О «подарке» аптекаря, совместной работе и результатах

Утро было добрым. Несмелые лучики осеннего солнышка ласкали кожу, а за окном вишня, как первая предвестница наступающей осени, начала терять свои листья. Я довольно долго следила взглядом за кружащимся пожелтевшим листом, пока не вспомнила, почему собственно я сплю не в своей спальне на втором этаже, где всей этой красоты не видно, а в лаборатории.

Вчерашние проблемы словно остались позади, заставляя меня радоваться новому дню.

Я неспешно собиралась: утренние процедуры, выбор одежды, легкий завтрак и настой из розовых лепестков и мелисы для поднятия настроения.

Время уже давно перевалило за полдень, когда в мою дверь постучали. Довольно требовательно, отчего я сразу решила, что это точно не Эдриан. Кошмар, даже простой стук в дверь заставляет меня думать об том несносном маге.

— Доброго дня, госпожа ведьма, — на пороге стояла одна из вчерашних девиц, что подкарауливали меня по пути. Она воровато озиралась в округ, как вчерашний стражник, чтобы никто не дай Боги не увидел ее рядом со мной. — Я эт… — замялась она, вновь кидая взгляд на улицу. — Я бы хотела зелья заказать.

— А что же так? — уточнила я, не собираясь пускать вчерашнего врага на порог.

— Ну так а у кого еще? У господина Оливера тепереча нет ничего. Говорит, что закрывать аптеку будет. Староват он стал.

— Ну чтож, — я постаралась улыбнуться не скалясь, но судя по тому, как вздрогнула девица, не скалясь не получилось — Проходи. Помогу чем смогу.

Девице потребовалось лекарство от атопического дерматита, покрывающего кожу безобразными блямбами. Выдав мазь и назвав цену в два раза дороже — Ну не могла я спустить вчерашнее происшествие с рук — я проводила девицу до двери, чтобы сразу натолкнуться на следующего клиента — одну из дамочек, что кричали обидные слова через забор.

Смерив друг друга взглядами, обе клиентки разошлись в разные стороны.

— Мне бы средство от молочницы… — жалобно блеяла она, а я восседала в своем кресле как королева, имея право наслаждаться своим триумфом.

И так дальше. Люди шли непрерывным потоком. Казалось, что у всех закончились мази/крема/настойки и только я могу их спасти. Цену я завышала ровно в два раза, но никто, видимо понимая причину такого отношения, не спорил, покорно расчехляя свои кошели. Но надо отдать должное и мне, я ни словом, ни взглядом, не показала что вчерашнее приключение как-то отразилось на мне. Я была все так же мила… Ладно, кого я обманываю, я была все так же немногословна, так же угрюма и в меру язвительна, так что экзамен на умение контролировать свои порывы я сдала.

К ужину поток клиентов иссяк, я наконец смогла выдохнуть и подумать о происходящем…

— Демоны, — воскликнула я и побежала из дома как была — в домашнем платье и мягких туфельках, лишь прихватив с собой пузырек с зельем для Софи. Со всеми этими посетителями я совершено забыла о нашем больном!

Следующая мысль была более трезвой: Если бы Софи опять полезла в мозг нашего подозреваемого — свидетеля, Эдриан не позволил бы этого без усиления концентрации, а следовательно он бы в любом случае пришел ко мне. Но он не приходил, а значит еще ничего не началось. — Эта мысль отрезвила, позволяя перейти на быстрый шаг, а через десяток секунд вновь пуститься в бег.

Крик был слышан еще с улицы. Не разобрать в этом потоке брань главную целительницу города и старшего стража не смог бы разве что глухой.

— … а я еще раз повторяю, что я запрещаю воздействовать на больного, — орала Фрония.

— Демоны, женщина, я еще раз повторяю, что это дело государственной важности, — парировал Уолли.

Чем ближе я подходила, тем отчетливее были слышны крики. Казалось, что спор происходит где-то рядом со мной, но нет, спорили они в госпитале.

— Что здесь происходит? — спросила я шепотом у стража, стоявшего ближе всего к двери.

— Ведьма не разрешает будить нашего душегуба, боится что тот не переживет вмешательства… — сказал он и только после этого повернулся посмотреть, с кем разговаривал. — Ой, — побледнел он.

— Я — не ведьма, — раздался крик Фронии и стража полетел пузырек с каким-то зельем. — Я еще раз повторяю, — кричала она, — если вам нужен труп на допросе — то пожалуйста, буди, а если тебе нужен ответ, который ваш ручной менталист будет извлекать из недр памяти этого бедолаги — то жди до завтра.

