Глава десятая, о караване

Караван приехал с последними сумерками. Шумная толпа остановилась у воды, возбуждённо клекотали фахораки, со стороны оазиса доносились мужской смех, отголоски перебранок и запах жареного мяса.

До башни дошёл лишь пожилой сухой мужчина с проседью.

— Дождливых дней, янгви́зор Ирихан´Райх Усала́м´Сая́н, — торговец склонил голову и поднял на мага чёрные глаза с желтоватыми белками и помутневшей радужкой.

— Пусть вода будет в твоём доме всегда, Шия́рх. Мне казалось, мы давно отбросили формальности. Рад видеть тебя в добром здравии.

— Да какое здравие, пора уж на покой, да куда этим оболтусам довериться? — хитро улыбнулся Шиярх. — Не окажешь честь с нами отужинать?

— С радостью соглашусь, особенно если ты поведаешь последние новости.

— Приглашаем тебя и твою очаровательную спутницу.

— Это Лия… — обернулся на меня Ирихан и запнулся, не зная, как продолжить.

— Лия Каляева, — представилась я. Торговец с интересом смотрел, ожидая продолжения. — Лия Еленовна Каляева, — представилась целиком.

Да, у меня было ма́тчество. Или правильнее — матроним. Уж не знаю, какими орудиями мама его отвоевала, но об отце я не знала ничего. Эта тема в доме никогда не поднималась, а на все вопросы мама отвечала: донор. В общем, мама считала, что если воспитывает меня в одиночестве, то и отчество не нужно. Эта деталь всплывала редко, я немного этого стеснялась, но признавала мамину правоту. А здесь, в другом мире, стало и не важно, поэтому я расправила плечи и улыбнулась. Да, я Лия Еленовна, зато звучит мелодично, а не так, будто змеи нашипели или кошки натошнили.

— Будем рады вашей компании, — учтиво ответил торговец.

— Мы скоро спустимся, спасибо за приглашение, — кивнул Ирихан.

Когда торговец вышел, маг обернулся ко мне.

— Лия, несколько советов. Не перебивайте мужчин, когда они говорят, особенно старших. К вам, как к магичке, отношение особое будет, но это в любом случае не принято. Если есть вопросы, то задавайте мне. Если спросят вас — отвечайте, но сами лучше беседу не начинайте.

— Патриархальное общество, — кивнула я.

— Большинство фидий за женщин платят их мужья, отцы, братья, сыновья. Не забывайте об этом. Отец может отказаться платить фидию за непокорную дочь. И тогда, если у неё нет своих денег или поддержки мужа, её ждёт либо изнуряющая работа на плантации, либо бордель, если покажет свой норов. Там особо непослушных опаивают мада́вой. Люди от неё становятся весёлыми и страстными. Запомните, Лия. Лучше любой труд, чем бордель, потому что оттуда почти не выходят. К мада́ве очень быстро привыкают, и лишь единицам удаётся вырваться из таких обстоятельств.

— А если у женщины маленькие дети?

— Тогда у неё есть муж.

— А если он не хочет платить?

— Он обязан. Либо отрабатывает фидию сам, за всю семью.

— Есть ли разводы?

— Да, только после достижения детьми шестнадцати лет. Тогда муж может развестись с женой и не платить её фидию.

Можно лишь представить, как тут шантажируют женщин мужья и отцы этими фидиями. Что скрывается за стенами домов и что замалчивается. Я нервно сглотнула.

— И что же, в бордели берут рожавших старух?

— Нет, на плантации. В бордели — молодых девушек. Или привлекательных женщин.

— Вы говорили, что магички особенно ценятся. Разве я рискую попасть в бордель?

— До рождения первого ребёнка — вряд ли. А дальше — мало ли…

— Да что же у вас за система такая! Рабство какое-то!

Я топнула ногой, а затем напугалась, что Ирихан сочтёт это оскорблением. Но он спорить не стал, напротив, согласился:

— Система отвратительна, но далеко не все это понимают. Для большинства нет проблемы оплатить фидию. Их мало волнуют судьбы тех, кто не может этого сделать. У власти есть люди, которые хотят перемен, а есть консерваторы, которые боятся потерять своё положение. Например, мой дядя. Один из самых ярых противников отмены фидии, — маг скривился.

