Глава 17

Леара

Разглядываю два совершенно одинаковых футляра, выполненных в виде шкатулок. Подготовленные для моих женихов подарки.

Сгораю от любопытства. Мечтаю увидеть вытянутые физиономии Григгсов, когда я заставлю их надеть то, что лежит в футлярах.

Эти подарки я купила в тот день, когда, наконец-то, узнала, что женихов у меня сразу двое.

Пилот Люциана отвёз меня тогда в бар на другом конце столицы и напоил каким-то местным коктейлем. Надо сказать, после него меня слегка отпустило. И как только это произошло, я тотчас потащила Закара по магазинам.

Уже в самом конце шопинга, в одном из торговых центров я увидела две милые шкатулочки. Они мне настолько понравились, что захотелось купить одну для себя.

Правда, магазин, в который мы с Закаром забрели, оказался ювелирным. Это стало для меня неожиданностью. Я не верила во всякого рода знаки судьбы, но отчего-то именно в тот момент увидела в случайном событии знак.

Возможно, поэтому, взглянув на содержимое шкатулочек и узнав назначение того, что в них лежало, я купила их обе. Для женихов.

Когда мы вышли из ювелирного, я почти не злилась на братьев Григгс. Но несмотря на то, что наступил вечер, домой возвращаться всё ещё не хотелось. И тогда Закар предложил посетить… Ну, скажем так: закрытую шоу-программу.

Не знаю и не хочу знать, откуда у простого пилота скайбота взялись такие неординарные увлечения. Только, посмотрев выступление, я поняла, что иметь отношения с двумя мужчинами, это далеко не самое ужасное в жизни…

— Леара, ты там жива?

Череду размышлений и воспоминаний прерывает стук в дверь.

— А что мне сделается? — выдаю машинально в ответ.

— Леа, малышка. — Люциан переговаривается со мной из-за двери, то ли не решаясь, то ли не желая зайти в комнату. — Я, конечно, в курсе, что девочки всегда долго собираются. Но сорок три минуты — это уже перебор!

— Ещё одну минуточку, Люциан. — Рукой со стола сгребаю футляры-шкатулки в сумку, где уже лежат остальные вещи. И, улыбаясь ехидно, добавляю: — Только выберу, какие трусики надеть! Чёрные или розовые? Можешь спросить у Эла?

Из-за двери раздаётся глухое рычание и тихие ругательства. А я зажимаю рот ладонью и давлюсь от смеха.

Люциан невыносим и иногда до чёртиков предсказуем, но меня забавляет дразнить его. Забавляет провоцировать, распаляя в нём ревность одним лишь упоминанием об Элиасе.

Осматриваю комнату прощальным взглядом. Вроде ничего не забыла.

Застёгиваю сумку и иду к двери.

Люциан, кстати, как выясняется, стоит и ждёт меня снаружи. Хмурый бука. Сверкает на меня своими тёмными глазищами.

— Быстро же ты выбрала между чёрным и розовым, — бурчит он недовольно и отбирает у меня сумку.

Хохочу уже в открытую, обхватываю в порыве эмоций его руку, прижимаюсь к ней грудью и трусь игриво о плечо щекой.

— А я и не выбрала. Захватила обе пары. На случай, если твоё внутреннее драконище снова решит, что трусы на женской заднице — лишняя деталь гардероба, — мстительно припоминаю ему моё нижнее бельё, разодранное в клочья в наш самый первый раз. Ещё в доме отца.

— Я так и понял, — отвечает мой жених номер один, благоразумно решая не вступать в перепалку, и тянет меня дальше по коридору, к лифту.

Наверху, на посадочной площадке крыши нас ждёт скайбот с Элиасом в салоне.

Именно это было моим условием, когда Люциан предложил отвезти меня туда, где лучше думается. Я сказала, что соглашусь, только если оба мои жениха поедут со мной.

Люциан по такому случаю даже предоставил пилоту выходные и вызвался собственноручно управлять транспортным средством.

У нас троих будет целых два выходных, чтобы подумать и обсудить, как строить отношения в будущем.

О том месте, куда мы отправляемся, я знаю совсем немного. Собственно, только то, что это место — загородный дом братьев Григгс.

