Глава 28. Танец

Лера изо всех сил делала вид, что любовалась своим отражением в зеркале, пока тянула бок и считала до восьми. Но упрямый взгляд всё равно съезжал в угол, где Финн в очередном нелепом спортивном костюме изображал разминку. Бордовый, синий… сегодня зелёный. У него что, наложено на шкаф проклятие спортивного гардероба?

И она чуть не подпрыгнула на месте, когда поймала в зеркале его усмешку и нахальное подмигивание. Немедленно выпрямилась, вцепилась взглядом в своё отражение и стала разминаться с таким рвением, словно от её идеальной растяжки косых мышц живота зависела судьба человечества. Колдун же скучающе продолжил тянуться на задней линии, зевая так вежливо, будто вовсе не в про-группу по танцам пришёл, а в поликлинику за талоном к терапевту.

— Закончили! Сегодня продолжим тренировать волну, — мягко объявила тренер после разминки и повторения шагов с прошлого занятия. Обычно она работала в паре с партнёром, но тот приболел, так что приходилось сиять соло. — Новеньким может показаться сложновато, но не пугайтесь: шаг за шагом пробуйте и всё получится. Если будут вопросы, обазательно спрашивайте.

Речь звучала персонально для Финна, что вызвало у Леры злорадный подъём энергии. Так-то! Сейчас весь пыл колдуна осядет, дерзость улетучится и он перестанет быть таким... идеальным во всём. На это Лера покривилась, словно объелась лакрицы.

В коротком воздушном топе тренер двинулась в центр зала и начала демонстрировать вариации работы с телом: изоляции рук, груди и корпуса во время волны; показала одну от головы к стопам и обратно; поработала только пальцами, акцентировав внимание, что про них тоже не стоит забывать. Казалось, её тело было ленточкой гимнастки, делающей изящные и точные акценты в каждом завитке.

Внутренний перфекционист Леры поднял планку в желании добиться идеального результата так высоко, что в итоге она быстро забыла про присутствие Финна.

— Хорошо, — отметила тренер, проходя мимо неё. — Не забывай подключать низ и пальцы. В них тоже может быть волна. Отлично.

Обычно танцы для Леры значили больше, чем работа с телом. Они были свободой от мыслей, дел и всего мира, который за дверью любезно её ждал. Лера попыталась повторить волну глубже, амплитуднее, а затем сосредоточилась на себе более осознно, пуская маленькие импульсы по телу. Так увлеклась в своём: «всегда можно лучше», что пропустила все нелепые дёрганья Финна.

Ну правда, кто приходит на бачату в широких трениках и кофте? Ребята вокруг либо в рубашках, либо в майках. А сама Лера (по непостижимой причине) вырядилась в лёгкое, летящее, песочное платье на тонких бретельках, набросив его поверх чёрных легинсов до колена. И, признаться честно, она упорно внушала себе, что маскарад был в честь предстоящего после тренировки свидания, а вовсе не из-за появления в танцклассе этого... лягуха!

— Замечательно, — подвела итог тренер, когда закончила с последним учеником. — Разбиваемся на пары. Будем отрабатывать волну в дуэте. Мужчины, обратите внимание на ваши колени: это ваш руль. Помните об этом. Партнёршу ведут не только ваши руки. Леди, доверяйте партнёру. В конце концов, мы уже не в начинающей группе.

Лера хмыкнула про себя и стала в пару с приятным дедком, энергии в котором было хоть отбавляй, и, поймав взгляд лягуха в зеркале, сделала вид, что вообще-то на свете есть только она, музыка и её идеальная техника.

Сегодня мужчин оказалось на одного больше, поэтому тренер, как истинная фея порядка, тоже приняла участие, утянув за собой Финна, как новичка. Схему ротации, разумеется, никто не отменял: каждый потанцует с каждым по кругу, прочувствует разное ведение, разные границы, разное доверие. А у тренера появится сладкая возможность ткнуть каждого партнёра носом в недочёты, когда очередь доберётся до танца с ней.

О чём тренер расспрашивала колдуна, Лера не слышала, но улыбка у того расползлась так широко, что, казалось, собиралась затмить свет в зале. И она только позже осознала, как её собственные губы незаметно сложились в аккуратную гримасу «и чего же ты такой довольный?»