— А вы? — осторожно спросила я.

— А я не имею политического веса и желания вставать по другую сторону баррикад от него. Примкнув к любому движению за отмену фидии, я ему лишь наврежу своей репутацией. Без поддержки Дома я ничего не сделаю, а Дом поддерживает дядю и кузена. Я делаю иную работу — охочусь на преступников. Последние четыре года в этой части пустыни не было ни одного нападения. Мы с Арином неплохо расчистили местность, — Ирихан говорил спокойно, без тени бахвальства.

— Что значит поддержка Дома?

— Наверное, стоило рассказать вам раньше, но я всё надеялся найти у себя книги, из которых вы сами поймёте. Власть в Минхатепе принадлежит семи Домам.

— Аристократическим?

— Не перебивайте, — улыбнулся он. — Нет. Дом не завязан на одном лишь происхождении, войти в него может каждый, и в этом есть некая привлекательность. Каждый Дом контролирует свою сферу. Я принадлежу к Дому Усала́м, Второму Дому. Это охрана, стража, следствие, обеспечение безопасности и надзор за фидирами. Они подчиняются нашему Дому. Моя мама происходила из Дома Сая́н, это Седьмой Дом, наименее влиятельный. Они занимаются наукой, магическими разработками, производством стекла. Есть ещё пять домов: Сона́р — ювелиры, чеканщики, производители фидий. Это Первый Дом, фар — царь по-другому — происходит из Сона́ров. Третий Дом — Сила́х, они занимаются добычей руды, обработкой металлов, изготовлением оружия. Четвёртый Дом — Баха́р, они осуществляют все морские перевозки в стране. Вы сами видели, что большинство городов расположено на побережье, да и некоторые реки судоходны. Весь торговый и транспортный флот принадлежит им. Баха́р не может договориться с Чаку́лом, Шестым Домом, из-за промыслового флота. Чаку́л занимается продовольствием — скотоводство, овощи, фрукты, большая часть видов фиников, рыба. А Пятый Дом — Саку́р. В их ведении выращивание кунивы, саку́ры и мафу́ты. Производство кунивы, сахара и масла.

— Я читала, что основная статья экспорта — соль. Какой Дом контролирует добычу соли?

— Такого Дома нет, эта сфера государственная, а Дома участвуют в ней на паях, но решения по ней принимает Дом, находящийся у власти. Сейчас это Дом Сонар. Бахар неплохо зарабатывает на перевозке соли, но сейчас с этим тоже сложности.

— Почему?

— Год назад пропала фари А´Лисса Сонар´Силах, царевна, единственная наследница дома Сонар. В похищении обвинили альмендрийцев, и сейчас наши страны на грани войны. Думаю, что фар давно бы начал её, если бы не волнения среди бедняков.

— Зачем альмендрийцы похитили фари? Что им это даёт?

— В том-то и дело, что ничего. Зачем? Это сложный вопрос. Возможно, что альмендрийцы и ни при чём, а кто-то грамотно их подставил. Кто-то из ближайших к власти Домов. Пока фар занят разборками с альмендрийцами и поисками фари, ситуация накаляется. Из-за обвинений в её похищении отозваны торговые соглашения с Альмендри́ей. Эта страна — основной покупатель сахара и соли. И, что гораздо хуже, главный поставщик муки, зерновых и круп.

— У вас тоже есть мука, из корня хунги.

— Она гораздо хуже качеством, и её мало. Хлеб из неё не испечь, только лепёшки. Зерновые вообще не растут на континенте, любые культуры поедает ваду́д, такой жучок, — Ирихан зарылся пальцами в волосы. — Я оплачу вашу фидию на пять лет. И дам денег на расходы. Попрошу Арина за вами приглядывать. До тех пор, пока у вас оплачена фидия, вы в безопасности. Но откладывать на следующую начинайте сразу же, как найдёте работу. Вы вкусно готовите, возможно, вам стоит устроиться кухаркой. Я не знаю ваших прочих талантов, — замялся он.

