Глава 8

Проснулись мы с фамильяром далеко за полдень. Чтобы скоротать время до вечера я решила позаниматься медитацией, а потом под руководством кота стала пытаться зажечь свечу. Получалось не очень… – Лиска, вот что ты делаешь? – возмущался пушистый. – Что ты сидишь ее гипнотизируешь? Думаешь, она не выдержит твоего сердитого взгляда и загорится от испуга? – Я концентрируюсь на своей силе, как учил Алекс, – огрызнулась я. – Мало на ней концентрироваться. Ты должна захотеть зажечь свечу. Сильно и искренне. – Я хочу! – Неа, – покачал головой кот. – Ты пытаешься и усердствуешь. Ведьмовство так не работает. – И что же я должна делать? – Вперив недовольный взгляд в кота, я скрестила руки на груди. – А ты подумай и вспомни: что предшествовало тому моменту, когда метелка ожила? – хитро прищурился фамильяр. – Я произнесла заклинание, которое ты мне сказал. – А еще? – Ну… – задумалась я. – В какой-то момент я решила, что у меня ничего не выйдет, и подумывала сдаться. Но мне так сильно хотелось сбежать из дворца, что я попробовала еще раз. И еще раз. И потом все вышло как будто само собой… Я замолкла, начиная понимать, что пытается донести до меня Альберт. – Вот! – воскликнул кот. – Ты хотела. Очень сильно хотела. Ведьмовская сила работает именно на желании. Чем больше твое желание заряжено эмоциями, тем сильнее колдовство. В момент, когда ты отправляешь импульс своей силе, ты должна верить, что все получится. Не на десятый или сотый раз, а прямо сейчас, в эту самую секунду. Потому как искренняя вера – одна из самых сильных энергетических вибраций. С помощью силы своей веры древние ведьмы даже могли общаться с богами. – Хочешь сказать, мне просто нужно вложить веру в свое колдовство и все получится? – с небольшой долей скепсиса спросила я. – Если избавишься от малейших сомнений – да, – кивнул Альберт. – Пойми, маги и ведьмы сильно отличаются. Магия – это искусство, которое нужно оттачивать постоянной практикой. Ведьмовство же более стихийно. Оно, разумеется, тоже требует практики, но ведьма колдует интуитивно, без четких схем и структур. Ей достаточно просто захотеть и пропустить через себя силу, преобразовав энергию посредством заклинания. Теперь понятно? – Общий смысл я уловила. Но все равно это как-то сложно… – Ты не думай, а пробуй заново, – скомандовал пушистый учитель. «Просто поверить… Черт, это гораздо сложнее, чем кажется!» – сердито закусила я губу, снова уставившись на свечу. Всю жизнь меня учили: чтобы добиться чего-то значимого – нужно пахать, зубрить, ежедневно вкладывать свои силы и время. И только тогда, спустя время, ты, возможно, придешь к тому результату, который нарисовало твое воображение. Теперь же мне говорят: «Просто поверь и все получится». «Ну и бред! Разве так бывает?!» – мозг активно сопротивлялся новой концепции. А что, если все-таки бывает?.. Если хотя бы допустить на секундочку такую мысль и отпустить контроль разума: что будет тогда? Я глубоко вдохнула и выдохнула, закрыв глаза. Дотянуться до своей внутренней Искры не составило труда. Она уже сама радостно тянулась ко мне навстречу, окутывая теплым светом. И я отдалась. Отдалась ее потоку. Отпустила весь контроль и позволила себе слиться с ней. Ты – часть меня. Я и есть ты… Как я могу тебе не доверять? Оранжевое тепло разгоралось все ярче, по телу прошла вибрация, и я почувствовала, как каждую клеточку заполняет Сила. Хрупкая и нежная, как цветок лотоса. И в то же время дикая и мощная, как ураган. Сила, способная сотворять и разрушать. Больше сомнений не осталось… Я открыла глаза и без малейшего колебания, с полной уверенностью в себе произнесла