Глава 11. Только не Чары

Утром Натан проснулся от тихого, но настойчивого стука.

– Спинс, уймись… – сонно пробормотал Палий со своей кровати.

Нат поднял голову от подушки: в их окно стучалась сложенная пташкой записка.

– Это тебе опять любовные оды… – Он перевернулся на другой бок и смежил веки. Вчера снова полночи занимался, ведь толком не успел сделать ничего, заснув в кабинете практиков, а задания всё множились. А теперь еще и наказание… Три часа. О, почившие маги, за что ему это всё!

Палий шумно выпутывался из одеяла, костеря неугомонную девичью половину человечества:

– На кой черт так рано-то, а?..

Скрипнула створка окна.

– Не понял…

Что-то стало тихонько колотить Ната по макушке.

– Так-так, господин невинность, и кто это тебе записки присылает?

Нат снова продрал глаза. Бумажная птичка сидела на его голове и настойчиво требовала внимания.

– Посмотрим! – Палий попытался схватить ее. – Ай! Какого?!

– Бумага со жгучими чарами, видимо. От любопытных вроде тебя. – Нат потянулся к записке, и она доверчиво впорхнула ему в руки. Сердце взволновано заколотилось. Что Джун могла ему написать? Авторство письма не вызывало сомнений.

«У нас тренировки, к Морти не жди. После отбоя там же».

И всё. Ни привет тебе, ни до свидания, и даже подписи нет. Нат разочарованно сник. Где-то в глубине души он надеялся, что после вчерашнего поцелуя в их отношениях таки проскользнет искра флирта. Ведь это было совершенно очевидно: их тянуло друг к другу.

– Я так понимаю, дело движется? – Палий рухнул на постель и стал закутываться обратно в одеяло. Нат, наоборот, нехотя выпутался из мягкого кокона постели. Ему нужно было отработать три часа штрафов, и лучше начать пораньше. Тем более его все равно уже разбудили.

Он поплелся в ванную и достал свой привычный пузырек с Бодрящим эликсиром – оставалось на донышке. Еще и его нужно сварить, и на всё это нужно время. Приключения с Джун, конечно, были захватывающие, но его текущие дела трещали по всем швам. И всё же не возникало ни одной мысли отказаться. Он мог бы просто сварить зелье и оставить все безумные авантюры ей, но не хотел. Ему хотелось видеть Джун как можно чаще. От мысли, что сегодня он не увидит ее весь день, накрыло глухое разочарование. А вот Марк Далин увидит. Он ведь учится на практике, наверняка у них и классы общие, и тренировки… Чертов Далин.

– Ты куда-а? – зевнул Палий, когда Нат стал одеваться.

– На штраф налетел вчера.

– М? – Палий искренне удивился. – Кто это такой смелый?

– Далин, – нехотя признался Нат, натягивая пиджак.

– Далин?! – Палий расхохотался. – Ты шутишь? Тебя оштрафовал практик?

Нат хмуро собирал сумку. Старшекурсники обычно друг друга не трогали, как-то было не принято, всё же учились тут бок о бок десять лет. Старосты в основном поддерживали порядок среди ребят помладше.

– Представь себе. А еще заявил держаться от Патик подальше. – Нату пришло в голову, что с Палием, как более опытным в любовных делах, можно и посоветоваться.

– Серьезно? Соперник? Просто размажь его у нее на глазах, и всего делов. А знаешь где это удобнее всего сделать?

– Не начинай! – застонал Нат.

– Конечно же, на чарболе, – затянул старую песню Палий. – И я еще могу поставить тебя как замену в основной состав на субботний матч. Сможешь совершенно законно отделать Далина так, чтоб его родная мама не узнала.

– Нет! – отрезал Нат. После благодарности Джун за то, что он не играет, никакая сила не смогла бы вытащить Ната на поле, даже сладкая месть Далину.

Нат зевая поплелся к доске Вразумления. На ней размещали дела, что надлежало исполнить тем, кто провинился и заработал наказание. Нат надеялся в такую рань ухватить что-то легкое, вроде выгула солнечных слизней. Вываливаешь три ящика копошащихся светящихся червяков на травку, очерчиваешь простенькие сдерживающие чары и валяешься рядом битый час.

