Глава 21. Виола

Натягиваю на плечи мужскую рубашку, судя по свежему запаху туалетной воды, она Ильи и тихонько выхожу на балкон. Осторожно прикуриваю стянутую у Яра из пачки сигарету и растягиваюсь в плетеном ротанговом кресле.

Задница саднит, но я стараюсь не обращать на это внимания. Прав Яр, сама виновата, сама задницей кручу и улыбаюсь я Роману тоже сама.

– Не против? – заспанный Илья выходит на балкон в одних боксерах и присаживается напротив, – опять куришь.

– Да, – выдуваю едкий дым, – это все нервы. А когда я дома, я всегда нервничаю. Как тебе мои родители?

– Они странно к тебе относятся, – Илья рассматривает мое голое тело в своей рубашке.

– Мда, – поднимаюсь и опираюсь о перила балкона, – знаешь, у меня было идеальное детство. Мама отдавала мне всю себя. Без нянь, несмотря на то, что родители могли позволить себе целый штат. А отец каждый день спешил с работы, чтобы провести со мной время. Пока не родилась Римма, я купалась в их внимании. И нет, не думай, с рождением сестры ничего особенно не изменилось. Меня баловали, холили, лелеяли, я была настоящей избалованной принцессой. И у меня был собственный принц на белом коне – Роман, – я усмехаюсь и смотрю на Илью, который не шевелится и слушает меня с интересом, – его родители живут по соседству и дружат с моими. И вот как-то так получилось, что все считали нас женихом и невестой, настоящей парочкой. Мы с Ромой в одном классе учились, сидели за одной партой. А еще он мне безумно нравился. У него такие планы были, ты не представляешь, огромный дом в другом конце улицы, дети, счастье. И чем старше мы становились, тем серьезнее все было. В одиннадцатом классе я уже знала все наперед. После школы свадьба, потому что Рома и наши родители были уверены, что нет смысла тратить время впустую, если мы и так друг друга любим. Художественная школа, потому что у меня был настоящий талан к рисованию, а еще я очень вкусно готовила и разбиралась во всех тонкостях моды. Идеальная жизнь, идеальная пара. Роман относился ко мне очень бережно, и с невинностью я должна была попрощаться в первую брачную ночь, так же как и он. Ты можешь себе такое представить?

Забираюсь обратно в кресло и подгибаю под себя ноги.

Илья отрицательно качает головой.

– А вот так бывает, Илья, когда жизнь идеальна. Но только во всем этом море идеальности, была одна большая проблема. Она мне нахрен была не нужна. Не хотела я жить за городом и детей рожать в двадцать не хотела, мазню эту художественную ненавидела и готовка эта сраная с рассматриванием модных журналов меня добивала. Я честно пыталась соответствовать, но чем дальше, тем хуже. Мне было семнадцать, впереди ждала потрясающая жизнь, о которой мечтает любая девочка, а я хотела утопиться в бассейне под окном. Вина? – я протянула руку и достала из шкафчика под подоконником бутылку розового.

Мама всегда оставляла что-то для гостей, чтобы порадовать.

– Давай, – Илья перехватывает у меня из рук бутылку и разливает вино по бокалам.

– Тебе понравится, родители плохого не держат, – отпиваю пару глотков и откидываюсь в кресле.

– Хорошее, – Илья закидывает мои ноги к себе на колени и начинает поглаживать кожу, – я так понимаю тогда и появился Яр.

– Яр появился уже давно, он весь год учился с нами, сидел в соседнем ряду через две парты. Вообще учиться не хотел, вечно прогуливал и смотрел на меня так, что пробирало до костей. Яр одним своим видом бесил Рому, который называл его «тупым нищебродом».

– Ого, – Илья усмехнулся.

– Да, все было серьезно. И в моей семнадцатилетней голове созрел отчаянный план, как сбежать из этой золотой клетки.

– Ты соблазнила Яра, думая, что после такого Роман на тебе ни за что не женится?

