Глава 7. Игра начинается…

Никогда не теряйте веру в себя. В жизни непременно настанет момент, когда только она у вас и останется…

(Книга откровений гг)

***

Просидев в кабинете до самого вечера, я так и не нашла способа связаться с Гелей. Выходить и просить телефон у первого встречного для срочного звонка – рискованно. Я уверена, что за мной следят. Не могут не следить. Выходит, самый простой способ связи – воспользоваться телефоном Кита или Джесси, попросив их не рассказывать о звонке отцу. Как это обыграть, нужно ещё придумать, но, думаю, после сеанса общения по видеосвязи эта парочка явно не примкнула к фанатам Вячеслава Игоревича. Главное, чтобы они не заподозрили, что звонок может помешать работе…

Смотрю на часы. Десять минут до конца рабочего дня. Сотрудники уже потихоньку начинают собираться, поглядывая на дверь моего кабинета – я сегодня так и не вышла к ним, чего обычно за мной не наблюдалось. Да, я веду себя странно. Но прикидываться и дальше, что эта работа для меня дорога, я не могу. Эта работа – ширма. Подарок от папочки за хорошую службу общему семейному делу: теперь это очевидно.

– Босс, – Зоя Эдуардовна появляется в проеме и произносит это слово так, что мне хочется захлопнуть перед ней дверь, – вы не торопитесь?

– Я уже ухожу, отпускайте всех. Десять минут погоды не сделают, – отмахиваюсь от неё, а сама иду за своим пальто.

Лицо редактора нужно было видеть. Она готова была прожечь меня взглядом, но вот незадача – своё прощание я озвучила довольно громко, и сотрудники за её спиной быстренько и радостно засобирались по домам.

Дарю Зое Эдуардовне вежливую улыбку и иду к компьютеру – выключать его.

Идея приходит внезапно… не то, чтобы это не было самой большой глупостью, которую я совершаю, но…

Создаю на рабочем столе текстовой документ и пишу в нём: «Я – это ты. Твоя работа – теперь моя работа. Твои проблемы – теперь мои проблемы. Что делать?». Закрываю файл и оставляю его на столе безымянным. Если у Гели есть свой человек в издательстве, он обязательно проверит компьютер, особенно, когда увидит, что тот не выключен, а оставлен в спящем режиме. Оставлять записку – слишком рискованно, но оставить текстовой документ на рабочем столе… Может сработать. Должно сработать. Боже, отчего так страшно-то?..

Дожидаюсь, когда экран погаснет, выключаю его и выхожу из кабинета, по пути одеваясь. Руки немного трясутся, но я себя успокаиваю: если послание найдёт кто-то другой, он вряд ли что-то поймёт… ну, стрессанула, сама себе вопрос задала, с кем не бывает?.. Для меня самое главное, чтобы до Гели дошло: я не в безопасности, как она считала. И обращение к Вячеславу Игоревичу, как предлагала подруга в первый раз, меня не спасёт: он сам припряг меня выполнять её работу. И никакие «ты – почти член семьи» не помогли… точнее, как раз наоборот – этот слоган сделал своё дело, и теперь я и впрямь член семьи. Почти по-настоящему. Только паспорта не хватает.

Выхожу из здания, иду к знакомой машине: Вячеслав Игоревич частенько отправлял за Гелей эту иномарку с «понтовыми» номерами. Водитель спокойно дожидается, когда я заберусь на заднее сиденье, и везёт в центр.

Салон, рядом с которым мы останавливаемся мне тоже знаком: Геля действительно бывала здесь пару раз в месяц, даже меня с собой звать пыталась, но я знаю местные цены. Эта красота мне не по карману.

Девушка администратор встречает меня у самой двери (похоже, водитель позвонил и предупредил, что мы на подходе) и ведёт вглубь салона.

– Иди сюда, крошка, будем делать из тебя леди, – усмехается ухоженный блондин, глядя на меня блестящими от азарта глазами.

Боже! Надеюсь, мне не к нему! Я его уже боюсь.

– Не бойся, милая, тебе ко мне, – кивает женщина лет тридцати пяти на свободное кресло.

Иду к ней, с беспокойством косясь на блондинчика.

– Меня зовут Мария, – представилась она.

