Глава 17. Последний ингредиент
Он понял, что сболтнул. В ту же секунду понял. И по его виноватому, встревоженному взгляду Джун, наверное, тоже всё поняла. И все же она рассмеялась:
– Вещее перо?
– Прости. – Нат приподнялся и взял ее за плечи, опасаясь, как бы она не сбежала от него. – Я должен был раньше сказать. Не знаю, почему молчал.
Джун несколько раз растеряно моргнула, нахмурилась.
– Нат, ты чего… Это же миф. Сказки.
– Да нет же! Вот так и знал, что ты не поверишь! Палию прислали его, самое настоящее, и я случайно… И оно указало на тебя. И тебе на меня, помнишь то перо на обережных кругах две недели назад? Прости меня. Я должен был раньше сказать. Я… сам не знаю, почему молчал.
Губы Джун как-то странно вздрогнули.
– Палию прислали?
– Да, его брату, собственно, а не ему. Неважно. Главное, что всё правда: мы вместе и нам чертовски хорошо. Это же чудесно, верно? Мы – те самые. И мы уже вместе! Никаких идиотских поисков, свиданий, расставаний и скандалов. Мы всегда будем вместе и нам всегда будет друг с другом так же здорово. Разве это плохая новость?
Джун со странным выражением смотрела на него.
– Да, – сказала она как-то ломко. – И… и как это будет? – Нат недоумевающе нахмурился. – Как мы будем вместе? Что будет дальше?
Что-то в ее тоне не понравилось, но он решил быть честным.
– Поедем в Эшероль, я буду стажироваться, снимем домик. – В его голове это было логичным, правильным и крайне заманчивым, а сейчас, под странным взглядом Джун, вдруг показалось, что он упустил что-то. Что-то очень важное.
– А я что буду делать?
– Ты?.. Не знаю. Что хочешь.
– Но я не собиралась в Эшероль, Нат.
– Но теперь-то соберешься.
Она усмехнулась.
– Потому что мы избранные и те самые?
– Ну, да. – Нат не понимал причины ее сарказма. Удивление, или все-таки не верила?
– Но что мне там делать? Там только маггильдии.
– Да плевать, что тебе не дадут стажировку. Меня хватит за двоих.
– А!.. На мне, значит, дом, детишки и удовлетворение твоих желаний, а у тебя карьера и блестящее будущее. И ничего другого мне не должно быть нужно, потому что я двоечница и, к счастью для себя, нашла своего прекрасного башковитого суженого, так?
Нат растерянно моргнул.
– Джун… – Он чувствовал, что разговор сворачивает куда-то в очень неправильную сторону. Не так, он надеялся, отреагирует Джун на радостные известия. – Это всё не обязательно решать вот прямо сейчас, верно? Главное, что мы вместе, нам хорошо, и так будет всегда.
– Ну да, потому что мы те самые.
– Именно, – сказал он и вдруг подумал, что ведь… ну… следующий шаг – это предложение. Может, Джун ждет, что он ей сделает предложение? А он не делает, и поэтому она злится? Он к этому не готовился, но если подумать, то сейчас или через пару лет – какая разница? Всё ведь ясно, что так и будет, они же вместе навсегда.
– М-да… значит, ты был рад, когда Палий тебе это перо дал?
– Да не особенно. Это вышло случайно, я ведь не собирался заводить отношения, но сейчас я, конечно же, рад, что мы вместе.
– Почему? Потому что мы точно никогда не будем ссориться?
– А даже если и будем, то не всерьез.
– И всегда будем вместе?
– Конечно.
– И тебе не нужно тратить время на поиски, глупые свидания и прочую ерунду. – Она улыбалась, но сердце Ната всё отчаяннее сжималось в тревоге. – Что ты подумал, когда оно указало на меня?
– Ну… если честно, что это ужасная ошибка! – прыснул Нат и потянулся за поцелуем. Джун не отстранилась, но и не ответила. Нат растерянно отклонился. – Джун?..
Джун покивала словно болванчик. Она несколько мгновений смотрела на Ната со странным выражением лица, словно в ней шла какая-то борьба.
– Ясно, – сказала Джун тихо. – А я-то гадала…
Она улыбнулась, очень нежно и очень грустно, невесомо погладила Ната по щеке. И вдруг порывисто прильнула и поцеловала в губы. Так же резко отстранилась.
– Ты злишься? – уточнил Нат растерянно.
– Который час?
Он посмотрел на часы.
– Полшестого.
– Тогда пошли скорее. – Джун поднялась с постели и стала торопливо одеваться.
– Куда? Зачем?
– О, у меня для тебя сюрприз! – игриво сказал она, надевая бюстгальтер.
Нат, опешив от ее бурной деятельности, сиднем сидел на постели.
– Джун, ты… Ты точно понимаешь, что я сейчас сказал?
– Понимаю. Мы предназначены друг другу судьбой, – сказала она, собирая с пола чулки, платье, пояс, туфли.
– Именно. И ты… ты этому не рада?
– Ну что ты, ужасно рада, – она встряхнула волосами и надела платье, завозилась с поясом. – Подъем, Спинс! Быстро!