– В точку, Илья. Но все пошло не по плану. Яр удивил меня и вообще всех. Я рассчитывала, что он меня обесчестит, растреплет об этом всей школе и бросит. Родители отошлют меня учиться куда-нибудь за границу с глаз долой, и я смогу начать жить так, как хочется мне.

– И что сделал Яр?

– Он никому не сказал. Точнее он сказал моему отцу и заявил, что как честный мужчина, он должен на мне жениться. И еще сказал Роману, что теперь я его девушка, и мы поженимся.

– Плохиш удивил всех, – Илья допил и налил нам еще по бокалу.

– Да. Яр так отчаянно добивался меня, в нем было столько огня, что я не смогла сопротивляться. Отец с матерью сразу же отказались материально поддерживать меня, они даже на свадьбу не пришли. У меня не было ничего, ни платья, ни праздника, ни близких рядом. Пришлось переехать в однушку, которую снял для нас Яр. И оказалось, что я не готова, слишком избалована, люблю комфорт и не умею жить за пределами нашего богатого сообщества. Друзья со мной не общались. Я плакала, злилась на себя, на Яра, на все на свете. И в серьез думала о том, чтобы вернуться домой и признать свое поражение. Понимаешь, Илья, я ведь даже не любила Яра. Он вкалывал ради меня на трех работах, а я даже не любила.

Не могу поднять на Илью глаз, столько лет прошло, а все равно стыдно за себя. Но мне сейчас так отчаянно хочется выговориться, что я просто не могу остановиться.

– Чтобы хоть как-то себя занять, я смотрела по телику канал с экономическими новостями и мне попалась на глаза интересная передача о том, как с нуля построить свой бизнес. Я не собиралась ничего такого делать, но было так скучно в четырех стенах, что я начала делать наброски. Узнала подробно, в чем Яр разбирается и где работает, придумала название ViYAR, узнала насчет аренды, просчитала все расходы, риски, составила планы и даже в банке насчет кредита пробила. На все ушла неделя. Помню, я спала, когда Яр разбудил меня среди ночи. Оказывается он пришел с вечерней смены и просмотрел все мои наработки. Сказал что я настоящий гений, что у меня блестящий ум и что мы построим свою империю. Он в меня поверил, вот так просто. Что у женщины могут быть мозги. Не цветочки рисовать, а по-настоящему.

– Так это ты все придумала? – Илья выглядел пораженным.

– Да, пока мне надо было заниматься всеми этими художествами в школе, я часто слушала на фоне лекции по экономике, крутила в голове цифры, анализировала. Это была как игра, просто чтобы занять мозг. И мы начали потихоньку осуществлять мой план, Яр всегда уважал мое мнение, прислушивался. Мы вместе закончили экономический, куда пришлось поступить бесплатно, потому что денег не было в начале. Мы много работали, компания росла. Постепенно в Яре проснулся настоящий бизнесмен, а мне нравилось быть рядом и помогать ему. И знаешь, где-то по дороге я влюбилась, даже не заметила когда и как. В один момент я как-то увидела Романа и не испытала ничего, кроме легкой ностальгии. Он часть моего прошлого, очень светлая ее часть, наверное, поэтому я иногда и веду себя так, как сегодня.

– Но он же вас подставил. Яр говорил, что, скорее всего это он.

– Это не он, – я тихо стучу пальцами по уже пустому бокалу и отставляю его в сторону, – Илья, я точно знаю, кто это, потому что видела документы и подписи на них. Сначала я тоже думала на Романа. И даже было бы лучше, если бы это был он.

– И почему ты молчишь?

– Я не знаю, как Яру об этом сказать. Это ведь мой отец, – закрываю лицо руками, сколько раз мне хотелось кричать, злиться, бежать. То, что папа смог так поступить, меня почти уничтожило.

– Отец? Зачем? Виола, ты можешь сказать? Мы сейчас в его доме, вчера все вместе мило беседовали, а ты все это время знала, что твой отец вас разорил.

