Глава 3. Кролики

Лера вернулась домой с таким видом, словно её только что выплюнуло чудовище из преисподней. Волосы растрёпаны, очки сползли на кончик носа, блузка в пятнах — и одно из них подозрительно походило на след от маленьких клыков.

День выдался… насыщенным. И это-то после утренней истерики Сони!

Вчера было полнолуние, а значит, весь её ясельный «цветник» сегодня дружно ловил отходняк.

Маленькие спиногрызы с глазками-лампочками и когтями, способными распороть стальной диван, превратили группу в филиал локального апокалипсиса.

Один грыз мебель, другой устроил полёт под потолком с криками «Я дракон! Я дракон!», сбивая всё, что было плохо закреплено. Ещё парочка сцепилась в смертельной битве за игрушечную лопатку, и это сопровождалось таким количеством зелёных пузырящихся слюней, что пол пришлось мыть шваброй пять раз подряд. Когда же в группу зашла заведующая, картина дополнилась двумя малышами, висевшими на люстре и воющими на луну, нарисованную на плакате.

— Чудно выглядишь, — лениво протянула Соня, растянувшись в кресле-мешке у окна. Ноутбук уютно устроился на коленях, отражаяcь на лице девушки белым светом. Пальцы Сони скользили по клавишам, вписывая строки в рукопись.

Сегодня у неё выдался редкий выходной, и она с тихим удовольствием потратила остатки денег на барахолке, чтобы снять стресс. Среди находок оказалось кресло-мешок — вещь, без которой творческая жизнь просто не имела смысла. Ярко-розовое, оно кричало о себе громче, чем могла вынести Лера. Девушка ощутила внутренний протест: её тонкий, выверенный вкус был буквально растоптан этим поролоновым чудовищем. Но сил спорить у неё не осталось, лишь тихое раздражение поселилось где-то глубоко внутри, под слоями усталости и смирения.

Сейчас Лера мечтала только об одном: кофе. Горячем и крепком. Очень крепком. А потом — ванна. Горячая и с пеной. Чтобы закрыть глаза и хоть на час забыться, выкинуть из головы крики её подопечных.

— Я люблю детей, но полнолуние… — выдохнула она, аккуратно повесив сумку на вешалку. Сняла чёрные ботиночки на каблуке и тяжело прошлёпала на кухню.

— А-А-А! — её крик мог оживить мёртвых, а уж соседей точно распугал. — Что это?! Что здесь произошло?! Война? Апокалипсис? Вторжение демонов?!

— Мила, — с предвкушением чужих страданий сообщила Соня, не утруждая себя вставать с уютного кресла. На её губах расцвела мстительная улыбка.

О, да. За день она уже успела смириться с тем, что теперь её соседями стали существа из сказок и ночных кошмаров. Но простить Лере маленькую хитрость, благодаря которой её сюда втянули? Никогда. И теперь Соня сидела, как кот перед миской со сливками, зная, что скоро Лера захлебнётся в собственном педантизме.

— Вызывали? — выскочила маленькая бестия из своей комнаты. В руках у неё был огромный толмут.

— Ага, — процедила Лера сквозь зубы, отступая на шаг назад и с ужасом оглядывая кухню. На потолке лениво плавал комок пыли с глазами, на столе маршировали два «пылевых кролика», оставляя за собой след из серых катышков.

— Позволю себе поинтересоваться… Это что?! — дрожащим голосом уточнила она. — Я даже боюсь предположить...

— Типо пыль, — Мила дерзко захлопнула книгу и поправила выбившуюся прядь. — На занятиях мы практикуем магию уборки, так что я решила применить её дома. Быстро, эффективно… и с маленькой изюминкой! Всегда приятно, когда заклинание не просто полезное, но ещё и милое.

— ЭФФЕКТИВНО?! — Лера воздела руки к потолку, чуть не смахнув одного из ещё не сформировавшихся «кроликов». Боясь, что он шлёпнится грязной кучкой ей на голову, она вжалась и отошла подальше. — Они жрут мои полотенчики!

Соня хмыкнула, опуская взгляд в ноутбук. Пальцы легко побежали по клавиатуре, выводя новую сцену романа:дракон срывает с героини тонкую ткань платья, его горячие ладони заскользили по её бедрам, когти едва царапали кожу, и она уже не понимала, что было сильнее — страх или желание.