Увы, ему не повезло. Видно, у старост вчера был жаркий вечер. На доске осталось всего три листка, и все были скверные: чистка вольеров у профессора Солера (три дня будешь вонять драконовым навозом и потенциально расстанешься с бровями и волосами), подопытный на менталистику младшекурсников (детишки три часа пытаются пробиться к тебе в голову, неделя мигрени обеспечена) и проверка чар на гигантском стадионе для чарбола. Прочесывать трибуны и поле в поисках скрытых артефактов и заклятий, дабы подтвердить, что игра проходит честно. Совершенно бесполезное занятие, учитывая, что поле перед каждым матчем проверяет лично директор академии.

Ната пронзила идея, и он схватил листок со стадионом. А ведь Джун сейчас там! Пожалуй, никто, кроме него, не сможет проверить поле наилучшим образом.

Настроение резко пошло вверх. Он вышел из главного здания и пошел привычной дорогой к их площадкам для практических занятий. Почти вприпрыжку прошел по мосту над разломом Генриетты, но вместо того, чтобы взбираться в горы, повернул к виднеющейся вдалеке громадине каменного стадиона.

Над входом висела потрепанная временем, но все еще весьма внушительная растяжка: «Честная игра – достойная победа».

Нат, волнуясь, прошел трибуны и вышел на поле. В дальнем конце, возле правых ворот действительно кучковалась команда практиков. На бежево-коричневой чарбольной форме ярко горели голубые номера. Впрочем, Нату не слишком повезло – составная магия в форме с желтыми номерами тоже была здесь, только в противоположном конце поля.

Поле для чарбола было просторное, игрокам приходилось побегать по нему изрядно. Для каждой игры его зачаровывали заново: то озеро посреди разольют, то каменные баррикады навалят. Иногда выпускали каких-нибудь магических животных, а порой и просто наводили особые чары – в прошлом матче, по словам Палия, каждые три шага игрок мог подпрыгнуть метра на три. Составление интересных чарбольных полей было настоящим искусством, кто-то даже делал на этом карьеру. В академии поля составляли преподаватели по очереди, и, зная автора, можно было догадаться, что именно ждет, – так, по крайней мере, говорил Палий. Все знания Ната о чарболе имели один источник. Нат увидел Джун с приметной рыжей гулькой на макушке, и сердце его пропустило удар от волнения.

Условия поля сообщались спортсменам за двое суток до игры, поэтому сегодня или завтра нужно было проверить стадион. Команды проводили последние общие тренировки. Как только условия будут известны, все игроки начнут разрабатывать свою стратегию, и будет не до общих тренировок.

Нат вытащил из кармана свой чехол для артефактов. Для каждого мага футляр с артефактами был вещью особой. Его футляр одновременно был и причиной гордости, и еще одним поводом для насмешек. Недостаточно изящный, слишком простой, тогда как все украшали свои футляры в пух и прах. А Нат вместо перстней и амулетов предпочитал зачаровывать простые круглые монеты из дерева. Места они занимали мало, весили всего ничего, и их можно было легко заменить. Сейчас он достал деревянную со знаком креста. Его амулет поиска, стандартный артефакт в наборе любого мага. Прикоснулся губами, разжигая в нем магию, прошептал формулу сбора чар и бросил на траву. Монетка встала на ребро и покатилась себе, накручивая круги и восьмерки. За полчаса изъездит всё поле, и чары, если они, конечно, найдутся, будут отмечены на ней шлейфом. Нат пошел гулять по краю поля, усиленно делая вид, что он тут занят страшно важным делом, а не слоняется попусту в надежде поглазеть на Джун.

Практики стояли кружком. Джун была самая мелкая. В основном в команду по чарболу брали все-таки парней – физическая сила и выносливость была не последним делом, когда тебе нужно пробежать огромное поле с препятствиями под градом вражеских чар. Но девушки тоже были, в основном талантливые маги или хорошие спортсменки. Нат как-то не сильно интересовался критериями отбора, но точно знал, что Эйприл Каниц, которая хороша в огненных чарах и метит в армию, состоит в их сборной.

Нынешнюю команду практиков собирала Джун. Практики изначально были самым слабым факультетом, и никто на них не ставил. Играли, но вяленько. В академии даже шутили, что их девиз «Главное – участие».

