Глава 4

Леара

Стоит жениху исчезнуть за дверью, и меня начинает колотить озноб.

Прижимаюсь спиной к мокрой стене, обхватываю себя руками и стою так, клацая зубами от разливающегося по телу холода.

И угораздило же меня!

Только что теперь-то толку рыдать и сожалеть о случившемся? Нужно искать выход. И я вижу его в том, чтобы не позволить ни отцу, ни Люциану Григгсу помыкать мной.

Я больше никому не позволю этого. Ни один мужчина впредь не использует меня и не прикоснётся ко мне без моего желания. И только я сама буду решать, за кого мне выходить замуж и выходить ли вообще.

Я ещё долго стою под струями падающей воды, стараясь заглушить саднящую боль в промежности, и смываю с себя следы прикосновений жениха.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем я решаюсь, наконец, выйти из душа и вернуться в спальню. Правда, к тому моменту дрожь сменяется злостью. И единственное, чего я опасаюсь, если застану Люциана в комнате, пощёчина покажется ему сказкой.

К всеобщему счастью, моя спальня оказывается пуста. А в двери в замочной скважине торчит вероломно похищенный, а теперь возвращённый за ненадобностью ключ.

Подбегаю и поворачиваю его, мечтая отгородиться не только от жениха и отца, но и от всего мира.

Заперев дверь, подхожу к кровати и тихо опускаюсь на самый край смятой постели. Смотрю на неё и словно наяву вижу и себя, стоящую на коленях, и Люциана, крепко прижимающего меня спиной к своему горящему телу.

Ложусь на бок, поджимаю ноги и накрываюсь одеялом.

У меня нет совершенно никакого желания оставаться в этом доме. Впрочем, уйти мне тоже некуда. Разве что собрать все свои небольшие сбережения, податься в столицу и затеряться там на время в толпе.

В столице можно устроиться на временную работу. На месяц или два, больше мне не нужно.

Если я правильно понимаю, отец, подписав согласие на мой брак, больше не имеет права распоряжаться моей судьбой. И, несмотря на то, что моей подписи на контракте всё ещё нет, по закону я теперь нахожусь под защитой и личной ответственностью Люциана.

Мне очень хочется верить, что женишок не станет позориться и официально объявлять меня в розыск. А если даже и объявит, то за такой короткий срок в огромном мегаполисе вряд ли сможет отыскать.

Учитывая, сколько людей, должно быть, пропадает в столице ежедневно, у Люциана уйдёт пара месяцев лишь на то, чтобы оформить все необходимые бумаги.

Того, что я успею заработать за это время, хватит, чтобы купить билет на пассажирский лайнер на одну из планет Содружества. Благо, во всех его мирах узаконен единый официальный язык. А дальше… буду ориентироваться по обстоятельствам.

— Однажды, уже где-нибудь в другой жизни мы обязательно встретимся снова, Люциан, — размышляю я вслух.

Вот тогда-то он и пожалеет о сегодняшней ночи.

Закрываю глаза, но сон так и не приходит.

Мне бы только дождаться рассвета…

Едва за окнами начинает светать, я встаю с постели. Подхожу к комоду, выдвигаю ящики по очереди и выбираю одежду, в которой мне будет удобно в дороге. Затем вытаскиваю небольшую тряпичную сумку с длинной ручкой, две пары сменного нижнего белья и ещё кое-что по мелочи. На первое время.

Прежде чем уложить вещи в сумку, достаю и пересчитываю те небольшие сбережения, что у меня есть. Прикидываю, по сколько смогу тратить, чтобы их хватило на два месяца.

В последний раз окинув комнату взглядом, цепляю сумку через плечо, тихонько открываю дверь и на носочках выхожу в коридор. Подумав, запираю дверь на ключ и забираю его с собой.

Это даст немного дополнительного времени, когда меня хватятся. А ключ… Выброшу по дороге.