заклинание: – Flamos! И фитилек вспыхнул теплым оранжевым светом. – Получилось! – возликовал кот. – Надо же, ты смогла! Я смотрела на свечу широко распахнутыми глазами, как на какое-то восьмое чудо света. Ощущения были потрясающими. Такой счастливой я, пожалуй, не чувствовала себя даже в далеком детстве, когда каждый день был наполнен приключениями и волшебством. – Какой же я великолепный учитель, – мурлыкнул пушистый. – Требую за мои старания награду в виде большой вкусной рыбки. И еще миску сметанки. – А тебе не жирно будет? – приподняла я бровь. – Вот и помогай этим неблагодарным ведьмам, – насупился кот. – Ну не дуйся, – я чмокнула кота в макушку между ушей. – Ты мне действительно очень помог. Спасибо. – Спасибо на хлеб не намажешь, – буркнул фамильяр. – Ладно-ладно, – хихикнула я. – Пойдем, спустимся в обеденный зал. Думаю, там есть чем поживиться. – Вот так бы сразу, – проворчал кот. Я положила несколько монет в карман платья и направилась к двери. Альберт, следовавший за мной по пятам, вдруг неожиданно зашипел и мявкнул не своим голосом: – Лиска, не открывай! Но было слишком поздно. Я уже отодвинула защелку. И это стало моей ошибкой… – Ну, здравствуй, беглянка, – улыбнулся мне рыжеволосый принц. Сердце пропустило удар, а через миг забилось вдвое быстрее. Я лихорадочно соображала, что предпринять, отступая вглубь комнаты. Адриан закрыл дверь и медленно двинулся ко мне с довольной ухмылкой на лице. – К-как ты нашел меня? – сглотнув образовавшийся в горле ком, спросила я. – Твой фамильяр хорошо экранировал тебя от поисковых чар, но у меня свои методы. Уж прости, – притворно вздохнул мужчина, – раскрывать их я не стану. Он продолжал надвигаться на меня, загоняя в угол комнаты, словно хищник свою жертву. – Я… я не вернусь во дворец! – с отчаянием выкрикнула я. – О, это совершенно не обязательно, лапуля, – промурлыкал Адриан. Глаза его вспыхнули золотым, а зрачок вытянулся как у змеи. От этой картины по телу пробежали мурашки. Желтые змеиные глаза гипнотизировали. Я замерла, словно в оцепенении, наблюдая, как длинные пальцы мужчины обхватывают мой подбородок. И в этот самый момент Альберт, мой отважный пушистый герой, со злобным шипением бросился на мага и вцепился когтями ему в ногу. – С-сш-ш-ш …. – прошипел рыжеволосый, отвлекаясь от меня. Я тут же бросилась бежать. Но не успела сделать и пары шагов, запястье сковало железной хваткой. – Мяу! – издал жалобный стон фамильяр. Я резко обернулась и увидела безжизненно распластавшегося на полу кота. – Что ты с ним сделал?! – с ужасом закричала я и попыталась дернуться к фамильяру, но ноги будто вросли в пол, не давая сдвинуться с места. Чертов маг! – Обезвредил мелкого вредителя, – нарочито лениво отозвался он, словно наслаждаясь ненавистью в моем взгляде. – Он всего лишь спит, не беспокойся. Проснется примерно через час-два. Нам как раз хватит времени… пообщаться… – Принц приблизился ко мне и огладил мою щеку тыльной стороной ладони. Сердце билось как ненормальное. А я даже пошевелиться не могла, скованная магией. Медленно мужчина склонился к моему лицу. Его волосы щекотали мою кожу. От них пахло цитрусовой свежестью. Из-под полуприкрытых ресниц на меня смотрели глаза полные вожделения. Он чувственно провел большим пальцем по моей нижней губе. По коже рассыпались мурашки, я едва слышно выдохнула. На его губах появилась удовлетворенная улыбка. Он словно наслаждался моим страхом. – Сволочь, – прошептала я за секунду до поцелуя. Мягкие губы Риана настойчиво ласкали меня. Нежно, чувственно, умело. И, как бы я ни хотела, не могла сопротивляться этому натиску. По позвоночнику