– Я… – хотела сказать «Мира», но вовремя замолчала, – это уже неважно, – бормочу под нос, опуская взгляд.

Мария никак не реагирует на мои слова, лишь вежливо улыбается.

– У нас есть распоряжение… облагородить твои волосы, – приятным голосом произносит она, пропуская локоны между своих пальцев, – думаю, я знаю, что тебе подойдёт.

Не спорю. Раз Геля ходила в этот салон – в зелёный цвет меня точно не покрасят. Закрываю глаза, стараясь не думать о том, каким таким волшебным образом они сделают меня похожей на Гелю…

Как же я была наивна, когда полагала, что это невозможно!

И суть даже не в разрезе глаз или форме носа! Но всё по порядку…

После какого-то странного окрашивания я перестала понимать, что происходит. Волосы сушили, потом ещё чем-то мазали, потом накручивали, – в общем, творили над ними какую-то волшбу. Потом обмотали их полотенцем и отправили меня в другой кабинет, где я должна была пройти какие-то косметические процедуры. Наверное, это была чистка, но я впервые видела подобные аппараты, так что утверждать с уверенностью точно не буду… а в конце, после нанесения какой-то сказочной маски, напитавшей моё лицо, с удивлением обнаруживаю, что никаких покраснений на коже нет. Зато остался видимый эффект, как после гиалурона – лицо словно натянулось. Других слов подобрать не могу… Все микро-морщинки разгладились, кожа заблестела на свету. Улыбнулась косметологу, даже поблагодарила, но тут же осеклась, когда та озвучила следующую процедуру.

– Я не буду ничего колоть в губы! – мгновенно вскакивая на ноги, говорю серьёзно.

– Это указание Вячеслава Игоревича, – успокаивающе произносит косметолог.

– Да хоть самого господа Бога! Это мои губы, и они абсолютно нормальные! – отступая к выходу, замечаю.

– Но у нас есть четкие инструкции… – растерянно отвечает косметолог.

– Мне на них плевать. Это моё лицо. И накачанные губы порно-актрисы – это последнее, что мне хотелось бы видеть в зеркале! – повышаю голос.

Девушка поднимает руки вверх, пытаясь меня успокоить, но это не тот случай, когда я послушно кивну и дам добро на любое вмешательство.

– Хорошо, обойдёмся без этой процедуры… не знаю только, как это объяснить заказчику… давайте хоть масло вам дам – оно имеет схожий эффект, но, конечно, не такой заметный… – бедняжка рассеянно оглядывает полки с косметикой и не сразу находит там необходимую упаковку.

По её виду сразу ясно – отказывают ей в первый раз. И она совершенно потеряна.

Неужели все здесь настолько боятся гнева Вячеслава Игоревича?

– Пожалуйста, вмазывайте дважды в день – утром и вечером, – просит она, вручая мне в руки пузырёк с маслом, – первый раз прямо сейчас, при мне. И не бойтесь, это последняя разработка, вашим губкам только на пользу. Только не говорите… не говорите ему, пожалуйста…

– Хорошо, – пугаюсь не меньше её, открываю пузырёк и наношу масло тонким слоем.

Губы тут же начинает пощипывать.

– Что это? – взволнованно спрашиваю.

– Всё правильно, там есть перец в составе. Они немножко покраснеют, но это покраснение спадёт через пятнадцать – двадцать минут! – успокаивает меня девушка, – Зато мы обе останемся живы… – тихо добавляет она, совсем даже не шутя…

Убираю пузырёк в сумку и выхожу из кабинета косметолога на негнущихся ногах.

– О! Закончила? Отлично! Губки выглядят супер! А завтра будут – ещё лучше! – радостно встречает меня блондин; поворачиваюсь к косметологу, та смотрит на меня умоляющими молчать глазами.

Выходит, эффект у маслица и впрямь похож на…

– Только где у тебя точечки от уколов? Не вижу! – присматривается блондин.

Тут же прикрываю губы рукой.

– На мне всё быстро заживает, – отвечаю первое, что в голову приходит, – они есть, просто их не видно, – исправляюсь поспешно, но лучше б вообще молчала…

В итоге, меня усаживают в кресло перед зеркалом и начинают разбирать всё, что было накручено на волосы. Затем их снова моют и снова завязывают мне на голове тюрбан.