Обычно в чарбол брали играть курса с четвертого – до этого уровень магических умений был слишком уж слабым, а отбиваться нужно было уметь. На седьмом курсе Джун вошла в команду. В тот год факультет чар, его родной факультет, впервые проиграл матч, а потом и турнир. Даже в финал не вышли! Практики с огромным трудом победили составников, налакавшихся зелья скорости, и пару недель практики свою команду по чарболу только что не носили на руках. Чествовали, как будто они войну выиграли, не меньше.

Нат понимал: практикам редко перепадает хоть сколько-нибудь внимания и славы. А тут такое событие! Конечно же, Джун сделали капитаном. И вот она стояла в окружении крепких высоких парней и одной девушки. Она была на полголовы, а то и голову ниже каждого. Нат почувствовал что-то близкое к умилению… Его малышка…

«Так! Спинс, приди в себя! – зазвучал в голове голос разума. – Она не твоя ни разу. Пока… Но ведь должна стать. Вещее перо показало…»

Нат как раз проходил мимо практиков. Первым его заметил Марк Далин. Смерил взглядом и тут же отвернулся. Джун что-то азартно втолковывала: похоже, шло жаркое обсуждение стратегии.

Ната она не заметила. Он, хмуро печатая шаг, обошел весь стадион и снова приблизился к краю практиков. Они перебрасывали мяч, прыгали и приседали, явно шла простая физическая тренировка.

– Не спи, Том! – крикнула Джун и тут наконец заметила Ната. Он сдержанно кивнул ей. – Погоди, я сейчас.

И она побежала к нему. Легко двигаясь, в потертой спортивной форме, в наколенниках, с небрежно закрученными на макушке волосами, Джун показалась ему нестерпимо очаровательной и хрупкой. Нат нежно улыбнулся ей.

– Что? – спросила она тревожно. – Что-то случилось?

– Ничего. – Улыбка Ната поникла. – Я тут наказание отбываю.

А он-то, дурак, решил, что она захотела с ним поздороваться. Да всё, что ей нужно, – это проклятущее любовное зелье для другого парня. Идиот!

– Наказание? Кто тебя оштрафовал?

Нат неопределенно пожал плечами:

– Неважно.

– Джун! – нетерпеливо позвал ее Марк. Нат понял, что от ревности и правда готов наслать на него какие-нибудь чары померзее.

– Ладно, бывай. – И она убежала обратно к своей команде. Подошла к Марку и что-то спросила. Нат не слышал, о чем они говорят, но Далин кинул мяч долговязому парню и легкой спортивной трусцой побежал к Нату. Тот подобрался.

– Спинс, позволь мне снять с тебя наказания, – сказал Марк с довольной улыбкой.

– С чего это?

– Джун сказала, что ты нужен ей по делу. И раз уж ты нужен ей только по делу, я не смею тебя задерживать, – пропел Марк.

Нат сжал зубы. Ах, вот как! Значит, по делу! От обиды у него аж в ушах зашумело. Он с трудом сдержался, чтобы не послать Далина в полет через всё проклятое поле.

– Меня твои браслеты нисколько не стесняют. Почитаю на свежем воздухе, и только. – Нат повернулся, собираясь подняться на трибуны.

– Ты тут лишний, Спинс, не понимаешь, что ли? – процедил Марк.

– Твои умозаключения мне не слишком интересны, Далин. Я здесь отрабатываю наказание, которое ты на меня любезно наложил. Команда тебя заждалась.

На том и разошлись. Нат устроился на трибуне, открыл книгу и стал читать, время от времени поглядывая на Джун.

Вот что с ним такое? Он что, всерьез влюбился в Патик? Да он ее знать не знает. Провели вместе пару вечеров, а он уже как влюбленный идиот таскается за ней на поле по чарболу. Сидит тут, смотрит, только платочком помахать осталось.

Нат дождался, когда артефакт поиска прикатился к нему обратно, снял с него все результаты, прикрепил их к листку задания и гордо покинул поле. Плевать, что он отработал один час, хотя мог посидеть тут еще и скосить пару. Не было сил смотреть, как Джун носится по полю, а на него и взгляда не бросит.