— Завтра может быть поздно…

— А сегодня бесполезно! Вчера Ройс в этого несчастного влила половину собственного резерва, а ему хоть бы что. Подожди ночь, а мы с Афелией еще немного над ним поколдуем, — примирительно закончила лекарка.

— Фрония, ну ты же понимаешь насколько это важно? — спросил Уолли тоже теряя запал. — Мне нужен этот свидетель, а ты его держишь практически в заложниках.

— Бил, он не переживет даже простого пробуждения, а ты говоришь про полноценное сканирование мозга с вскрытием блока наложенного на часть воспоминаний.

Уолли качал головой, видимо поняв, что спорить в данном случае бесполезно.

— Я помогу Афелии, — раздался голос из угла помещения, в котором оперевшись на стену стояла Софи. — Если ты конечно не против. Думаю вдвоем мы сможем несколько больше, а для меня это будет отличный способ настроиться на нашего подозреваемого.

Я кивнула головой, никак не выдавая собственного волнения от предстоящей работы с невестой Эдриана, который, кстати, отнесся к этой затее довольно скептично, но никак не комментируя. Кроме Эдриана за нами наблюдали все. Все жаждали скандала или драки между «невестой» и «любовницей», но мы нарушили их планы.

— Вот и отлично, — хлопнув в ладоши заключила Фрония. — Все остальные могут быть свободны, — с намеком сказала целительница.

Потоптавшись еще несколько секунд, лишний люд покинул целительское крыло, оставляя нас втроем, если не считать двух стражей около кровати нашего больного, который определено выглядел лучше чем вчера, но до выздоровления и правда не дотягивал.

Фрония быстро определила меня на усиление нашего мага, в то время как Софи воздействовала на мозг, залечивала повреждения и скрепляя ауру. Небольшие перерывы на чай и вновь за работу — такой был девиз у главной целительницы города, которая твердой рукой руководила нашими действиями. Несколько раз в целительском крыле появлялись другие больные, на несколько секунд опешившие заметив тандем меня и Софи. Тех, что полегче забирала Фрония — сломанный палец, укус собаки, да отравление, а вот с теми случаями, с которыми простыми настойками да минимальным воздействием не справится, лекарка обращалась к нам. Нам с Софи пришлось оторваться от работы когда принесли мужичка упавшего с крыши дома (серьезные повреждения позвоночника), да ребенка который вылил на себя чан с кипятком.

— А как вы справлялись с такими травмами, когда Афелии не было? — Спросила Софи, когда время близилось к полуночи, а мы, убедившись что сегодняшние пациенты в порядке, ушли в комнату для персонала пить чай с пастилой, которую Фрония достала из небольшого шкафа стоящего в углу.

— Да как-как? — со вздохом сказала лекарка. — Погружала в стазис с помощью зелий и к градоначальнику бежала, за повозкой, и вместе с Оливером — хозяином аптеки — пояснила она для Софи — отвозила в ближайший город, где за них брался настоящий маг… — Фрония говорила это все спокойным тоном, а мне стало стыдно. Стыдно, что не разу даже не подумала предложить помощи или, что там, самостоятельно приготовить зелья для госпиталя.

Конечно, аптека с лихвой оплачивает мои зелья, но я никогда не задумывалась над тем, кто же помогает больнице. Нет, я знала, что, что-то Оливер заказывает из столицы сам, что-то ему присылают из столичных больниц для содержание нашего «крыла», что-то он готовит и реализовывает, но помочь… Наверное Оливер был прав, я дальше собственного носа не замечала.

— Ладно, время позднее, — встрепенулась Фрония, — пора уже расходится.

Допив чай, мы направились к выходу из госпиталя, предварительно заглянув к нашему потерпевшему.

— Афелия, — Софи с блаженной улыбкой смотрела на пострадавшего. — Он приходит в себя.

Несколько раз моргнув глазами, он удивленно посмотрел на нас.

— Не нужно вот этого, — с невиданной для своих габаритов, Фрония подбежала к мужчин и одним махом влила в его рот зелье. Мужчина нахмурился не до конца осознавая что происходит, а через десяток секунд уже крепко спал. — Пускай поспит. Не нужно ему еще в себя приходит. Вы хорошо, девочки, потрудились. Завтра, все разговоры и вопросы завтра. Уверена, Уолли будет штурмовать мое крыло с самого утра. Вы тогда же и подходите.