— Могу ли я пойти по магической стезе?

— Разве что заряжать водяные нагреватели. У вас маленький резерв. При этом вы можете оперировать большим количеством силы одновременно. По сути — ухнуть свой резерв на одно заклинание. Это необычно, но преимуществ в этом никаких нет, — маг посмотрел на меня и отвёл взгляд.

— Я читала, что есть Школа Магии.

— Да, в Мина́рхе. Вы сможете без проблем туда добраться на одном из попутных судов. В Школу принимают студентов на бесплатной основе с последующей отработкой, попробуйте поступить туда. Это обеспечит вас пропитанием и жильём. Обычно там обучаются с семнадцати до двадцати, до первой фидии. В случае последующей отработки Школа внесёт за вас первый платёж, — он снова посмотрел на меня. — Это один из лучших вариантов для вас. Но не уверен, что вас примут на обучение.

Я кивнула.

— Почему вы рассказываете всё это только сейчас?

— Потому что вы уезжаете, — непонятно ответил он. — И прошу вас, не нужно возвращаться, даже если в какой-то момент это покажется вам хорошей идеей. За советом вы можете обратиться к Арину. Рекомендую подружиться с Шиярхом, у него обширные связи, а вы грамотны и хорошо усваиваете информацию. Возможно, у него найдётся для вас какая-то должность.

— Спасибо. Это хороший совет.

Я замолчала, переваривая информацию. Теперь я горько сожалела о своём решении уйти в этот мир. Может, стоит всё-таки уехать в Арластан и потребовать компенсацию?

— А если я уеду в Альмендрию?

— Да, возможно. У них есть Магистрат, там тоже можно обучиться магии, только условия отработки куда более суровые. Ещё есть Ковен, город магов. Вы можете оплатить фидию на год и уехать, денег вам хватит на первое время, чтобы где-то устроиться. Пожалуй, вас хорошо приняли бы в Ковене, если не на обучение, то на работу. Там нет фидий или их аналогов.

— Странно, что при таких исходных данных из Минхатепа не уезжают люди.

— Не бегут, вы хотели сказать? Бегут. Но на корабль попасть не так просто. И контроль в порту выпускает только людей с фидией на шее и тех, кто в состоянии оплатить проезд и специальную пошлину, а это едва ли не двухлетняя плата за фидию.

— А нелегальные корабли?

— Вы представляете, сколько стоит построить корабль? Я вас уверяю, если у вас есть корабль, то выгоднее заниматься чем-то другим. Любые попытки контрабанды людей и товаров пресекает Дом Бахар. Пойдёмте, Лия, нас уже ждут.

— Ирихан, спасибо вам. Пять лет — это очень большой срок. И очень щедро с вашей стороны. Я не уверена, что смогу отплатить вам когда-либо…

— Не стоит. Поверьте, я не бедствую. Видите мою фидию? Черный цвет означает оплату на десять лет. Золотой — на пять. Серебристый — на год. Есть люди, которые делят других на сорта. Не подадут руки тем, у кого на шее не чернеет эта штука. Будьте с такими осторожнее. Люди без фидии для них и вовсе не люди. Шиярх наверняка заметил вашу обнажённую шею. Я дам письма вам и ему с пояснениями. Он сопроводит вас напрямую к фидиру. Я рад, что пришёл именно его караван, Шиярху я могу доверить ваше дальнейшее благополучие, — Ирихан подошёл к двери и открыл её, а затем сделал приглашающий жест.

Я вышла в ночь. Огни у оазиса смотрелись странно, я привыкла видеть в том месте тёмно-бордовое пятно. Обернулась на Ирихана и удивилась тому, сколько решительности было на его лице, словно он шёл на бой, а не на ужин среди знакомых людей.

— Сегодня ночью вы можете переночевать в башне, а утром отправитесь с караваном. Вещи вы уже сложили? Взяли книги, которые я рекомендовал?

— Да, благодарю, — я жалко улыбнулась.

