Глава 9. Случай

…а порой необходимо просто плыть по течению и получать удовольствие…

(«Книга откровений гг»)

***

Через тридцать минут на сцене начали появляться участники группы, и я отставила свой коктейль на стол, жадно уставившись на этих невероятно талантливых музыкантов. Попасть к ним на концерт – было моей несбыточной мечтой. После феноменального взлёта их популярности несколько лет назад, они долго гастролировали, потом затихли, создавая новый альбом, потом выступали на рок-фестивалях… а затем меня устроили в издательство Гели, и о своей мечте попасть на их концерт я благополучно позабыла. Работы было невпроворот.

И вот теперь я любовалась этими легендарными красавцами…

Рыжий бугай – бас гитара; обладает невероятной харизмой и всегда привлекает к себе внимание своими забавными выходками на концертах.

Огромный бородатый мужик в солнцезащитных очках – барабанщик; забирает на себя все взгляды, как только ему достается соло – так мощно он играет и настолько забывает в такие моменты про реальность.

Сереброволосый худощавый уникум, похожий на эльфа – солист; обладает каким-то магическим голосом и приводит в восторг всех фанатов то своим гроулингом, то фантастически мелодичным вокалом.

И, наконец, соло-гитарист… Бес, как его звали свои; секс-идол группы и магнит для всех представительниц женского пола… Его внешность, его завораживающая игра на гитаре, его брутальная угрюмость – всё в нем буквально кричит: я – самец, и рядом со мной ты будешь чувствовать себя настоящей женщиной!

Так хочется верить…

Но, на форумах поговаривали, что Бес женат, и его суженная – та ещё стерва…

– Вам повторить?

Поднимаю голову, отрываясь от ребят на сцене, настраивающих свои инструменты, и киваю официантке.

Не заметила, как опустошила бокал. Но много я пить не собиралась: сегодня я на миссии.

Важной миссии… к которой я обязательно вернусь после просмотра выступления «Haron’s cry»!

Чувствую на себе пристальный взгляд и поворачиваюсь к брюнету.

– Что? – спрашиваю на голубом глазу.

– Тебе нравится тот гитарист? – голос Кита расслаблен, но что-то заставляет меня потратить время на подбор слов для ответа.

– Не обращай внимания, – качаю головой, мягко улыбаясь, – я просто фанатка их группы.

– Этого в досье не было, – ровно замечает Кит.

– А ты доверяешь всему, что там написано? – поднимаю бровь.

– Многие характеристики уже подтвердились, – сухо бросает брюнет, отворачиваясь и отпивая виски из стакана.

Пожимаю плечами и возвращаю внимание сцене. Плевать, что у него там подтвердилось, а что – нет. Он меня не знает. А если действительно захочет изучить – то быстро удивится, насколько разнится реальность с данными из досье.

Но все эти мысли быстро уходят на второй план, поскольку сереброволосый вокалист подходит к микрофону и здоровается с публикой…

Мгновенно подскакиваю на ноги!

– Куда? – останавливает меня властный голос брюнета.

– На их выступлениях нельзя сидеть! – с восторженной улыбкой отвечаю ему, на секунду отворачиваясь от сцены.

– Оставайся здесь, – короткая команда.

– Но…

– Если хочешь танцевать – у тебя достаточно места, – взгляд Кита становится таким опасным, что мне приходится выдавить из себя кивок и замереть у колонны.

Группа начинает с медленной композиции, и у меня мурашки бегут по коже… как же они хороши! Все! Каждый из них!!! Гости ночного клуба, как и я, один за другим начинают вставать, а затем подтягиваться к сцене: не проходит и пяти минут, как я понимаю – хорошо, что я осталась в нише. Меня бы там просто задавили!

Сама не замечаю, как начинаю покачиваться в такт музыке: уже давно обнаружила, что, когда эти ребята играют, ты вообще перестаёшь отвечать за своё тело! Медленная композиция сменяется более энергичной, и радости толпы перед сценой нет предела… Я сама радуюсь, хоть и понимаю, что меня от группы отделает по меньшей мере двенадцать метров…

Ловлю на себе взгляды мужчин у бара… ещё пара мужчин наблюдают за мной из ниши справа…

Чувствую, что Киту это не нравится: на его лице очень недовольное выражение. Но он сам виноват – незачем было брать центральную нишу! Он сам выставил нас напоказ! На всеобщее, так сказать, обозрение!

– Сядь, – звучит из-за спины холодный голос.