Мы с Софи вышли на улицу, а за нами оба охранника.

— До завтра, — тепло улыбнулась будущая герцогиня. — Мне было очень приятно с тобой поработать.

— Мне тоже, — я ни капли не лукавила, работа с ментальным магом, особенно такого уровня как Софи Ленгдон, приносила настоящее удовольствие. Не попади мы в такую ситуацию, почему-то, мне кажется, но мы бы с Софи даже смогли бы подружиться. — До завтра, — улыбнулась я. Софи ответила на улыбку и направилась в сторону своего временного пристанища. На миг кольнула мысль, что возвращается она, в отличие от меня не в пустой дом, а к Эдриану, но заметив свет в окне управы, я несколько расслабилась.

Поджидающий меня сопровождающий смотрел на наше общение с невестой столичного мага с удивлением. Наверное мы и правда выглядели вполне довольными сотрудничеством, что, в сложившейся ситуации, несколько странно. Страж держался отдаленно и настороженно, но сегодня мне было на это наплевать. Наплевать на все.

Придя домой, я скинула грязное домашнее платье и завалилась спать в одном белье, даже не озаботившись посещением ванны перед сном.

А утром, едва проснувшись и покончив с процедурами, я побежала обратно в госпиталь, чтобы вновь встретить знакомые лица.

Уолли, счастливо улыбаясь, что-то обсуждал с главной целительницей, стражи, что охраняют нашего подозреваемого, смеясь делились с коллегами по цеху забавными историями, а сам подозреваемый сидел на кровати и жевал кашу. Рядом с ним уже сидела Софи, которая, как и в прошлый раз, настраивалась на работу с воздействием. Эдриан подпирал стенку в самом углу помещения, оглядывая всех находящихся настороженным взглядом явно не разделяя всеобщего веселья.

Я бодрой походкой направилась прямиком к Софи, чтобы передать ей бутылочку с зельем.

— Спасибо, — тепло улыбнулась ментальный маг. — Я уже настроилась, но все равно, думаю это — она покачала пузырек, — будет не лишним.

Видя, что все в сборе, Уолли оторвался от целительницы и, чеканя шаг, направился к нам. Для стражей это стало своеобразным сигналом. Все веселье в миг улетучилось, а в помещение повисла гнетущая атмосфера ожидания.

— Леди, — он склонил перед нами голову — Мы ожидаем вашей отмашки.

— Да я уже готова, — как-то неуверенно произнесла Софи.

— Не волнуйся, — я постаралась, чтобы мой голос был как можно более спокойным, хотя что скрывать, я волновалась не на шутку. Еще один такой удар и нашего свидетеля можно записывать на прием к криминалисту. — Я попробую подкорректировать воздействие или просто смягчить удар, если потребуется.

— Хорошо. — Выдохнув, Софи улыбнулась.

Наш подозреваемый отставил тарелку и с удобством улегся на подушки прикрывая глаза и как бы говоря: «Делайте что хотите».

Как и в прошлый раз, Софи положила руки на виски и начала воздействие. В прошлый раз я не особо всматривалась в плетения, но сейчас, стараясь исполнить данное магичке слово, я следила за каждым изменением маг. фона. Синие ленты неспешно опутывают голову, приникая в подкорку и высвобождая старые воспоминания, которые только Софи может считывать. Вторжение прошло без проблем. Открытый разум сыграл свою роль, никак не препятствуя проникновению. Софи медленнее, но увереннее чем в прошлый раз, исследовала потаенные мысли нашего свидетеля.

— Он никогда никого не убивал, — спустя некоторое время сказала магичка. — А еще, у него в активной фазе развита душевная болезнь. Афелия, ты видишь? — Обратилась она ко мне не разрывая ментального контакта.

А я видела. Видела, как магические ленты заклинания возвращаются к Софи с неестественными черными вкраплениями. Точки болезни, болезни мозга. Такое нельзя поделать.

— Так, — Софи чуть усилила нажим, но наш потерпевший никак не отреагировал. — Могу сказать, что из-за болезни многие его воспоминания кажутся несколько неестественными. К примеру, он искренне считает, что он убил корову. В его воспоминаниях, она лежит мертвым грузом, поражённая магической молнией. Сняв пласт болезни, я смогла вычленить, что корова была мертва задолго до его прихода.