Растерянный Нат неловко вылез из-под теплого одеяла. Оделся. Джун уже вышла из ванной в жакете, застегивала брошку. Она быстро расчесала волосы и внимательно осмотрела себя. Сейчас, когда они стояли полностью одетые, в странном болезненном напряжении, повисшем в воздухе, Нату совершенно не верилось, что они только что в этой комнате первый раз занимались любовью. Только смятая постель, запах да сладкая удовлетворенная истома в теле говорили, что ему это всё не приснилось.
– Джун… Поговори со мной, – он придержал ее за плечи. – Я понимаю, это, наверное, шок для тебя, но это ведь ничего не меняет.
Джун холодно усмехнулась:
– А это мы сейчас узнаем. Пойдем пройдемся.
– Тебе нужно время это осознать, да?
– О да! Точно! – Джун принужденно улыбнулась. – Именно. Нужно это осознать.
Они вышли из отеля и пошли куда-то по улочкам. Джун торопливо шагала, крутила головой, читала названия улиц, сворачивала в переулки.
– Куда мы идем? – Нат едва поспевал за ней. – Джун!
– Не отставай, Спинс.
Больно кольнуло, что после всего она называет его по фамилии.
– Хватит! – не выдержал он, когда Джун чуть не бегом преодолела очередной крутой подъем, скользкий от вечернего тумана. – Стой!
– Почти пришли. Давай скорее!
– Куда пришли?
– О! Тебе понравится. Обещаю.
Они вывернули из лабиринта переулков на большую освещенную фонарями улочку. Магазины уже закрывались, многие витрины были погашены.
– Давай-давай, скорее, а то закроется! – поторапливала его Джун. В глазах ее сверкало что-то. То ли бешеное возбуждение, то ли…
– Джун! Остановись!
Они уже бежали. Нат боролся с искушением остановить ее чарами. Но вот она толкнула какую-то дверь, забежала в магазин. Нат не глядя заскочил следом.
– Извините, через пять минут закрываемся, – поприветствовал его продавец.
– Да-да… – Нат закрутил головой. Вокруг жужжали и сверкали разные игрушки. Это был магазин волшебных розыгрышей и шутих.
Нат, вытягивая шею, пытался увидеть Джун. Его начало не только тревожить ее поведение, но и откровенно раздражать. Да что с ней такое?! Разве не стоит эта новость того, чтобы отпраздновать! Они должны бутылку шампанского открывать и планировать свадьбу, разве нет? А она бросилась куда-то по улицам, как сумасшедшая. И что ей нужно в этой лавке для дошкольников?
Нат ничего никогда тут не покупал, потому что большей частью сам становился жертвой этих розыгрышей. Вон на полке виднелись поддельные писчие палочки, которые поджигали тетради, а вот наборы убегающей бумаги. Он опасливо обошел конфеты и леденцы – в каждой был эффект разноцветной сыпи.
Нат прошел еще пару стеллажей – в банках лежали мыльные шарики, которые под видом перца нужно было кидать в суп, чтобы он вспенился при соприкосновении с ложкой. Нат ненавидел это место и все эти вещицы, призванные отомстить таким, как он, – нелюдимым заучкам.
В уголке, рядом с каким-то неприметным стеллажом, стояла Джун. Нат подошел к ней, но вдруг она повернулась, улыбнулась и провела чем-то у него за ухом. Нат поежился и провел рукой по шее – щекотно.
– Джун, что происходит?
Она пошла по проходу к выходу. Нат, уже всерьез разозленный, шагнул следом. Джун развернулась, набрала в грудь воздуха, словно решаясь нырнуть в ледяную воду, и сдула с пальцев крохотное белое перо.
Нат замер. Перо, покувыркавшись то в одну, то в другу сторону, прилетело ровно к нему в ладони.
– Похоже на твое настоящее? – спросила Джун строго.
Нат смотрел на маленькое перышко, маленькое белое перышко в своих ладонях, на котором – он же знал это! – нельзя разместить столько чар предвидения. Он же знал… Идиот…
Он поднял перо и подул на него, проверяя. Ну конечно! Перо, совершив еще несколько кульбитов, прилетело ровно в ладони Джун. Несколько секунд они молчали, Нат понуро вздохнул. Всё вранье, какой же он идиот! Размечтался! Суженая у него, идеальная, на всю жизнь одна… Болван!
– Милая леди, если хотите играть, то нужно заплатить, – заметил продавец.
– Заплати, Нат, – тихо сказала Джун. – Славно поиграли, да? – Она положила перо на прилавок и вышла из магазина.
Нат еще несколько секунд стоял, не в силах пошевелиться. Его разрывало от разочарования и досады. Он был так доволен, что вся неизбежная романтическая ерунда пройдет мимо него, что ему не придется рисковать, пробовать, искать. И вот тебе пожалуйста! Он запоздало поглядел на дверь и зажмурился от досады. Джун ведь смотрела на него с пристальным вниманием, а он тут разочарованные вздохи выдавал! ПРОКЛЯТЬЕ!!!
Нат закрыл глаза. Он должен был… не так отреагировать! Должен был сделать вид, что ему все равно, но ведь ему не было все равно. И от этого было только хуже.
Он заплатил, сунул перо в карман и вышел на улицу.