С удивлением оборачиваюсь. С чего это он мной командует? Я понимаю – к сцене не отпустить, но что это вообще за собачья дрессировка?

– Кит, я не твоя ручная болонка. Не нужно со мной так разговаривать, – замечаю громко: музыка вынуждает повышать голос.

– Я сказал: сядь на место, – повторяет брюнет, подняв на меня тяжелый взгляд.

Разворачиваюсь к нему всем телом.

– Ты меня, наверное, не услышал? – хмурясь, уточняю совершенно серьёзным голосом.

А затем отворачиваюсь от него, продолжая следить за выступлением.

Грубая рука мгновенно обвивается вокруг талии, заставляя испуганно замереть: вот уж, чего я не ожидала, так это, что он будет применять ко мне силу!

– Это ты, наверное, меня не услышала, – шепот на ухо заставляет меня покрыться мурашками уже совсем по другой причине: я слишком хорошо помню, как выглядит Кит без одежды; но брюнет быстро возвращает меня на землю хлёстким: – Опустила свою аппетитную задницу на диван. Быстро.

Беру себя в руки и обхожу мужчину, затем сажусь на диван. Как можно дальше от того места, где сидит он.

– Молодец, послушная девочка, – холодно усмехается Кит и тоже садится на место.

Естественно, после этого инцидента настроение было слегка подпорчено, но я решила не зацикливаться на странном поведении брюнета в данный момент – когда на сцене выступала моя любимая группа. И дала ребятам возможность унести меня на волнах своей музыки куда-то очень далеко, где не было проблем с Вячеславом Игоревичем и его сбежавшей дочерью, где моя жизнь и жизнь моих родителей не зависели от выполнения непонятного задания, – туда, где я была простой девушкой, наслаждающейся великолепным исполнением любимых композиций и новых песен, которые мне только предстояло закачать на телефон…

Последним в выступлении группы «Haron’s cry» стал кавер на композицию «Black Out the Sun» Jay Stolar & William Patrick Van Alstine, естественно – в тяжелой обработке и с гроулингом в последней части…

Эта песня настолько меня заворожила, вынудив глубоко прочувствовать атмосферу неотвратимо надвигающегося «нечто» – что я даже не сразу поняла, что она уже закончилась. Кажется, с остальными гостями клуба произошло то же самое, потому что несколько секунд после того, как солист оторвался от микрофона, зал потрясенно молчал, а затем взорвался криком и аплодисментами.

Со мной такое было впервые, но, похоже, меня даже потряхивало от возбуждения, причём не сексуального, а какого-то… эмоционального… сугубо-личного… пробуждённого их невероятной музыкой… Я хлопала стоя, не в силах оторвать взгляд от сцены: ребята умудрились забраться куда-то глубоко в душу и, судя по всему, не только ко мне.

Через пять минут музыкантов, наконец, отпустили, а я обессиленно опустилась на диван. Налила себе стакан воды из графина и выпила полностью. Посмотрела на Кита и заметила, что тот, кажется, уже не первую минуту смотрел на меня…

А в следующую секунду у него зазвонил телефон.

Быстро взглянув на экран, он бросил мне короткое: «будь здесь», вышел из ниши, пересёк зал и скрылся за дверью, ведущей на улицу.

Это шанс! Это мой единственный шанс! Встаю, нахожу глазами коридор, ведущий к мужской и дамской комнатам, уже обхожу стол и спускаюсь с небольшого пьедестала, на котором располагалась ниша… как с замиранием сердца останавливаюсь! Ведь в зал выходят участники группы и идут к бару.

Можно сказать, им повезло – большинство посетителей разошлось после их выступления, и на весь ночной клуб осталась только одна дикая фанатка, жаждущая подойти и взять автограф… это я.

Неуверенно мнусь, стоя у колонны, взглядом вперившись в этих невероятных музыкантов, про себя решаю важнейшую в жизни дилемму: идти в туалет в поиске работающего чужого телефона, пока Кит не видит, или идти к бару и взять их автограф… также – пока не видит брюнет…

В итоге мою судьбу решает рыжий бас-гитарист, который неожиданно оборачивается на меня и подмигивает…

Он. Мне. Подмигнул.

Ладно, заполучить телефон для звонка ещё будет возможность, а потрогать участников группы «Haron’s cry» своими собственными руками – вряд ли.

Иду к бару, отчего-то сильно смущаясь… останавливаюсь рядом с рыжим, который сидел ближе всех ко мне.

– Извините… а можно ваш автограф? – робко спрашиваю, дотрагиваясь до локтя мужчины.