– Теперь быстро на массаж с арома-маслами! Ты вся такая напряженная, что явно ко мне не готова, – протягивает блондин, взмахом ладони отправляя меня на очередную процедуру.

Его странная речь меня вовсе не воодушевляет. «Явно ко мне не готова»… это что вообще значит? Хорошо хоть он всё также продолжал наблюдать, пока надо мной колдовали руки Марии, но ко мне не притрагивался. Пугает он меня.

Массаж пришёлся к месту: я и впрямь была зажата настолько, что даже руки профессионала едва справлялись с моими мышцами. Но к концу часа процедура стала приносить удовольствие, а я окончательно расслабилась. Потому не сразу сообразила, куда меня ведут.

– Ну, теперь другое дело! – радостно потирает ладошки блондинчик, – А теперь сушим волосы и приступаем к самому главному!

– Пересадке лица? – осторожно «шучу», пытаясь прощупать почву.

– Убирайте зеркала, – командует тот, не оценив юмора, – а ты… – он переводит взгляд на меня и прищуривается, – побольше веры, детка.

Обреченно сажусь в кресло…

К моему удивлению после того, как волосы были высушены, в руках молодого человека появились кисточки для макияжа.

– Значит так, запоминаем с первого раза, – стилист достаёт несколько палитр теней, основ, румян и две упаковки кистей, – пользуемся теперь только этой косметикой – если не хочешь какой-нибудь ненужной реакции кожи на внешние раздражители, – он многозначительно смотрит на меня.

Вспоминаю о первой процедуре, понятливо киваю.

– Так… вот, что мы сейчас сделаем: я нарисую тебе новое лицо, а ты скажешь мне – гений я или нет, ок? – предлагает стилист.

– Хорошо, – не без опаски соглашаюсь.

Но когда через сорок пять минут меня подводят к зеркалу, слов у меня нет.

Черт возьми, да я же вылитая Геля!

– Как вы увеличили разрез глаз?! – рассматривая своё отражение, восклицаю.

– С помощью теней и подводки, пещерная ты женщина, – фыркает блондин.

– Но скулы… – продолжаю удивляться я.

– Вообще ничего не знает! И как она жила до сих пор? – он оборачивается на Марию и качает головой; затем поворачивается ко мне, – Румяна – лучше друзья девушек, запомни это. А вовсе не бриллианты. На гмозине даже самые дорогие украшения будут смотреться дешевой безделушкой, – фыркает он, затем выражение его лица меняется, – Значит, с этим мы определились. Хорошо. Теперь смываем всё, и я поэтапно объясню, как можно в домашних условиях сделать из тебя эту красотку. И, прошу, хоть слово скажи Марии! Она сотворила из твоих волос настоящее чудо – а ты даже внимания не обратила!

Да! Потому что девушка в отражении имеет ко мне так же мало отношения, как и я к ней. Волосы теперь вились крупными локонами и едва касались плеч. А цвет волос… он был довольно странным: если смотреть при нормальном освещении, то он вроде как остался прежним (ну, разве что стал посвежее), но если присмотреться, то можно заметить шоколадный оттенок.

– Мария, мне очень нравится, – произношу искренне, касаясь волос руками, – особенно – локоны.

– Через полгодика обновишь, – спокойно кивает Мария.

Ага… значит, я не ошиблась, и мне сделали биозавивку или что-то вроде… Ещё одно новшество в моей жизни. Благо, что мне действительно понравился результат – и, пожалуй, признаюсь себе, в привычной жизни я бы на это не решилась.

– А теперь смотри сюда! – командует блондин, и я погружаюсь в магию макияжа…

В итоге, из салона я выходила поздним вечером – дико голодная, но вполне довольная. Машина Кита ждала меня на обочине, и до дома мы добрались за считанные минуты. Водитель попросил меня закрыть глаза и вместе со мной поднялся на нужный этаж, а затем довёл до самой квартиры и нажал на звонок.

Несколько секунд – и дверь распахивается, а на пороге меня встречает Кит. Прохожу, прощаюсь с водителем, раздеваюсь, не поднимая глаз…

– Да, теперь ты больше похожа на себя, – негромко замечает Кит, разглядывая меня, – Иди переодевайся, а потом на кухню. Я знаю, что ты не ужинала, – командует он, и я вынуждена подчиниться.