— Это не важно, — воскликнул Уолли, но на него сразу шикнули со всех сторон. — Почему он считает, что убил людей? — тише спросил страж.

— Он их видел. — магичка усилила нажим, но — теперь уже точно! — наш свидетель глухо застонал и Софи пришлось делать шаг назад. — Он видел трупы, по крайней мере двоих. Он знал их. Он знал их раньше, но… Демоны, — Софи выдохнула и синие ленты воздействия потянулись назад — Блок. В том числе и на эти воспоминания.

Софи несколько секунд сидела в тишине раздумывая над тем, как обойти неприятную преграду.

— Попробуй с другой стороны, — предложила я, делая шаг вперед. — Попробуй понять, когда появилась эта преграда.

Кивнув, магичка вновь выпустила путы.

— Так, — начала вновь рассказ она — Я плохо вижу детство. Оно все покрыто пятнами болезни. Нет, — остановилась она. — Не все. До появления магических способностей — А это до достижения шести лет — я вижу. А вот с появлением магии — там все сложно.

— Аккуратнее, — попросила я, когда Софи в очередной раз попыталась усилить нажим.

— Война, — глухо сказала менталистка. — Кровь. Боль. Пожар — это самые яркие воспоминания после появления магии. Он все видел. Боги, — руки у магички задрожали. Я подошла ближе, лишь успокаивающе сжав плечо. Она сглотнула и стала считывать поддавшиеся воспоминания. — Я нашла момент когда появился блок. Он поставил себе его сам.

— Что ты видишь? — нетерпеливо притопывая спросил Уолли.

— Робин, — теперь для нее он стал не просто человеком/подозреваемым/свидетелем — он стал для нее Робином Бортом, человеком, личностью. Спустя некоторое время, память Софи затрет чужеродные мысли, но сейчас, сейчас она пережила все те невзгоды, что свалились на мага вместе с ним. — Магия проснулась в шесть, как и у всех, но родители — обычные крестьяне — понятия не имели что с этим делать. Отвели к священнику, где Робина долгое время использовала церковь в качестве подопытного кролика, вводя сначала святую воду — чтобы изгнать злой дух, а потом какие-то настои. Вовремя пришедшая мама смогла предотвратить это безобразие и забрать своего ребенка домой. Собственно здесь и появились панические атаки и психологические проблемы. Дальше воспоминания размыты… Война. Первый год. Снег. Робин сидит в темном чулане, куда его запихнула мама, когда в дом ворвались, — Софи вздрогнула и мелко затряслась, роняя соленые капли на белую простынь. — Мама… Солдаты… их так много, — Софи прикрыла глаза и отрицательно закачала головой, как бы отгоняя чужие воспоминания. — Я не могу. — Прошептала она, но руки, к счастью, не убрала.

— Не смотри, отгони непрошенные воспоминания, — ко мне подошел Эдриан, вставая рядом с невестой. — Не зацикливайся на этом воспоминании. Отбрось его.

Софи глубоко вздохнула и, успокоившись, продолжила.

— Война подходит к концу, он прячется в разрушенном доме, спит на газете и ест рыбу которую сам же и поймал. В тот день он возвращался с рыбалки неся в свою «крепость» отличный улов, но услышал шум. Он боялся солдат, всех без исключения, поэтому первым делом спрятался в щель между домами, прикрываясь старой коробкой, чтобы его не заметили, но выпившая компания не обращала внимания на чужака. Они шли, весело переговариваясь, но я не могу разобрать слов. Видимо Робин тоже не слышал о чем говорили проходящие, но с каждым их шагом его страх увеличивался. Они громко смеялись, курили одну самокрутку на всех и запивали крепленным вином. Они прошли мимо укрытия и Робин уже собирался выбраться, когда мимо него пронесся человек. Нет, не человек… оборотень. Полу-трансформировавшийся. Он бросился на компанию, продолжая трансформироваться…

«Как наяву передо мной появился маленький проулок, в котором прячется молодой парень лет шестнадцати за грязной коробкой. Проходит подвыпившая компания из шести солдат, весело смеющихся и курящие самокрутку, передавая ее по кругу. Когда, казалось бы, беда прошла стороной, пронесся оборотень кидающийся на компанию. Ужас появился на лицах мужчин. Длинные когти из трансформировавшейся лапы проносятся в непосредственной близости от лица одного из солдат, но он успевает увернуться. Пока остальные стараются сориентироваться в происходящем, один из парней рывком дергает оборотня на себя и падает на землю. Завязывается драка.