Джун не было видно. В какую сторону она ушла, он не знал. Постучал по карманам – но почтовой зачарованной бумаги при себе не было.
Он хотел написать ей, что это ничего не значит. Что он… Он бы и так…
Вот только он обещал не врать, и это значило для него всё. Вся его вера в их отношения ничего не стоила без этого проклятого пера.
Он поверил, что она единственная. Был уверен, что успех ему обеспечен, и только поэтому предпринял попытку. Хотел один раз и на всю жизнь, без ошибок, разочарований, боли…
«Бери дракона за усы, вечный девственник!» – всплыл в его голове голос Палия.
Что ж, похоже, настало время проверить силу обережных амулетов госпожи Вилац.
***
В академию Нат добрался через два часа. Пройтись не мешало, и он быстро шагал в прохладных вечерних сумерках, наслаждаясь возможностью спокойно подумать. Он стыдился сам себя, и чувство это было очень неприятным и совершенно непривычным. Нат привык всё делать на отлично и с первой попытки, он всегда был к себе требователен. Вот и в отношениях ухватился за шанс сделать всё сразу и с гарантией успеха. Один раз и на всю жизнь – отлично же звучало. И ведь Джун – о, как она его, оказывается, знала! – поняла, что он почувствует, узнав про перо. Разочарование. Огромное всеобъемлющее разочарование. Вместо судьбы, единственной и на сто процентов подходящей девушки, у него оказалась… просто девушка. Просто одна из многих, еще и совсем ему не подходящая.
Джун Патик… Вот что у них общего, если подумать? Совсем ничего. Даже странно, что им было так хорошо вместе.
Нат поежился, снова почувствовав что-то крайне нелестное. Им ведь действительно было хорошо, а он…
Пока шагал к академии, сначала спускаясь по пологому холму к краю Разлома, потом по воздушному белому мосту, а дальше в горку к основным корпусам, Нат пытался убедить себя, что в их отношениях с Джун это ничего не меняет. И не мог.
Не изменило бы, если бы он просто посмеялся над этим пером и поцеловал Джун, а он застыл, как обиженный ребенок, которому вместо шоколада принесли морковь. И Джун видела, всё прочла по его лицу.
Идиот. Какой же он болван! Она не простит, ни за что не простит… Идиот.
Самым простым было обвинить во всех бедах не себя, а кого-то другого. О, Палий Вилац подходил на это место куда как лучше.
Нат, накрутив себя еще на главной лестнице, мчался в общежитие чар, расшвыривая младшекурсников с дороги. Это ведь Палий «нашел» перо в макушке Джун. Это Палий притащил это перо непонятно откуда. И он специально выбрал Джун, а не кого-то случайного. Нет, он хотел, чтобы Нат страдал, хотел подсунуть ему девчонку с практики, чтобы посмеяться! Чтобы Нат впутался в отношения без перспектив, из-за которых он еще и вот-вот скатится на второе место в академии по водным чарам! И ради чего? Дураку же понятно, что Джун совершенно ему не подходит!
И Палий еще его друг? Предатель! Чертов выскочка! Проклятая королевская задница!
Нат распахнул двери их корпуса, пробежал коридором и влетел в общий зал. Палий сидел на диване, подкидывая трофейный мяч для чарбола. Вокруг стайкой устроились девчонки и его приятели по команде.
– Отойдите от него! – прорычал Нат, чувствуя себя злым как никогда в жизни.
– Ты чего, Нат? – изумился Палий.
Да он еще и кривляется! Нат снял пиджак и бросил его на пустой стул.
– У-у, а можно дальше? – захихикала одна из девушек, Нат никогда не помнил имена.
Он сделал два пасса, и диван с ребятами улетел к противоположной стене, а Палия вздернуло на ноги перед ним.
Девушки взвизгнули, парни возмущенно зароптали.
– Перо, – процедил Нат. – Это была фальшивка?
Палий прищурился. Усмехнулся.
– Я тебя спрашиваю: это была фальшивка?
– Спинс, давай еще чар! – заорал кто-то с дивана. – Прокати нас еще!
– Или наподдай Палию!
– Да, наподдай ему, давай!
Из коридоров, ведущих в комнаты, стали высовываться любопытные лица.
– Говори.
– А это важно, Нат? Ну, допустим, да. – Губы Палия перекосила злая усмешка. – И что? Ты расстроился?
Нат швырнул его через всю комнату. Вернее, по его расчетам Палий должен был пролететь всю комнату и врезаться в стену над потушенным камином. Но Палия едва мотнуло вперед.
– Ой, как страшно! – рассмеялся он. – Страшный маг меня обижает!
Нат понял, что это амулеты. Не простенькие студенческие побрякушки, а настоящие защитные амулеты королевской семьи.
Нат всегда контролировал свои чары. С тех пор как на втором курсе случайно сломал одной девочке руку, в его голове выросла непреодолимая преграда – что можно, а что нельзя колдовать на людях. И сейчас этот стопор взорвался.
Он со всей силы подбросил Палия вверх. Принц все-таки взлетел и ударился об потолок. Рухнул обратно.
– Ну, если так! – застонал он, поднимаясь. Нат подошел, намереваясь схватить его за шкирку и швырнуть снова. Но Палий, недаром капитан сборной факультета, перекувырнулся через голову и бросился на Ната, сшибая с ног.
