Глава 21. Вечная слава
Отгремел финал чарбольного турнира. Палий таки завоевал свой кубок. Джун продула еще на стадии полуфинала, так что не сильно переживала. Они с Натом сходили поболеть. Джун назло болела за составников, Нату было глубоко все равно, кто победит, но он делал вид, что страшно болеет за чары, и они с Джун веселились весь матч, подначивая друг друга. Сразу после веселье закончилось.
Экзаменационная неделя лихорадила выпускные курсы, как эпидемия драконьей горячки. Нат экзамены сдал играючи, Палий на каждый выходил как на последний бой. Нервничал так, что профессора боялись принцу лишний вопрос задать – а ну как удар хватит титулованную особу. От греха ставили «согласно требуемому уровню знаний» и отпускали с миром.
Джун завалила ровно половину предметов, все дисциплины практиков, которые она не желала знать, но обережные круги сдала блестяще. Придирчиво наскребла-таки себе средний балл на диплом Мага практических искусств.
Нат корпел над Лунным мостом, все готовились к экзаменам, и они с Джун только переписывались, но так и не нашли время увидеться до самого бала.
В субботу главный зал украсили, притащили раскиданные по академии музыкальные инструменты и зачаровали, чтобы играли сами по себе. Весь день выдохнувшую академию потряхивало от предвкушения. Все девушки бегали туда-сюда с посылками, платьями, рецептами средств для кудрей и прочей ерундой. Палий добыл Лире цветов, пропитанных флером романтической магии, то есть из цветника Хальцены, и хвастался, что у его Лиры будет самый роскошный букетик.
– Проклятье… – Нат поднял голову от своих записей по Лунному мосту. – Бутоньерка! Проклятье! Я забыл!
– Обижаешь, Нат. – И Палий отдал ему вторую, другую, но не менее изящную.
– Спасибо. Ты лучше всех! – сердечно поблагодарил Нат. – Из цветника Хальцены? Но ведь Джун же небось доставала?
– Ну да… И что? Я видел, как сегодня старосты занимали круговую оборону вокруг цветника и зимнего сада. Завтра половина парней академии будут с браслетами. Твоя Джун, наверное, озолотилась.
«Моя Джун…» – мысленно посмаковал Нат и торопливо вернулся к записям. Если попробовать замкнуть линии силы вот так…
Это был третий бал, который собирался посетить Нат. Первый на шестом курсе посещали все, потому что это было такое торжественное и волнительное событие. Ура, мы взрослые шестикурсники, и нам можно хоть на майский бал!
Конечно же, Нат отправился туда, как и все. Ни с кем не танцевал, пару часов подпирал стенку в одиночестве, выпил два стакана альтского морса и отправился в комнату учить уроки дальше. Довольно бесславный дебют, учитывая, что Палий, например, весь вечер отжигал на танцполе. Но чувство ритма не входило в длинный список талантов Натана Спинса. Танцы он ненавидел.
Второй раз он пошел туда на восьмом курсе, потому что встречался с Алисой Фецель и должен был ее сопровождать. Когда он в десятый раз нашел предлог, чтобы не танцевать, Алиса вздохнула, отвела его в сторону и в коротких и емких выражениях бросила.
Так что не только у Джун были неприятные воспоминания, связанные с танцами.
Одеваясь, Нат подумал, что, когда он подпирал стенку на своем первом балу, где-то там, в том же главном зале, Джун флиртовала с тем парнем, что стал у нее первым. Если бы они разули глаза пораньше…
Бал был идеальным моментом, чтобы спокойно заняться поломками академии: все были на танцах, и только младшекурсники могли бродить по коридорам. Но Нат пригласил Джун, а значит, он займется всем этим позже.
Палий, сияющий, как солнце в полдень, залихватски уложил волосы пятерней, поправил фрак и с лукавым видом расстегнул пуговку на воротнике рубашки.
– Я хорош? Не отвечай. Я знаю, что хорош. Но все эти малышки могут начинать плакать в свои платочки. Лира – единственная, кто получит этот приз. – Он улыбнулся себе в зеркале. Нат вздохнул.
Раньше он думал, что, когда Палий таки остепенится и начнет встречаться с кем-нибудь всерьез, бесконечные рассказы про свиданки прекратятся. Куда там! Придя на занятия, после того как расстался с Джун, Нат был с ног сбит ураганом по имени Палий Вилац.
– Мы с Лирой… Лира такая… А я… И мы… У нас любовь, Нат! Любовь, представляешь! Женюсь! Ну, или предложение сделаю… Караул, Нат! Женюсь, представляешь!
– Да, да, сделай милость, ЗАТКНИСЬ! – цедил Нат на каждой лекции. Не то чтобы он не был рад за Палия и Лиру, замечательно, что они разобрались в своих отношениях, но преподаватели были не совсем в восторге от того, что Палий постоянно бубнил, шептал и пихал его в бок, пытаясь рассказать еще что-то про Лиру Таль.
Оказалось, что Лира допустила несколько ошибок в том зелье, что выпила на седьмом курсе. Джун прислала ему рецепт, Лира описала, как помнила, что она делала и как. Нат пытался определить, как ей помочь, но пока не преуспел, нужно было покопаться подробнее, а у него всё еще не решен был Лунный мост. Палий отмахивался – приедут в столицу, и придворные лекари вмиг поправят Лирины нервы, уж он об этом позаботится.
Нат с тоской понял, что будет ужасно скучать по Палию. Стажировки принц не получил – какое там, экзамены бы сдать. Его ждал дворец и столица. А Ната – съемная квартира в Эшероле и магическая гильдия Крыло Гарпии. Им предстояло расстаться. Надолго ли? Может, и навсегда, хотя сейчас они обещали друг другу не терять связь, встречаться на праздники и прочее, прочее…
Нат надел свой новый парадный темно-синий костюм. Матушка прислала еще с месяц назад с милым докучливым письмом, где сообщала, что книжки не сделают его счастливым, так что нужно почаще смотреть по сторонам и поискать себе девушку. Лучше, конечно, из хорошей семьи и чаровницу, но можно и любую. Главное, чтобы милую, добрую, ласковую, скромную…
Джун в последнем письме назвала его Желудем три раза, и от каждого этого «Желудя» у него сладко екало сердце. Словно нежное прозвище. Он в долгу не остался, обозвал ее Барыгой и Петрушкой. Потом написал, что очень хочет поцеловать. Может, даже дважды, но это неточно.