— Мочи его, собаку эту, — подначивает тот, что стоял ближе к дерущимся, но его не слышат. Все внимание занимает только предстоящая драка. Драка не на жизнь — на смерть. Оба противника знают — один из них останется навсегда в этот проулке, пропахшем тухлятиной. Силы практически равны — молодой полу-оборотень, жаждущий мести и оборотень, что борется за свое право сильнейшего.»

— Откуда тут взялся полу-оборотень? — разорвал видение Уолли, подошедший еще ближе. — Была же компания выпивох и оборотень, что кинулся на них.

— Один из компании был полукровка. Если бы не он, то исход «сражения» был бы предрешен. — Недовольно ответила Софи, возвращая меня в мир чужих воспоминаний.

«Драка набирает обороты. Оба дерутся в неполном обороте. Полу-оборотень из-за собственной физиологии, а оборотень — из-за травм, полученных ранее. Пара ударов и исход становится очевиден. Ловкость и молодость победили силу и опыт. Скинув с себя противника, полу-оборотень нанес несколько точных ударов, не убивая, но превращая тело недавнего врага в кашу.

— Ты что, собака, совсем страх потерял? — спросил полу-оборотень у лежащего у его ног противника. — Ты на кого скалиться, тварь, пытаешься?

Плевок в лицо прозвучал как взрыв магического шара. Полу-оборотень вытер лицо и ударил. Со всей силы. До укрытия Робина донеслись звуки ломающихся костей и стон полный боли.

— Я тебя, тварь, сломаю и не поморщусь, — прорычал взбешенный зверь, начиная месить противника. — Ты свой шанс на жизнь потерял. Отправишься к своей подстилке и прикроватному коврику, урод. — Он избивал еще очень долго, пока оборотень не перестал отбиваться оставаясь лежать на холодной земле.

После того как с избиением было покончено, полу-оборотень сплюнул на тело поверженного врага и собрав своих друзей, продолжил путь.

Робин еще некоторое время сидел в своем укрытии, не решаясь высунуться. Через несколько минут, когда стало ясно что полу-оборотень со своими друзьями покинул квартал, маг вылез из укрытия и пошел к тому, что осталось от некогда живого существа.

— Клянусь, клянусь памятью о жене и дочке, что я найду их и отомщу, — шептали губы умирающего волка. — Найду и отомщу. Всех. Все шестеро поплатятся за то, что сделали со мной, с ней, ними… — Робин опустился на колени перед оборотнем, не зная как помочь.

— Ну-ка, — послышался сзади веселый голос лекаря, который не раз и не два подкармливал голодного Робина, — Давай-ка поможем ему? — спросил лекарь, указывая на оборотня.

Робин кивнул, стесняясь заговорить с мужчиной.

Они вместе перенесли изломанное тело оборотня, который перестал подавать признаки жизни, в небольшую комнатушку оборудованную под лазарет.

— Вот и хорошо, вот и славно, — приговаривал лекарь, оттесняя юного мага к дверям, чтобы тот не смотрел на кровь. — Поди, Роби, прогуляйся, — посоветовал лекарь, прикрывая собой оборотня.

Кивнув, Робин покинул лазарет и направился обратно к своему убежищу, но по пути решил посмотреть, откуда пришел пострадавший. Мелкими перебежками, от одного дома к другому, Робин дошел до небольшого домика, стоявшего на самом отшибе. Скрипнув дверью, Робин зашел внутрь, чтобы через минуту покинуть дом, с криком и диким воем падая на землю. Слезы лились из его глаз, руки рвали горло, в которое перестал поступать воздух, а желудок сводило спазмами. В доме, на полу, лежало двое. Мать и дочь. Мертвы. Мертвы так же, как и мать Робина.

Не в силах справится с происходящим, маг бросился к единственному человеку которому доверял, к лекарю помогавшему ему все эти годы.

Лекарь сидел на полу, раскачиваясь из стороны в сторону, а кушетка, на которую только недавно Робин сам, лично, положил избитого оборотня была пуста. Последней каплей для мага стало видение, как единственной его друг упал на пол и безжизненным взглядом смотрел в потолок.»

В госпитале было тихо. Софи смотрела в стену перед собой, не в силах даже пошевелиться, лишь руки безжизненными плетями упали вдоль тела.

— Именно на эти события был поставлен блок?

— Да, — он закрыл все, что связанно с этими существами.