Вокруг улюлюкали и подбадривали.
– Парни! Хорош!
– Па-лий! Па-лий!
– Давай, Желудь!!
Нат упал на спину и тут же выставил руки, метя чарами в лицо Палия. Но тот откатился, чары проскочили мимо, загромыхала покореженная люстра.
– Я тебя сейчас в окно выкину, ублюдок!
– Попробуй, сосунок!
Они оба злились, только неясно было, на кого в точности. Нат вроде как на себя, а Палий? Нат подсек Палию ноги чарами, накинулся сверху, но тот и не думал сдаваться. Они покатились по полу, и на этот раз никакие чары и амулеты им были не нужны. Нат ударил Палия по лицу и взвыл от боли, тряся рукой. Твою мать! Какого черта! Почему бить по роже так больно?!
Палий умело и чувствительно надавал ему по бокам. Чтоб не скатиться до девчоночьего выдирания волос, пришлось снова отвечать чарами. В кулачном бою Нат был Палию далеко не соперник. Ему тоже прилетело по лицу пару раз, он ответил ударами в живот.
Наконец они выдохлись, так же, как и начали, – в один миг.
– Мразь ты, – выплюнул Нат вместе с кровью и поднялся.
– А ты мелкая трусливая дрянь, Спинс. – Палий утер кровь, капающую из носа. – Кто бы знал, а? А я вот теперь знаю.
Принц встал и одернул джемпер. Нат развернулся и под взглядами столпившихся учеников пошел прочь.
***
Едва вошел в свою…в их с Палием комнату, к нему подлетели фигурки драконовых наездников. Захотелось пнуть их, но Нат не смог. Палий любил эти фигурки, и разломать их было слишком подло, слишком по-детски и слишком бессмысленно – Палий завтра же их починит.
Он пошел в ванную, умылся. За этот месяц ему пришлось отмывать кровь с лица чаще, чем за весь последний год.
Он переоделся и сел за уроки. У него столько накопилось! Нужно было сделать… Надо было учить…
Строчки прыгали и расплывались. Нат потер глаза. Где этот чертов Бодрящий эликсир?!
Он отбросил книги и ворвался в ванную. Пузырек оказался пуст, и Нат швырнул его на пол. Осколки брызнули во все стороны.
Сердце Ната заколотилось с ужасающей скоростью. Боже, что он натворил. Что натворил!
Обидел Джун, подрался с Палием… Обидел единственных близких ему в этой чертовой академии людей! Джун ведь была с ним просто так, не потому, что ей какое-то перо что-то там напело, а он всё это время успокаивал себя проклятым пером, вместо того чтобы просто признаться, что влюбился в нее. Да, в нее, в прогульщицу с практической магии! Именно в такую, какая она есть! Да если бы не это перо, он ни за что бы не стал с ней общаться. Не узнал ее, не стал за ней ухаживать! Никогда бы не отважился ее добиваться, не поцеловал, не пригласил на свидание… И это перо принес ему Палий, его единственный друг…
Нат часто заморгал. Ладно. Спокойно. Он всё исправит. Просто возьмет и извинится перед Палием. Тот отходчивый, в конце концов, уж как-нибудь взаимную чистку рож они переживут. А Джун… Джун… Уладит. Как-нибудь уладит. Цветы, конфеты? Что-то…
На его часах сработал отсчет – чары заставили циферблат завибрировать. Нат поднял их к глазам. Точно, сто двадцать часов подходят к концу, время добавлять в зелье осоку-плошницу.
Сердце его упало в желудок. Зелье… Джун варит зелье для кого-то другого. Всё это время он, дурак, считал, что их избранность друг для друга пересилит ее глупую, ненастоящую влюбленность. Но пера не было. Никакие они не истинные и не суженые. Они просто парень и девушка, которые провели вместе неделю-другую. А когда зелье будет готово, Джун получит того, кого действительно всё это время желала. Она сможет получить любого, кого пожелает, и на каком месте окажется он, засранец и книжный червь, который обратил на нее внимание только из-за артефакта?..
Нат сделал шаг назад и рухнул на постель. Он всего лишь парень, с которым она решила развлечься. Просто так, безо всяких планов на будущее. И даже тут он умудрился всё испортить.
«Поеду в Сан-Релен… Сниму квартиру… Буду ходить на свидания…»
Он медленно встал и накинул пиджак, сунул в карман конверт с плошницей.
Как только вышел в общий зал, разговоры резко стихли. Палия было не видно. Нат, не глядя ни на кого, прошел мимо и вышел из общежития. Он дошел до чулана на первом этаже, спустился по винтовой лестнице и попал в подземный коридор. Факела не было, Нат сотворил светлячков и пошел вперед.
Запор на двери был ему не помехой – обычные замки земляные чары открывали на раз, но дверь оказалась не заперта.
Он вошел. В темноте тайный сад светогрибов выглядел потрясающе. Каждый из них – высокий, низкий, гроздьями облепивший пеньки и ярусы – мягко светился. В основном белым или голубоватым светом, но встречались и редкие – сиреневые, розовые. Споры, летающие по воздуху, в темноте были ярко видны. Нат поглядел на стену, где прятались пазы для брикетов. У него не было их, да и не умел он, как Джун, сцеживать свою магию в эти штуки.