Она написала «до завтра», и всё. Нат сходил с ума. Они все-таки вместе? Переписка у них была ужасно недружеской. Но увидеться было катастрофически некогда – экзаменационная неделя никому не оставила свободного времени.
Поэтому Нат шагал в главный зал в радостном предвкушении и волнуясь. Это же бал, а значит, они с Джун впервые пойдут куда-то как пара. Официально! И при этом… он не то чтобы был уверен, что они встречаются.
«Не пытайся навешать на всё ярлык, не пытайся, просто наслаждайся моментом!» – твердил себе Нат, но, черт побери, если уж начистоту, он бы очень хотел повесить на Джун что-нибудь с надписью: «Собственность Натана Спинса, не трогать, превращу в порошок».
В вестибюле толпился народ, все поджидали свои пары. Девушки в красивых платьях, парни в костюмах и рубашках – полный парад. Кто-то уже прошел в зал, за некоторыми столами гремели тосты, играла музыка. В холле летали зачарованные цветы и звездочки. Некоторые менее удачливые в деле добывания цветов парни пытались поймать их, но те ускользали. На окнах навели морок, и на каждом стекле кружилась вальсирующая пара.
Нат покрутил головой, выискивая Джун, и не нашел.
Опаздывает?.. А вдруг не придет? Да нет же. Придет обязательно.
Палий болтал со знакомыми, целовал девушкам руки, отвешивал комплименты направо и налево. Нат, конечно же, молча стоял в сторонке, сжимая футляр с бутоньеркой. Минуты тянулись мучительно.
Пришла Лира, ослепительно красивая в серебристом платье, и Палий, важный, как будто победил в Драконовых гонках, приколол ей на грудь цветочки.
– Она скоро, Нат. Задержали дела. Цветы нарасхват, – шепнула ему Лира, и Нат разулыбался. Скоро.
Холл пустел, Нат слонялся туда-сюда, поджидая Джун.
К нему подошел декан Кирст, Нат, прежде чем успел себя остановить, по привычке подобрался. Только через пару секунд он вспомнил, что все экзамены вообще-то сданы.
– Добрый вечер, Натан, – сказал Кирст миролюбиво.
– Добрый вечер, профессор.
– Будете танцевать?
– Надеюсь, что нет, – честно признался Нат. Кирст посмеялся.
– Итак, поздравляю вас с отличием первой степени. Магистр Девар прислал мне письмо. Крыло Гарпии, очень престижная гильдия.
– Да. Я… я буду очень стараться, – сказал Нат, не понимая, чего, собственно, Кирст от него хочет.
– Вы отлично навострились ставить магические замки, молодой человек. – Нат от удивления замер. И тут его пронзило! Джун была права! Абсолютно права! Единственный человек, который мог снять его замок, – профессор Кирст. А значит, он забрал Исповедницу. Но значит ли это, что он ее хозяин? Нат нервно сглотнул. – Мне пришлось попотеть, и не скрою, у меня ушло как минимум тридцать минут, чтобы его открыть. Ей-богу, были мгновения, когда я готов был сдаться. – Кирст покачал головой и погладил свой амулет удачи. – Но! Указ ректора. Сами понимаете, не обсуждается.
Нат хлопнул глазами.
– Значит… вы знали про эту куклу?
– Разумеется. Я ее там и спрятал. И по приказу ректора запер лучшим своим замком. То, что вы его открыли, Натан, поразительное достижение. Впрочем, я давно уже понял, что вы тот ученик, которому суждено превзойти учителя.
– Спасибо.
– Ну что вы. Однако я должен предупредить вас, Натан. Некоторые двери лучше не открывать. Некоторые секреты лучше не разгадывать. Что бы вы ни искали в той башне, в шкафу этого не было, не так ли?
– Совершенно верно. Содержание шкафа… было полным сюрпризом.
– Что ж, вам, как выпускнику и уже почти взрослому магу, я могу сказать, что хранение такой темной вещицы в академии, разумеется, меня не радует. Однако ректор тоже человек подневольный. Конклаву нужно место, обладающее достаточным магическим фоном, чтобы тут работали некоторые довольно сложные сдерживающие чары для… одной особы. Но ни слова больше! – замахал руками Кирст.
– Не волнуйтесь, профессор. Я знаю, чья она. И я оставлю это знание при себе.
– Вы знаете?! Но откуда?! – Нат пожал плечами. – Не обсуждайте это ни с кем! Это в ваших интересах, Натан. Поверьте! Эта Эвок… – Кирст понизил голос. – У нее последователи. Фанатики! Ужасная история.
– Значит, вы перепрятали Исповедницу?
– Разумеется! Безлюдная башня директора Симлика стала вдруг ужасно людной. Я вместе с профессором Мирез убрал эту вещь подальше от любопытных студентов.
– Я рад. Не хотелось бы, чтобы ее нашел кто-то другой.
– О, никто, кроме вас, не смог бы открыть мой замок. Так что опасности не было, – беззаботно отмахнулся Кирст. – Ну что ж, пойду-ка отведаю канапе от Мортимера, и вы себе не отказывайте в этом удовольствии, Натан.
– Конечно, профессор.
Кирст ушел, а Нат принялся гадать, какие же сдерживающие чары наложены на Летис. Он обещал Джун не говорить с ней, но подумать-то он мог?
Свое настоящее имя она почти наверняка назвать не могла, как и не могла покинуть пределы академии. Исповедницу хранили рядом, чтобы она чувствовала хозяина, не «скисала», как бывает со старыми забытыми извлеченными воспоминаниями. Они начинают путаться и превращаться в несвязный хаос.
