферистку, из-за которой мы теперь бодаемся с федерацией! Но этого тебе мало! Ты собрался сделать ее главой Благородной семьи! Тебя сожрут с потрохами, Астер, попомни мое слово!

Мы останавливаемся перед гравикаром.

Шар с бабочкой покачивается у меня в руках.

— Прости, — заявляет, глядя на меня Астер. — Наверное, я должен был раньше сказать о своих семейных делах.

Я лишь молча убираю за ухо локон. Неожиданно в глубине моей души рождается понимание: ничто ценное не дается просто.

— Прости.

Астер берет меня за руку и чуть-чуть тянет на себя. Взгляд у него вопросительный.

— Я должна была тебе сказать, что меня ищет федерация.

Вот сейчас у Астера снова такая улыбка, что у меня внутри все замирает — настолько это сладко и трогательно.

— Дело в том, что меня ищет один мужчина, которому я очень неаккуратно дала по яйцам, но он оказался достаточно известным в определенных кругах лицом. Думаю, что он сумел меня подставить. Наверное, я должна была сказать… до?

Астер неожиданно наклоняется ко мне и целует в губы. Сквозь ткань его летной куртки ясно ощущается, как бьется его сильное сердце. Я же чувствую, что по моим ладоням, телу, лицу, скользят электрические импульсы, как это было в тот самый раз, когда мы с Эветтом впервые увиделись. Должно быть, это и есть особенная совместимость жителей этой планеты — я чувствую, как его сила проходит сквозь меня, при этом не причиняя ни боли, ни дискомфорта.

Когда мы отрываемся друг от друга, я понимаю, что наш поцелуй только что засняли все, кому не лень, но, кажется, тут уже ничего не поменяешь.

Доракс, кланяясь, открывает нам дверь, словно дворецкий. После этого мы оказываемся в гравикаре, который набирает скорость и взлетает над огромной расселиной в земле, с противоположной стороны которой низвергается водопад, над которым парит радуга.

Наконец я могу рассмотреть родную планету Астера. Любоваться пейзажем — это лучший способ отвлечься от мыслей, толпящихся в моей голове. Я часто к этому прибегала. Не хочу думать о том, что ждет нас дальше, потому что сердцем ощущаю, что сделала правильный выбор. Астер хороший. Я, пожалуй, поняла это в тот самый момент, когда он впервые коснулся моей руки.

— Теперь все информационное поле гудит! — заявляет Доракс, управляющий гравикаром. — Астер Эветт так и не склонил головы перед Благородными семействами несмотря на все данные ему поблажки!

Звездный капитан фыркает и отворачивается к окну.

— Они просто делят деньги и власть. Как всегда.

— А ты? — Доракс оглядывается через плечо. — Не думал, что ты решишься отстаивать свои права.

— Я хотел жениться и завести детей. — Астер вдруг оборачивается ко мне. — Но я очень боялся встретить свое предназначение в женщине, которая могла бы оказаться не лучше Рады.

Я сглатываю слюну.

— Работа звездного капитана отлично помогала этого избежать. Я был далеко от своей родной планеты и не рисковал почувствовать связь. Ты другая, — говорит Эветт. — Лира, я хотел спросить тебя, пойдешь ли ты до конца?

— Какого такого конца?

— Доракс нашел лазейку, по которой мы могли бы подтвердить брак.

Я чувствую, как мое сердце набирает обороты.

“Дура, ты лезешь в конфликт, который тебя вот совсем-совсем не касается, — орет моя здравая часть. — Тебе лучше не наживать себе, возможно, далеко не одного врага. Даже ради безумно красивого мужчины. Я ведь уже гражданка. Осталось тихо залечь на дно, пережить неприятности с Зеппом и федерацией, а так мы с Астером Эветтом, похоже, на всю вселенную прогремим”.

Звездный капитан крепче сжимает мою ладонь, и я неожиданно для себя отвечаю:

— Да.

Потому что ничто стоящее не дается просто так.

— И что это за лазейка? — Крепче сжимаю ладонь звездного капитана, после чего Астер неожиданно закатывает глаза. — М? — Чувствую, что сдвигаю брови.

