Глава 11. Соседки

Финн сдвинул стол так резко, что тот возмутился жалобным скрипом ножек по полу. Макс опустил взгляд и едва не поперхнулся воздухом. Соня, намертво вцепившаяся в его ногу, отчаянно размахивала его же тапком, как мечом святого крестоносца, будто собиралась вести битву с нашествием нечести. Пенные таракашки бодро маршировали мимо её босых ног, оставляя радужные следы.

— Соня?!

— Не смей смотреть! — слетело с языка первое, что пришло в голову, когда она поняла, что раскрыта. И тут же, в приступе паники, метнула тапок в сторону, словно гранату, отвлекая внимание. Неловко перекувырнулась, едва не сломав себе нос о ножку стола, и поползла обратно в укрытие.

Мозг явно ушёл в отпуск, оставив хозяйку на произвол судьбы. Потому что через секунду Соня снова вынырнула наружу — тараканы никуда не делись. Более того, один особенно нахальный гад бодро взобрался к ней на щиколотку.

Макс даже не успел сообразить, что сказать, только открыл рот, а Соня уже выдала такой вопль, что у всех присутсвующих заложило уши.

— Она башни, а не человек! — простонал Финн, зажимая уши.

— Уберите! Убейте! Господи!!! — Соня запрыгнула на диван между драконом и колдуном, и оба синхронно зашипели, когда та вцепилась в их волосы, балансируя на одной ноге. Она отчаянно трясла вторую, пытаясь стряхнуть таракана.

— Святая Дева Мария! Обнажённые пожарные!!! Спасите!!!

Финн дёрнулся, словно пальцы Сони сдавили его вовсе не за волосы, а за кое-что куда более интимное. Макс тоже едва сдержал недовольное рычание, когда она потянула его голову назад. Дракон всерьёз боялся, что шея хруснет.

— Соня, пощади… — выдохнул он, подхватывая ближайшей к ней рукой под коленями и прижимая к себе, стараясь хоть чуть-чуть уменьшить натяжение.

— Куда?! — заорал Финн, которого девушка не выпустила, а благополучно утянула за собой. Его волосы теперь знали настоящую агонию.

Тогда колдун проявил сообразительность и припугнул её тараканом, который якобы сидел у него на макушке. Соня с коротким писком дёрнула руку и, отпустив несчастного колдуна, ухватилась за Макса, словно он её единственное спасение. Дракон он или кто?

Она в панике принялась карабкаться по нему, не думая ни о границах дозволенного, ни о приличиях. В голове было только одна логика: «чем выше, тем безопаснее». Колено в его бедро, пальцы в его волосы, щёка прижалась к горячему плечу, дыхание сбивчивое, голос срывался на отчаянный стон прямо у его уха.

Макс стиснул зубы, стараясь удержать чашку с чаем, который каким-то чудом не пролился. Каждый её толчок паники отзывался в нём огнём желания. Её тело прижималось к нему так плотно, что граница между спасением и соблазном почти исчезла. Колено Сони скользнуло выше, пресс напрягся, Макс выругался — был риск, что спасать Соню придётся скоро не от жука.

А тот, словно насмехаясь, последовал логике Сони: «выше значит лучше». Он пополз по её ноге, оставляя противный влажный след и вызывая у неё волну противной дрожи. Сбивчивый шёпот: «Макс… помоги…» и у него пересохло в горле.

Дракон должен был сбросить её, прихлопнуть жука, что-то сказать, успокоить… Но каждый непроизвольный контакт с Соней выбивал остатки его самообладания. Он закрыл глаза, чтобы не выдать каким насыщенно-малиновыми те засветились, и сделал глубокий вдох, сжимая чашку в руках, надеясь вернуть разум. Он же не животное, чтобы вот так кидаться на девушек.

— Держите его! — раздался вопль Милы, которая схватила метлу и села неё, желая повторить сценарий с пыльевыми кроликами. — У них коронные атаки прыжком!

Лучше бы она промолчала.

Соня снова завизжала, но голос быстро сорвался на жалобный писк испуганного мышонка.

— Нет-нет-нет… — она уставилась на букашку, которая уже добралась до колена, и почти умоляла её не двигаться дальше. — Сними… пожалуйста.

Макс уже поднял руку, готовый ловко прихлопнуть и стряхнуть насекомое, когда мерзкая тварь вдруг прыгнула и приземлилась выше — прямо на бедро.

Соня обмерла. На миг дыхание остановилось, а потом из её груди вырвалось истеричное рыдание. Она не придумала ничего лучше, чем карабкаться дальше по Максу, как по отвесной скале. Бёдра обхватили его плечо, одна стопа маячила за спиной, вторая скользнула слишком близко к паху, а потом резко поднялась выше, к груди. Животом она прижалась к его щеке, грудью к макушке, а ладони метались по его лицу — цепляясь за нос, закрывая глаза, задевая рот, сжимая шею.

— Соня… — дракон согнул руку, на которой она висела, его пальцы прошлись по её лопаткам, помогая прижать к себе, чтобы она не шлёпнулась. Хотя с такой хваткой, она вполне могла бы стать успешным скалолазом. Поставил у подножия тазик с жуками и все призовые места её.

— Если ты сейчас не остановишься… — начал дракон, но рот ему случайно заткнула рука Сони.