Рыжий оборачивается и широко улыбается добродушной улыбкой.

– Для такой красавицы я даже этого угрюмого брутала заставлю ручку в руки взять! – выдаёт он, усмехаясь и кивая в сторону Беса, – Есть на чём?

На моём лице паника. Не на чем! Как я не додумалась взять сумку? Так хоть листочек-то да нашёлся бы!!!

– Ничего страшного, сейчас что-нибудь придумаем, – легко отмахивается рыжий и обращается к бармену с просьбой дать салфетку, – Как зовут? – вновь поворачиваясь ко мне, спрашивает бас-гитарист.

Мира я! Мира!!!

– Не надо имени, – переборов себя, прошу поникшим голосом, – мне хватит и ваших автографов…

– Давай напишем «прекрасной незнакомке», – подмигивает рыжий, и я расплываюсь в благодарной улыбке, слегка краснея.

Слышать комплимент от этих ребят было невероятно приятно…

– Бесов, расписывайся! – локтем подпихивает соло гитариста рыжий, а я чувствую, как у меня ладони начинают потеть… он сейчас прикоснётся к этой салфеточке… я ж её в рамку потом поставлю!

Бес бросает на меня внимательный взгляд, присматривается, потом почему-то усмехается сам себе и ставит свою подпись.

Как там называлась та книга?.. «Три метра над уровнем неба»? Кажется, я сейчас в космосе от счастья…

Получив автограф всех участников группы, я аккуратно складываю салфетку и, поблагодарив ребят от всей души, ухожу в свою нишу. Там убираю своё сокровище в маленькую сумочку и сижу, улыбаясь вселенной. Не проходит и десяти секунд, как рыжий вновь оборачивается на меня и кивает, с предложением вновь подойти к ним.

Не веря своему счастью, встаю и иду к бару, присаживаюсь рядом.

– Мы тут посовещались и решили, что хотим угостить такую красавицу каким-нибудь сладеньким коктейлем. Ты как? – сообщает гитарист.

Взгляд Беса, которым он был награжден, говорил красноречиво: совещания не было. Было единолично принятое решение. Улыбаюсь красавцу соло-гитаристу, а затем рыжему хитрюге – и киваю.

Как я могу отказать участнику моей любимой группы?!

Бармен тут же начинает колдовать над заказом, а я бросаю в сторону Беса осторожные взгляды. Уж больно хорош гитарист… его мужская энергетика пробивает с любого расстояния: будь он на сцене или просто – сиди он рядом.

Как же повезло его жене!

– Знавал я одну принцессу, которая смотрела на него такими же глазами… – протягивает рыжий, проследив за моим взглядом.

– И что с ней случилось? – не без любопытства спрашиваю.

– Ничего. Счастлива в браке с другим мужчиной, – широко улыбается рыжий, хитро взглянув на меня, – девушки, которые смотрят на него так, всегда остаются в зрительном зале. Много больше слепого обожания Бес ценит характер… ядреный характер… я бы даже сказал – ядерный, – в итоге странно заканчивает он, поднимая свой стакан и поднося его к губам.

– Я слышала, его жена как раз таким и обладает, – негромко замечаю, надеясь, что Бес не слышит наших крамольных слов.

– О! – отчего-то приходит в восторг рыжий, словно припоминая нечто очень забавное, – Его жена – фея!

Улыбаюсь, даже не пытаясь представить, что там за фея такая. Но совершенно очевидно, что у них с Бесом всё хорошо: гитарист даже не делает попыток посмотреть по сторонам и обнаружить, сколько женщин в зале ждут его взгляда.

– Давно любишь тяжелую музыку? – возвращает моё внимание к себе рыжий.

– Я люблю не тяжелую музыку, я люблю вашу музыку, – улыбаюсь ему, ни секунды не льстя.

Мне подают бокал с коктейлем, и мы с рыжим чокаемся, и выпиваем за знакомство. Кажется, это самый лучший момент моей жизни! По крайней мере, за последние полгода…

А в следующее мгновение в мою голову приходит идея. Ужасаюсь её наглости, но не использовать случай не могу…

– Простите, пожалуйста, а можно сделать с вашего номера звонок? Очень быстрый. Просто мой телефон разрядился…

Да, мне безумно стыдно, что я ему вру, но это тот самый случай, когда наглость и капелька лжи поможет спасти мою жизнь…

Ни больше, ни меньше!

– Да без проблем, – рыжий достаёт из кармана телефон и подаёт мне.