Грибы давали достаточно света, у него были светлячки, так что он прошел вперед между грядами и ярусами, обогнул колонну и пришел к пустой площадке. Котел стоял всё там же, нетронутый, а рядом на привычной подушке, сделанной магией из не пойми чего, сидела Джун.
Нат замер.
– Чего тут забыл? – спросила она, не поднимая головы.
– Время добавлять плошницу.
– А, ну добавляй.
Нат, сглотнув, подошел к котлу – цвет зелья был насыщенно бордовым, всё так, как и должно быть. Он открыл конверт, придирчиво разделил слипшиеся кусочки стебля и бросил в котел.
– Есть чем помешать?
Джун тяжело вздохнула, словно он невероятно досаждал ей своим присутствием, и придвинула к себе сумку. Эта была не ученическая сумка, маленькая сумочка, с которой она ходила в город. Да и переодеться она не успела. Сидела в том самом коричневом в горошек платье и пиджаке, застегнутом на брошку в виде лисьей головы.
Она достала что-то из сумки, трансформировала в поварской половник и протянула Нату.
– Спасибо.
– На здоровье.
Нат помешал зелье. Помешал его раза в три дольше, чем было необходимо. Он не знал, как начать разговор.
Он все-таки вытащил половник и провел над ним рукой, стирая капли, чтобы все остатки зелья, которое сейчас в неподготовленном виде было очень даже опасно, не попали на кожу Джун.
– Спасибо.
– М.
Она превратила половник обратно в расческу и убрала в сумку.
– Злишься? – решился, наконец, Нат.
Джун секунду помедлила, словно прислушиваясь к себе.
– Нет, – покачала она головой и больше ничего не добавила.
– Я не хотел, чтобы так вышло…
– Я знаю. – Джун подняла голову, поглядела на него с улыбкой и снова опустила взгляд. – Ты… просто такой. Ты не должен извиняться за то, какой ты есть, Нат. Не самый ты плохой, просто любишь, чтобы всё было наверняка.
Джун со странной сосредоточенностью наблюдала за кружением плошницы в котле.
– Это значит, что мы расстались?
– А мы и не встречались, – Джун нагло улыбнулась. – Ты забыл? Я не встречаюсь с чарами, – сказала она словно мрачное пророчество – холодно и твердо.
– Чтобы внести ясность: я не хочу расставаться. Согласен, я немного растерялся, и это было некрасиво. Но если подумать…
– Если подумать? – глаза Джун опасно блеснули. – Ну давай подумаем. Каковы шансы, что господин умник, зубрила и светоч Спинс, обратит внимание на кого-то вроде меня – презренную двоечницу с практики безо всяких перспектив. Наши совместные годы здесь говорят лучше всяких слов – нулевые.
– Раз я близорукий идиот, значит, мне и шанса дать не нужно? – начал злиться Нат. – Да, я не замечал тебя, но я никого не замечал! А ты меня? Ты ходила вокруг, пытаясь меня соблазнить?
Джун как-то странно, очень зло улыбнулась.
– Как будто ты бы проигнорировала такую новость, Джун! Не попробовала бы сблизиться, если бы знала того самого? Идеального?!
– Не смею задерживать твои поиски, Нат, – проговорила она едко. – Иди, спеши, она ждет тебя где-то там, – Джун королевским жестом махнула в сторону двери. Нат разозлился еще сильнее. Отправляла его… как лакея какого-то!
– Значит, я один был скрытен, да? А это тогда что? – он ткнул пальцем в котел. – Я варю это, потому что ты со мной всегда была откровенна, честна и рассматривала всерьез?! А не просто провести время?! Мы же НЕ встречались, – передразнил он. – Ты сразу записала меня в разряд «раз он с чар, значит, говнюк». Ты и шанса мне не дала! Я хотя бы честно попытался стать ближе к тому, с кем мне обещали счастье!
– Извини, что я оказалась не на гарантии, Спинс. И-де-аль-ну-ю, – она растянула каждую гласную, – девушку можешь поискать в другом месте.
– Может, и поищу! – закусил удила Нат. Он понимал, что его бросают. Бросают, потому что он виноват. Потому что это именно он всё испортил. Но зелье в котле стало переливаться алым и светлеть, и вместо извинений из него снова полились обвинения.
– Ну и кто он? А? Кто так хорош, что его нужно опоить?
– Это зелье тебя не касается!
– Ах, не касается?! Кого ты выбрала себе? Покрасивее или побогаче?
Джун поднялась и надменно улыбнулась.
– Сложно смириться, что не все падают к твоим ногам, Нат? Чего раскипелся-то? Я ведь не твоя суженая, а мир полон мужчин гораздо лучше тебя. Это только здесь ты светоч, гений и недоступный уникум, но за стенами академии ты просто перспективное мясцо. Да, я выберу себе кого поинтереснее, пощедрее и поопытнее. – У Ната от гнева потемнело в глазах. – Такой девушке, как я, – глупенькой и бедной – ой как пригодится любовное зелье в Сан-Релене, так ведь? Так что делай свою работу, Желудь, – отрезала она жестким тоном.