— Доракс, может, ты сам ей расскажешь? — обращается Астер к нашему пилоту.

— Кхм… — доносится спереди. — Это весьма пикантно.

Да все, что произошло со мной в этом рейсе, не может называться другими словами! Чувствую, что начинаю немного злиться, но я не позволяю своему раздражению прорваться наружу.

— С удовольствием послушаю. — Улыбаюсь Дораксу, понимая, что благодаря датчикам в кабине ему в его шлеме для пилотирования при желании будет видно выражение моего лица.

— В общем, мою партию всеми силами не пускали в парламент, — начинает объяснять он. — Но после долгих усилий я нашел способ пролезть…

Интересно, как связаны партия и регистрация браков?

— Понимаешь, каждое национальное меньшинство на Аларре имеет право на представительство, и я пошел довольно необычным путем, разыскав в лесах одно древнее племя. Мы потолковали, и им понравилась, в принципе, моя программа. У них мужчина в семье всегда играл ведущую роль.

— Куда больше им понравились привилегии, которые можно поиметь от этого представительства, — вклинивается Астер.

— Не без того, — усмехается Доракс. — И теперь я… — Наш пилот взмахивает руками, должно быть, для того, чтобы лучше продемонстрировать нам с Астером свой цветастый не то халат, не то плащ. — Служу при парламенте в роли представителя малых народов и выражаю их волю, а избрался я от нари.

Я не удерживаюсь и хмыкаю.

— Что, правда?

Доракс снова на мгновение оборачивается.

— А ты думаешь, я бы иначе вот это вот бы надел? И стал бы косы отращивать?

— Ну вообще-то я решила… — Запинаюсь, не зная как сказать. — Миллс! Супруг Рады. Я подумала, это что-то вроде традиционного костюма. Разве не так?

— Так-то оно так, — каким-то совсем другим тоном произносит Доракс. — Но сейчас в городах, да и на спутнике большинство мужчин придерживаются общегалактического стиля, кроме тех, кого захомутали…

— М? — оборачиваюсь к Астеру.

— Миллс — просто игрушка Рады, — обрубает он. — Думаешь, малиновые волосы у него свои? Кхм… еще когда я улетал, на планете существовала мода на мужчин с необычного цвета волосами. Ешь таблетку и получаешь результат, правда, у такой красоты есть побочные эффекты. Например, сниженная потенция.

— Зачем же тогда… — Смотрю в глаза Астеру.

— В высшем обществе мужья по-прежнему воспринимаются как что-то вроде украшения для знатной дамы, — поясняет мне Доракс. — Ими принято хвалиться. Тем, кто решил войти в благородную семью, приходится мириться с некоторыми усовершенствованиями.

— А ты против? — спрашиваю я у нашего водителя.

— Я — глава партии мужчин, — с гордостью отвечает он. — И защищаю их права, правда пока приходится это маскировать под борьбу за нацменьшинства.

— Я тоже. — Астер вдруг сжимает мою руку. — Против. Я сын одной из благородных дам, я должен был войти в их круг и принять все правила. Как видишь, я абсолютно все сделал не так.

Мне наконец становится ясно, почему Миллс так лютовал.

— Я хотел жениться по любви, но любовь в вашем понимании одаренным представителям моей расы заменяет чувство связи. Я искал в космосе инпланетянку, которая смогла бы отозваться на мою силу…

Астер произносит это с таким чувством, что у меня рождается желание тут же его поцеловать.

— Значит, я отвечаю? — произношу одними губами.

— Да. — его глаза светятся принятием.

Пусть я и не понимаю толком, что такое связь, сейчас я ощущаю близость так, как это принято у меня на родине — тепло, которое затапливает, и радость оттого, что встретила своего… человека.

— Приехали! — радостно извещает нас Доракс, когда мы с Астером тянемся друг к другу для поцелуя.

Оборачиваюсь через плечо, и меня ошеломляет вид: за окнами гравикара холмистая местность, выстланная травой, почти белой от облетевших лепестков — повсюду цветут деревья, усыпанные вместо листьев маленькими белыми соцветиями. Выглядит чудесно.