Он пошел завтракать на профессорскую кухню. Определенно начинал привыкать к этому, и пойти в студенческую столовую было бы сейчас чистым наказанием.

Может, он просто не нравится Джун, и всё тут? Вообще, он вроде как считался ничего себе симпатичным. По крайне мере те девушки, что оказывали ему внимание на редких вечеринках, которые он посещал, были вполне довольны его внешностью. А уж ореол сильного мага делал из него практически девичью мечту. Сделал бы, если бы Нат потрудился хотя бы попытаться приударить за кем-нибудь.

***

На занятиях он получил кучу напутствий от Палия, все в одном ключе: бери дракона за усы, не будь размазней, нельзя укротить дракона, сидя дома. Не важно, как ты ей отвратителен, настойчивость брала и не такие города. Иди и победи!

Чтобы избавиться от этого нескончаемого потока подбадриваний, Нат полуголодным умчался на факультатив по чарам. Но Палий был прав: он и был размазней. Его потолок – повертеться вокруг Джун, помяться, и всё? М-да, не слишком-то лестная характеристика.

Но с чего ему вообще знать, нравится он Патик или нет? У них же просто договоренность, и только. И если бы она заключила этот договор с кем-нибудь другим, то он до сих пор был для нее «тем задавакой с чар», разве нет?

Значит, Палий прав. Он должен взять дракона за усы. Должен! Он, в конце концов, мужчина или кто? Он может увлечь девчонку и сделает это. Будет ухаживать, признается в чувствах. Ну, или хотя бы позовет на нормальное свидание. Или все-таки в чувствах признаваться сначала? Нат пожалел, что не попросил Палия составить ему список первоочередных дел. И, поймав себя на этой мысли – желании структурировать и оптимизировать ухаживания за Джун, как он структурировал составы зелий, – он засмеялся.

Еще два часа наказания ему скостил Кирст на факультативе по чарам. Увидев на руке Ната браслеты, тут же ангажировал на проверку домашних работ у пятикурсников. В итоге, слушая факультатив, Нат одним глазом проверял эссе. Он честно подчеркнул банальнейшие ошибки в тетрадях и безжалостно выставил оценки. Что-то подсказывало ему, что Кирст даже не потрудится перепроверить.

Без двадцати одиннадцать он снова был в кабинете практиков на первом этаже. Придирчиво поправил пиджак, пригладил волосы.

Когда дверь кабинета открылась и вошла Джун, Нат, сглотнув, собрал в кулак всю свою решимость.

– Привет, – сказала Джун и пошла к нему. – Сегодня штурмуем запасы Тристана?

Когда она подошла, Нат, словно ему нужно было нырнуть в ледяную воду, задержал дыхание. Он шагнул к Джун, поцеловал ее в щеку и тут же отстранился.

– Привет.

Джун несколько раз растеряно моргнула, а потом брови ее сошлись на переносице.

– Это что сейчас было?

– А на что похоже?

– Ты меня с какого-то черта поцеловал в щеку.

– Ты очень наблюдательна. – Внутри Ната всё оборвалось. Значит, тот поцелуй ничего не значил? Всё пригрезилось ему – тонкая магия, мелькнувшая искра…

– И часто ты так приветствуешь девушек? – недобро усмехнулась Джун. – Кто бы тебе и что ни наплел про меня, говорю один раз и советую запомнить: для меня это неприемлемо, ясно?!

– Как всё серьезно, – обиженно заметил Нат. Да что с ней такое?

– Представь себе! – Джун отчетливо покраснела и заговорила, всё больше распаляясь. – Ты думаешь, я одна из тех идиоток, которые, раз ты будущий великий маг, готовы сразу лечь на спину и ноги раздвинуть?

Нат удивленно вытаращился на нее:

– Что?! Нет, конечно!

– Тогда какого черта ты распускаешь… распускаешь… свои губы! – нашлась она наконец.

– А что я должен сделать?! – разозлился Нат. Смущение и стыд за свое фиаско заставляли его пылать.

– Сделать? Не знаю, Спинс, смотря какого результата ты хочешь добиться.

– Я хочу… – Он чуть не ляпнул «тебя», но вовремя прикусил язык. Он вовсе не в том смысле хотел это сказать. То есть и в том, разумеется, тоже, но не только! – Взять дракона за усы, – вырвалось у него. Эти чертовы драконьи поговорки Палия так и вертелись в голове.