Очевидно, Конклав очень хотел узнать секреты Летис, а Нат… В данный момент он куда больше хотел, чтобы Джун наконец появилась, но ее всё не было. Нат поболтался по холлу еще немного. От нечего делать добавил в иллюзию на одном из окон распускающиеся цветочки, вспыхивающие фейерверки и подушку из облаков под ногами танцоров.
Стало как-то аляповато. Художник из него так себе.
Мимо прошла шумная ватага чаровников, сокурсники попытались утащить Ната в зал, но он отбрыкался. Когда основная масса гуляк скрылась в зале, рядом с Натом задержалась Алиса Фецель.
– Ждешь кого-то особенного? – спросила она с улыбкой.
Какой-то парень, проходящий мимо, споткнулся на ровном месте, глядя на Алису. Она была в красном, и, боги, как она была хороша. Нат, помня, что он вообще-то влюблен в другую девушку, и то не мог не отметить очень выгодный вырез и чувственный изгиб талии.
– Ты угадала. – Нат с трудом, но таки поднял взгляд из ее декольте к лицу. От Алисы ничего не укрылось. Она с улыбкой положила руки ему на плечи.
– Что же ты меня не пригласил, Нат? Пришлось идти с другим.
– Э… Ну… Хм. – Нат понятия не имел, что ей сказать, и тихонько попятился прочь. Еще не хватало, чтобы Джун застала его с Алисой, висящей на нем в красном «голом» платье.
Но она не отпустила, а вырываться он постеснялся.
– Ты ведь всегда мне нравился, умник, – сказала она, чуть склонив голову. – А я тебе нравилась. Академии конец, мы оба едем в Эшероль. Крыло Гарпии… Вау. – Она произнесла название гильдии так, словно оно по меньшей мере ее возбудило. Нату стало жарковато.
– Да. Спасибо, – отрывисто сказал он и снова попятился. Алисе пришлось сделать шаг, чтобы не выпустить его.
– Красивые цветы, – она кивнула на футляр с бутоньеркой, что Нат от нервов комкал в руке. – Для кого они?
– Для меня! – раздался строгий голос Джун. Она подошла к ним, печатая шаг по коридору. Звучало воинственно, ведь она, в отличие от всех девушек, надела не туфли, а высокие сапоги на шнуровке. Легкое светло-голубое платье и распущенные рыжие локоны дополняли вид. Нат, уже не церемонясь, стряхнул руки Алисы со своих плеч.
– Привет, – поспешно поздоровался. – Это тебе, – он сунул Джун бутоньерку.
– Поняла? Мне! – Джун нагло кинула футляр прямо под ноги и сама приколола цветок себе на грудь.
Алиса усмехнулась. Поглядела на Ната снисходительно, словно он неразумный ребенок, что притащил в дом дракончика и просит: «Ну давайте оставим его тут жить». Но поскольку «дракончиком» была Джун, Нату этот взгляд остро не понравился. Алиса могла говорить ему что угодно, но обижать Джун он не мог позволить.
– Тебе пора, – отрезал Нат, и это было самое грубое, что он когда-либо ей говорил.
– Хорошего вечера, – пропела Алиса и пошла в зал, цокая шпильками.
– Прости! – зашептал Нат Джун. – Вцепилась как пиявка!
– Вот сучка! – Джун мстительно глядела Алисе вслед. – Ты только посмотри на это платье!
– М-да…
– Боже, ну и задница… – Джун уважительно хмыкнула. – Ужас! И как ты держался?
– С трудом, – не стал умалять свой подвиг Нат.
Джун со смехом посмотрела на него, он на нее, и в следующую секунду они уже целовались. Нат захотел послать этот бал к чертям собачьим, утащить Джун к себе в комнату и забаррикадировать дверь.
– А ты не ревнуешь? – уточнил Нат, отстранившись. – Как там насчет всяких «других женщин»?
– К ней? Да это же просто Алиса Фецель, главная красотка академии…
– Я не виноват!
– Да я знаю! Ну что я, слепая, что ли? Сразу же видно, как ты, бедный, от нее пятился.
У Ната с души рухнула маленькая скала.
– Спасибо. Пошли веселиться?
– Ага.
– Платье – шик!
На Джун было что-то ярко-голубое и атласное. В фасонах Нат не разбирался, но точно мог сказать, что ей шло и наряд ее выгодно отличался ото всех теми самыми сапогами. Довольно… интригующими.
– Спасибо. Оно с секретом.
– Да?
Джун провела ладонью по груди. За пальцами потянулся легкий магический след, и вот на ней уже красовалось очень изящная под тон платья серебристая надпись: «Конклав сосет».
Нат прыснул в кулак.
– Я люблю тебя, знаешь?
– Знаю, – ответила Джун и вдруг сама поняла, что сказала. – То есть… Сначала вечная слава, а там уж поговорим.
Нат вопросительно посмотрел на нее.
– А ты меня?..
– Тоже, – тихо пискнула Джун.
Нат скептично выгнул бровь и горестно вздохнул:
– Ладно, на первый раз сойдет.
– Нет, если тебе так уж нужны признания, я могу сказать. Я не трушу.
– Ну, давай, говори.
– Натан Спинс, я… я тебя… – Краска стала расползаться по ее лицу. – Ценю.
Нат цокнул языком.
– Давай, может, в другой раз, я не готовилась к признаниям! – нервно всплеснула руками Джун. – Ну, то есть, наверное, уже понятно, как я к тебе отношусь, нет?
– Для лучшего ученика академии, моя логика работает…
– Да-да-да! Пошли уже, танцы, и всё такое.
Они зашли в зал, и только сейчас Нат заметил, что Джун пришла с увесистой сумкой.
– Эм… ты взяла своей закуски?
– А, это работа. Знаешь, сколько тут простора для бизнеса? Всем нужны цветочки, алкоголь, противозачаточные или ценный совет, где именно можно уединиться и как забаррикадировать дверь.
Нат прыснул.
– Ты собираешься приторговывать алкоголем из-под полы на майском балу?