Но, стоит дойти до спальни, как я вспоминаю о своём плане: мне нужен его телефон! А это значит… что пора включать своё природное – и новоприобретенное в салоне – обаяние…

Не зря же на моё преображение была потрачена такая огромная сумма денег! И совершенно точно не зря в моём шкафу лежит столько разной одежды… от деловой – до совсем не деловой… вот вообще…

На кухню я прихожу через десять минут, и сказать, что я «произвела впечатление» – это ничего не сказать!

Ну, что ж, игра начинается…

Сажусь на табурет, подобрав одну голую ногу, блестящую от масла для массажа, под себя, убираю волнистый локон за ухо и пододвигаю к себе тарелку с едой. На мне короткие джинсовые шорты (уж не знаю, для каких нужд купленные) и мягкий легкий свитерок, норовящий сползти на одно плечо. Да, я не умею соблазнять, как Геля, и в этом деле мне придётся положиться лишь на собственные возможности, но кто сказал, что я не могу быть привлекательной? Думаю, это не так уж сложно!

Кит долго молчит, наблюдая за тем, как я тихонько поглощаю его умопомрачительно вкусную стряпню, а затем, словно сомневаясь в своих выводах, спрашивает:

– Ты что, пытаешься соблазнить меня?

Кажется, Титаник врезался в айсберг.

И сейчас пойдёт ко дну…

– С чего ты взял? – бросаю на него быстрый взгляд, беспощадно краснею и вновь возвращаюсь к еде, но на этот раз – очень стараясь не подавиться.

– Кажется, я немного изучил тебя, – протягивает Кит, откидывая волосы со лба, – но до этого ни разу не видел, чтобы ты проявляла ко мне интерес. А теперь вот наблюдаю что-то новенькое, – он демонстративно окидывает мои голые ноги изучающим взглядом.

Быстро подбираю под себя вторую конечность.

– Тебе обязательно произносить вслух всё, что ты думаешь? – недовольно бурчу, уже трижды пожалев, что решилась на это шоу.

– А тебе обязательно постоянно играть? – холодно осекает меня Кит.

Замолкаю. Беру на заметку: больше никаких соблазнений.

– Тем более, когда у тебя это так плохо получается, – замечает брюнет, возвращаясь к своей тарелке, – даже любопытно, как ты работала с предыдущими заказчиками.

– Это больше не имеет значения, – произношу глухо.

– А что так? – усмехаясь краешком губ, интересуется Кит.

– Надоело притворяться, – отвечаю прямо, подняв на него взгляд.

Да, теперь я буду притворяться исключительно собой. Совершенно очевидно, что роль Гели – это моё личное фиаско.

– И зачем было начинать? – как-то до странного сухо спрашивает Кит.

Я молчу, опустив взгляд в тарелку.

– Папочка приказал ублажить клиента? – холодный голос брюнета задевает за живое.

– А ты попробуй такому откажи! – язвительно замечаю я.

Кит резко поднимается, выдергивает меня с табурета и усаживает на стол, прижимая к себе и оказываясь прямёхонько между моих ног.

– Ну, так, за чем дело стало? – не менее язвительно усмехается он, одной рукой забираясь под мой свитер на спине, а второй – сжимая моё бедро, – Раз ты не можешь отказать своему отцу, нужно выполнять его приказ! Ты же не была против там, в издательстве? Даже была за!

Я и сейчас – за! – если бы хоть немного понимала, что меня ждёт впереди… Но я даже не в курсе, доживу ли до конца недели!

– Кит, подожди, – прошу, хотя губы брюнета доставляют невероятное удовольствие, лаская шею… боже… – Кит…

– Просто закрой свой сладкий ротик и выполняй приказ папочки, – шепчет Кит, спуская руки на мои ягодицы и резко прижимая меня к себе, – Ты же послушная девочка?.. И любишь своего отца?

Люблю ли я своего "отца"?!

– Я его ненавижу!!! – срываюсь и с силой отталкиваю его от себя.

Кит смотрит удивленно, а я никак не могу справиться с тяжелым дыханием – но это не мешает мне отвечать ему взглядом, полным откровенной злости.