– Чего? – Джун расхохоталась, но тут же прикрыла рот ладонью – они же прятались в кабинете после отбоя. Джун продолжала смеяться, и Нат тоже прыснул. Боги, что он несет! Они тихонько смеялись, глядя друг да друга. Наконец смех иссяк, и Джун утерла глаза.

– Что бы там ни было, Спинс, ты просто невероятен! – сказала она почти нежно.

– Нет, я просто безнадежен.

– В чем безнадежен? Ты же у нас вроде как светоч…

– В ухаживаниях за девушками, – бескомпромиссно заявил Нат и отважно посмотрел прямо ей в глаза. Джун, продолжая улыбаться, скорчила недоверчивую гримаску.

– Ты пытаешься за мной ухаживать?

Нат развел руками.

– О, какая честь. – Джун как-то неестественно усмехнулась. – И с чего это вдруг такие порывы?

– Ты мне нравишься, – твердо заявил Нат.

– Давно ли? – Джун явно ему не верила.

– Не очень, – признался Нат смущенно.

– Да уж, ты, конечно, оригинал, Спинс.

Джун подошла и запрыгнула на учительский стол, поставила рядом сумку и поглядела на него как-то оценивающе. Они молчали, пауза всё затягивалась.

– Так я могу пригласить тебя на свидание? – спросил Нат. Сам не понял почему, но тон вышел небрежным. Ему и так это сказать было непросто, если еще и добавить этакой проникновенности, он просто сгорит от смущения.

– Ну попробуй, – подначила Джун, явно насмехаясь. Нату было не до смеха, он нахмурился.

– Пойдем со мной на свидание.

– Нет.

– Почему?

– Я не встречаюсь с чарами, – категорично заявила она.

– Прости? – поперхнулся Нат. – То есть проблема в том, что я на факультете чар?

– И в этом тоже. Это мой принцип.

– Что за глупость? – искренне изумился Нат.

– Извини, но это так.

– А если бы я был на составной магии? – осторожно уточнил Нат.

Джун пожала плечами:

– Но ты не на составной магии, а я ненавижу чары и перебарывать себя не намерена. Все мои друзья считают чары скопищем зарвавшихся золотых деток. Вы все надменные засранцы, и встречаться с кем-то с чар я зареклась. Сейчас для меня это будет выглядеть как предательство всего факультета. Я… я не могу. Извини. Даже если конкретно ты и… вроде ничего такой парень.

– Ты ведь понимаешь, что это глупо? – Нат, остолбенев, глядел на нее во все глаза.

– Этот принцип еще ни разу меня не подводил. Я всегда ждала от вашего факультета только худшего, и вы не разочаровываете, Спинс. Никогда.

– Но я-то тут при чем?

– Да при том, – недобро усмехнулась Джун.

– Тут ведь не идет речь о дружбе между факультетами, – продолжал возмущаться Нат. – Речь идет конкретно о тебе и обо мне. О нас.

– Нет никаких «нас», Спинс. И не будет. У нас с тобой деловое соглашение, и всё.

– Ясно, – Нат состроил безразличную мину. – Хорошо. Как скажешь.

Он обиженно захолодел, и Джун как-то виновато, явно колеблясь посмотрела на него.

– Извини, Спинс. Ты, может, и ничего, смешной даже и милый местами… – Джун умолкла. Нат вопросительно поднял брови:

– Но?..

– Но ты с чар. Это табу.

– Ясно. Значит, у меня должна быть девушка – как ты там выразилась? Такая же мозговитая, как я? А у тебя какой-нибудь дуболом с практики? Полагаю, их там немало.

– Ты-то что об этом знаешь?

– А ты что знаешь о чарах?

– Достаточно.

Они замерли, оба полыхая злостью. Нат отвернулся, Джун скрестила руки на груди.

– Извини. Я больше не заведу этот разговор, – убийственно вежливо сказал Нат. – Принципы есть принципы. Итак, мы собирались штурмовать кладовую Тристана.

– Знаешь, я, наверное, и сама справлюсь, просто дай мне список. – Джун соскочила со стола. Нат, сжав губы, порылся в сумке и отдал ей листок с рецептом и ингредиентами.