Наш свидетель заворочался. Во время ментального воздействия он находился в своеобразном трансе, а сейчас стал приходить в себя. Старые воспоминания, как только что вскрытый нарыв, тревожили его душу, выливаясь не только в моральные терзания, но и в физический дискомфорт. Его сердце ускорило свой ход, норовя выпрыгнуть из груди. Легким прикосновением к виску, я отправила мужчину в крепкий сон, давая ему время осмыслить произошедшее, а нам придумать как не убить несчастного.

— Сможешь описать нападавших? — спросил Уолли, когда пострадавший перестал ворочаться.

— Это не имеет смысла, — впервые за все время своеобразного эксперимента заговорил криминалист. — Я и так скажу вам, если и правда все наши покойные участники тех событий, кого не хватает.

— Стелли, — одернул Уолли криминалиста. — Мы здесь собрались не для этого. Это, можно сказать, следственные мероприятия. Сейчас вы должны лишь удостовериться в правильности его проведения.

Стелли фыркнув отошел от собравшегося люда. Эдриан, что незримой, но монументальной стеной стоял за спиной Софи, приблизился еще ближе, успокаивающе сжал плечи. На специально придвинутую тумбочку, выложили с десяток маг-картинок, на которых были запечатлены самые разные мужчины, включая покойных, из которых она должна была выбрать участников событий двадцатилетней давности.

— Вот этот и вот этот — точно, а остальные очень сильно изменились. — Софи безошибочно указала на самых первых пострадавших. Некоторое время спустя, когда были отобраны пять фотографий, в которых Софи узнала участников тех злосчастных событий, а старший страж расхаживал вперед-назад раздумывая над сложившейся ситуацией, с каплей самодовольства заговорил криминалист.

— Собственно все так, как я и говорил. Не хватает только полу-оборотня. Потому что все убитые ранее были обычными людьми — результаты вскрытия тому доказательство. Мы можем не бояться за жителей нашего города, ведь кроме стража Брукса смесков у нас нет.

— А как же отец Мадины? — спросила я, непонимающе глядя на криминалиста.

Уолли замедлил свой ход, возвращаясь к кровати пациента.

— В городе есть еще один смесок?

— Да, — вместо меня ответила Фрония, — Он полу- оборотень, но об этом мало кто знает. Вообще, похоже, только я, да ты. Его происхождение никогда не афишировалось.

Я вспомнила недавнюю склоку устроенную женской компанией, казалось, что все прекрасно знают о происхождении Мадины, но в слух я этого произносить не стала, а вот Эдриан все так же продолжавший стоять за спиной Софи бросил на меня быстрый задумчивый взгляд.

— Ее отец очень давно хранит тайну своего происхождения. И да, он, как и погибшие до этого, прибыл в наш город с юга.

— Тогда чего мы ждем? — воскликнул Уолли — Надо срочно его найти. Время до следующей фазы луны еще есть. Мы должны узнать, что произошло больше двадцати лет назад!

Часть стражей во главе со старшим стражем и криминалистом, покинули помещение госпиталя, оставив нас с Софи, Эдрианом и Фронией в гнетущей тишине.

— Как думаешь, он еще в городе? — спросила Софи, обращаясь, как ни странно, ко мне.

— Не знаю, но боюсь, что нам надо готовиться к худшему.

— Сейчас только полдень, — задумчиво произнес Эдриан. — Даже если он и пропал, то убийца… его время сумерки. Он еще жив.

— Тогда нам надо постараться его найти, — воскликнула Софи резко поднимаясь с кровати, но от большой магической затраты энергии ее повело в сторону, Эдриан едва успел поймать менталистку.

— Я согласен со столичной выскочкой, — Сай стоял в дверях небрежно облокотившись на дверной косяк. — Если кузнец умудрялся скрывать свою особенность даже от меня — это значит, что едва запахло жаренным, он покинул город. Едва он понял, что идут за участниками тех событий, он не станет сидеть сложа руки.

— Как же нам его найти? — Софи нахмурилась, высвобождаясь из крепких рук Эдриана.

— Можно попробовать сварить зелье поиска, — предложила я, просчитывая в голове возможные варианты.

— Нет его крови…

— И вообще ничего нет, — в госпиталь вновь вернулся Уолли чеканя шаг. — Эта гнида скрылась.

— Он же, вроде, потерпевший, — со смешком уточнил Эдриан.