– Я его ненавижу, и боюсь его, – повторяю тише, но уверенней, – и если ты думаешь пользоваться этим – то ты ничем не лучше его. Спасибо за ужин, я наелась, – спрыгиваю со стола и иду в свою спальню.

Да, план провалился, и, кажется, я нажила себе врага – но играть по его правилам было выше моих сил. Преображение, новая прическа, новые шмотки – пожалуйста. Новый характер и новая высота морально-нравственной планки (точнее отсутствие какой-либо высоты) – нет, это не ко мне.

Не умею и не хочу учиться.

«Даже если это вопрос жизни и смерти?» – спрашивает противный голос в моём сознании.

Останавливаюсь за дверью, прислоняюсь к ней спиной.

У меня нет на него ответа. Но спать с кем-то по приказу Вячеслава Игоревича не буду. Я не шлюха. И не ночной эскорт.

Хотят, чтобы я отнесла документы – я сделаю это.

Но спать с Этим…

Прячу лицо в ладонях.

Самое страшное, что я была бы не против, если бы я ему действительно нравилась. Но то, что произошло на кухне… к личной симпатии это имеет очень мало отношения.

Тридцать минут самобичевания ничего не дали. Мне всё ещё нужен был телефон, а он всё ещё был у Кита в кармане. Или у Джесси в кармане. Мне подойдёт любой из двух.

– Эй, я займу твою ванную? Кит занял общую, а мне надо успеть кудри накрутить на завтра, – Джесси появляется в дверях моей спальни, как по мановению волшебной палочки.

Это что, знак судьбы?..

– Да, конечно… а куда ты идёшь завтра? – интересуюсь, любопытства ради.

– На свидание с классным русским парнем. Кажется, он в восторге от того, что я из Америки, – хмыкнув, сообщает мне эта вертихвостка.

– Ты разве не должна дома сидеть и не светиться? – удивляюсь её беспечности.

– Что? Дома?! Я, по-твоему, зачем в Россию приехала? Это у себя на родине я должна сидеть дома и изображать из себя прилежную школьницу, а тут я могу развлекаться – как хочу! – фыркает Джесси и проходит мимо ошарашенной меня в ванную.

Ничего не отвечаю. Уровень моего потрясения зашкаливает. Пожалуй, на следующей неделе сгоняю на Мальдивы потусить, а потом опять вернусь и продолжу притворяться Гелей.

Как эти люди вообще живут?..

Или нет, не так…

Неужели некоторые люди живут именно так?..

В любом случае, ждать ответов на эти риторические вопросы нет времени: раз у меня появилась возможность пробраться в комнату Джесси и сделать звонок – я должна это сделать. Потом сотру его из памяти телефона и спокойно вернусь в свою спальню. Кит моется в общей душевой, Джесси – в моей. Такого шанса, может, больше и не представится! Благо, что номер Арти я выучила наизусть сегодня днём, пока просиживала штаны на работе Гели.

Осторожно ступаю по полу, хотя прекрасно знаю, что он не скрепит. Здесь вообще ничего не скрепит – пентхаус буквально светится новизной. Да, я не сразу заметила лестницу на второй ярус, там, судя по всему, находится спальня Кита.

Звук из ванной в конце коридора говорит о том, что брюнет всё ещё моется. Отлично, заворачиваем в гостиную… телефон! Где её телефон? Так… вещи разбросаны по дивану… возможно, в кармане джинсов? Нет… на зарядке где-то на полу?.. Осматриваюсь, но ничего не нахожу. Черт! Ну, не спрятала же она его?! Куда подростки обычно засовывают свои телефоны?! Сумка?.. Рюкзак? Карман куртки?.. Решила начать с рюкзака на полу… пусто… маленькая сумочка для свиданий! Она же собирала одежду на завтра! Так, где ты, дизайнерское чудо? А я уверена, что Джесси будет на высоте, значит, у неё просто обязана быть какая-нибудь фирменная, яркая… ВОТ ОНА! Иду к этой представительнице «musthave», валяющейся на полу, и не сразу замечаю, что в доме стало подозрительно тихо. Вода в душе. Она давно не льётся! Быстро подхватываю пульт с невысокого столика и включаю телевизор. Пожалуйста, пожалуйста, быстрее включайся!