Затем осеклась. Здесь был подвох. Вся эта тренировка с самого начала пахла подвохом. Только каким?

Музыка заиграла. Зал собрался в единый ритм. Лера встала спиной к партнёру: волна, разворот, ещё волна, шаг под его рукой, смена. Поворот раз, поворот два, перебор шагов, сольная импровизация с использованием волн. Оп! Её увели в наклон, но вышло туго.

Сопротивление.

Парадокс заключался в том, что несмотря на душевную свободу в музыке и движениях, Лера предпочитала контролировать всё вокруг себя. И если собственное тело было в её власти, то как контролировать другого? Более того, требовалось этому другому доверять.

С тренером-партнёром у неё дела обстояли проще. В надежных руках профессионала она двигалась спокойно и полностью раскрывала свой потенциал. Что до остальных... да, получалось весело, интересно, красиво, но каждый шаг хотелось держать на коротком поводке. Или это только сегодня так?

Раз-два-три-четыре, раз-два-три-четыре. Круг бёдрами на два счёта, корпус потянулся за ладонью партнёра на последние два. Снова смена по хлопку тренера.

— Какие люди, — Лера закатила глаза, когда напротив оказался рыжий колдун в зелёной байке, всё ещё пахнущий эвкалиптом. Глупый запах, словно он мажет подмышки зубной пастой. — Ещё не запыхался?

Напряжение смоталось в клубок где-то под рёбрами и пустило по нервам тонкие проволки. Он по-лисьи улыбнулся, а в глазах цвета северного сияния отразилось её удивлённое лицо. Лера сразу вытянулась и взяла себя в руки.

— А должен был?

Она сдула прядь со лба вместе с лишними мыслями.

Безразличие к ситуации и пустая голова. Вот, что ей нужно.

— Три, четыре, — подала команду тренер.

Лера шагнула навстречу, намереваясь встать привычно — ладонь в ладонь, вторая на плечо. Но Финн не дал ей спрятаться в отработанную схему. Его ладонь скользнула по диагонали и легла на талию, вторая — с противоположной стороны, замкнув на её теле тёплый крест. Короткий обман влево, сразу за ним стремительный разворот её тела вправо. Руки Леры сами взлетели, как крылья. Удар сердца. Он притянул её ближе. Так близко, что дыхание стало общим.

Её правая рука ухватилась за его шею. Финн сразу повёл её вниз. Тёплая опора его пальцев держала её поясницу в безопасной глубине, но даже так Лера почувствовала себя полностью уязвимой. Очки сорвались в момент рывка и отлетели в сторону.

Колдун поднял её наверх одним точным движением, перехватил запястья и увёл в серию шагов бачаты, оставив между ними дистанцию вытянутых рук для передышки.

Таз — акцент, грудь — волна, плечо — поворот: его ведение было уверенным и бесстыдно чувственным. Музыка стучала в полу, но пульс долбил там, где его ладонь встречалась с её кожей. И тонкая ткань струящегося платья совсем не защищала. Наоборот. Подыгрывала и усиливала контакт.

Если бы без очков Лера видела не расплывчатые пятна, то наверняка разглядела бы на лице колдуна самодовольную ухмылку — её собственное выражение «что-это-сейчас-было?» говорило громче слов. Откуда у Финна такие навыки? Как вышло, что её затея ради маленькой реваншной партии после спора превратилась в двойной проигрыш?

Но вредные мысли не успели развернуть лагерь. Финн, похоже, по-настоящему наслаждался танцем и не давал повода упрекнуть его. Он не подавлял её, не мерил взглядом сверху, не выпячивал гордость за то, что сумел её обезоружить. Вёл её с редкой для него деликатностью и, в тоже время, свойственной ему уверенность, от чего у Леры под кожей пошёл жар. Ей вдруг захотелось не спорить и ругаться с колдуном, не тянуть на себя одеяло контроля, а раствориться в ритме и ловить каждый импульс его корпуса, отвечать телом на намёк его ладони и, наконец, позволить себе роскошь — не думать, а доверять.