Дорога от городской квартиры до пункта назначения занимает довольно много времени. И если сначала я ещё нахожу в себе силы любоваться красотами городских пейзажей, то за чертой города быстро устаю от однообразия за окном.

Меня клонит в сон, и часть дороги я дремлю, пригревшись и пристроив голову на плече Элиаса. Поэтому ожидаемо пропускаю момент прилёта и посадки.

Когда Элиас будит меня лёгкими шлепками по руке, спросонья я даже не сразу соображаю, где нахожусь.

— Давай, девочка моя, просыпайся.

— Что? Что случилось? — поднимаю я голову и тру глаза.

— Мы дома. — Он открывает дверь, выходит на улицу и подаёт мне руку.

Выбираюсь из салона, разминаю затёкшие мышцы и, пока братья выгружают из багажника вещи, осматриваюсь.

— Здесь красиво. — Мне ничего не остаётся, как признать очевидный факт.

— Дождись вечера, малышка Леа, — улыбается мне Люциан.

— А что будет вечером? — подозрительно прищуриваю я левый глаз.

— Мы познакомим тебя с настоящей красотой. — С другой стороны ко мне подходит Элиас. — А сейчас идём, покажу тебе дом, пока Люциан загонит скайбот на подземную стоянку.

Элиас ловко подхватывает весь наш багаж и направляется в сторону дома. А я иду следом и украдкой наблюдаю, как скайбот с Люцианом поднимается в воздух и плавно скользит над землёй.

Дом у Григгсов потрясающе красивый. Большой и очень уютный.

Здесь, как и в городской квартире у каждого имеются собственные апартаменты, одна большая «супружеская» спальня и просторная столовая.

Перво-наперво жених показывает мне мою комнату, где я с удовольствием оставляю свою сумку, чтобы продолжить экскурсию налегке.

Постепенно, заглядывая в одно помещение за другим, мы с Элиасом обходим весь дом. И когда выходим в холл с противоположной стороны, жених внезапно приобнимает меня и уводит совсем в другом направлении.

На кончике языка вертится множество вопросов, но я так и не задаю их.

Просто начинаю подозревать, что ни я одна люблю устраивать сюрпризы. И там, на улице, с обратной стороны дома наверняка находится нечто, что мне ещё рано видеть.

К тому времени, когда экскурсия по дому заканчивается, к нам присоединяется Люциан. Вернее мы встречаемся с ним в столовой.

Он неожиданно предстаёт передо мной в ином свете, потому что суетится, расставляя тарелки и бокалы.

В тепловом шкафу уже что-то разогревается. По столовой плывут такие ароматы, что я невольно сглатываю слюну.

— Устала? — заботливо интересуется Люциан, гладя меня по плечу.

— Проголодалась, — признаюсь я честно, усаживаясь на один из стульев, расставленных по периметру круглого стола.

Усталость пока, правда, не ощущается. А вот запах еды возбуждает обонятельные рецепторы. И я не уверена, как долго смогу терпеть.

— Потерпи. — Люциан словно читает мои мысли. — Сейчас поедим, и сможешь отдохнуть в своей комнате. А вечером сходим кое-куда.

— Поглазеть на неземную красоту? — улыбаюсь я, даже не пытаясь гадать, что под этим выражением подразумевал Элиас.

— И на неё тоже, если пожелаешь, — загадочно усмехается Люциан.

Он выключает тепловой шкаф и, прежде чем я успеваю предложить свою помощь, Элиас уже подаёт брату тарелки.

Единственное, что остаётся мне, это наслаждаться вниманием и ухаживаниями женихов.

Всё-таки что-то есть в том, чтобы заполучить в единоличное владение и пользование двоих мужчин сразу.

Обмениваться шуточками и намёками, мы продолжаем уже за столом. А дальше всё происходит именно так как и предсказывал Люциан. Женихи провожают меня до самой моей комнаты, советуя принять душ и отдохнуть после долгой дороги.

Заставляю своих мальчиков поклясться, что вечером они зайдут, и покажут мне всё, что хотят. И только заполучив два обещания, успокаиваюсь и отпускаю.

Мне ещё предстоит придумать, как пооригинальнее преподнести женихам заветные футляры-шкатулки.