Ну да, вдохновение — оно такое. Не выбирает место и обстоятельства.

— Да ладно! — Мила захлопала в ладоши. — Они же не мешают. К тому же, съедят пыль и сами лопнут. Кажется… Сейчас-сейчас, подумаю...

— Кажется? Да не лопаются они! — Лера с отчаянием тыкнула пальцем в тушку серого кролика, который проползал по стене мимо прямиком на тумбу. — Только гадят больше! Посмотри на это!

Затем Лера судорожно стала убирать вымытые ложки и вилки, которые лежали на пути у серого существа.

— Соня! — взвыла Лера, бросив на подругу умоляющий взгляд. — Скажи ей что-нибудь!

— Я работаю, — невинно протянула та, продолжая судорожно стучать по клавишам.

Мила прижалась спиной к кухонному столу, опёрлась руками и с лёгкостью заскочила на него, закинув ногу на ногу:

— Зато смотри, какие милые! — Она отложила книгу в сторону. — Можно приручить.

— Я тебя сейчас саму приручу! — рявкнула Лера, спихивая её со стола. Затем схватила тряпку и всунула её в руки соседки. — Я иду в ванну. К моему возвращению на кухне не должно остаться ни одной пылинки!

Вслед за словами раздался злой хлопок двери, и шум струящейся воды.

А «кролики» будто только этого и ждали. Один сиганул за шкаф, другой — под стол, а третий с довольным писком унесся в коридор. Остальные продолжили бесцельно ползать.

— Она всегда такая? — растерянно поинтересовалась Мила, глядя на Сону.

— Только по вторникам, — мягко улыбнулась та, тайно надеясь, что Мила никогда не решится практиковать магию на ней. — Но лучше убери, а то она тебе всю душу вытрусит.

Мила закатила глаза, но всё-таки решила выполнить «просьбу». В конце концов, ссориться с новыми соседками она не хотела. Мила не была в избитке дружеского внимания.

Тряпка показалась ей слишком жалким оружием для такой охоты, поэтому она схватила метлу в одну руку и пакетик в другую, готовая к настоящей битве. «Пылевые кролики» визжали и сновали по комнате. Оп! — одного схватила за хвост и сунула в пакет. Тот мгновенно рассыпался в облако пыли. Откуда только столько взялось? Под кухонными тумбами что ли? Второго Мила вытащила из-под дивана. Третьего она попыталась поймать с потолка, держась на метле. Тот нагло смотрел ей прямо в глаза, дразня и готовясь в любой момент спрыгнуть вниз и спрятаться под шкаф.

— Тише, стой, аккуратно… — шептала она себе под нос, надеясь, что самодельное животное прислушается. И тут из глубины её кармана раздался скрежет и писк, словно кто-то когтями по стеклу прошёлся. Соня зажала уши, а «кролик» сразу же реализовал свой коварный план.

Мила чертыхнулась, пытаясь поймать его на лету, перевернулась, вися на метле, и из кармана вывалилось орущее устройство — голубой сияющий шар. Он столкнулся с полом, укатился в неизвестном направлении и замолк, а сама Мила с глухим «бух» свалилась вслед за ним, уронив на себя пакет с пылью.

— На тебя что, дракон чихнул? — раздался игривый голос из шара. — Опять что-то выкинула, сестрица?

Мила сжала зубы, вытирая со лба пот и бегая глазами по округе, пытаясь найти шар.

— Чего тебе надо?

Брат, как всегда, объявился в самый неподходящий момент. Она едва сдерживала желание швырнуть шар в стену. Найти бы его только.

— Да так, лишь хотел предупредить, — лениво протянул он с намёком на малоприятные новости.

Мила, со злой гримасой на лице, поняла, что звук доносился из-под дивана. Чертыхаясь, она пыталась выковырять шар, но тот ускользнул в самую дальнюю щель, насмешливо сияя там голубым светом.

— На днях бабуля будет проездом… и, скорее всего, решит заглянуть в гости…

— К тебе! — в один голос выкрикнули брат с сестрой, но, разумеется, он успел первым. Всегда успевает. Паразит.