– Конечно. Я так каждый год делаю. А что? Ты хотел танцевать?
– Боги, нет! Не хотел!
– Отлично, потому что мне некогда, Нат. Извини. Знаешь, почем жилье в Эшероле? То-то и оно. Когда все отдыхают, умные люди работают.
«Жилье в Эшероле?» – у Ната забилось сердце. В Эшероле, не в Сан-Релене!
Они сели за стол с Палием, Лирой, Аресом Фоком и его девушкой с составной магии. Нат, конечно же, не помнил имени. Вечеринка проходила сносно. Музыка, еда, выпивка. Палий с Лирой танцевали, сумка Джун пустела, а в карман перекочевывали флорины. Они болтали, бессовестно флиртовали и ели. Нат любовался Джун и совсем позабыл о своей важной миссии.
Джун отлучилась ненадолго в туалет, а к их столу второй раз подошел разрумянившийся парень.
– А есть еще? – спросил он тихо. Нат пододвинул к себе сумку Джун и заглянул внутрь.
– Есть.
– Двадцать, да?
– Тридцать, – самовольно задрал цену Нат.
– Было двадцать час назад!
– Дефицит. Хочешь – бери, не хочешь – до свидания.
– Грабитель ты, Спинс!
Нат получил деньги, отдал бутылку якобы сидра и сунул деньги в кармашек. Отодвинул сумку, и из внешнего кармана выпало несколько вскрытых записок. Нат подобрал, намереваясь положить их обратно, но взгляд зацепился за слово «секс».
Не то чтобы он был любителем почитывать чужую переписку, но письмо было открыто.
«Это было великолепно! Спасибо, спасибо, спасибо! Лучший секс в моей жизни! Ты чудо!»
Нат моргнул, проверил адресата. Джун Патик.
Ладно… Это может быть что угодно. Уверен, Джун всё сможет объяснить. Джун как раз пришла назад и плюхнулась на стул рядом.
– Ну что, из профессоров кто-нибудь уже набрался?
Нат протянул ей письмо. Джун небрежно взглянула и непонимающе посмотрела на него.
– Что?.. А! – Снова посмотрела на письмо. – Да нет, ты что?! Это от благодарного клиента. Я ей присоветовала теплицы Хальцены вместо садика, и она там смогла провести время со своим парнем. Я к этому сексу никакого отношения, кроме опосредованного, не имею… – Она вдруг осеклась. – И не совсем понимаю, почему я, собственно, оправдываюсь, могу спать хоть со всей академией.
– Нет, не можешь!
– Ну ладно, не могу. Ты ведь мне веришь?
– Да.
– Отлично.
– А что там за теплицы?
– О, классное уютное и очень уединенное местечко.
– Да?..
Они встретились взглядами, и у Ната все тело закололо. Джууууунннн…
– Ага. Хочешь посмотреть?
– Только если вместе с тобой.
Они мгновение молча глядели друг другу в глаза. У Ната от возбуждения по телу шалили мурашки.
– Там довольно живописно, но есть проблема, – сказала Джун тихим вкрадчивым голосом. – Кровати нет.
– У меня в комнате есть.
– Тогда… может, покажешь, как там у тебя в комнате?
– Потанцевать хоть разок не хочешь?
– Неа.
– Супер!
Нат схватил ее за руку и потащил из зала, пока не передумала. Они шли по коридорам, то и дело в укромных уголках кто-то целовался. Но Нат не поддавался. Ну уж нет, если они застрянут где-то, а потом опять поругаются или еще чего…
– Нат, ты очень целеустремленный, – смеясь, заметила Джун, когда он тащил ее по лестнице.
– Очень. Ты даже не представляешь насколько.
Нат набросил на них чары сокрытия, когда подходил к общежитию.
– Мне сюда, по-хорошему, нельзя, – шепнула Джун.
– Можно. Плевать на правила.
– Кто ты и что сделал со Спинсом?
Они прошли общую гостиную, юркнули в коридор и зашли в их с Палием комнату. К ногам привычно бросились дракончики. Нат закрыл дверь и наложил на нее магический замок. Конечно, хотелось бы еще заглушающие чары добавить, но статические нужно было раскидывать по стенам, на что он в данный момент был неспособен, а быстрые чары он все равно не удержит… если они тут будут заниматься тем, о чем он подумал.
Джун присела, рассматривая дракончиков. Нат с тревогой осмотрел беспорядок, который оставили они с Палием, и быстро пнул ботинки друга под его кровать.
– Какие славные. – Джун поймала Хенка Трорберга верхом на Громобое за хвост.
– Да уж, стоят как золотой слиток, – хмыкнул Нат.
– Серьезно? А так и не скажешь.
Джун встала. Нат смущенно замер, не понимая, можно ли уже приставать к Джун с самыми развратными намерениями или еще нет.
Она прошла между койками, осматриваясь. Нат свет решил не зажигать, чтобы не портить атмосферу.
– Твой стол? – Джун указала на раскиданные тетради и учебники.
– Угу…
Она коснулась кончиками пальцев его вещей. Так трепетно, словно давно хотела это сделать. Словно любила каждую его книжку и тетрадку, подставку под писчие палочки и брошенную недоделанную модель Лунного моста. Он неловко потер шею. Отчего-то эта тихая нежность ужасно его смутила. Он давно хотел, чтобы Джун призналась ему в чувствах, чтобы сказала там в доме Солера «я тоже влюбилась в тебя», но сейчас ему показалось, что этими нежными прикосновениями к его вещам она сказал ему куда больше.
Джун обернулась, улыбнулась и сняла с плеча пустую сумку.
– Мило тут у вас.
Нат, смущенный, кивнул.
– Полагаю, это твоя? – Джун кивнула на кровать.
– Как ты узнала? – пошутил Нат. Конечно же, разобраться даже в темноте, кто тут и где спит, было просто. Кровать Ната была строго заправлена, а на покрывале стояли три стопки книг, перетянутые бечевкой, которые он начал паковать к отъезду. Его «подкроватное» чтиво.