Я замечаю, что между двумя деревьями с особенно длинными ветвями низвергается водопад. На поляне около него нас, кажется, уже ждет настоящее племя аборигенов.

Астер берет меня за руку.

— Надеюсь, ты не против традиционного обряда?

— Я? — переспрашиваю. — Нет.

— Да, не ожидал я, что однажды, Астер, мне придется поучаствовать в твоей церемонии единения здесь, на Аларре, — произносит Доракс, выбираясь из гравикара.

— Все когда-нибудь случается. — С этими словами мой жених отстегивает ремни и открывает дверь гравикара. — Мне жаль, что после этого инцидента твоя лавочка подпольных бракосочетаний, по всей видимости, будет прикрыта.

Я тоже выхожу наружу и вопросительно смотрю на Доракса.

— Я нашел лазейку, — со вздохом поясняет друг Астера. — Благодаря ней можно зафиксировать и утвердить брак без одобрения Аларры. Малым народам надо давать право чтить свои традиции.

— За довольно большой взнос на благо малых общин юристы Доракса почти у всех находят предков среди нари в десятом колене. Дальше союз их фиксирует вождь, а не община Аларры. У меня тоже нашли. — С этими словами Астер снова берет меня за руку.

Кажется, я вижу этого самого вождя. Это солидный, украшенный удивительными светящимися татуировками мужчина. На его плечах расшитый бусинами халат, в седые волосы вплетены ленты.

— Подойдите, молодые! — обращается он к нам.

— Я же спрашивал тебя, — шепчет мне на ухо жених. — Готова ли ты пойти до конца?

Киваю. Сердце бьется под горлом как пташка.

После этого нас окружают девушки с такими же седыми волосами, как и у вождя. Они покрывают наши с Астером головы венками из цветов, а на плечи накидывают ритуальные халаты.

Выглядит забавно и в то же время красиво.

— Приветствую, брат и сестра! — кланяется нам Доракс.

— А он хитрец, — негромко говорю своему жениху я, но Астер отрицательно качает головой.

— Он самый преданный идеалам справедливости мужчина, которого я знаю. Доракс вопреки правилам создал десятки счастливых семей.

— Сейчас он рискует всем из-за нас?

— Нет. — Астер отрицательно качает головой. — Мы бросаем официальный вызов правилам. Может ли мужчина жениться по своему выбору? Если община Аларры не одобрит связь, то все для него кончено, Лира. К сожалению, связь — это повод для политических интриг и манипуляций. Доракс мечтает с этим покончить и идет к своей цели. Мы с тобой прогремим на всю планету.

Ого-го! Конечно же, давая согласие на брак, я хотела не совсем этого. Но отступать уже поздно, тем более Доракс и борьба за права мужчин вызывают у меня понимание.

Мы подходим к своеобразному алтарю в виде камня, и собравшиеся вокруг него члены племени начинают петь. Доракс переводит нам слова вождя, не вложенные ни в один коммуникатор для расшифровки, потому что столкнуться с членом этого племени для любого космического путешественника было просто мизерной вероятностью.

— Возьмите ладони друг друга. — Мы с Астером повинуемся. — И несите в них общее счастье до самого смертного одра…

Я улыбаюсь. Пускай моя свадьба похожа на сумасшествие, но если сейчас закрыть глаза на прочие обстоятельства и хорошенько подумать, то получится, что она замечательная! Напротив меня стоит удивительно красивый мужчина, который тепло смотрит на меня, прикосновения его рук по-настоящему согревают, и я уже узнала, что за предложением о браке стоят только добрые намерения.

Идеальное мгновение удается поймать лишь в круговороте несовершенства. Чтобы устроить такую свадьбу иной другой девушке пришлось бы опустошить весь свой банковский счет, а мне вот повезло втройне: редкая планета, удивительный обряд, костюмы выше всяких похвал и сам Астер Эветт!

Длинная накидка, которую мне дали девушки племени, чуть-чуть развевается от ветра и, словно кружевная фата, стелется по усыпанной лепестками поляне. А главное, я понимаю, что то, что я делаю — правильно. Видели бы меня мама и мой бывший парень!