— Финн, — заныла ведьма, вконец разозлившись на шар, диван и весь свой род в придачу. — Бабуля и в прошлом году сидела у меня! Это вообще не честно!

— Всё честно, — бодро возразил брат, пока Мила отодвигала в сторону диван. — Ты только-только встала на путь ведьмы, а я — состоявшийся мужчина. С работой, с обязанностями… бабуля снова начнёт меня сватать внучкам своих подруг!

— А чем плохо-то? — фыркнула та, наконец добравшись до источника бесячего голоса. Голубое свечение дрогнуло, и в глубине всплыло лицо брата: огненно-рыжие, густые волосы, собранные в аккуратный пучок, блестели так, будто были смазаны мёдом. Мила скривилась — ей досталась та же рыжина, только без сияния, больше напоминающая стружку шершавого грейпфута.

— Кажется, твоё последнее свидание прошло успешно? — Мила протянула с едкой насмешкой, прищурившись так, что, казалось, её взгляд мог проколоть магический шар и вытрелить прямо в него. Неудачи Финна в поисках девушки были её оружием против зазнавшегося самодовольного брата, и она не собиралась щадить его.

— Она была милой, — задумчиво начал Финн, словно вспоминая. — Очень даже… Правда…

— Ага, вот оно! — Мила закатила глаза. — У тебя всегда это «правда» или «но»!

Ведьма плюхнулась на диван и только потом сообразила, что вся в пыли. Отлично. Лера убьёт. Сначала за диван, потом за то, что посмела вообще дышать в её присутствии.

— Но у неё были такие огромные ноздри, что мне казалось ещё чуть-чуть, и я увижу её мозг!

Соня, которая всё это время благоразумно молчала, прыснула от смеха, прикрыв рот рукой. В нынешних обстоятельствах вполне логично, что она приняла слова буквально.

— Ты не одна? — нахмурился Финн, всматриваясь куда-то сквозь сияние шара.

— Ага. Одна из соседок, — отмахнулась ведьма.

В ту же секунду изображение шара дрогнуло и повернулось так, что теперь Соня увидела лицо брата соседки со своей стороны. Финн не постеснялся улыбнуться и поднял в её честь бокал с чем-то бардово-фиолетового цвета. Идеально симметричное лицо, высокие скулы, аккуратный подбородок, прямой нос… Соня робко махнула в ответ.

— Тьфу ты! — Мила со злой гримасой ударила кулаком по дивану, так что подушка подпрыгнула. — Вечно ты в каждой находишь недостатки! То голова большая, то плечи слишком широкие, то голос писклявый! У всех есть свои особенности… и свои достоинства! Но тебе видимо дано замечать только то, что тебе не нравится!

Соня даже оторопела от таких правильных слов. За весь день Мила показала себя легкомысленной хулиганкой и совершенно безответственной ведьмой… А тут вдруг — мудрость. Или это ей показалось?

— А-А-А!

Этот вопль Мила теперь узнает из тысячи.

Соня вздрогнула и машинально прижала ноутбук к груди, словно прикрываясь щитом, чтобы разгневанная Лера не вздумала смотреть в её сторону. Опасно. В любом случае, виновата точно Мила.

Лера влетела в гостиную, закутавшись в полотенце так, будто собиралась броситься в бой. Сиреневая кожа мерцала, словно осыпанная тонким слоем сияющей пудры, капли воды блестели на плечах и стекали по изгибам тела, а прозрачные крылья дрожали, окутанные остатками пара. Полукровка или нет, но ростом и формами Лера ничем не отличалась от обычной девушки, разве что была красивее и цвет волос приобрёл фиолетовый оттенок. Гостья из сказки.

— Миииллааа! — прогремело на всю квартиру. Лера топнула ногой, полотенце опасно дрогнуло, а вторым полотенцем она уже размахивала, как боевым оружием. — Что ты в ванной устроила?! Почему моя пена для ванны сбежала в раковину?!

— Это была твоя? А я… я просто… ну, попробовала… — Мила замялась, ловя Леру взглядом и стараясь состроить ангельское выражение лица. В детстве с родителями это прокатывало. А вот с Лерой... Нужно постараться, от этого зависела её жизнь.