прокалилась волна жара, и я неосознанно прижалась к сильному телу. Умом я понимала: то, что сейчас происходит – не правильно. Но вопреки здравому смыслу что-то внутри меня тянулось к этому мужчине. –Сладкая… – прошептал Адриан, а затем углубил поцелуй, делая его страстным и жадным. Он обвил мою шею пальцами, заставляя запрокинуть голову. Его рука скользнула вдоль изгибов моего тела. Легонько сжала ягодицу, срывая с губ невольный стон. Его прикосновения распаляли. Легкие заполнились сладким ароматом цитруса. Я не понимала себя. Я желала быть к нему ближе, вдыхать его запах, чувствовать тепло его тела. Одновременно с этим хотелось его оттолкнуть и сбежать как можно дальше. Страх смешался с вожделением, образуя внутри невероятный, взрывоопасный коктейль. Губы Риана спустились к шее, оставляя сладко-нежную дорожку поцелуев. Я выгнулась, зарываясь пальцами в его рыжие пряди. Это было чистым безумием. И я на какое-то время позволила себе утонуть в нем. Погрузиться в такие невероятные, ни на что не похожие ощущения. Наши поцелуи становились все более страстными, обжигающими, превращаясь в неконтролируемую стихию, сносящую все на своем пути. Но, несмотря на то, как чутко отзывалось мое тело на его ласки, здравый смысл все же взял вверх. – Остановись… – хрипло произнесла я, разорвав поцелуй. – Ты ведь хочешь меня так же сильно, как и я тебя. Не лги себе, – прошептал он, продолжив целовать мою шею. Ноги подгибались, внизу живота все пылало, но я упрямо уперлась ладонями в грудь Адриана, пытаясь его оттолкнуть. По его телу внезапно прошла дрожь. Он замер. А затем резко отшатнулся от меня. Мотнул головой и отступил на несколько шагов назад. Честно говоря, не ожидала, что он так легко исполнит мою просьбу. Дурман страсти стал постепенно спадать, принося с собой злость и чувство неловкости от произошедшего. Не поднимая глаз, я принялась поправлять на себе платье, попутно размышляя: как быть дальше. – Василиса?.. – в голосе Адриана послышались странные нотки. – Что? – недовольно отозвалась и подняла на него взгляд. Принц вглядываться в мое лицо с такой дотошной внимательностью, будто заметил в нем нечто удивительное. Поражающее до глубины души. – Прости… Я не должен был… Слишком увлекся, – неожиданно проронил он и резко отвернулся к окну. – Прости?! – злым эхом повторила я, собираясь высказать все, что я о нем думаю. Но внезапно дверь распахнулась, и в комнату неспешно вошел Алексис. – Какая интересная собралась компания, – принц обвел он нас ироничным взглядом. – Как хорошо, что я сел тебе на хвост, Риан. Не то не нашел бы свою невесту так скоро. Взмах руки – и невидимые цепи, что сковывали мое тело, растворились. Я покачнулась, но светловолосый принц ловко подхватил меня на руки, а после сунул мне бесчувственного кота. Адриан словно бы даже не обратил внимания на происходящее. Так и продолжал неподвижно стоять у окна, словно вмиг потерял ко всему интерес. И даже когда сверкнула вспышка портала, мужчина не шелохнулся. ***– Ох, госпожа, как хорошо, что вы вернулись целая и невредимая! – причитала Хильда. – Зачем же вы из дворца ушли? А кабы встретили кого с недобрыми намерениями? Страшно представить, что бы приключилось! Вон ведь пять девиц уж в этом месяце пропали, а вы без охраны покинули замок! Мне хотелось ответить, что здесь ни сколько не лучше, но сил на то, чтобы спорить – абсолютно не было. К тому же беспокойство горничной было вполне искренним, а грубить доброй женщине не хотелось. Я сидела за туалетным столиком, а Хильда расчесывала мои волосы после купания, когда дверь вдруг распахнулась и в комнату без стука вошла