Сначала в голове появляется шальная мысль заглянуть на кухню и взять с собой что-то из еды. Но я не рискую. Вот доберусь в столицу и куплю поесть.

Отец в такую рань наверняка ещё спит. Но что-то подсказывает, что господин Григгс задержался в гостях. А мне, признаться, меньше всего хочется столкнуться с ним, находясь в шаге от свободы.

Выскользнув, наконец, на улицу, срываюсь и бегу без оглядки прочь, в сторону остановки экспресса, отправляющегося в столицу…

О ней в моей памяти хранятся лишь нечёткие отрывки детских воспоминаний.

Я не помню даже толком, откуда они берутся в моей голове. Не помню, как и когда попали туда.

Эти воспоминания всплывают из глубины сознания сами собой, стоит мне выйти из салона экспресса и увидеть высокое здание из сверкающего на солнце органического стекла.

Я точно знаю, что передо мной тоннельный порт. Быстрый и комфортный способ путешествий между планетами, входящими в состав Содружества. Дорогостоящее удовольствие для богачей.

Когда-нибудь у меня тоже будет достаточно денег, чтобы воспользоваться таким портом и сбежать туда, где женщин не используют как вещь. А пока…

Я мечтательно и немного грустно вздыхаю.

Пока в моей сумке столько денег, что хватит их лишь на еду и на то, чтобы снять недорогой номер в гостинице.

Собственно, этим я и собираюсь заняться в ближайшее время. Найти небольшую, скромную гостиницу подальше от центра города.

Оглядываюсь по сторонам в поисках каких-нибудь указателей, которые помогут мне сориентироваться. И о, чудо! Через дорогу замечаю остановку, над которой зелёными огоньками мигает вывеска с указанием маршрута: «Тоннельный порт — Агентство ЛАВ — Гостиница».

Ни минуты не сомневаясь в правильности решения, бегу через дорогу и сажусь в первый же подъехавший экспресс.

Нужная мне остановка оказывается самой последней. К тому моменту в салоне остаюсь только я.

Расплатившись за проезд, выскакиваю из экспресса на улицу и оказываюсь буквально в паре шагов от небольшого двухэтажного строения. Это и есть гостиница, если верить надписи на золотистой табличке.

Открываю дверь и захожу в холл.

Аромат горячей сдобы и ванили ударяет в нос, напоминая о том, что я так и не позавтракала. Сглатываю слюну и подхожу к столу администратора.

— Здравствуйте, — здороваюсь я с полным, чуть лысоватым мужчиной в очках, делающим какие-то пометки карандашом в толстой тетради. — Мне нужен одноместный номер. С удобствами, но не дорогой.

Карандаш в руке мужчины замирает над листом бумаги.

— Не дорогой и с удобствами? — Он сдвигает очки на кончик носа и пробегает оценивающим взглядом по моей одежде и сумке. — У вас нет багажа. Хотите снять номер на день? Два?

— О, нет-нет, я собираюсь выйти на работу и задержаться в столице надолго, — форсирую я события. — Не беспокойтесь, у меня есть деньги.

— Вот как? — усмехается мужчина, возвращая очки на место. Откладывает в сторону карандаш и захлопывает тетрадь. — Цена в девяносто галаксов вас устроит?

— Девяносто за месяц? — на всякий случай уточняю я, прищурившись.

Мужчина опирается ладонями о стол и смотрит на меня уже с подозрением.

— За сутки, детка! Это столица, а не деревня. За девяносто галаксов в месяц здесь никто даже свой зад не почешет.

Огорошенная такой непомерно высокой ценой, давлюсь воздухом. Но к счастью, всё-таки сдерживаю едва не слетевшее с губ ругательство.

Я рассчитывала поселиться в гостинице минимум на месяц. Только при таком раскладе моих сбережений хватит чуть больше чем на три недели. А нужно ведь ещё купить одежду и еду.