Каждый шаг давался с трудом, песок разъезжался под ногами, Ирихану даже пришлось один раз поддержать меня, чтобы уберечь от падения. К компании вокруг костра мы подошли спустя минут двадцать, обычно путь до воды занимал меньше времени. Я осмотрела собравшихся торговцев. Женщины всего две, одна из них была одета по-мужски и вооружена, вторая — миловидная молоденькая брюнетка — сидела рядом с симпатичным парнем и бросала на него горячие взгляды.

Мужчин собралось около двух десятков. Фахораков — больше раза в два. Они уже лежали на берегу пустынного озера, нахохленные и прижавшиеся друг к другу. Люди сидели на подстилках вокруг костра.

— Янгвизор! Прошу, — Шиярх указал на два свободных места рядом с собой.

— С удовольствием. Все ли ваши фахораки здоровы?

— Да, мы добрались без ненужных приключений, — обаятельно улыбнулся пожилой торговец. Ростом он уступал Ирихану, да и другим присутствующим мужчинам, но во взглядах читалось, что главный в караване именно он. — Привезли твой заказ и провизию. Зейх, отнесёте потом заказ досточтимого янгвизора к башне.

Нам подали тарелки с кусками ароматного мяса и свежими плодами. Насколько я могла судить, финики и тамуры они нарвали прямо тут, в оазисе. Интересно, их тут специально сажают, чтобы караваны не таскали с собой лишнюю еду?

— Вкусно, благодарю за приглашение и щедрый стол, — уголками губ улыбнулся Ирихан и уставился в огонь.

От одного взгляда мага тот взревел и взметнулся вверх, осветив лица собравшихся. Некоторые благоразумно отползли от костра чуть подальше.

— Ты хотел знать новости. Ничего утешительного я тебе не расскажу. На копях при Архтане очередной бунт. В городе неспокойно. Охранки́ ходят злые, зыркают глазами.

— Насколько плохо дело?

— Настолько, что я бы не советовал покупать золотую фидию, — хмыкнул торговец.

— А в Архитепе?

— Там вроде спокойно, сам знаешь, фидийцев там почти нет. Стекольщики — народ степенный, суету и поспешность не жалуют. Думаю, что туда волнения не докатятся. Архитеп всегда стоял наособицу, — пожал плечами торговец и принялся за еду.

Я слушала разговор с тревогой. Народное восстание? Только этого не хватало.

— У меня к тебе личная просьба, — сказал Ирихан, когда с едой было покончено. — Лия пришла из другого мира. Как видишь, фидии на ней нет. Я написал объяснительное письмо для фидира, вот оно. Прошу тебя проводить девочку в шафиду и проследить, чтобы всё оформили правильно. Если у тебя есть какая-то должность для неё, то буду благодарен. Взамен я дам с ней Калима, он уже здоров, прогулка в темпе каравана ему не повредит. В Архитепе продашь его, если посчитаешь нужным. Помоги девочке устроиться. Жильё, корабль до Минарха, работа — что она попросит. Если это доставит тебе беспокойство, то я компенсирую. Не последний раз видимся, — Ирихан посмотрел на торговца, и тот кивнул, кинув на меня заинтересованный взгляд.

— Магичка?

— Слабенькая огневичка.

— По рукам. Что до беспокойства, то фахорак покроет все издержки. Разве я могу отказать в услуге янгвизору?

— Можешь, — фыркнул Ирихан, и они оба рассмеялись.

В этот момент прямо рядом с нами что-то бабахнуло. Я вздрогнула и прижалась к боку сидящего рядом мага. Он мгновенно подобрался и выставил щит, закрывая нас от угрозы. Мужчины повскакивали с мест, один выхватил из-за пояса ятаган, следом воцарилась абсолютная тишина. Все замерли в ожидании. Парень, которого торговец назвал Зейхом, осторожно подошёл к ящикам, из которых донёсся звук.

— Да это банка с компотом взорвалась, — наконец весело сказал он. — Перебродила, видимо. Расслабьтесь, никто нас не убивает.

Люди развеселились. Кто-то крикнул:

— Добрый компот, разливай по чаркам, будем пить до утра!

— Я вам выпью, — беззлобно пригрозил Шиярх и тоже улыбнулся.