Он прокрутил Леру под рукой и мягко отпустил, оставив пространство для её импровизации, а сам развернулся вокруг своей оси. В широких штанах колдун, конечно, больше напоминал брейк-танцора на батле, но осанка, хват, чувство музыки и ведение выдавали в нём классическую школу.

«И Мила меня об этом не предупредила?»— скользнула мысль у Леры вместе с недавно выученной боковой волной. Ноги тоже не сбивались с ритма. Затем сольный наклон назад, подъём с махом волос и обратно в пару.

Его колено вошло между её бёдер и кругом повело таз. Акцент. Ладонь на лопатках подтолкнула корпус в плавный перелив слева на право, превращая Леру в ту самую «ленту» гимнастки. Он направлял, а она отвечала так легко, будто знала его подсказки всегда.

Два её поворота. Очередь Финна. Он мягко присел и поднялся в такт музыке, ведя ладонями от её колен по внешней стороне бедра к талии. Только игривость танца, ни капли вульгарности. Голова у Леры закружилась, жар сконцентрировался на щеках, но лицо озаряла улыбка. Все шаги вдруг стали естественными, элементы, что раньше не удавались, получались, а страх импровизации и вовсе растворился. Да, по технике она отставала от колдуна, но её это не волновало. Даже, наоборот, подзадоривало. Тело слушалось партнёра и всё вокруг сузилось до музыки, ладони на талии и очень приятного ощущения — «получается».

Он развернул её спиной к себе и мягко повёл её руки над своей головой. Она прошлась пальцами по его волосам, коснулась уха и серьги (не видела ведь), а затем хотела перенять инициациву и развернуться, но Финн удержал за бёдра, поиграл с её телом в технике волн и вновь увёл её в прогиб, но уже не резкий, как в начале, а медленный и до мурашек выверенный. Лера согнула ногу в колене и плавно вытянула её вверх, ведя линию. Платье неторопливо сползло по бедру.

Тёплое дыхание Финна скользнуло меж ключиц, прочертив тонкую дорожку до солнечного сплетения. Всё по правилам этого танца. Ладонью провёл по талии, бедру, икре. А затем медленно вернул Леру наверх. Перехватил её шею, провоцируя поворот головы и в конце — глаза в глаза. Музыка контролировала их дыхание, они — друг друга.

— А сегодня, смотрю, ноги побрила? — невинно шепнул Финн.

Ответ последовал мгновенно: каблук Леры точно нашёл его большой палец. Сложно сказать, случайно или нет. Скорее, два в одном. Она и растерялась, и сбилась с толку, и вспыхнула злостью. Такой танец, а он умудрился испортить всё дурацкой шуточкой! Опять!

— Не обольщайся, — отрезала она, отпуская его шею и отходя на шаг от колдуна. — У меня сегодня свидание.

Сказала и поставила точку, чтобы не дай бог не решил, будто она тут ради него намарафетилась. Опустим тот факт, что Лера и сама не была уверена ради кого и зачем. Сознание охотно верило удобным версиям и защищало хрупкое и чувствительное нутро бредовыми сказками «ради свидания», «ради себя», «ради других десяти парнёров в этом зале». Но подсознание, как назло, всегда всё понимает и тихо улыбается, выжидая самого неподходящего момента для своего выхода.

Финн коротко рассмеялся, кивнул в знак благодарности за танец и, как ни в чём не бывало, перешёл к следующей девушке. Но по дороге он поднял с пола Лерины очки и сунул их в карман своей кофты.

И вот тут началась настоящая проблема: он, чёрт побери, и правда был хорош. В начале занятия Лера свято клялась смотреть только на себя, но теперь ловила его в каждом развороте: лягух уверенно перемещался по залу от одной к другой и кружил в танце каждую тонкую фигурку.

И всё же… Лере упорно казалось, что так близко, как с ней, он больше ни к кому не подступал. Или это самообман? Желание почувствовать себя особенной. Смешно. С чего бы? Шутки у него идиотские, характер до ужаса противный, а кофта... И вовсе она не мягкая!

Но сердце, между тем, начало сбиваться со счёта на каждом «три-четыре».