императрица. – Хильда, Василисе наверняка нужно выпить перед сном успокаивающих трав. Сходи на кухню приготовь, – распорядилась она. – Да, Ваше Величество, – поклонилась горничная и быстро покинула покои. Императрица медленно, царственно подошла ко мне. Тонкими аристократичными пальцами взяла со стола щетку для волос, покрутила в руках. – Позволишь? И не дожидаясь ответа, принялась расчесывать меня. – У тебя очень красивые волосы. Густые, красивые, шелковистые. – Благодарю, Ваше Величество, – отозвалась я. Голос у императрицы был спокойным, движения плавными, осторожными, но отчего-то я чувствовала себя, как на электрическом стуле. И больше всего на свете мне сейчас хотелось оказаться как можно дальше от этой женщины. – Однако и ухаживать за ними нужно тщательно, – заметила она. – Где-то проявишь невнимательность, уснешь с мокрой головой – и шикарные локоны превратятся в колтуны, которые вычесывать потом будет очень неприятно и больно. А возможно их придется даже срезать. Обидно, не правда ли? – Наверное, – пожала я плечами, внимательно следя через зеркало за каждым движением женщины. Поэтому когда она резко вцепилась рукой мне в волосы и больно натянула их на затылке, так, что моя голова запрокинулась назад, – я инстинктивно была к этому готова. – Отпустите! – Если еще хоть раз выкинешь что-нибудь подобное – тебя постигнет участь колтунов, – зло прошептала мне на ухо Маргарет. – Ты подорвала мое доверие, больше поблажек не жди. – Поблажек?! Вы превратили меня в пленницу! Собираетесь сделать из меня послушную марионетку! Женщина сузила свои черные глаза и жестко произнесла: – Ты нужна моему народу и если потребуется, я посажу тебя на поводок и как шавку заставлю выполнять мои команды. По коже пробежал ледяной озноб. Мне стало по-настоящему страшно. Очень-очень страшно. Резко отпустив мою голову, она небрежно бросила щетку и повернулась к притихшему на кровати коту, который только недавно пришел в себя. – Что касается тебя, – она сделала угрожающий шаг к моему фамильяру. Тот мгновенно вскочил на лапы и бросился бежать. Но спрятаться так и не успел. Ноги его резко подкосились, и кот рухнул на пол с таких душераздирающим воплем, что у меня сердце чуть разорвалось от боли. – Прекратите! – вскричала я, с ужасом глядя, как у фамильяра судорожно дергаются конечности. – Что вы с ним делаете?! Маргарет отвела взгляд от кота и медленно повернулась ко мне. Альберт жалобно, хрипло мяукнул и затих. Меня колотило от страха и гнева. Хотелось вцепиться в холеное лицо этой стервы и расцарапать его до крови. Но я понимала, что не успею шелохнуться – меня постигнет учесть питомца. – Не беспокойся, твой фамильяр жив, – холодно бросила императрица. – Но сбежать он больше тебе не поможет. Так что не советую предпринимать новых попыток. – И угрожающе сверкнув черными глазами, она покинула мою комнату. Я же мгновенно подорвалась к коту. Взяла пушистика на руки. Он был в сознании, но дышал тяжело, рвано. Из глаз сами собой потекли слезы. – Альбертик, миленький мой, тебе больно? Что она с тобой сделала? – Скоро пройдет. Сумеречная стерва заблокировала часть моих магических способностей, – еле слышно мявкнул кот. – Навсегда? – ужаснулась я. – Нет. Ты сможешь снять ограничитель, когда пройдешь инициацию. – Пройду, – твердо и решительно заявила я. – Пройду и тогда этой гадине не поздоровится! – Лиса, будь осторожна. Она при желании тебя может в порошок стереть. Я была, конечно, согласна с котом, но… – Ты прав. Отныне я стану паинькой. Буду играть по их правилам, во всем слушаться. Научусь магии, пройду инициацию, а после… Пусть только попробуют меня остановить!