— Я могу снять номер на пять дней, а потом продлить проживание? — Мозг неожиданно подсказывает решение моей проблемы.

— Сожалею, но наша гостиница не практикует пролонгацию, — качает мужчина головой. — Однако я могу предложить компромисс…

— Компромисс какого рода? — На несколько мгновений наши взгляды скрещиваются.

Что такого может предложить мне этот господин? Чем может заинтересовать?

Из-за событий, связанных с тем, как поступил со мной Люциан Григгс, я не уверена, что хочу слышать предложение администратора гостиницы.

— Видите ли, несмотря на ваш юный возраст, вы кажетесь мне девушкой самостоятельной и вполне разумной, — начинает мужчина издалека. И это ещё больше настораживает меня. — Я готов предоставить вам бесплатное проживание и питание в моей гостинице. Эм… В обмен на кое-какие услуги.

— Мне кажется, или вы приняли меня за девицу лёгкого поведения?! — упираю я руки в боки и стискиваю зубы, чтобы не высказать мужчине в глаза оскорбительные слова, что так и рвутся из меня.

— Нет-нет, вы не так поняли! — меняется он в лице и машет руками. — Я собирался предложить вам работу. На меня. А в качестве оплаты на испытательный срок… ну, скажем, две недели… вы получите еду, крышу над головой и… — Мужчина двумя пальцами чертит в воздухе вертикальную линию, идущую вдоль моего тела. — И всё, что вам будет необходимо на первое время. Если выдержите испытательный срок и пожелаете остаться, обсудим повышение вашей зарплаты. Что скажете?

Я ничего не говорю. Просто понятия не имею, что сказать.

Неожиданное предложение этого человека кажется мне более чем необычным и подозрительным.

Возникает ощущение, что меня просто нагло дурят и собираются использовать в чём-то незаконном. А с другой стороны я прекрасно осознаю необходимость найти работу. Хотя бы на первое время. Иначе очень скоро мне придётся признать собственную никчёмность, вернуться домой и стать постельной игрушкой в руках Люциана Григгса.

— Что скажете о моём предложении? — повторяя вопрос, напоминает о себе мужчина.

— Прежде чем ответить, могу я узнать, в чём будет заключаться работа на вас?

— Разумеется, — трясёт он головой так яростно, словно моё согласие уже лежит в его кармане. — Меня зовут Эрлон Нирз. Помимо этой гостиницы я владею небольшим агентством.

— Агентством? — Переспрашиваю удивлённо, а перед глазами возникает надпись над остановкой. — Оно, случайно, называется не ЛАВ.

Лицо господина Нирза внезапно добреет, и по его губам проскальзывает мимолётная улыбка.

— Нет, что вы. ЛАВ — это очень известное брачное агентство с филиалами по всему Содружеству. У моей конторы иная специализация. Само собой, всё строго конфиденциально. — По тому, как две глубокие морщины прорезают лоб моего потенциального работодателя, становится ясно, что он тщательно подбирает каждое слово. — Ко мне обращаются за помощью разные люди. Иногда это невесты, желающие проверить женихов на верность. Иногда жёны просят проучить изменившего мужа. Вам всё расскажут и научат. Конечно, если примете предложение.

Хозяин гостиницы замолкает, а я, задумавшись, на миг отвожу взгляд в сторону.

Мне чертовски не нравится предложение. Более того, я не могу объяснить, как, но чувствую недосказанность в словах Эрлона Нирза.

В голове в тот же миг будто щёлкает какой-то переключатель, и я мысленно повторяю всего одну фразу: просят проучить…

Разве не этого я хочу? Однажды найти и проучить Люциана Григгса за то, что сделал со мной.

Прикрываю глаза и представляю жениха, стоящего передо мной на коленях и умоляющего о прощении.

Губы невольно растягиваются в улыбке. Открываю глаза и киваю.

— Я готова принять ваше предложение, господин Нирз.