Когда за окном начинает расползаться вечер, я по-быстрому натягиваю недавние обновки. Топик, держащийся на плече на одной-единственной застёжке, и юбку на трёх пуговицах.

Достаю подготовленные подарки и во всеоружии брожу по комнате, ожидая моих женихов.

Ожидание вскоре вознаграждается, и раздаётся вежливый стук в дверь. Открываю и жестом радушной хозяйки приглашаю пройти.

— Привет. — Прячу футляры за спиной и улыбаюсь, опуская глаза в пол.

На обоих женихах из одежды только штаны из лёгкой ткани. И меня это почему-то чертовски смущает.

— Ну что, идём? — спрашивают они чуть ли не в один голос.

— Идём, — киваю в ответ, поднимаю глаза и понимаю, что не знаю, кто из них кто.

Я различаю их только, когда они обращаются ко мне. Элиас зовёт меня своей девочкой, а Люциан называет малышкой. Но вот вопрос, как отличать их друг от друга сейчас?

— Мальчики, — обобщаю я и, убирая руки из-за спины, протягиваю каждому жениху по футляру. — А у меня для вас есть примирительные подарки.

— Девочка моя, ну, зачем? — Элиас… теперь я точно знаю, что это он, первым принимает из моих рук подарок.

Следом за ним решается открыть футляр и Люциан. Примерно минуту оба моих жениха разглядывают содержимое шкатулочек и, похоже, пребывают в лёгком замешательстве.

— Малышка, что это? — в недоумении смотрит на меня Люциан.

— Браслеты из какого-то вашего местного металла, — чешу щеку, пытаясь вспомнить странное название металла. Бесполезно. — Я купила их в ювелирном.

— Из какого металла? — Во взгляде Люциана мелькает искра подозрения.

— Не помню, — пожимаю я плечами с самым невинным выражением на лице. — Но продавец сказал, что этот металл чувствителен к изменению пульса. Когда носящий браслет врёт, пульс учащается, и браслет меняет цвет. Здорово, правда?

Окидываю обоих женихов победным взглядом. Вижу, как Элиас тихо давится от смеха. А вот Люциан в отличие от брата, кажется, не особо рад подарку.

— Люци, ну что ты, в самом деле? Девочка старалась, — уже совершенно откровенно ржёт Элиас. Показывая брату пример, он достаёт браслет и защёлкивает его на своём запястье.

— Угу, — мычит, Люциан, зло сверкая глазищами то на меня, то на брата. — Элиас, когда вернёмся в столицу, напомни мне убить нахрен пилота за эту выходку.

Делаю шаг к Люциану, вытаскиваю браслет из футляра и, преданно заглядывая жениху в глаза, беру его за руку и застёгиваю подарок на запястье.

— Нет, дорогой, ты не станешь наказывать Закара, — уверенно качаю я головой. На всякий случай обнимаю Люциана и прижимаюсь к его груди.

— Это ещё почему? — спрашивает он, но особо не сопротивляется.

— Потому что он мне нравится. — Приподнимаюсь на носочках и оставляю на его губах мимолётный поцелуй.

— Прости, брат, но она тебя сделала, — хлопая в ладоши, хохочет Элиас.

Отстраняюсь от Люциана и довольная смотрю на обоих женихов.

— Теперь можете вести меня, куда обещали, и показывать всё, что хотели, — подхватываю их под руки и настойчиво тащу прочь из комнаты.

Пока мы идём по дому, и Люциан, и Элиас где-то незаметно оставляют пустые футляры от браслетов.

И очень скоро мы выходим на улицу как раз с той стороны дома, где днём завершилась моя экскурсия.

Искусственное освещение позволяет хорошо рассмотреть территорию вокруг.

От ступеней дома вдаль уходит широкая дорожка из тёмного камня, отшлифованного до блеска. По обе стороны от неё в свете светильников поблёскивают серебряные песчинки.

Туда, где заканчивается дорожка, свет почти не доходит.

Лёгкий порыв ветра неожиданно проскальзывает по моему лицу. А в ноздри проникает странный запах. Тяжёлый, влажный и чуть прелый, он оставляет на губах горько-солёный привкус.

И вслед за порывом ветра в вечерней тишине мне чудится едва слышный шум воды.