– Мне почти тридцать, Илья. И когда мы были тут в прошлый раз, мама опять спрашивала, когда у нас появятся дети. Я не выдержала и сказала, что мы с Яром детей заводить не будем, вообще никогда. Мама была в шоке, устроила скандал. Позвала отца, который орал и на меня и на Яра. В итоге ты понимаешь, кто во всем виноват. Яр испортил мою жизнь, семьи у нас нормальной нет, в прошлом году я по-пьяни разбила машину, так что еще и алкоголичка. Вместо того чтобы заниматься тем, чем должна нормальная женщина, как моя мама, Яр заставляет меня впахивать и все в таком духе. Вот отец и решил вопрос кардинально. Но не до конца, в идеале, я так поняла, он хотел еще Яра и посадить.

– И что ты собираешься со всем этим делать?

– У меня все бумаги, отец знает, я церемониться не стану. Еще хоть одна попытка и я все отдам прессе и в прокуратуру. Мне повезло, что тогда замешан был один знакомый, который был мне должен, и он предложил выкупить документы за кругленькую сумму. Что я и сделала.

– Сложно у вас все, – Илья потянул меня к себе и пересадил на свои колени.

– Знаю, но я все никак не могу отпустить, понимаешь? Я их люблю. Это же мама, папа, сестра. И когда мы не говорим о работе или острых моментах, у нас все хорошо.

– Родителей не выбирают, – Илья прижал меня к себе.

– Ты прав. Спасибо что слушал, я так давно ни с кем не разговаривала на эту тему, – мне действительно стало немного легче. Держать тайны при себе слишком сложно, они разъедают.

– Я всегда буду рядом, Ви.

– Хорошо, я замерзла, – прижимаюсь к нему заледеневшими ногами и руками.

– Тогда спать, – Илья закидывает меня к себе на плечо и затаскивает в спальню, где бросает на кровать. Разбуженный Яр сразу же сгребает меня в охапку и зажимает в своих объятьях.

– Ты ледяная совсем, надо отогреть, – хрипит он сквозь сон и сдирает рубашку. Его горячие ладони ложатся на холодную кожу груди и почти жгут ее. Яр спускается немного ниже и начинает ласкать языком соски. Свет выключен и в комнате полумрак. Почти не вижу его, но мне это даже нравится. Закрываю глаза, чтобы лишить себя любого визуала и отдаться ощущениям на сто процентов. Яр прихватывает сосок зубами и нежно оттягивает, водя по возбужденной горошине языком. Импульс возбуждения тут же спускается ниже, заставляя плотнее сжать ноги и всхлипнуть, потому что мне этого очень мало.

Кровать прогибается, и сзади на мои лопатки опускаются руки. Илья, видимо, наблюдал за нами некоторое время и сейчас хочет присоединиться. Он целует и покусывает кожу спины, оставляя на ней полосы от влажного языка. Руки спускаются ниже, и вот уже я чувствую, как пальцы проскальзывают между ног, туда, где уже давно мокро. Илья действует медленно и аккуратно, поймав общее настроение, он кружит пальцами у входа по самому чувствительному месту, отчего я сильнее выгибаюсь, желая чувствовать его внутри. Но у Ильи, похоже, совсем другие планы. Он тянет меня за бедро, заставляя немного развернуться и улечься на спину. Его волосы мягко щекочут внутреннюю сторону бедра, руки сильнее разводят ноги, не позволяя мне их сомкнуть.

– Скажи, Ви, – Илья говорит так близко, что кожу на лобке и половых губах обдает жаром, – чего ты сейчас хочешь?

Он что издевается?

Я подаюсь вперед ясно давая понять, что мне сейчас нужно, но ничего не происходит.

– Ммм, я хочу это услышать, – Илья немного отстраняется и начинает целовать кожу бедра, водить языком возле самых чувствительных мест, но не касается их.

Яр тоже включился в игру и отпустил мои соски, начал нежно целовать кожу на ключицах и шее.

