Глава 35. Игры со временем

Читателям, как известно, дозволено всё.

Они заглядывают в мысли, как в карманы, распознают скрытые мотивы и заранее знают, где автор припрятал ловушку, в которую герои, разумеется, попадут.

Читатели — это существа почти божественные для книги, но с крайне неприятным ограничением: строго-настрого запрещено вмешиваться в сюжет. Совсем. Никак. Им остаётся лишь сидеть на облаке примечаний, грызть локти (иногда — чужие, если свои закончились) и шептать в пустоту: «псс, не туда!» — после чего герой обязательно сделает наоборот.

Но иногда читатели не выдерживают. Вот так и расползаются по интернету параллельные миры и альтернативные сюжеты — их вежливо зовут «фанфиками».

К чему это?

К тому, что читатели — существа с нелепо большой властью над книгой, которую сами иногда не осознают. Они могут перелистывать судьбы, устраивать перевыборы концовок или вообще лишать историю финала, закрыв по середине.

А раз так, то на правах читателей можно воспользоваться и более смелой штукой — например, небольшим путешествием во времени. Поэтому здесь следует написать…

Две недели спустя.

(Правило: все путешественники возвращаются в исходную точку)

— Беспредел! Вот это молодёжь пошла! — госпожа Мила Миловна вышагивала по гостинной, как генерал на плацу.

На диване, по законам нелинейной геометрии и ведьминого взгляда, каким-то чудом уместились трое здоровенных мужчин, дружно притеснив свои достоинства.

— Полюбуйтесь только! — взмахнула она рукой. — Да был бы жив дед, наколдовал бы вам всем упадок потенции… чтоб, значит, не размножались по недоразумению!

Из кухни прошелестел шёпот, подозрительно похожий на Соню:

— Мила, может, вмешаться?

— Себе дороже, — таким же шёпотом ответили. — Пейте чай.

— Ромашковый, — звякнули кружки о стол, подтверждая протокол успокоения. А следом по воздуху потянулся тонкий кофейный шлейф: Лера, как всегда, предпочла капучино.

— Ты! — госпожа Мила Миловна ткнула дымящейся трубкой в сторону дракона в человечьем обличье, который уже наполовину вытек за край дивана, прижатый инспектором. — Значит, девушку обесчестил и смылся?

— Я не…

— Что «не»?

— Мы же уже с Соней обсудили это недопонимание.

— Тьфу, весь в деда пошёл, пусть драконьи горы ему будут просторными! — отрезала госпожа Мила Миловна, заметив непонимание на лице Макса. — Тот тоже удрал от девушки. Да ещё и на свадьбе! — взмахнула обеими руками, размазав дым по воздуху. — Не знал? Пф-ф, ещё бы. Так вот, тебе такого номерка не позволю! Ну ты и… — она взмахнула трубкой с таким «ууууух, я тебе», что воздух в комнате вжался в плинтуса.

Не сбавляя злости, но и не находя больше слов ведьма перевела прицел на инспектора, которого расплющило между драконом и колдуном. Роман Олегович дёрнулся, когда трубка нацелилась в переносицу, и рискнул перехватить инициативу, подрываясь с места:

— Я, между прочим, по делу. У меня два предложения для вас и…

— Сидеть! — рявкнула Мила Миловна так, что ромашка в чашках на кухне пустила волну.

Финн мгновенно ухватил инспектора за рубашку и втиснул обратно между собой и драконом. Да, тесно. Да, некомфортно. Но безопасно во время переговоров с ведьмами.

— Я ж тебе сразу сказала: женихом будешь! — орудовала трубкой Мила Миловна. — Почему на свидание не пригласил, м? Как сны развращать и пирожками швыряться — это пожалуйста, а как инициативу проявить — в кусты?

Роман Олегович нахмурился и собрал всё мужество в стопочку.

— Собственно, это и было моё первое предложение, — сообщил он и рискнул снова приподняться. — Хотел официально пригласить вашу внучку, госпожа, на свидание.

Со стороны кухни раздалось подозрительное «дзынь», затем сдавленное «пффф» — то ли кружка, то ли человеческое самообладание. Инспектор оборачиваться не решился: отведи он сейчас взгляд от Мили Миловны и ему не то что свидание, ему статус «человек» не светит.

— Слушай, не подсыпай зверобоя в котёл, — прошептал Финн, дёрнув инспектора за рукав. — Сядь.

Роман Олегович отмахнулся как от назойливой мухи.

— Ты её сейчас раздраконишь, а срываться она будет на мне, — промычал колдун. — Без обид, Макс, — кивнул в сторону дракона, — но она этому у твоего деда научилась.

— При чём здесь мой дедушка? — прошипел тот, переглянувшись с Финном за спиной вставшего инспектора.

— Так это он ба у алтаря и бросил, — нервно сообщил Финн, переживая, чтобы Мила Миловна не услышала. Повезло.