Но я все равно волнуюсь… Тревожно связывать жизнь с мужчиной, которого знаешь всего-то пару оборотов Тхарлакса, но если все и дальше будет так, это будет главным доказательством верности моего решения.

— Теперь вы должны закрепить обряд священным действом! — объявляет Доракс.

Надеюсь, это какое-нибудь ритуальное рукопожатие, а вовсе не первый супружеский секс.

— Молодым следует уединиться. — Тут же подмигивает нам друг Астера.

— Я надеюсь, мы не будем делать это перед племенем, — бормочу себе под нос.

— Конечно нет, — усмехается муж. — Для этого у меня есть особняк. Точнее, дом у Доракса в аренде, но я думаю, нам хватит двух-трех дней, чтобы выселить оттуда штаб партии.

Штаб партии в особняке, где мы собираемся проживать! Я чувствую, что ноги становятся немного ватными. Моя мама говорила, что супруга надо узнать досконально, чтобы точно не прогадать, потому что в конечном счете получается так, что все его причуды становятся твоими проблемами. Наверное, я глупая и уже немного влюблена. Я не хочу верить в то, что причуды звездного капитана всерьез нам помешают. Хотя я, конечно же, знаю, что это так. Главная причуда Астера — жениться по своему желанию.

Опускаю голову, но я просто хочу надеяться на то, что все удастся решить вместе.

В этот самый миг землю накрывает огромная тень. Мы с Астером и Дораксом синхронно поднимаем головы.

— Правительственный шаттл, — выдает Доракс, и дальше следует непереводимое ругательство.

Астер выходит вперед, закрывая меня своей спиной.

— Говорить буду я.

Голос моего мужа поразительно спокоен.

— Вы не имеете права нарушать уклад жизни нацменьшинств, — вопреки этому произносит Доракс, как только по изящному черному трапу на покрытую цветами поляну высаживается несколько штурмовиков.

— О святые звезды! — Выражения лица говорящего не видно из-за шлема, но по голосу можно предполагать, что он только что закатил глаза. — Уберите этого клоуна подальше! Только помните: депутатская неприкосновенность.

— Неприкосновенность! — шипит Доракс, когда его оттесняют штурмовики. — Это когда вы меня не касаетесь!

На глазах у меня Доракс выхватывает бластер из-за пояса и направляет его на противников.

— Я могу воспользоваться шокирующим режимом.

— Он всегда таким был! — Закатывает глаза Астер. — Родители в детстве запрещали мне водится с чудиком из низов, уверены были, что это доведет до беды.

— Довело? — успеваю шепнуть мужу, но тот отрицательно качает головой.

— Скорее уже его дружба со мной.

Не знаю почему, но от этой фразы мне вдруг становится тепло.

— Тогда мы сможем поднять всю историю туров к нари, — перебивает Доракса десантник. — После шокирующего удара нам точно одобрят спецзапрос.

Все на поляне затихает.

— Итак, — оборачивается к нам, по всей видимости, глава отряда. — Мы прибыли за гражданкой Лирой Сайерс. У нас есть распоряжение доставить ее на орбиту для свидания.

— Протестую. — С этими словами Астер складывает руки на груди.

— На каком основании?

Астер делает еще пару шагов вперед, так, что я оказываюсь полностью прикрыта шириной его огромной спины.

— Лира Сайерс — моя жена, и любое ее свидание с мужчиной будет проходить только с моего согласия. Так вот: предложение этого нахала отклонено.

Бросаю взгляд на браслет, на котором мигает мой статус “замужем”. Видимо, вождь говорил о ритуальном обряде единения, который ни на что не влияет. Но от этого вся ситуация в целом не становится легче. Я не горю желанием, едва выйдя замуж, тут же отправляться на орбиту для нового свидания. Что это за бред?

— Я тоже буду протестовать. — Появляюсь из-за спины звездного капитана. — У нас с Астером даже не было медового месяца. Можно отложить свидания с другими мужчинами хотя бы на год?

Повисает пауза. Похоже на то, что я не вовремя влезла с комментариями.