Подошла, схватила его руку и задрала рукав.
– Видишь? Я уже почти расплатилась с тобой, – показала она Нату запястье с побледневшей меткой от клятвы.
Кровь бросилась Нату в лицо. От злости он, кажется, даже перестал дышать.
– Значит, вот чего ты хочешь, да? Продать себя подороже?
– Ну да, а что? В нашем мире ведь всё продается и покупается, – надменно заявила Джун.
– Не боишься, что такой, как я, – неинтересный и неопытный – сможет заплатить?
– Ты? – Ее смешок острым гвоздем впился ему в сердце. – Не льсти себе, Спинс. Мои запросы гораздо больше, чем какой-то скучный, бедный, хилый книжный червь на разок.
Нат ослеп от гнева. Мгновение он думал, что не совладает с собой. Так хотелось встряхнуть ее покрепче! Он попятился, чтобы не переступить черту. Он чувствовал… боль! Ему было невыносимо больно от ее слов, так, как не было никогда в жизни. И вот это любовь, с которой так все носятся?!
Он шагнул к выходу, но слишком разозлился, настолько, что не мог себя контролировать. Пелена затмила ему взор. Он захотел сделать ей больно настолько же, как она ранила его. Если бы он сейчас мог вспомнить что-то там насчет джентльменства и необходимости быть выше всего этого, но даже тени такой мысли не промелькнуло у него в голове. Ему было больно, и всё, чего он хотел, – ударить ее в ответ. Разорвать в клочья!
Нат медленно повернулся.
– Я соврал тебе, – сказал он вкрадчиво. Джун глядела на него надменно. – Конечно же, я слышал слухи. Ну, те самые, что ты даешь каждому встречному. – Улыбка Джун дрогнула на губах. Нат почувствовал мрачное, злое удовлетворение. – И я подумал: и это моя суженая? Даже странно, что я поверил. Очень рад, что это оказалось всего лишь глупой шуткой.
Джун побледнела.
– Ты уйдешь или уйти мне? – выдавила она ломко.
– Не трудись. – В этот момент Нат чувствовал себя победителем. Он достал ее куда сильнее, чем она его, и это казалось страшно важным. – Мне тут больше нечего делать. – Он развернулся и пошел прочь.
Он шел по темному сырому коридору, и каждый звук гулко отдавался в голове, словно бой часов на Часовой башне. Подумаешь! Ну и пусть! Плевать он хотел, тоже мне принцесса! Да он завтра найдет десяток других!.. Но все они будут не Джун… А ему нужна Джун. С пером или нет, ему Джун нужна! Гнев отпускал, и Ната сковывал ужас и растерянность. Он… накричал на нее? Он ведь не хотел ссориться, он хотел помириться. Хотел сказать, что хочет быть вместе… А она… Зачем она с ним так? Почему так глупо всё вышло?! Что вообще на него нашло?! Так разозлился… Господи, что он ей наговорил? Что он там говорил?.. Нат толком не помнил, плевался каким-то ядом, видел, что ей больно. И радовался. Что он сказал?.. Что-то про… Боже…
Нат развернулся и бегом бросился назад. Он думал, что Джун рвет и мечет, что строит планы ужасной мести и, может, сейчас попадется ему навстречу, кипящая от гнева. Отходит его какими-нибудь практическими чарами. Но всё было гораздо хуже. Джун была ровно там, где он ее оставил, только теперь она рыдала, уткнувшись лицом в колени. Нат опешил. Он почему-то думал, что Джун непробиваемая, не представлял ее плачущей… Тихо подошел и осторожно тронул ее за плечо. Она вздрогнула и вскочила.
– П-прости… – пробормотал он, еще не до конца осознавая весь ужас своих слов. Что же он натворил.
– Не трогай меня! – она резко шарахнулась от его руки. Ее сотрясали ужасные горькие рыдания, которые она явно старалась, но не могла унять. – Не приближайся!
– Д-Джун! – У Ната от ужаса заплетался язык. Сейчас, когда нужно было найти слова, этот проклятый язык окостенел. Джун Патик, всегда такая сильная, независимая, дерзкая, плакала от его слов. Только не это. Только не это! Не могли же его слова так сильно задеть? Это ведь просто слова. – Джун, умоляю, прости меня. – Он обнял ее, но Джун забилась в его руках, отталкивая. – Прости меня! – заорал Нат в отчаянии. – Пожалуйста, не отталкивай меня! Прошу! Пожалуйста, прости!
Они нешуточно боролись, и он покорно терпел все удары. Наконец Джун выдохлась и замерла. Нат держал ее против воли и вполне осознавал это.
– Прошу, давай поговорим. Пожалуйста.
– Что такое, Спинс? – глухо прошептала Джун ему в плечо. – Решил попользовать шлюху еще разок?
– Всё ложь, никогда я ничего не слышал. Ты ведь знаешь это. Умоляю, прости. Я не знаю… не знаю, что на меня нашло. Я так разозлился. Пожалуйста, скажи, что ты меня простишь! – Нат с силой прижал ее к себе. – Не знаю, что делать. Не понимаю, что делаю… – Его разрывало на кусочки от ужаса и вины. Что с ним не так?! Почему он всё на свете портит! – Пожалуйста, Джун, скажи что-нибудь.