– Я очень проницательна, – заявила Джун, кивнув на книги. Нат подошел, взял их за бечевку и снял с постели, задвинув ногой под кровать.
– Да, вот тут я и спал все эти годы.
– Один? – лукаво спросила Джун.
– Ты же знаешь, что один.
– То, что у тебя не было секса, еще не значит, что не было ничего.
Джун подошла и плюхнулась на его постель. Нат сглотнул. Так, вот теперь уже точно можно приставать или как?..
– Признавайся, бывала тут хоть одна девчонка?
Нат вздохнул и нехотя ответил:
– Да. Пару раз.
– Кто?
Вот уж тут Нат совсем не хотел бы признаваться, но врать не хотелось.
– Алиса Фецель.
Джун хохотнула.
– Серьезно?!
– Мы встречались две недели. – Нат сел рядом с Джун и с наслаждением стряхнул с ног ботинки. Новые лаковые, мучение одно. Джун повернулась, ложась вдоль постели, откинулась на локти и положила свои ноги поперек его, явно предлагая заняться шнуровкой на высоких сапогах. Нат распутал бантик на правой ноге и стал вытаскивать шнуровку из петель.
– Всего две? Хотя… мы с тобой и того не встречались.
– У нас всё впереди, – уверенно заявил Нат.
– Посмотрим.
Он снял первый сапог и поставил рядом с постелью. Джун положила левую ногу поверх правой. Нат взялся за второй.
– И почему ты не надела туфли, как все?
– Потому что туфли надели все. Тебе не нравится?
Нат, глядя, как нога Джун показывается под ослабленной шнуровкой, не смог соврать.
– Ужасно сексуально.
– На то и расчет.
– Меня соблазнять не нужно, а другие обойдутся.
– Боже, Нат! Мне что, ходить в монашеской робе?
– Отличная идея, – буркнул он. Джун легонько пихнула его стопой. Нат взял ее в ладони и стал нежно массировать. Ему нравились ноги Джун, не тоненькие, а, напротив, аппетитные. Мягкие округлые коленки, женственные, упругие бедра. Он прикусил губу и вернул свое внимание на стопы. Интимно погладил каждый пальчик. Джун сладко вздохнула и откинулась на спину.
– А можно уже к тебе приставать? – спросил Нат то, что свербило ему голову.
– Нет, конечно. Мы ведь заперлись в твоей комнате, чтобы поговорить про погоду, – рассмеялась Джун.
Нат стащил пиджак, бросил его на пол и лег рядом с Джун. Они замерли, глядя друг на друга. Нат знал, что стоит им прижаться ближе, поцеловаться, и возбуждение мигом захватит голову. Станет не до нежностей и не до разговоров. И ему захотелось немного повременить. Он осторожно коснулся лица Джун кончиками пальцев. Обвел брови, нос, пощекотал уголки губ.
– Дразнишь? – шепнула она.
– Любуюсь.
– Ну и как там?
– Волшебно.
Только это слово могло по-настоящему описать его чувства. Лежать рядом с Джун, одетой в нежно-голубое платье, касаться ее лица, видеть, как она улыбается, а потом ее улыбка гаснет и в глазах загорается темный огонек возбуждения.
Они поцеловались, и это был мучительный поцелуй. Джун застонала, прижала его к себе. Они жадно вцепились друг в друга, словно плотину прорвало.
Джун дрожащими руками потащила из брюк его рубашку, но тут же бросила и рванула ремень из шлиц.
Нат задрал на ней платье и навалился сверху. Он, бывало, мечтал, как приведет в свою комнату девушку, как у них всё будет именно тут, на его постели, на которой он одиноко засыпал столько раз. Ох, не так он себе это представлял.
Первый секс в его постели оказался феноменально быстрым. Джун очень хотела, он тоже. Они, путаясь в пуговицах на рубашке Ната и в крючках на платье Джун, оба плюнули и просто чуть расстегнули, приспустили, отодвинули мешающую ткань и…
Джун откинула голову, сладостно застонав, и Нату пришлось срочно вспоминать Алисера Тумса и его планограммы водных чар, чтобы не закончить всё прямо в эту секунду. Было неудобно, шуршала неснятая одежда, что-то постоянно за что-то цеплялось, но они целовались и были едины. Раскачивались, соединяясь и расходясь, и было плевать на всё на свете.
Джун закусила пальцы, чтобы сдержать стоны. За дверью в общем зале слышалась приглушенная болтовня и смех, а кровать Ната поскрипывала, впервые за десять лет подвергаясь такому испытанию.
– Нат! – Джун, закусив губу, крепче прижала его ногами. – Я не могу… не могу… – шептала она, и Нат наслаждался каждым ее словом. – О боже… На-а-ат…
Джун закрыла рот ладонью. Нат сильно и уверенно вел ее к финалу… Джун зажмурилась и задрожала, увлекая его за собой. Он без сил упал на нее, утыкаясь в шею. Джун медленно опустила ноги, которыми сжимала его, Нат несколько минут лежал неподвижно. Только их тяжелое дыхание раздавалось в комнате, медленно успокаиваясь. Наконец Нат пошевелился и осторожно разъединил их тела.
Джун, закрыв лицо ладонями, стала хихикать.
– Что? – Нат и сам смеялся не пойми над чем.
– Мы такие романтичные, – придушенно прошептала Джун. Нату показалось, что шутки уморительнее он в жизни не слышал. Они смеялись, лежа рядом. Пару раз Нат предпринял попытку поцеловаться, но смех побеждал.
Наконец, просмеявшись, Нат с деятельным видом стал раздевать Джун. Снял с нее платье, лифчик и все еще оставшиеся на ней трусики.
Разделся сам. Абсолютно голые, они забрались под одеяло, тесно прижавшись к друг другу на узкой койке.
– Поздравляю, – хихикнула Джун.
– С чем?
– Ты все-таки занялся сексом на своей академской койке.
– Да уж, едва успел.
Они долго ласкались в тишине, перебрасываясь пустыми и нежными словами ни о чем, в каждом из которых Нату слышалось признание в вечной любви.