— Уважаемая гражданка Лира Сайерс, — поперхивается один из штурмовиков. — Правительство считает, что ваш случай выходит за рамки привычных правил, поэтому мы попросту обязаны пренебречь запретом вашего супруга…

— Ты можешь воспользоваться своим правом на уединение с вновь обретенным мужчиной, — оборачиваясь ко мне, говорит Астер.

— Отлично. — Взмахиваю рукой. — Право на уединение. Как оно вводится в действие?

Штурмовики переглядываются, а Доракс переступает с ноги на ногу, как будто так и ждет шанса ввязаться в драку. Кажется, военные советуются с начальством по закрытому каналу связи.

— Ты пожалеешь об этом, Астер Эветт! — наконец бросает их командир и разворачивается.

А мне попросту не верится в то, что мы так легко победили. Подхожу к Астеру и беру его за руку.

— Спасибо, — проговариваю я, прижавшись к его плечу.

Он как будто вздрагивает, а потом поворачивает голову ко мне. На губах Астера привычная теплая улыбка, которая сейчас почему-то кажется мне не вполне искренней.

— Я рад, что ты со мной. — С этими словами Астер целует меня в макушку, и я чувствую уже почти привычное тепло.

— Теперь нам нужно лететь домой. — С этими словами звездный капитан кивает Дораксу. — Иначе брак так и не будет зафиксированным. У нас времени ровно до полуночи.

От этой новости мне становится не по себе.

— Тогда летим!

Доракс занимает место водителя, коротко попрощавшись с нари и, как я успела услышать, пообещав им денег на благоустройство заповедной и туристической зоны. А он делец!

В гравикаре я прислоняюсь головой к плечу Астера. Теперь звездный капитан начинает казаться мне родным, меня убаюкивает тонкий и очень приятный запах Эветта.

В голову, конечно, лезут разные мысли: что хотел сказать десантник этим “Ты пожалеешь”? Вдруг наш гравикар попадет в аварию или случится что-нибудь похуже?

Но я все-таки засыпаю. Этот день меня вымотал.

Сквозь сон прорываются реплики Доракса:

— Кто тот мужчина, который требовал свидания? Я просто хочу понять, почему ты не дал представить претендента жене. Неужели ты его боишься?

— Тебя не должно это волновать.

***

Просыпаюсь я от толчка. Кажется, наш гравикар останавливается. Распахиваю глаза. Передо мной красивый закрытый футуристическим забором особняк, между мощными каменными колоннами натянуто полупрозрачное полотно из чистой энергии. Стоит такая защита, наверное, недешево.

Доракс пилотирует гравикар к самым воротам, и мне все больше и больше бросается в глаза баннер, вывешенный на фасаде — огромный мускулистый мужчина в трусах в позе культуриста. Выглядит странновато.

— А это… — Указываю на рекламу.

— Логотип партии мужчин, — вздыхает, потирая глаза, Астер. — Доракс, ты бы мог сделать так, чтобы к утру его там не наблюдалось?

— Как скажете.

Астер хмурится, затем оборачивается ко мне.

— Знаешь, я совсем иначе видел свою первую брачную ночь.

— Я тоже.

Провести первую брачную ночь в штабе партии мужчин в мои планы точно не входило.

— Не переживайте! — взмахивает руками Доракс. — Я же официально твой управляющий, и это значит, что партия занимает только часть дома. Остальное — апартаменты, за заботу о которых ты так щедро платил.

Мы подъезжаем к дверям, обращенным к парку. Я вижу довольно длинный уходящий к реке парк. От поверхности воды отражаются огни домов, выстроенных на другой стороне озера. Красиво.

Доракс выходит из машины и распахивает нашу дверь, словно матерый швейцар. Когда мы с Астером выбираемся наружу, он первым направляется к дверям дома и торжественно набирает пароль, так что переливающиеся энергетической защитой створки разъезжаются в стороны.

— Ваши покои. — Доракс кланяется, и я на мгновение задаюсь вопросом, насколько серьезно он делает этот жест.

Я успела понять, что этот парень депутат, глава партии и управляющий Астера в одном лице.

Смотрю на мужа и тот в ответ высоко поднимает брови.