— Нет! — отрезал Уолли, — Он гнида, скрывшаяся едва запахло жаренным. Его жена сказала, что ушел он еще три дня назад, наказав дочери не приближаться к столичному магу и ведьме.

«Так вот откуда она узнала» — пронеслось у меня в голове. Сама Мадина не могла учуять нас вместе, значит ей подсказал кто-то, кто обладает волчьем чутьем — к примеру, ее отец.

— Дочь и жену предупредил об опасности? — Эдриан подошел ближе к старшему стражу.

— Нет, он даже не предупредил о своем уходе. Все произошло в один день. Жена ушла в поле со скотиной, а когда вернулась — ни мужа, ни вещей.

— Мы можем попытаться найти его через его дочь, — слушать виртуозные ругательства старшего стража мне не хотелось, поэтому я начала думать о том, как же найти беглеца.

Вариант с дочерью был не самым надежным, но в сложившейся ситуации он был единственным. Да, займет больше времени и по точности будет отставать от поиска по крови, но у нас хотя бы будет шанс.

— Что для этого нужно? — решительно шагнув в мою сторону уточнил Уолли и я поняла, если понадобиться, он сцедит всю кровь у наследницы кузнеца.

— Ничего особенного. Приведите Мадину ко мне домой, где-то через пол часа, а я пока что подготовлюсь.

Кивнув, Уолли и Саймон покинули наше общество, оставляя наш любовный треугольник (если не считать Фронии, что копошилась за ширмой, и двух стражей, приставленных охранять нашего свидетеля) наедине.

— Тебе помощь будет нужна? — уточнил Эдриан, обеспокоено поглядывая на невесту, которая была белее снега.

— Да, я не откажусь от помощи, — Софи печально улыбнулась, — Но если ты намерен на сегодняшний день стать моим подмастерьем, то нам нужно позаботиться о Софи. У меня есть укрепляющая настойка, думаю она снимет все последствия воздействия и уменьшит побочный эффект.

Эдриан улыбнулся мне с благодарностью, поднимая и поддерживая невесту за талию.

Странно, но я не испытывала в данную минуту ни ревности, ни зависти, ни, тем более, ненависти к девушке, по праву считавшейся невестой Эдриана. Мне не было даже больно, словно мой мужчина помогает старой знакомой в сложной ситуации. И нет, я не разлюбила, иначе я бы не обращали внимание и не замирала истуканом на каждый жест, каждый взгляд брошенный в мою сторону.

До дома мы добрались довольно быстро. Конечно, не обошлось без сопровождающих нас взглядов и шепота в спину, но нам было все равно. Шли молча. Каждый думал о своем. Я в очередной раз старалась припомнить все нюансы зелья, необходимого нам для продолжения поисков последнего пропавшего. Была ли вероятность, что ему удалось скрыться? Возможно ли, что ему, можно сказать зачинщику всего произошедшего удалось избежать наказания? Есть ли шанс, что зелье поможет и мы найдем его живым? — эти и другие вопросы роились в моей голове, не давая как следует сосредоточится.

— Мы справимся, — словно почувствовав мое волнение, сказал Эдриан. — Он жив.

— Но он трое суток в бегах. Какова вероятность, что наш оборотень еще его не нашел?

— Шанс есть. Помнишь, что смесок победил оборотня в честном бою?

— Честный? — фыркнула Софи — Оборотень был на последнем издыхании, но все равно дал отпор.

Дома менталистку уложили на диван в лаборатории, вручив чашку с мятным чаем, — для Софи мята была тем самым ингредиентом повышающим уровень регенерации магического потенциала — а мы с Эдрианом стали готовиться к приходу Мадины. Действовали слажено, словно уже много лет подряд мы занимаемся этим вместе: вместе готовим обед, вместе ведем хозяйство, вместе занимаемся магией и вместе просыпаемся каждое утро. Мы чувствовали друг друга на расстоянии, а Софи… Софи не решалась нам помешать, хотя я и видела, в глубине ее глаз боль.

Мадину привели уже в вечернем часу. Недовольно сморщившись, с королевским величием, она протянула руку для сбора материала. Давно канули в небытие садистские надрезы на запястье — кроме тех случаев, когда ритуал не предполагает других вариантов — заменив варварские методы на вполне безобидные магические уколы способные распороть кожу не занося грязь и микробы в открытую рану, а после запечатать место укола.

— Готово, — я взболтала пробирку полную крови, вглядываясь в структуру.