Потом снова занялись любовью. На этот раз медленно и томно, чувственно наслаждаясь каждой минутой. Нату нравилось изучать тело Джун, его реакции, слабости, беззащитные местечки, от поцелуев к которым она вздрагивала. Под коленкой, в сгибе локтя, сразу под соском.
Комната пропахла ими, простынь на постели пришлось уже трижды расплавлять, а они всё никак не могли насытиться.
– Если сейчас сюда придет Палий, я его убью… – пробормотал Нат, когда они в очередной раз остывали. Джун лежала у него на груди, он перебирал ее длинные волосы.
– Не придет, – зевнула Джун.
– М?..
– Мы договорились с Лирой. Мы к вам, они к нам.
Нат прыснул.
– Договорились?
– Ага. Мы же коварные женщины.
– Буду знать.
Нат гладил ее макушку. Джун указательным и средним пальцем изображала у него на груди почетный караул – шагала от одного соска к другому и обратно.
– Я люблю тебя, Нат, – сказала она, наигравшись. – Очень-очень сильно. И… как бы ни было страшно, я всё равно хочу быть с тобой. Больше всего на свете. Даже если и не навсегда.
– И я хочу быть с тобой.
– Тогда… давай встречаться?
Нат приподнялся на локте.
– ЧТО?
– В-встречаться…
– Официально? Будешь встречаться с чаровником?
– Ну… – Джун лукаво заправила волосы за ухо. – Ты же завтра получишь диплом и уже не будешь парень с чар. Будешь маг из Крыла Гарпии. Вот с завтрашнего дня и начнем.
– Вот уж нет! Встречайся со мной немедленно! Сегодня! С парнем с чар!
– Или что?
Нат начал ее щекотать. Джун забрыкалась и тут же была зацелована до потери дыхания.
– Ладно! Ладно! Встречаюсь с парнем с чар!
– То-то же!
Когда Джун задремала, Нат осторожно коснулся ее головы, воздействуя менталистикой. Только расслабил и углубил сон, чтобы не проснулась, пока он будет тут возиться.
Он встал, пошел в ванную и глотнул Бодрящего эликсира. Оделся, собрал свои записи в сумку и открыл замок. С нежностью взглянув на спящую Джун, пошел добывать ей «вечную славу».
***
Джун проснулась от какого-то звука. Нат раздевался, стоя посреди комнаты. От него явно веяло ночной прохладой, словно он только что вернулся с улицы.
– Ты выходил? – зевнула Джун сонно. Он обернулся и посмотрел на нее в темноте.
– Прогулялся немного.
– Замерз?
– Ужасно.
– Тогда скорее забирайся ко мне.
Джун призывно откинула краешек одеяла. Нат, смешно прыгая на одной ноге, стащил брюки. Джун прыснула в подушку. Когда-то ей нравились брутальные парни вроде Вилаца или того, о котором она предпочитала не вспоминать. Но сейчас, глядя на худощавого, смешно прыгающего Ната, ее разрывало от любви и нежности. Ее ботаник. Нат…
Он забрался в постель.
– Ледяной! – зашипела Джун.
– Согрей, – тут же подсказал Нат.
Он умел говорить на какой-то самой грани пошлости, сохраняя серьезный и вдумчивый тон, даже когда произносил вещи вроде этой.
– Ты не спросил, можно ли ко мне приставать.
– Мы же теперь встречаемся. Теперь мне всегда можно.
Он поцеловал, и Джун сладко застонала. Вот почему Нат неопытный ботаник – и так здорово целуется? Только бы не сказать ему об этом в запале, совсем зазнается.
Джун нравилось всё. Как он прикасался, как целовал и как серьезно, словно решал ужасно сложную задачу, смотрел, нависая сверху, когда они…
И ведь решил он эту задачку. Может, это магия какая-то? Околдовал? Опоил?.. Нет. Просто влюбил в себя. И всё, что хотелось, – признаваться в любви и отдаваться без остатка. А сомнения и страхи… Это ведь только ее страхи. Нат вот ничего не боится… Кажется.
Джун зажмурилась и замотала головой, пытаясь выкинуть эти мысли. Не хочу, не хочу, не хочу! Не хотела она сомневаться в Нате. Она хотела верить ему. Целиком и полностью доверять своему Нату, ботанику и Желудю. Своему… любимому.
– Что такое? – он рассмеялся, глядя на ее лицо.
– Люблю тебя.
– И я тебя.
– Фу, какие мы скучные.
– Обожаю быть скучным.
Джун слишком вымоталась, да и Нат, похоже, тоже. Он тяжело вздохнул, подоткнул одеяло и отрубился за считаные минуты.
Она еще какое-то время лежала и рассматривала его во сне. Погладила шею, закутала плечи. Прижалась крепко-крепко, чтобы согреть своим теплом. И так и задремала.
Утром ее сапоги добавили им головной боли. Но не идти же босиком!
Нат с задумчивым таким видом придержал ее зад, когда она, наклонившись, затягивала шнурки.
– Даже не думай! – Джун сдула волосы с лица. – Вручение дипломов через час!
– Думать ты мне не запретишь, – спокойно сказал Нат и погладил так по-хозяйски, что у Джун внутри всё томно потянуло. Боги, она ужасно развратная! Стоит Нату прикоснуться, и готова рвать на нем одежду!
Джун отпрыгнула и замахнулась на него книгой, поддерживая хоть как-то свою репутацию приличной девушки, отказывающейся заниматься сексом за час до вручения дипломов.
По крайней мере, нужно было переодеться! Прийти туда в этом платье – словно всей академии заявить: «Я всю ночь трахалась!»
– Ладно, ладно, – сдался Нат. Проводил ее под чарами сокрытия до общежития практиков. Они торопливо поцеловались, и Джун сбежала.
Лира уже была одна. Где шлялся Вилац, Джун было не интересно, но, судя по лучащемуся лицу Лиры, у них тоже была веселая ночка.