– Отпусти.
Нату пришлось несколько раз сжать и разжать пальцы, чтобы решиться. Он отпустил Джун и сделал шаг назад.
Она посмотрела на него, и сердце Ната упало.
– Ты тоже сказала мне много чего… Пожалуйста… – прошептал Нат. – Я всё исправлю. Все свои ошибки. Клянусь! Дай мне еще один шанс. Пожалуйста!
– Уходи. Не хочу тебя видеть.
Нат закрыл глаза, и ужасная злая улыбка перекосила его рот. Минуту назад он не понимал, как мог так разозлиться на Джун, но вот она снова отвергала его, и в нем снова вспыхнуло это.
– Значит, вот как. Что ж, хорошо, – сказал он тихо. Сделал два шага от Джун и с силой пнул котел.
Зелье широкой дугой брызнуло на земляной пол.
– НЕТ! – крикнула Джун, хватаясь за голову. – Что ты делаешь?!
– Не мне – так никому, дорогая, – сказал Нат не своим голосом. Он никогда в жизни еще так никого не ненавидел, как того парня, для кого варилось это дрянное зелье.
Котел покатился под откос пола, жалобно дребезжа ручкой.
– Идиот!!! – заорала Джун. Она кинулась к котлу, подхватила его и стала бешено колдовать, собирая зелье с пола.
– Зря стараешься, оно испорчено, – позлорадствовал Нат.
– Дурак! – всхлипнула Джун. Она быстро колдовала, снова и снова выуживая зелье по капле обратно в котел. – Дурак! У нас же договор на крови! У тебя же рука отсохнет!
– А тебе это важно? – удивился Нат. Джун глянула на него с перекошенным яростью лицом и с криком швырнула котел в его голову:
– ПРИДУРОК!!!
Нат остановил котел и плещущееся в нем испорченное зелье чарами, поставил его на пол и подошел к Джун. Ее глаза испуганно заметались.
Нат просто стоял. Несколько мгновений они молчали, потом Джун выпрямилась и утерла слезы.
– Я плакала от жалости к тебе, – просипела она. – А не от… что ты там подумал.
– Спасибо, что пожалела меня.
– Только этого ты и заслуживаешь.
– Опять наговорим друг другу гадостей?
Джун умолкла.
– Я прошу прощения, – в который раз повторил Нат. – Я не должен был этого говорить. Не должен был…
Губы Джун дрогнули, в глазах опять проступили слезы. Она отрицательно покачала головой.
– Извини, Нат. Этого я тебе не прощу. Никогда.
– Хорошо, – примирительно кивнул Нат. – Сейчас не простишь. Но, может, со временем?..
– Да брось! – сипло усмехнулась Джун. – Через два месяца ты уедешь в свой Эшероль и заживешь своей блестящей жизнью великого мага. Не стоило вообще это всё начинать. Не понимаю, как я это допустила. Остались во мне все-таки эти девчоночьи глупости, сколько жизнь ни учит. Что ты там сказал насчет того, что я не ходила вокруг тебя? Так ведь я ходила, Нат. Ты помнишь, как мы валялись в лазарете с чесоточными чарами? На восьмом курсе?
Нат удивленно поднял брови.
– При чем тут?..
– Ты мне понравился тогда. Мы же рядом лежали в лазарете, не помнишь? Все дурачились, смеялись, а ты читал и ворчал. Ну, забавно так ворчал, как ты умеешь. Я тогда… не знаю, заметила тебя. Мы поболтали. Не помнишь? Конечно не помнишь, – с горечью хмыкнула Джун. – А как на свидание тебя звала, тоже не помнишь?
– На… п-погоди…
Что-то смутно заворочалось в его воспоминаниях. Что-то связанное с Джун. Какой-то короткий разговор…
– Ты звала меня на свидание?
– Да, звала, после того как мы все выписались. Набиралась смелости пару недель, ты же Натан Спинс с чар, неприступная ледышка, а я… – Она невесело хмыкнула. – И вот иду я как-то, а ты сидишь совсем один в своем темном углу под стеной учительского корпуса и читаешь. И я решилась. Всё то время, пока я, запинаясь, выпаливала заготовленную речь о том, что могу провести тебя куда угодно, если тебе это интересно, ты даже глаз не поднял. А потом-таки заметил, что кто-то трещит у тебя над ухом, посмотрел на меня и спросил: «Что?».
Нат стоял остолбенев.
– Я… что-то припоминаю…
– Не ври мне!
– Не помню, – признался Нат.
– После всего, что со мной случилось, ты был последним шансом парням с чар, господин Желудь. И я сломала об тебя последние зубы. Наложила на вас табу – на всех вас! Но ты победил, Нат. Все мои обещания самой себе, все клятвы… пуф! – Джун изобразила, как что-то взрывается. – Пришел ты и сказал, что хочешь за мной ухаживать, и вот она я. Снова растаяла, как последняя дурочка, так же, как в прошлый раз. Ох, ну в этот раз хоть секс порадовал, спасибо. – Джун едко хмыкнула. – Ты победил, Нат. Поздравляю.
– Да о чем ты? Не хотел я ни в чем побеждать!