— Прекрати истерить! — Лера попыталась вернуть подругу в чувство строгим наказом, но подойти и помочь не могла. Пенные твари разбегались по всей квартире, и если оставить хоть одну буквашку, к утру их будет вдвое больше. А завтра проверка!

Мила тем временем, летая на метле, собирала тех, кто забрался повыше, а Финн лишь разрывно хохотал, чем доводил Леру до белого каления. Лучше бы помог.

— Даже по мне девчонки так отчаянно ещё не карабкались, — вытирая слёзы смеха, вставил он. — Теперь ясно, почему пирожные ей достались… Я даже слегка завидую, если честно.

— Помог бы лучше! — рявкнула фея, поднимая потерянный тапок Макса.

— Так как Макс, с радостью, — парировал Финн, сверкнув глазами. — Пойдёшь ко мне на ручки? Или мне лучше снять кофту, чтобы тебе было удобнее карабкаться?

Лера зарычала громче любой собаки и принялась молотить тапком по стенам, уничтожая последних таракашек.

— Финн, и правда, заткнись и помоги! — стиснул зубы дракон, придерживая Соню на себе. Мерзкая тварь по-прежнему карабкалась по её бедру, и дракон бы и рад спасти и себя, и её, но обзор полностью заслоняли руки и волосы Сони.

Тогда букашка решила, что истеричных с неё хватит, а вот нахалов проучить стоит, и плюхнулась на кофту Финна.

— Смерть пене! — выкрикнула Лера и смачно приложила жука тапком.

Колдун скрючился, удар пришёл в живот. На его кофте остался мыльный след и отпечаток тапка.

— Соня, — шёпот Макса прозвучал мягко, почти убаюкивающе, когда он всё же умудрился поставить чашку на пол и перехватил её второй рукой за талию. — Сонь…

— Я просто… боюсь жуков, — виновато прошептала она, но пальцы по-прежнему цеплялись за дракона, прижимаясь к его горячему телу. От страха она похолодела и тепло помогало вернуться в реальность.

— Это мы поняли, — дракон тепло усмехнулся, но в голосе просквозило хриплое напряжение. — Только, знаешь… мне уже нечем дышать.

Сердце Сони пропустило удар. В голове тут же стала выстраиваться издевательская цепочка событий сегодняшнего дня: кафе, пирожное, коготь, стол, жук… и — Макс.

— Знаешь, Мила, — Финн проворчал с едкой злостью, яростно пытаясь стереть мыльное пятно, но только размазал его по всей кофте, — я начинаю думать, что эти твои соседки — твоя судьба. Абсолютно твой уровень хаоса. Дурдом на стероидах! Если бы кто-то снимал сериал про эпичные катастрофы, ты бы была главной героиней, а они — твои непредсказуемые спойлеры.

Тут же раздался сочный шлёп! — тапок в руке Леры впечатался ему в спину.

— Извини, ещё один, — невинно пробормотала она.

Жука, разумеется, там не было. И оба это знали.

Макса Соня, наконец, решила отпустить. Медленно разжала ноги, и если бы не его рука, на которой она всё ещё висела, как на качеле, точно бы шлёпнулась на диван. Но так она, краснея, аккуратно перекинула ногу, прикрыв лицо волосами и, не глядя ему в глаза, устроилась на спинке дивана (втиснуться между драконом и колдуном было невозможно). Затем осторожно осмотрелась: жуков больше не было.

Квартира напоминала поле боя после атаки чихающего тролля — мыльные пятна повсюду. Лера дышала злостью не хуже огнедышащего дракона, держа тапок, Мила свисала с метлы под потолком и кричала: «Отличная работа!», Финн недовольно рассматривал кофту, а Макс… Соня позволила себе покоситься в его сторону из-под лобья. Он прикрыл глаза, устало потер переносицу и выдохнул.

— Ты в порядке? — второй раз за день дракон задавал этот вопрос.

— Угу, — пробормотала она, всё ещё прячась за волосами. Затем перекинула ноги за спинку дивана, медленно соскользнула вниз и, собрав остатки решимости, рванула в свою комнату, захлопнув дверь и провернув защёлку.

Только там Соня позволила себе наконец выдохнуть. Извиниться? Позже. Когда лицо перестанет гореть, а кожа хоть немного вернётся к нормальному оттенку.

Макс растерянно уставился на закрытую дверь. Он встал и двинулся в сторону комнаты Сони, но Лера мягко остановила его:

— Дай ей время. Пусть остынет и придёт в себя. Она немного стесняется.

— М-м-м, «немного» стесняется, — Фииинн с саркастической ухмылкой вскочил с дивана. — Ладно, весело у вас тут, но мне пора.

Он подошёл к Лере, наклонился к её уху и шепнул, будто делился самым сокровенным:

— И не думай юлить со свиданиями. Мне понадобятся доказательства.

— Да иди ты уже!!! — рявкнула Лера, метнув в него тапком.

Но Финн уже сделал шаг в коридор, и его самодовольный смех эхом отразился от стен, вызывая у Леры внутреннее раздражение.

— Я тоже тогда пойду, — сказал Макс, не отрывая взгляда от двери, за которой Соня боролась с собственным стыдом и позором.

Он попрощался с Милой и Лерой, а затем громко бросил: «Соня, до встречи!» и с грацией дракона удалился. Соня же укуталась в одеяло на кровати, думая о том, что обязательно вернёт деньги за кофе и извинится за своё поведение. Но позже. Когда наконец сможет снова появиться перед ним, не чувствуя себя разоблачённой.