— Просто?! — выдохнула разгневанная фея, крепко удерживая полотенце, которое неуверенно крепилось на груди и отчаянно норовило соскользнуть. Лишь эта хрупкая борьба с тряпкой спасла Милу от неминуемой кары, исходящей от кипящей яростью новой соседки.

— Милочка, а ты ещё говоришь, что идеальных девушек не бывает. Такие ноги, что по ним хочется подниматься, как по лестнице к раю… такие бёдра, что любой мужчина забудет своё имя… и полотенце, которое явно держится из последних сил. Никогда не думал, что позавидую ткани.

Лера замерла, а потом вспыхнула от макушки до кончиков пальцев. Полотенце предательски съехало на пару сантиметров, и она резко дёрнула его вверх, стараясь сохранить достоинство. Но дрожь рук и трепет крыльев выдали её состояние сильнее, чем слова.

Соня же тихо сглотнула, возвращаясь в роман. Сейчас любая секунда могла стать поводом для новых фраз, которые ей запомнятся надолго.

— Даже ткань полотенца не справляется с твоей притягательностью… — продолжил Финн, видя беспокойство и смущение Леры. — И признаюсь, мысли о том, что там под ним, совсем не дают мне спокойно дышать.

Дрожь пробежала по коже Леры. Ткань полотенца стала казаться ещё более ненадёжной, и фея сдержала желание закрыться руками, ощущая себя абсолютно открытой и уязвимой. Она снова сжала полотенце и натянула его повыше, делая шаг назад и теряясь в словах. Такой дерзкой, откровенной наглости она ещё никогда не встречала.

— Ну конечно, скромница, — Финн глотнул напиток в бокале. — Хотя знаешь… чем больше ты прячешься, тем сильнее хочется сорвать это проклятое полотенце и проверить, какие ещё секреты спрятаны под ним. М-м… боюсь, даже гранатовый сок тут не поможет остудить моё любопытство.

— Финн! — зашипела Мила, но брата это только подзадорило.

— Что «Финн»? Я искренне восхищаюсь. Не девушкой даже, а настоящим произведением искусства. Такое сочетание изгибов и огня в глазах… М-м… я бы посадил её на колени и не отпускал бы, пока…

Глаза Леры неожиданно наполнились слезами — смесь обиды и унижения, — и она мгновенно развернулась, исчезая в ванной и желая скрыться от слишком откровенного взгляда.

— Финн! — Мила стукнула шар о стол, пытаясь привести брата в чувство. — Совсем разум потерял, извращенец?

Финн тянулся в отражении шара, пытаясь выглянуть за плечо сестры и разглядеть Леру, которой и след простыл.

— Это уже слишком… — пробормотала ведьма и, не желая давать брату повод оправдаться, плюнула на шар, растёрла его ладонью, и образ Финна растворился в воздухе. Сама же поспешила к ванной, постучав.

— Лера, ты там? — глупый вопрос, конечно, но с чего-то надо было начать. — Не слушай его, ладно? Он просто мальчишка в теле взрослого мужчины. Совсем без тормозов.

Дверь распахнулась, и Лера вышла уже в халате, вновь приняв человеческий облик.

— Если я хоть раз увижу его в нашей квартире, — голос Леры был поразительно ровным, словно внутри ванной она нашла склянку успокоительного и опустошила её, — я оттаскаю его за волосы, скручу уши, вырву язык и скормлю обортням.

Затем она медленно прошла на кухню.

— Дамы, приглашаю вас на чашечку чая с тортиком. День выдался сумбурным, и нам стоит начать знакомство с друг дружкой заново.

Она нервно поставила чайник на плиту. Пока Соня перетаскивала своё кресло-мешок на кухню, а Мила быстро собирала разбросанную пыль, Лера думала лишь о том, что никогда ещё не сталкивалась с такой бурей эмоций, вызываемой её обликом феи. Среди своих сородичей она считалась уродливым переростком, а среди людей и вовсе никогда не показывала истинное лицо, предпочитая скрываться и вести максимально человеческую жизнь (кроме работы).

Её руки дрожали, когда она разливала чай — всем и ромашковый. Слёзы, вынырнувшие снова и прикрываемые влажными прядями, смешивались с робкой улыбкой.

Она была красивой феей.