— А вы… — спесь спала с девушки, едва она поняла зачем ее привели в дом к блудной ведьме — вы хотите спасти моего отца? Он попал в беду? Я слышала, что это связанно с исчезновением дяди Рубика и дяди Лори.

— Ты знала отшельников? — уточнил Уолли недовольно взирая на девушки.

— Да, они приходили к нам, когда я была маленькой, но потом папа сказал, что им больше не рады в нашем доме. Мне тогда было лет восемь, когда папа прогнал их. Я помню, мы играли. Они завязывали мне глаза и раскручивали и я должна была их трогать и понять, кто есть кто. Они часто со мной играли.

— А где ты их трогала? — сглотнув спросил Эдриан.

— Да куда попадала, я же ребенком была, к тому же ростом не вышла… В тот день папа вошел в дом и увидел наши игры, как он орал…

— Мы сделаем все возможное, чтобы найти твоего отца, — пообещал Уолли, выпроваживая Мадину за порог.

— Вы поняли, что это значит? — спросил Саймон, залезая на высокую табуретку, пока я смешивала в котле ингредиенты.

Время близилось к ночи. Вероятности, что сегодня мы кого-нибудь найдем практически не оставалось. Сегодня мы опоздали, но тешила мысль, что до следующей лунной фазы у нас еще есть двое суток.

— Да, — Уолли скрестил руки на груди, вглядываясь в даль. — У оборотня была дочь?

Софи кивнула, припоминая разговор.

— И жена?

Очередной кивок и повисшая тишина.

— Я начинаю понимать, какой мотив мести… И да, я бы сам убил, если бы кто-то посмел… — Уолли сглотнул.

— Бил, — Эдриан подошел ближе к старшему стражу и положил руку на плечо. Я впервые слышала, чтобы к старшему стражу кто-то обращался по имени, поэтому такое панибратство резануло уши — Чтобы не произошло двадцать пять лет назад, мы все равно должны остановить убийцу. Чтобы. Не. Произошло. — Практически по слогам произнес столичный маг.

— Ладно, — вздохнул старший страж. — Ройс, — окликнул он меня, — Как долго еще ждать?

Я перевела взгляд на бурлящий котел, с котла на часы, а оттуда на пробирку с алой жидкостью, которую мне еще предстояло разобрать на составные части.

— Не меньше девяти часов и это при хороших обстоятельствах, — Уолли выругался.

— Ладно, я пойду домой, отдохну и приведу себя в порядок, а вы — он строго обвел нас взглядом, — Едва зелье будет готово, пошлите мне маяк. Без меня никаких действий не предпринимать! — Строгий взгляд, поджатые губы, военная выправка — даже без магии Уолли мог впечатлить. Ранее служивший в одном из перспективнейших отделов столичного управления — Уолли подавал огромные надежды, пока в один ужасный день из-за ошибки командования не попал в плен к врагам государства. Силы едва хватило магу, чтобы выбраться из передряги живым, но потеряв магию.

Мы остались вчетвером. Сай сидел на высоком стуле, подложив руки под голову и, казалось, задремав. Софи, свернувшись калачиком на диване, уснула, а мы с Эдрианом продолжали ворожить.

После трех часов изнуряющей работы, я наконец смогла расслабиться.

— Теперь дело за магией, — я отставила глубокую миску, в которую залила последний ингредиент — выжимку из семицвета. — Нам тоже не мешало бы отдохнуть.

Эдриан сел ближе ко мне, заглядывая в глаза.

— Как ты? Устала? — с тревогой в голосе уточнил он.

— Устала, — не став противиться собственным желаниям, я положила голову на его плечо.

Саймон уже давно перешел в гостиную, откуда теперь раздавался громогласный храп.

— Иди спать, а я пока уберусь, — Эдриан невесомо провел рукой по моим волосам и коснулся губами моей макушки.

Я ушла, оставив его с беспорядком, которым безусловно сопровождается любая ворожоба требующая ста процентов внимания.

Уснула я едва коснувшись подушки, а проснулась, когда матрац прогнулся под тяжестью второго тела.

— Этого всего лишь я, — прошептал мой мужчина, притягивая меня в свои объятия.

— Ты наконец рядом, — сквозь сон шептала я в ответ. — Не уходи больше.

— Не уйду, — пообещал он, — Я рядом. Я сделаю все, чтобы всегда быть рядом.

Я вновь уснула, только в этот раз мой сон был куда более счастливее.