Глава 11

*Роман*

Сижу за столом, уткнувшись в ноутбук. Допечатываю сводку для московского офиса. Режу слова покороче. Мысли о встрече с Зарой, напротив, разрастаются длинным вьюнком.

В воздухе плавают ароматы жареного теста.

– Итак, – постукиваю по клавишам. – Перебои с электричеством. Верно?

– Верно, – кивает Аня и ловко поддевает лопаткой оладушек. – А ещё пауки, пыль.

– Мхм… – допечатываю.

Честно говоря, этот список недостатков даётся мне с большим трудом. Стоит выглянуть в окно, и сразу становится понятно, что достоинств в Малиновке на порядок больше, чем минусов.

Спокойно здесь.

Душа радуется.

Но я всё равно упорно стучу по клавиатуре.

– Что-то ещё?

Аня заглядывает в мой экран.

– Стены тонкие. Я вчера слышала, как люди разговаривают.

– Записал, – кнопка Enter щёлкает громко.

Но чего стоят эти тонкие стены, если за ними тишина без сигналок и тарахтения выхлопных труб? Я сам поймал себя ночью на том, что различаю шорох листвы. В Москве разве такое возможно?

– Интернет почти не ловит, – Аня разливает в сковороду очередную порцию теста.

– Нестабильный Wi-Fi, – озвучиваю и на пару секунд подвисаю над написанным.

В городе сеть протянута уже в каждую дыру, а здесь люди не прячутся за телефонами. Вместо звонков – встречи. Живые эмоции вместо смайлов.

Поглядываю на часы.

Двадцать минут до встречи с Зариной.

– Мебель в домиках не очень, – вздыхает Аня и переворачивает последний оладушек.

– Это же сельский стиль!

– Ну, не знаю, – морщится с сомнением.

– Ладно. Мебель. Всё?

Аня ставит передо мной тарелку с горкой золотистых оладьев. Вытирает руки о фартук, ловит мой взгляд.

– Всё. Теперь – поздний завтрак. Угощайтесь, пожалуйста, Роман Дмитриевич.

– Спасибо, но не стоило так утруждаться, – отзываюсь дежурно, не отрываясь от экрана.

– Мне не сложно, – она усаживается напротив, ставит локти на стол и упирается подбородком в ладони. – Я хозяйственная.

Хозяйственная.

Видимо, это слово Ане очень понравилось. Повторяет его, как заведённая, при каждом удобном случае.

– Не хватает… акцента, – щурится она на тарелку. – Я вчера в подполе видела клубничное и малиновое варенье. Какое вам больше по вкусу?

– Мне нет до варенья совершенно никакого дела, – заканчиваю отчёт, захлопываю крышку ноутбука.

– А я вот малиновое люблю.

– Ладно. Ань, я побежал уже.

– А оладьи? – Обиженно. – Я так старалась!

– Вернусь – попробую.

– Ладно… А может вы мне варенье тогда достать поможете?

Быстрый взгляд на часы на запястье. Идти уже надо.

– Помогу, – вздыхаю. – Только пулей.

Аня хлопает в ладоши.

– Конечно. Я спущусь сейчас, вы только крышку подпола придержите, она тяжёлая.

Крышка действительно тяжёлая – толстые доски, ржавые петли. Ещё и защёлка не с первого раза поддалась.

Поднимаю, держу. Снизу тянет сыростью и землёй.

Аня спускается по приставленной к краю подпола лестнице, но почти тут же вылетает наружу с визгом.

– А-а-а! Мамочки! Паук! – Шлёпает себя по волосам, рукам, ногам, пытаясь стряхнуть невидимое нечто. – Паук! Паук!

Господь всемогущий…

– Держи, – командую, кивая на крышку. Лезу сам.

Осматриваю внизу полки, заставленные банками.

– Какое тебе?

– Малиновое. Я его вчера в самом углу видела, левее посмотрите.

Склоняюсь, выуживаю пыльную банку.

Хлоп!

Секунда, и глухой удар отсекает свет. Остаюсь в кромешной тьме.

– Эй! Аня, какого чёрта?!

– Ой‑ой, Роман Дмитриевич! – Истеричный писк над головой. – Заклинило! Щеколду заклинило!

Толкаю крышку плечом – не поддаётся.

– Дёрни как следует. Открывай!

– Серьёзно, не могу!

– А надо, Анечка! Очень надо сейчас. Ну-ка ещё раз.

Суета, сдавленный бубнёж. Терпеливо жду, пока Аня колдует над заклинившей щеколдой.

Надо же, а…

– Ну что там?

– Роман Дмитриевич, вы только не переживайте…

– Аня-я-я…

– Я сейчас… Я сбегаю за помощью! Подождите! Не уходите никуда!

Шоркают шаги по полу над моей головой, хлопает входная дверь. И тишина. Подпол изнутри тесный, но эхом ходит моё собственное дыхание.

Чёрт.

Грубо упираюсь спиной, руками, пробую снова поднять крышку – движется на сантиметр и падает.

Сажусь на нижнюю ступеньку лестницы.

Зара сейчас наверняка стоит на пустом мосту. Ждёт. И не дождётся.

Символизм отменный, Зара.

Это ведь ты, ведьма карельская, заколдовала подпол? Не хотела секретики свои раскрывать?

– Аня! – Кричу вверх.

Ответа нет.

Прислоняюсь затылком к земляной стене, закрываю глаза.

Я обязательно приду, Зара. Не сейчас – значит, позже. Не сегодня – значит, завтра. Но приду. И если мост рухнет – переплыву. Клянусь той темнотой, в которой ты заперла меня безграничной силой своего желания не лезть снова в прошлое.