– Хотел! Ты всегда хочешь победить! – взорвалась Джун. – Ты захотел, чтобы я влюбилась в тебя! И я, как последняя дура, влюбилась! Но хотел ты не меня, просто решил, что я тебе нужна, что я твой идеал, а это совсем не так! И теперь считаешь, что раз я не твоя долбаная суженая, то ты можешь вытирать об меня ноги?!
– Я… – Нат облизал губы. – Конечно же нет! Пожалуйста, послушай, Джун…
Но Джун явно не хотела его слушать. Она, едко хмыкнув, подобрала свою сумочку.
– У тебя еще хватит времени до экзаменов, чтобы сварить мне новое зелье. Можешь сделать это здесь, но на этот раз я не стану тебе помогать. Свою часть сделки я выполнила.
– Ты варила его… для меня? – прошептал Нат.
Джун закрыла глаза и покачала головой.
– После всего ты правда считаешь, что я из тех, кто опаивает парней, Нат? Серьезно? И я еще думала, что недостойна тебя. По-моему, очевидно: это ты меня не стоишь.
Она обошла его и пошла к выходу.
Нат не знал, сколько он простоял столбом в полутемной комнате. Наконец он поставил учебную треногу и котел в уголок, прибрал подушку, на которой сидела Джун. Им овладело странное желание навести порядок, разобраться в этом бардаке, что они устроили тут, словно то, что он расставил вещи, могло так же расставить по местам и их отношения.
Но ничего не помогло. Он стоял один и один поплелся обратно в общежитие чаровников.
Все уже отправились спать, в общем зале только группка каких-то пятикурсников тренировали чары призыва, видимо перед зачетом. Глянули на него и притихли.
Интересно, какую теперь кличку ему придумают? Психованный Спинс?
Перед дверью в комнату Нат в ужасе замер, представив, что сейчас никакие парящие драконы не бросятся к его ногам, постель Палия будет пуста, а со стен пропадут все его плакаты.
Но всё было на месте, и даже сам Палий. Он в кои-то веки читал «Водные чары», все-таки общие зачеты и экзамен им еще только предстояли. Его лицо было починено каким-нибудь артефактом от поклонницы, не иначе, – выглядел он как новенький.
Нат запоздало припомнил, что он свою расквашенную бровь поправить не озаботился, а Джун даже не спросила…
– Пришел? – буркнул Палий.
– Прости, – охотно отозвался Нат.
– Да ладно уж, – Палий по-свойски махнул рукой. – Не бери в голову.
У Ната от облегчения чуть ноги не подкосились. Он прошел по комнате и устало рухнул на постель.
– Всё плохо? – догадливо предположил Палий.
– Хуже некуда.
Палий перелистнул страницу.
– Не парься, наладится всё. У вас с ней должно получиться.
– С чего бы? – Нат рассматривал снизу свою книжную полку, что нависала над постелью. Через два месяца он покинет эту комнату, а полка осенью начнет падать на чью-то еще голову. Он вздохнул, встал на постель и закатал рукава. Несколько точных пассов, и Нат раскинул линии силы на задней стенке, немного земляных чар…
– Да с того, – хмыкнул Палий. – Перо не было фальшивкой.
Нат затянул чары, закрепляя полку. Ну вот, нужно было сделать это три года назад, по-хорошему.
– М… – невнятно промычал он.
– Так что просто иди и победи, трусливая задница. – Палий невесело усмехнулся. – Я даже позавидовал тебе, если честно, – признался он.
Нат молчал, стоя на кровати и глядя на забитую книжную полку.
– Все-то у тебя выходит сразу и так легко! Даже чертова судьба ждала тебя прямо под боком, – с горечью заговорил Палий. – Думаешь, я не попробовал, Нат? Конечно же, не удержался. А оно… просто упало, и всё. Никуда не полетело. Словно моей судьбы не существует в принципе.
Нат стоял и пялился на полку с таким пристальным интересом, словно увидел ее впервые в жизни.
– Нат? – Палий встал обошел его и заглянул в лицо. – Ты чего? – Он поглядел на полку и на Ната.
Нат просто не мог говорить. Онемел. Его губы вздрагивали в слабой попытке что-то сказать, но так и не раскрылись. Палий понял это по-своему.
– Да я клянусь, Нат! Оно было настоящим. Я бы не стал так шутить. Неважно, что у вас там случилось. Просто… ну… разберешься. Уладишь.
Нат глядел на корешки книг. «Огненные чары в атаке и защите», «Водные заклинания», «Практика атакующих чар», «Изящные искусства: тонкие заклинания для широкого профиля», «Общая практика эликсиров», «Время и место: рецепты составления артефактов»…
«Какой смысл быть сильнейший магом, если ты боишься?..» – зазвучал у него в голове голос Джун.
«В любви и войне все средства хороши, слыхал?»
– Да… – сказал Нат, продолжая скользить взглядом по корешкам всех изученных им предметов. – Ты прав. Я просто улажу это.
Нат посмотрел на Палия и улыбнулся. Тот глядел на него как-то подозрительно.
– Ты… Ты в порядке, Нат?
– О, я в полном порядке, – тихо сказал он и, наконец отмерев, спрыгнул с постели.