— Я же Благородный, помнишь? — произносит он. — Так положено.

После этого Астер берет мою ладонь и заводит меня в дом.

— Теперь тебе тоже положены почести, — говорит муж как будто со вздохом.

Оглядываюсь по сторонам. Высота потолков удивляет. Там, над нами, точно метра три, если не четыре. Наверху изображена удивительной красоты картина — что-то про покорение космоса, в панно искусно вплетены осветительные приборы.

— Раньше особняк тоже принадлежал одной из благородных семей, — произносит Доракс.

Аккуратно сдвигаю волосы за уши. А они тут, кажется, эстеты.

— Благодарю за то, что ты поддерживал тут все в чистоте, — произносит звездный капитан.

— Не буду задерживать, — говорит наш управляющий. — Времени до рассвета мало.

Вскоре глава партии мужчин выходит за порог. Двери снова надежно закрываются, активировав электронный замок. И я вижу как по полу пробегает робот-уборщик, подчищающий наши грязные следы.

Чемоданы уже стоят у стены.

Я ощущаю некоторую неловкость, когда оборачиваюсь к Астеру. На голове моего мужа все еще традиционный венок племени нари. Несколько лепестков слетают к нашим ногам — их тут же засасывает робот.

Я отдаю себе отчет в том, что не имею понятия, с чего теперь начинать. Мы ведь практически чужие люди, и я привыкла к тому, что перед началом семейной жизни должен быть некоторый период ухаживаний, разговоров, подарков. Словом, время, проведенное вместе. Одно дело переспать с умирающим звездным капитаном, и совсем другое — оказаться его женой назло всему обществу Алтерры.

— Тебе понравилась свадьба? — тихо произношу я.

Мне до сих пор не верится в то, что такой мужчина мог выбрать меня — самую обычную девушку с генами землянки.

— Да, — произносит Астер, и я чувствую, как его огромные ладони ложатся мне на ягодицы. — Я получил то, о чем мечтал: жену, которая полностью примет и мою силу, и мои взгляды.

Что ж, значит, Милара принимала только вторую часть. От этого немного горчит, но я тут же забываюсь, ощутив на своих губах поцелуй Астера.

— Лира, я понимаю, что нам еще очень о многом предстоит поговорить, — отрываясь сообщает мой муж.

“Ага, например, почему ты так и не представил мне второго мужчину? Это что, могло бы что-то изменить?”

— Но сейчас у нас нет на это времени, — продолжает Астер. — К нам и так, и так нагрянут утром. Будет лучше, если ты проснешься в статусе официальной жены.

Отыскать постель оказывается довольно просто. Отрезанная от штаба квартира в особняке хоть и вышла небольшой, но очень функциональной и уютной — спальня тут прямо за поворотом.

Астер укладывает меня на простыни и начинает раздеваться. Он делает это достаточно медленно для того чтобы я успела насмотреться на безупречный рельеф его мышц. Официально заявляю, что капитан Эветт куда как идеальнее под формой, чем в ней. И если бы его фотографировали для женского журнала…

Эти мысли приводят к неожиданному выводу: я боюсь, что не дотягиваю до высокого статуса его жены. Сколько девушек станет меня обсуждать, когда новость о нашей свадьбе выйдет за пределы Алтерры? И сравнивать с собой… Может, стоило еще раз подумать, прежде чем решаться на этот внезапный брак?

Я не успеваю ничего сообразить, как Астер переворачивает меня спиной к себе, заставляет приподнять попу и входит на полную длину. Меня снова затапливает удовольствием, так, что я теряю все вопросы и сомнения.

Мы подходим друг другу чисто физически.

Сейчас я понимаю, что если бы нас разлучили, это было бы ошибкой. Тело Астера почти идеально совпадает с моим, каждый его толчок, каждое дыхание отзывается во мне новой волной удовольствия. Кажется, что в сексе мы словно половинки единого целого.

Я не думаю уже ни про Доракса, ни про Раду, ни про партию мужчин, которая находится за стенкой. Весь мир сужается до этой комнаты и нас двоих.

Астер то прибавляет темп, то позволяет нам обоим насладиться единением подольше, замедляясь. Комнату оглашают шлепки и наше частое дыхание.

