Глава 7. Между книгой и реальностью

“Пещера дракона” оправдывала своё имя: мраморные столы сияли мягким коричневым светом, а кружевные подстилки смягчали их холодность. По полу и стенам тянулись бардовые ковры, один из которых заменял окно именно там, где Соня устроилась.

Она облокотилась на боковой косяк, и пальцы, почти сами собой, водили ручку по бумаге под потоком вдохновения:

“Вдруг хвост подкосил её, и она плюхнулась на мягкий диван, развалившись среди подушек. Он был в два, нет, в три раза больше неё, нависая как живая скала. Коготь указательного пальца с лёгкой игривостью снял с плеча лямку её майки, потом скользнул вниз по ключице и задержался на изгибе груди. Она вздрогнула, ощущая, как ткань расходится всё ниже и ниже, оголяя живот, плавно спускаясь к пупку и…”

— Над чем работаешь? — голос раздался прямо над ухом. Соня хотела отмахнуться, как от назойливой мухи, ведь в потоке вдохновения терять волну было смертельно. Но краем глаза она заметила грубые когти, которые удивительно грациозно поставили на столик рядом с ней капучино.

Соня вдруг осознала, где находится. Она обернулась, и взгляд её упал на Макса: голова дракона свисала над её плечом, а глаза, скользнув по её бумагам, зацепились за строки. Сердце Сони превратилось во взрывную карамель, которой набили рот, и она непрерывно стучала в ушах.

Соня медленно вернулась к блокноту, пробежала глазами по строкам:

“…как ткань расходится всё ниже и ниже, оголяя живот, плавно спускаясь к пупку и…”

И вдруг блокнот выскользнул из её рук, словно раскалённый кусок металла. Соня подпрыгнула, судорожно пытаясь поймать его, и врезалась в Макса. Поднос с десертом не выдержал столкновения: он взмыл в воздух и с глухим плюхом осел на её свитер розовым пятном.

Макс мгновенно схватил салфетки и наклонился к Соне. Его коготь скользил по свитеру, едва касаясь кожи сквозь ткань. Словно дразня он проводил пальцем от солнечного сплетения вниз к животу ещё, и ещё раз. Каждый миллиметр пробуждал в ней волну трепета, заставляя грудь то раздуваться, то сжиматься.

С Соней происходило то, что она привыкла оставлять только на страницах своих романов, и она не знала, что делать.

— Почти… готово, — его дыхание скользнуло по шее теплым ветром. — Прости, не хотел напугать. И запачкать тоже не хотел.

Соня дрожала, но не от холода, а от желания. Ей казалось, дракон видел все её потаённые фнтазии и пользовался ими, что было не так. Драконы не умеют читать мысли.

Мысли: “Он видел? Он успел прочитать? Он специально это делает?” крутились в голове Сони только больше накаляя напряжение.

Макс внимательно посмотрел на неё, и взгляд его стал серьёзным. Он отложил салфетки и ладонью легко коснулся её лба:

— У тебя жар, — сказал он тихо. — Ты не заболела?

Мысли о героях из её книги и о сценах, которые она только что писала, смешались с тем, что происходило здесь и сейчас. Тело будто само хотело откликнуться на каждое его движение. Но как именно хотело — Соня ещё не понимала. Или не хотела понимать. Потому из глаз потекли слёзы бессилия. Животное желание, которое ей было не знакомо ранее, рвалось наружу, словно драконом была она. Соня боялась его.

— Что случилось? — Макс отдёрнул руку, не понимая, как одно касание могло так встряхнуть её. Или дело в чем-то другом. — Я… я сделал тебе больно? Как-то обидел?

Но Соня лишь всхлипнула. Горло сжало напряжение, и слова о том, что всё в порядке, застряли где-то между грудью и ртом. Паника накрыла её.

Если бы дракон умел отматывать время — а он бы точно хотел, потому что даже драконы умеют сожалеть, особенно когда дело касается тонких женских эмоций — он бы пересмотрел каждый свой шаг, каждое прикосновение, чтобы убедиться, что не натворил дел и ни капли нежности не пропало зря.

Он осмотрел кафе, цепляясь взглядом за посетителей, которые должны были заниматься своими делами, но отвлеклись на потасовку между драконом и девушкой.

— До конца смены осталось полчаса, — выдохнул Макс, присев, чтобы оказаться на уровне её глаз. — Подожди минутку, я закроюсь пораньше и провожу тебя домой.

Соня кивнула, но внутри всё сжалось комом противоречий. Её мир фантазий слился с реальностью, и они переплелись в нечто единое, одновременно пугая и маня. Сжатые по всему телу мышцы стали гореть, и Соне ничего не оставалось, кроме как схватить свои вещи и выскочить из кафе, убегая от собственного сердца.

Всю дорогу до дома, которая длилась не более десяти минут, мысли Сони перепрыгивали друг через друга: «Почему я так реагирую?..» и «Я хочу знать, что будет дальше…». И только когда лифт с глухим гулом закрыл свои двери за её спиной, она резко вспомнила, что забыла заплатить, от чего стало вдвойне стыдно.