Мгновенно набираю номер Арти. Слушаю гудки… Ну, давай-давай! Бери трубку!!!

– Могу предположить, что этот человек спит, – фыркает рыжий.

– Это «она», – поясняю на всякий случай, – и она спать не должна…

А сама нервно постукиваю ногтями по барной стойке. Вообще-то, Геля вряд ли ждёт от меня звонка. С чего бы? Мы же общаемся самым странным на свете способом, – и никак не по телефону, да ещё и посреди ночи… Чёрт!

– А можно написать сообщение? – поднимаю на рыжего глаза, полные мольбы.

– Да пиши уже, прекрасная незнакомка, – усмехается гитарист, – вижу же – что-то срочное.

– Она вряд ли вам ответит, – предупреждаю сразу, пока строчу Геле «Это я. С чужого телефона. Найди способ ответить в ближайшее время: может Кит быть моим защитником?»; нажимаю «отправить», дожидаюсь галочки «доставлено» и удаляю сообщение, – Огромное спасибо!!! Вы даже не представляете, как меня выручили! – возвращаю мужчине телефон.

– Хочешь, чтобы тебя забрали отсюда? – предполагает рыжий.

– Почему вы так подумали? – с любопытством спрашиваю, получая какое-то странное удовольствие от такого простого общения со «звездой».

– Твой парень выглядит очень сердитым, – кивая куда-то мне за спину, произносит рыжий.

Не могу быть уверена, но, кажется, в этот момент моё лицо побледнело.

– Он стоит за моей спиной? – едва слышно произношу.

– Он идёт сюда от входа, – пряча улыбку в стакане, отвечает гитарист.

– Спасибо. Приятно было пообщаться. И да – вы невероятно выручили меня. Здоровья вам, счастья, добра. И преданных фанатов! И солнышка над головой! – уже отдаляясь от барной стойки в сторону туалета, продолжаю желать я, ничуть не смущаясь удивленных взглядов остальных участников группы и всё-удивительно-понимающей усмешки на губах рыжего.

Скрываюсь в коридоре, нахожу дамскую комнату и ныряю в кабинку. Да, я спросила у Гели, сможет ли Кит стать моим защитником (других вариантов-то всё равно нет!), но при этом я очень хорошо понимала, что брюнет имеет сложный характер, и моему общению с участниками группы совсем не обрадуется. Так что лучше пока переждать его гнев. Здесь. В туалете.

Усмехаюсь самой себе.

Дожили…

В итоге, выхожу в коридор через пять минут – после того, как привела себя в порядок перед зеркалом.

– Эй, куколка, торопишься?

Оборачиваюсь и смотрю на двух мужчин – тех самых, что наблюдали за мной из ложи. Они стояли в тени коридора, но я отчетливо разглядела выражение их лиц, а также оценила уровень спиртного в крови. Ничего хорошего от них ждать не следовало. Разворачиваюсь и ускоряю шаг.

– Куда бежишь, красавица?

С удивлением чувствую на своей руке чужую ладонь. Как он успел схватить?

– Молодые люди, при всём уважении… мой парень вас убьёт, – включаю «понты».

Обычно в жизни помогало. Но обычно на месте жертвы была не я, а Геля… и слова мои звучали немного иначе, а конкретно: «её парень вас убьёт»…

Но тут пришлось брать ответственность на себя.

– Это тот, что с тобой сидел? – усмехается мужчина крепкого телосложения и переглядывается со своим другом, тем, что был чуть поменьше в размерах, – Мы его быстро успокоим. Или упокоим, – коротко хохочет, задрав подбородок, – это уж тебе решать, красавица.

– Вы делаете ошибку, – качая головой, пытаюсь отступить – но мужчина не даёт, – правда, вы не понимаете, с кем связываетесь!

– Мы с тобой связываемся, куколка, – улыбается крепыш, – самой естественной в мире связью, – и на его лице появляется такое похотливое выражение, что мне становится плохо…

– Я буду кричать, – предупреждаю его серьёзно.

– Как раз для этого здесь находится мой друг, – ещё шире улыбается крепыш, затем поворачивается ко второму мужчине, – друг, – обращается он к нему, явно иронизируя, – прикрой-ка ненадолго ротик этой куколки своей ладошкой.

– Вы с ума сошли?! – вновь предпринимаю попытку вырваться, – Или забыли, что это за место – и кого пускают внутрь?..