— Что, прямо у алтаря?! — уточнил Макс, округляя глаза.

— Прямо, — подтвердил Финн. — С цветами, кольцом и ещё парой свидетелей, которых потом долго лечили от сглаза.

— О как! Свидание, значит? — Роман Олегович внезапно понял, у кого Мила переняла этот лисий прищур. А дракон и колдун с невинными лицами заткнулись. — Свидание — это хорошо, это я одобряю.

Мила Миловна была вполовину его роста, но, подойдя вплотную, боднула инспектора круглым животом так уверенно, что тот мгновенно осел обратно на диван под дружное кряхтение соседей.

— А ты?

— И я, — сразу сориентировался Макс.

— И? — взгляд старой ведьмы на внука.

— А что я?

Подзатыльник рыжей голове.

— Неправильный ответ.

— Ты! — трубка снова прицелилась в дракона к явному облегчению Финна. — Куда Соню поведёшь?

— В кино.

— А ты Милу? — поворот прицела к инспектору.

— В ресторан.

— А ты? — хищный взгляд на колдуна.

— А я спать, — невинно сообщил Финн и тут же получил очередной воспитательный подзатыльник. Рука-то у бабули была накаченной. — Ладно-ладно, шучу…

— Со мной шутки не шути, — пресекла старушка.

Потом глубоко выдохнула, будто сдула с комнаты всю пыль возражений.

— Какие-то у вас варианты уж больно… человеческие. Чай мне три счастья нагадал. Точнее — им, — кивок в сторону кухни. — А коли судьба не подстраивается под предсказания, я, значит, предсказание на судьбу натяну, как чехол на табурет! Итак: вы, все трое, особенно ты, — она прицельно уставилась на Финна, от чего тому расхотелось остроумничать даже профилактически, — берёте своих дам…

Колдун уже открыл рот сказать что-нибудь вроде «я ни на кого не претендую» или «а кто из них моя дама» исключительно для поддержания репутации, но взгляд бабули был в такой степени ведьмин, что слова сами сгорели на подлёте.

— …и ведёте их на ярмарку в честь Хеллоуина, — закончила Мила Миловна и щёлкнула пальцами. — Вот билеты. Не потерять.

И вручила каждому по прямоугольной карточке, без права обмена и возврата. Госпожа Мила Миловна никогда ничего не делала просто так. Кино? Рестораны? Придумали тоже.

Самые крепкие пары, по её личному опыту, скрепляются в период сезонного властвования тёмной магии. Обязательная практика: поцелуй под ехидным прищуром тыквы. Только тогда отношения считаются скреплёнными и засчитываются старой ведьме как очередной успешный любовный ритуал.

К тому же очень хотелось блеснуть перед подругами: мол, нашла внучкАм такие партии — сама завидую. Макс, конечно, попался под горячую руку случайно, но, как известно, случайности у ведьм — это просто хорошо замаскированные планы. А уж зуб на его дедушку у неё имелся добротный. Клык!

— Лично проверю! — сурово объявила старая ведьма, погрозила трубкой каждому по очереди и зашагала к метле; по пути ещё успела о чём-то поспорить с котярой. — И чтобы всё, как полагается! — лукаво подмигнула и оседлала транспорт.

— Минутку, — окликнул её Роман Олегович, когда бабушка уже собиралась вылетать с балкона восвояси. Финн в этот миг был готов связать инспектора галстуком, лишь бы не давать новый повод для задержки. Ну сумасшедший мужчина.

— И меня на свидание зовёшь? — бабушка смущённо покрутила седой локон и тут же вернула себе генеральскую осанку. — Внучок, я, конечно, женщина в расцвете сил, но не многовато ли ведьм на одного тебя?

— Госпожа Мила Миловна, вы и правда дама — что надо, — вежливо поклонился инспектор. — Но я по иному делу. Можем поговорить наедине?

— Если это не предложение руки и сердца для Милы — не тратьте моё время, молодой человек, — отрезала она, но всё же кивнула на балкон, приглашая продолжить разговор там.

Работая со временем, полезно держать в голове одну простую мысль: оно любит возвращать назад в самый неподходящий момент. В идеале — когда надо кого-то спасать, когда последний герой уже почти нырнул в разлом, или когда читатели заинтересовались и сдвинулись на краешек стула.

Именно здесь время и сделало свой фирменный «щёлк».

Потому что необходимо досконально выяснить: каким чудом трое внушительных мужчин уместились на одном диване (и почему диван после этого не потребовал льгот), и каким образом за дело так бодро взялась бабушка, готовая вязать не бантики, а морские узлы из жизней своих подопечных.

Итак: где-то между той ночью, когда Мила с Романом Олеговичем смотрели на закат, и тем утром, когда трое мужчин нервно сглатывали под бдительным командованием Милы Миловны, время снова запустило свой ход.