– Ты что здесь делаешь?

Оборачиваюсь и смотрю на Кита, замершего в коридоре напротив меня.

Кита, вышедшего в одном полотенце, повязанном на бедрах.

– А так вообще можно при сестре ходить? – спрашиваю ослабевшим голосом, причем не уверена, от чего он ослабел: от страха, что меня поймали, или от вида полуобнаженного бога?..

На кубики его пресса можно нажимать, как на кнопки!

Боже, у него идеальное тело… А с этим загаром, да в капельках воды, да с вязью мышц на плечах и предплечьях… Он вообще уверен, что правильную профессию выбрал? Ему бы мужское белье рекламировать… Девид Ганди, подвинься – у нас появился новый герой для эротических фантазий!

Чёрт, кажется, я сильно сглупила, когда оттолкнула его… дважды…

– Я повторяю вопрос: что ты здесь делаешь? – ровным голосом спрашивает Кит, игнорируя мой откровенно-любующийся взгляд.

– Я… Джесси заняла мою ванную, и я решила пока посмотреть телевизор. Это запрещено? – быстро нахожусь с ответом, отрывая глаза от его торса и поднимая их на его лицо.

– Что… Матч смотришь?.. – подняв бровь, интересуется Кит.

– Эм… – перевожу взгляд на телевизор… проклятье, действительно врубился этот дурацкий канал, – я как раз переключала, когда ты вошёл. Ты немного напугал меня, – сглатывая, признаюсь.

– У тебя вообще странная реакция на мужчин, – без эмоций бросает Кит и уходит в ванную.

Что бы это значило?.. Неважно…

Искать телефон в доме – было плохой идеей. Проще выйти на улицу и попросить позвонить у любого встречного.

Хотя, нет, не проще – на улице за мной могут следить. За мной везде могут следить.

Или не везде…

– Послушай, Кит, – иду за ним, осторожно обходя на полупальцах небольшие лужицы на полу, – а как насчёт «выбраться в люди»?

– О чём ты? – брюнет вытирает лицо, а затем скидывает полотенце с бёдер и тянется за боксёрами…

Резко отворачиваюсь! Это что за выкрутасы?! А если Джесси увидит?! Да, он её брат, но это не значит, что она не оценит всех достоинств… твою ж, о чём я думаю?!?!

– Ты что, стесняешься? – удивленно спрашивает Кит.

Заставляю себя повернуться к нему и посмотреть в глаза. Хвала небесам, он в боксерах! Так… а как я умудрилась заметить это, глядя четко в глаза?..

– Нет… просто… даю тебе личное пространство… – лепечу что-то невразумительное, отводя взгляд.

– Это всё – моё личное пространство. И мне ничего не мешает, – замечает Кит.

– Ок, я за тебя рада, – не нахожу ничего лучшего, чем отвернуться и начать рассматривать картину на стене.

– Так о чём ты там говорила? – напоминает брюнет.

– О! Выйти в свет! Потусить, расслабиться… завтра пятница – можно сходить в какой-нибудь клуб, ты не против? – предлагаю, пожимая плечом.

– Ты что, любительница ночных клубов? – Кит поднимает бровь.

Нет, я любительница чужих телефонов.

Клуб – идеальное место. Он же не будет каждый раз ходить со мной до дамской комнаты?..

– Мой массажист сказал мне сегодня, что я слишком напряжена. Надо расслабиться, – делаю независимый вид, надеюсь, стиль а-ля-Геля прокатит.

– Заметь, даже твой массажист об этом говорит, – Джесси появляется из-за спины так неожиданно, что я вздрагиваю.

И как долго она там? Или это чудесный пол скрыл её шаги, и она подошла только что?

– Ну, так что? – вновь поворачиваюсь к Киту.

– Да, можно куда-нибудь выбраться, – лениво протягивает брюнет, затем подходит ко мне вплотную и нависает с угрозой на лице, – только без фокусов, angel. Иначе я быстро твои крылья пообломаю.

– Я тебя поняла, – выдавливаю из себя, резко разворачиваюсь и ухожу в свою спальню, смахивая с лица капли воды, стекшие с его волос.

И зачем нужно было так близко подходить?!