– В том-то и дело, что, мы-то как раз знаем, кого пускают внутрь, – крепыш окидывает меня многозначительным взглядом, явно намекая на моё «положение в обществе»… точнее на то, что он считал «моим положением», – мы здесь, считай, постоянные клиенты.

– Я не проститутка, – цежу сквозь зубы.

– А сюда проституток и не пускают. Только ухоженных цыпочек с определёнными потребностями – найти папика, например, – крепыш притягивает меня за руку и дышит перегаром в лицо, – хочешь, я стану твоим папиком? Я щедрый. И добрый – когда со мной соглашаются.

Так вот с кем они меня попутали… Что ж, могу их понять – мой вид и впрямь наводил на определённые мысли… особенно – таких испорченных людей, как эти двое.

– Мне папик не нужен, – спокойно произношу, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, – у меня уже есть сопровождение.

– И это сопровождение сейчас вас поломает, если не отпустите её, – холодный голос Кита заставил выдохнуть с облегчением.

Хвала небу, он успел вовремя!

– Поломаешь? Ты? – открыто ржет крепыш, а затем захлёбывается кровью – от одного резкого, почти незаметного в своей скорости, удара куда-то в район солнечного сплетения.

– Буду бить не по лицу, так что, когда вас найдут, то не сразу вызовут скорую – примут за пьяных, – спокойно предупреждает Кит.

А я с ужасом понимаю, что от таких ударов «не по лицу» и окочуриться можно. Причем – натурально…

– Пойдём отсюда, пожалуйста, – прошу брюнета, отступив от кряхтящего крепыша.

Его друг, к слову, оказался более смышленым и быстро поднял руки, показывая, что к делу не имеет отношения.

Ну, да, ну да! Знаем мы этих «наблюдателей». Но в данный момент он напрягал меня намного меньше, чем Кит, смотревший на мужчин очень нехорошим взглядом.

– Пошли, Кит, – кладу руки ему на грудь, но парень не сдвигается с места, – Кит, пожалуйста!

– Они меня взбесили, – как-то до жути спокойно произносит брюнет, не показывая желания тихо уйти с места происшествия. Напротив. На его лице было выражение холодного азарта. Он явно хотел продолжить «общение» с двумя жертвами своей агрессии.

– Кит, – кладу ладони ему на лицо, – не надо, – прошу тихо, заглядывая в глаза, затем быстро разворачиваюсь и четко произношу мужикам, – уходите! Быстро!

Тех дважды просить не пришлось – и я бы облегченно выдохнула (уже второй раз за вечер), но Киту моё решение пришлось явно не по душе:

– А ты чего здесь раскомандовалась?! – цедит он и уже отодвигает меня в сторону, желая, по-видимому, остановить смертников для дальнейших разбирательств, но я почти прыгаю ему на шею, вновь останавливая:

– Пожалуйста! – искренне прошу, чувствуя, как напряжено всё его тело. И не от моей близости, а от готовности драться…

Если не убивать.

Да, я очень чётко почувствовала, что Киту не впервой выяснять отношения подобным способом. Возможно, он не одного человека отправил в больницу там, у себя на родине…

Сердце начинает стучать быстрее – от страха: и не только за жизнь этих идиотов, но и за свою собственную.

Но я зарываюсь руками в его волосы и буквально прилипаю щекой к его шее. Не отпущу. Не дам. Не при мне.

Не знаю, каким чудом, но мне удаётся удержать брюнета от неверного решения – а двое неудачников успевают сбежать. Некоторое время продолжаю его удерживать, а затем чуть расслабляюсь и шепчу ему в шею:

– Спасибо.

– Это ты их провоцировала, – холодный голос Кита отрезвляет и возвращает на землю.

– Я… – пытаюсь отстраниться, но теперь уже брюнет держит крепко.

– И их, и тех троих у бара, и музыкантов группы. Ты со всеми флиртуешь. На всех направляешь свои чертовы флюиды, – в его глазах злость, и мне становится не по себе.

– Это не правда. Я… я всего лишь расслабилась. Позволила себе получить удовольствие. А потом попросила автограф у ребят – это абсолютно нормально…

– И за это тебя коктейлем угостили? – демонстрирует чудеса осведомленности брюнет, прищурив глаза.

– Нет… просто так… – теряюсь под его взглядом; а затем всерьёз прошу, – Кит, пожалуйста, успокойся.

– А ты успокой меня, – огрызается брюнет.

Смотрю на него…

А затем осторожно кладу ладонь на его лицо. Не знаю, почему. Просто захотелось. Причём, просто – прикосновения.

Близости с ним…