– Угу, хорошо. – Джун бегло прошлась по нему глазами.

– И как ты намерена это собрать? – Нат ничего не мог с собой поделать. От отказа ему было чертовски обидно, и голос звучал зло и надменно. – Как выглядят лепестки сильвантия?

– Цветочки какие-нибудь.

– Это минерал, – припечатал Нат.

– Что, ваш Тристан не подписывает полки?

– Зачем бы ему это делать? Чтобы студентам удобнее было воровать? Он, разумеется, знает названия и без глупых надписей на коробках и ящиках.

– Прекрасно, умник, тогда иди и сам всё добудь! – разозлилась Джун и сунула ему листок.

– Еще чего, – завредничал Нат. – В нашем уговоре четко было сказано, что мы занимаемся этим зельем вместе.

Джун нервно скривила губы, словно ей не терпелось высказать ему пару ласковых, но она мужественно держалась из последних сил.

– Хорошо, Спинс. Пойдем вместе. Но не думай, что, прогулявшись пару раз по коридорам, я передумаю насчет всего остального.

– А мне кажется, тебе бы этого хотелось, – выдал Нат. Он был слишком зол на эту глупость – не встречаться ни с кем с чар! – чтобы переживать, что, может быть, дело вовсе не в этом, а в нем самом.

– Что?

– То. Ты хотела бы со мной встречаться.

Нат был вознагражден: Джун от изумления открыла рот и жарко покраснела.

– Что?! Еще чего! С чего ты вообще это взял?!

– Мне так кажется. Я думаю… – Нат вспомнил Вещее перо и их поцелуй. – Мы подходим друг другу.

Джун глядела на него так, словно он начал надувать пузыри из слюны. Она несколько раз открыла и закрыла рот, силясь что-то сказать.

– Ничего страшного, я все-таки слишком умен и проницателен, ты за мной не поспеваешь. Но, уверен, скоро это станет очевидно и тебе. Я подожду. – Нат снисходительно улыбнулся. Джун продолжала стоять и глядеть на него, хлопая глазами.

– Ау, Патик! – он щелкнул пальцами перед ее лицом. – Что такое? Захватили перспективы?

Джун тут же гневно вспыхнула.

– Перспективы?! – прорычала она. Нат искренне засмеялся. Ох, стоило только надавить на привилегированность чар, и Джун вспыхивала словно дракон. Она поняла, что он над ней потешается, и, гневно фыркнув, первая вышла из кабинета. Нат поспешил следом.

Черт знает почему, но он чувствовал себя превосходно. Ему всегда казалось, что, если ты кому-то признаешься в симпатии, это ставит тебя в неловкое, уязвимое положение. А уж если предмет грез дает от ворот поворот, то и подавно. Но нет. Ничего подобного. Нат ведь знал: они созданы друг для друга. Джун просто еще не разобралась, как здорово они друг друга дополняют, как им вместе весело и легко, и как их тянет друг к другу… Нат искоса поглядел на Джун. Сегодня она была в форменной рубашке, застегнутой на все пуговки. Вот бы расстегнуть парочку… От этой мысли холодок возбуждения пробежал по его телу до самых кончиков пальцев. Нат разулыбался от мысли, что ведь рано или поздно они дойдут и до этого. Ох, от мыслей, что они с Джун будут вместе, у него замирало сердце в предвкушении. Им точно будет очень и очень хорошо… Его еще никогда не тянуло к девушке так откровенно. Это всё судьба. Вещее перо все-таки не глупость, а самое настоящее волшебство.

– Чего ты лыбишься? – прошипела Джун.

– Как будто у меня есть поводы для печали, – беззаботно ответил Нат.

– Спинс, ты жуткий… – прошептала Джун. Нат встревожился.

– Что? Почему?

– У тебя лицо такое… словно ты думаешь о чем-то очень… не знаю даже. О чем ты там замечтался, господин Светлая голова?

– О тебе, конечно, – сказал Нат полушутливо. Ну а что? Он ведь мог и пошутить… а мог и нет.

– Хватит, а?

– Почему? Тебя это смущает?

– Еще чего!

– Тогда почему ты покраснела?

– Заткнись!