Люди загомонили. Напряжение как рукой сняло. Я неохотно отодвинулась от Ирихана, всё-таки рядом с ним было куда спокойнее.

— Вы уверены насчёт отъезда? — вздёрнул брови торговец.

— Да, абсолютно, — спокойно ответил Ирихан.

— Извините, я инстинктивно, — пробормотала я, отсаживаясь в сторону.

— Ничего страшного, я так и понял, — кивнул огневик.

Его глаза мерцали в свете костра, и казалось, что внутри них живёт пламя. Я смутилась и заправила прядь волос за ухо, опустив взгляд. Мужчины вновь заговорили, обсуждая цены на муку, каких-то знакомых и питомники фахораков. Я не вслушивалась, смотрела на костёр. Пляшущий огонь гипнотизировал. Протянула к нему руку, и пламя прильнуло к ладони, заиграло искрами между пальцев. Я завороженно смотрела на его всполохи. Они не причиняли вреда.

Бросив взгляд на мага, я впервые задумалась — как он умудрился обгореть? Сомнительно, что обычный огонь мог нанести ему вред. И ведь не спросишь.

— Лия, вы сыты? — его голос отвлёк от размышлений.

— Да.

— Тогда пойдёмте, всем пора ложиться, караван отправляется затемно.

Я поднялась и отряхнула ноги от песка. Вот почему многие носят мягкие высокие сапоги — в них можно встать коленями на песок, и он не засыплется внутрь голенища. До башни мы шли в молчании. В голове роились вопросы, которые останутся без ответов. Ирихан снова стал задумчив и холоден. Когда мы вошли в башню, он обратился ко мне:

— Подождите здесь, — он поднялся наверх и парой мгновений позже спустился обратно. — Смотрите, вот письмо. Печать Дома Усалам должна произвести должное впечатление. С фидиром лучше не откровенничать. Шиярху можете доверять в достаточной степени, однако полностью доверять не стоит никому. Вот здесь деньги.

Кошель был не просто увесистым — он так оттянул руку, что я едва не выронила его. Не ожидала, что он настолько тяжёл.

— Спасибо. Я очень благодарна, — кивнула я, и на глаза навернулись слёзы.

Маг мгновенно вспыхнул и отпрянул в сторону.

— Не стоит. Лия, я написал для вас ещё одно письмо, не знаю, поможет ли оно, но это протекция от моего имени. Постарайтесь не использовать его понапрасну и не рассчитывайте на него слишком уж сильно. Немногие захотят оказать мне услугу, но мало ли.

— Ирихан, простите, что я доставила вам столько неудобств. Я не нарочно.

— Я знаю, Лия. Так уж сложилось. Лунной вам ночи.

— И вам.

Кивнув, я ушла к себе и разрыдалась. Уезжать отчаянно не хотелось, но выбора у меня не было.

***

Девятый день Второго месяца 7026 года

Янгва Маир Мадогор

Не могу уснуть. Понимаю, что поступаю правильно, но мучительно не хочу её от себя отпускать. Но что я могу ей дать? Даже если представить, что каким-то чудом смогу временно блокировать магию… детей у меня, скорее всего, не будет, значит, у неё не будет нормальной семьи. Жить мне всегда придётся где-то на задворках, либо постоянно носить блокировщик магии. Это если представить, что он появится. И как я тогда буду зарабатывать? Чем смогу её обеспечить?

И моя репутация. Однажды ей расскажут, найдутся доброхоты. Как она посмотрит на меня, если узнает всю правду? Не хочу видеть разочарование и осуждение в её глазах. Претит даже думать об этом.

Но когда взорвалась та ирретова банка, и Лия прижалась ко мне в поисках защиты — какое же это сладкое и правильное чувство! Захотелось обнять и никогда не отпускать. И её лицо, сначала испуганное, потом смеющееся. У неё мелодичный голос, но смех куда приятнее. Сложно оставаться равнодушным в такой момент.

Такое ощущение, что я родился в проклятых солёных песках Архтана. Стоит моей жизни хоть немного войти в русло, как становится хуже. Словно я бесконечно наказан этим даром.

Ей нужно уехать, это очевидно.

Жаль, что я успел так сильно привязаться.