Сегодня вручали дипломы, а завтра они должны были покинуть Академию. У всех было чемоданное и жутко слезливое настроение. У всех, кроме Джун. Ей не терпелось смыться отсюда. Для нее Академия чар, где ее не стали учить этим самым чарам, стала местом крушения надежд стать настоящим магом. Она хотела вырваться в большой мир и всем доказать… что-то. Пока еще не совсем понимала, что именно.
Но у нее была стажировка в магической гильдии! У единственной со всего курса. Она единственная собиралась в Эшероль, город настоящих магов. Остальным предстояло вернуться домой и вставать на биржи контрактов для практиков.
И ведь чуть не отказалась. Почему? Сейчас ей казалось, что она с ума сошла. Отказаться от стажировки! И ведь именно Нат вразумил. Ей было попросту страшно. Столько времени ушло, чтобы смириться с тем, что настоящим магом ей не стать, столько обид и презрения пришлось вытерпеть. Джун похоронила свою мечту, и взять стажировку в трехсотой гильдии – словно снова поставить на кон всю свою гордость и самолюбие, от которых Академия чар и так-то оставила одни лохмотья.
Академия чар и прочих магических наук. Нату никогда не понять, каково это – оказаться среди «прочих».
Они с Лирой пошли на вручение дипломов. Нат говорил речь, и она получилась довольно скверной. Публичные выступления точно не входили в список его талантов. И все же Джун сидела и не могла отвести от него глаз.
Нужно было еще уладить несколько дел, горели последние ее сделки.
Она полетела в тайный сад и украла целую охапку светогрибов для Солера, срезала с кустов вокруг ректорской беседки еще несколько роз и огненных лилий, про которые всем заливала, что они из цветника Хальцены (разницы никакой, но всем подавай магию романтического места!), и забрала у Итана несколько срочных посылок из города.
Возвращаясь в главный корпус, запыхавшись шла мимо фонтана Симлика. Вдруг на всех парах к ней подлетел Марк Далин.
– КАК ТЫ ЭТО СДЕЛАЛА?! КА-АК?! – заорал он, выхватил у нее коробки, отбросил их на траву и закружил в объятиях.
Джун шокировано замерла.
– Ты чего?!
К ней бежали еще ребята с практики.
– Джун! Джун! – орали они и почему-то смеялись. Ее окружила взволнованная ликующая толпа, и еще через мгновение ее подхватили и начали качать, словно она таки выиграла чарбольный турнир.
– ЭЙ! – Заорала Джун. Она вообще-то была в юбке и летать тут кверху ногами не планировала.
Джун поставили на ноги, но тормошили, обнимали и задавали один и тот же вопрос: КАК?! КАК?!
– Невероятно! Как тебе удалось?!
– Ты скрывала все эти годы, а?
– С кем договорилась? Наверное, разорилась?
– Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? – взорвалась Джун.
– А фонтан проверяли? – крикнул Феликс Нортон, подбежал к парапету фонтана Симлика и заорал: – ДЖУН!
И вода мигом схлынула. Фонтан замер. Джун открыла рот.
– Эт-то чего такое?
– Всё починилось! Все поломки академии!
– Восточная лестница!
– И Лунный мост! Он стоит днем!
– И фонтан Симлика, выходит, тоже!
– И крыша в западном павильоне!
– Джун починила!
Все переглянулись на звуке ее имени и захохотали.
– Чего вы ржете? – не понимала Джун.
– Джун! – крикнула Берта.
– Джун! Джун! – заорал Марк и засмеялся.
И фонтан зашумел и снова заработал.
Джун опасливо подошла к парапету.
– Попробуй! – подначил ее Марк. – Давай, скажи свое имя.
– Джун, – сказала она, чувствуя себя полной дурой.
Фонтан фыркнул, загудели трубы, и вода перестала течь.
– Джун, – прищурившись, повторила она.
Фонтан оживился и снова заработал.
– Хочешь сказать… – Джун сглотнула.
– ДА! Все поломки академии чинятся, если сказать твое имя! Как ты это сделала, черт побери?!
– Не будь идиотом. Конечно же, я не могла этого сделать, – тихо прошептала она. В груди разрасталось что-то новое, распирало и поднимало от земли, превращая в воздушный шарик.
Нат!
Она обернулась, намереваясь немедленно помчаться в общежитие чаровников и сказать ему… Что-то! Но Нат сидел недалеко, как всегда в тени под стеной учительского корпуса, как всегда с книжкой. Но на этот раз он не читал, а внимательно поглядывал на нее и окруживших ее ребят с практики. Джун, заплетаясь в собственных ногах, подошла к нему, села рядом, взяла под руку и уткнулась лицом в плечо.
Ребята с ее факультета уставились в шоке. Марк быстро отогнал их любопытные задницы подальше.
– Ты там не плачешь, надеюсь, – поинтересовался Нат.
– М… – хлюпнула носом Джун. Вообще-то, почти плакала.
– Не волнуйся, я починил не всё. – Нат со своим жутко надменным видом (который Джун в последнее время нравился всё больше) перелистнул страницу книги.
– А что не починил?
Над их головами раздался бой часовой башни. Нат с хитрым видом улыбнулся.
Джун засмеялась сквозь слезы:
– Ты сломал часовую башню!
– Ага. На этот раз именно как полагается – страшными неснимаемыми чарами.
– И как только забрался туда! – поерничала Джун.
– Ох, не без труда! – фыркнул Нат.
Они сидели рядом, проходящие мимо бывшие студенты с любопытством поглядывали на новую парочку.
– Когда ты уезжаешь?
– Поезд завтра в полдень.
Нат уезжал сначала навестить своих родителей, а потом уже в Эшероль. Джун тоже собиралась домой на пару недель хотя бы.
– А мой в три. Пойду тебя провожать.
– Жилье будем вместе снимать?
– Хм… – Джун нахмурилась. Одно дело встречаться, но жить вместе… Не слишком ли стремительно. – Давай не будем с этим спешить.
Нат горестно вздохнул, но спорить не стал.