– Скажи, Ви, нам обоим интересно, – зашептал он мне в ухо хриплым голосом, – сейчас мы будем делать только то, что ты скажешь.

– Вы издеваетесь, – стону в голос. Чертовы пошляки. И я совсем не против того, чтобы слышать, какая я и как они сильно меня хотят даже в самых грязных словах, но описывать все самой, сейчас, это немного смущает.

– Говори или нам придется закруглиться и пойти спать, – в голосе Ильи слышится сожаление и насмешка. Меня это немного выбешивает, и я сама спускаюсь пальцами вниз, чтобы получить то, что хочу, но Яр предугадывает мой манёвр и перехватывает руку.

– Такая непослушная, думаю с этим нужно что-то сделать, – он шарит в темноте и достает ремень из брюк, которым перетягивает мне запястья и заводит их за голову.

Вот теперь я очень возбужденная, но еще и обездвиженная. Скриплю зубами, потому что понимаю, придется просить.

– Я хочу, чтобы Илья вылизал меня, – подаюсь вперед и шире развожу ноги, – пожалуйста, – добавляю, потому что никто не двигается с места.

– Очень общие указания, Ви, давай подробнее, – Илья все так же улыбается и целует мои половые губы.

– Ммм, – я закусываю губу и громко дышу, – я хочу, чтобы ты ласкал языком мой клитор, круговыми движениями, а потом взял его в рот и покусывал зубами, хочу, чтобы твои пальцы ласкали меня изнутри.

Жмурюсь и говорю это все за раз. Повторять не приходится, Илья делает все, как я прошу и даже лучше. Языком разводит мои губы и сосредотачивается на клиторе, заставляя набухнуть и стать еще чувствительнее под его ласками. Прижимается плотнее и проникается в меня не пальцами, а своим длинным языком, таким горячим и влажным, трахает меня им. И я понимаю, что он хотел мне показать, что может дать больше, чем я хочу, что знает мое тело лучше.

– А что же делать мне? – Яр нежно покусывает кожу на моей шее.

– Хочу твой член у меня во рту, – выдыхаю ему в ухо и слышу, как он с силой втягивает в себя воздух.

– Мне кажется, ты хочешь больше, но стесняешься попросить, – отвечает он и перекатывает мои соски между своими пальцами.

– Хочу вас обоих, трахните меня оба.

– Какие грязные слова, Ви, ты же в доме своих родителей. Не стыдно тебе? Трахаться с двумя мужиками под их крышей, пока все спят?

– Стыдно, – я срываюсь, – но я так хочу, что мне уже на все плевать. – Мои глаза закатываются, потому что язык Ильи усиливает ласки, и я почти приближаюсь к оргазму.

– Думаю, мы должны сделать это очень грязно, Ви. Чтобы эти пуританские стены запомнили все, что мы делаем с твоим телом сейчас.

Ласки Ильи резко прекращаются, и мое тело разворачивают на кровати. Голова с завязанными руками свешивается вниз, и я уже понимаю, как все будет дальше. Яр становится рядом с кроватью на колени и поглаживает себя. Мои ноги широко разведены, и я чувствую головку члена у входа во влагалище. Они делают это одновременно, проникают в меня, заполняя до отказа. Я так возбуждена, что каждый толчок вызывает волну удовольствия, которое расплескивается по телу. Слышу их шумное дыхание, стоны, которые они оба не могут сдержать и это заводит еще сильнее. Оргазм подступает быстро, и я начинаю выгибаться, биться в судорогах между ними. Но меня не отпускают, лишь сильнее прижимают к матрасу и все продолжается.

Илья кончает первым, с громким стоном он выходит и мое тело обжигает горячая сперма, Яр тоже не сдерживается и кончает мне на лицо и грудь.

– Извращенцы, – я провожу рукой по липкому телу и волосам, смешивая на себе их семя.

Как же хорошо втроем, просто спятить можно.