Что с этим делать дальше — я подумаю завтра. Сейчас мне слишком хорошо в его руках, ведь мы с Астером слишком сложные существа для того чтобы жить только физическим желанием.

Нам придется разговаривать. Но не сейчас.

Я чувствую, как с моих губ срывается удовлетворенный стон. Астер бесподобен как любовник. Сейчас ничего другого не приходит в голову.

Если бы я могла теперь выбирать, кого именно я готова видеть в своей постели до старости, то я ни мгновения бы не сомневалась в Астере.

Наконец мое тело сотрясает оргазм, такой же сильный, как и в первый раз. От напряжения и следующей за ним сладости дико хочется закрыть глаза и подремать.

— Теперь мы официально женаты. — Склоняется надо мной муж.

— Навсегда? — сухими после частого дыхания губами спрашиваю я.

— Навсегда, — подтверждает мои опасения он.

“Ну а если в совместной жизни мы не сойдемся?” — эта мысль пронзает меня как игла. Мой предыдущий опыт словно специально лезет в голову: мой первый парень тоже поначалу казался мне идеалом, я ведь влюбчивая, а потом все пошло немного не так.

“Ладно, — пытаюсь успокоить себя. — Мы с Астером будем просто заниматься сексом, если он в конечном счете окажется козлом. В остальном я куплю себе домик на окраине, где-нибудь у этих нари и буду жить в отличном климате в окружении девственной природы Алтерры”.

Не самый плохой план.

Пробуждение как будто решает поспорить со страхами. Теплый луч местного светила ползет по подушке и заглядывает в глаза. Пытаюсь отмахнуться. В доме тепло, все залито светом и пахнет нагретой деревянной мебелью. Откидываю одеяло и чувствую, что с кухни доносится до ужаса знакомый запах. Но ведь на Тхарлаксе наш местный утренний напиток все кому не лень называли дрянью!

Поднимаюсь и выглядываю в коридор. Из-за широких двустворчатых дверей видно спину Астера. Мой звездный капитан в одних домашних штанах, которые едва держатся на его бедрах.

— Я с восхода грузил информацию из твоего коммуникатора.

— Что? — На цыпочках пробегаю расстояние, разделяющее меня с Астером, и чувствую, как на губах расплывается улыбка. — Правда?

— Ага! — Звездный капитан демонстрирует мне собственные пальцы, не оборачиваясь. — Я умею взаимодействовать с техникой. Это мой секрет, которым ты теперь вправе владеть. Я твой муж, Лира. Мои секреты теперь твоя сила.

— И все же брать чужие вещи нехорошо. — Я выхватываю собственный коммуникатор из руки Астера, не обращая внимания на его слова. — Личные тем более.

— Ну Лира. — Он оборачивается. — Я еще не успел узнать обо всем, что тебе нравится.

И тут только я замечаю, что подушечки пальцев Астера как будто поблескивают серебром.

— Теперь моя обязанность доставлять супруге удовольствие.

Нехорошее предчувствие прямо оглушает. Зачем муж мог копаться в информации обо мне? Я ведь рассказала ему про Зеппа.

Внезапно на коммуникатор поступает вызов, и я, не раздумывая, отвечаю на звонок. Вдруг это мама? В конце концов ей следует знать, в каком краю галактики я теперь обретаюсь.

Но это оказывается никто иной как Ивлин Флит.

Выражение лица Астера тут же становится злым, если не сказать, что пугающим. Я чувствую, как у меня потеют пальцы. Я, вроде, ничего не сделала, но подспудно ощущаю, что происходит нечто плохое, касающееся лично меня.

— Как же он все-таки прорвался через защиту?! — выдыхает сквозь зубы мой муж.

— Я лю-ю-юлю-ю-ю тебя-я-я, Лира-а-а-а, — неожиданно начинает завывать конструктор всея галактики, подражая отгремевшему недавно на Тхарлаксе хиту.

Это настолько сбивает с толку, что я поневоле роняю коммуникатор, и тот вырубается.

— Это еще что?! — С этими словами смотрю Астеру Эветту в глаза.