***
На следующий день все, сложив чемоданы в главном холле и доверив их доставку на вокзал практикам академии, помахали родным стенам на прощание ручкой и побрели в город на вокзал.
Естественно, всем хотелось пройти по Лунному мосту. Только и разговоров было, что название бы теперь нужно сменить. Предлагали и «мост практиков», и «мост Патик».
– Спорю на что угодно, навсегда останется Лунным, – проворчал Нат. Он тащил в руках огромную страшного вида банку, в которой плавал его неготовый амулет Тарта. Шесть лет выдерживал в соленой воде под своей кроватью и доверить каким-то там практикам его доставку на вокзал просто не мог.
Джун шагала рядом, влюбленно поглядывая на него, и прохаживалась по банке последними словами. Ну да, шесть лет стояния под кроватью красоты ей не прибавило. Вода была мутной, в ней что-то плавало, и пока Нат шел по академии, только ленивый не высказал предположение, что он в ней несет.
Лира и Палий отбыли еще утром. За принцем прилетел магический экипаж, запряженный стигайскими громптицами. Палий настоял, что он подвезет Лиру до дома самолично. Негоже его девушке трястись в поезде!
Нат обнял его на прощание, Джун поцеловала Лиру в щеку. Они стояли и смотрели, как карета взмывает в воздух.
– Воздушные чары на всех колесах. Видишь, как идет, не заваливаясь, – отметил Нат. Джун посмотрела на него с возмущенной гримасой. – Что?
– Твой лучший друг только что уехал!
– И что? Не навсегда же.
– Желудь! – бросила она, но Нат совсем не обиделся.
Они прошли по старому мосту, потому что на Лунном было не протолкнуться от желающих пересечь его наконец-то под светом солнца впервые за двести лет. Добрались до вокзала. Забрали чемоданы из общей кучи студенческого багажа. Нат предполагал, что их доставили теми самыми тележками, что ездят под разломом. Они сдали багаж в камеру хранения и пошли бродить по городу. Банку Нат с тревогой, но все же оставил вместе с багажом.
Выпили кофе, болтая и пререкаясь, как обычно. Нату ужасно не хотелось расставаться, но навестить родных нужно было и ей, и ему.
– Две недели! – напомнил он Джун строго.
– Да-да, две недели, – поддакнула она.
На столько они условились. Двух недель хватит, чтобы поболтать с родителями, и потом – сразу в Эшероль. Искать жилье, устраиваться.
Одно Ната раздражало: Джун собиралась искать квартиру отдельно. Видите ли, жить вместе – это слишком стремительно. Нат считал, что это самое логичное, что можно придумать. Ну зачем им ходить туда-сюда? Можно же сразу жить вместе, спать в одной постели, узнавать, кто и что любит на завтрак… Ему хотелось всего этого с Джун, а она, как обычно, упрямилась!
Но Нат дал себе зарок не давить на нее. И не давил. Скрипел себе зубами, строил недовольные рожи, но молчал. Наседал только на одно: ах, какое дорогое в Эшероле жилье! Вот бы снять квартирку побольше на двоих… Экономия…
Подходило время его поезда. Нат заплатил за кофе, и они пошли на вокзал. Забрали его чемодан и банку.
– Давай, – протянула руки Джун. Он с трепетом передал ей артефакт. Сам взял чемодан. Вышли на перрон, жмурясь от яркого солнца. Волосы Джун просто горели, и Нат залюбовался. Ну почему они должны снова расставаться! На целых две недели! Ему казалось, что это целая вечность.
Пыхтя магическим дымом, подъехал поезд. Они с Джун побрели по перрону, выискивая нужный вагон.
– Ну вот. Твой, – сказала Джун, остановившись. Нат поставил чемодан. Вокруг спешили другие пассажиры, доставали билеты, грузили багаж. Джун отдала ему банку.
– Буду ужасно скучать, – признался он.
– Да брось, всего две недели.
– Все равно буду. А ты?
– Угу.
– Всего месяц остался. – Нат любовно погладил стеклянные бока баллона. – А вдруг в поезде разобьется?
– О боже! – фыркнула Джун и протянула руку. Нат сразу понял, что она задумала. Открыл рот, чтобы остановить, уже потянул назад свой драгоценный амулет Тарта… А потом передумал.
Джун коснулась банки, пытаясь применить практические чары укрепления, и, конечно же, наполненная магическим фоном банка просто взорвалась у Ната в руках.
Джун с ужасом на лице отпрыгнула. Нат стоял, облитый раствором не пойми чего, а под ногами валялся его испорченный амулет Тарта. Он с грустью поглядел на маленький кулон, купленный им в лавке в городе. Простой такой, не изысканный, Нат даже толком его не помнил. Всего месяц ведь оставался…
Джун закрыла рот ладошками.
– Нат! Прости! – прошептала она.
Он стоял и молчал, давая ей время осознать весь ужас сотворенного.
– Д-дай я тебя… – Джун осторожно поправила его одежду, высушивая от влаги. – Прости, пожалуйста!
Нат молчал. Она заломила руки.
– М-может, можно как-то… – она присела, собирая осколки.
– Жилье снимаем вместе, – сурово отрезал Нат.
Джун с облегчением поглядела на него и торопливо закивала.
– Хорошо, вместе снимем. Ты только не расстраивайся!
Нат промолчал, изображая, что для него это страшный удар. Конечно, ему жаль было амулета, но он скорее представлял собой научный эксперимент. Нату было любопытно, что именно смог бы сделать амулет, который он сотворил на четвертом курсе. Но по большому счету – вряд ли многое.
– Всё нормально. – Он поднял Джун. – Я не расстроен. Но жилье снимаем вместе.
– Ладно, ладно. Вместе снимем. – Джун, кажется, очень переживала.
– Всё нормально. Не бери в голову. Сделаю новый.
– И будешь ждать еще шесть лет.
– Живя с тобой – подожду.
Нат поцеловал ее на прощание. Поезд дал гудок. Он запрыгнул в вагон, помахал рукой, и перрон вместе с Джун медленно поплыл назад.