Глава восемнадцатая, о неожиданном окончании дня

— Вы голодны?

— Пока не очень.

— Поздний обед рядом с портом вас устроит? — вежливо предложил Ирихан.

Меня в очередной раз покоробило от его формального обращения.

— Более чем. Ирихан, а нам действительно необходимо друг другу выкать? Мы же уже переходили на «ты» и даже ночевали вместе несколько раз.

— Это необходимо, ривана Лия, — холодно отозвался он.

И даже отодвинулся.

Захотелось снять шляпу и стукнуть ею мага со всего размаха.

Да что за постоянные позывы к рукоприкладству? Никогда раньше не замечала за собой такой кровожадности. Даже Глеб с его стремлением намотать на себя гонорею таких эмоций не вызывал.

Я задышала как можно глубже, чтобы привести нервы в порядок. Голова закружилась, а в носу пересохло. Однако желание отхлестать Ирихана шляпой так никуда и не делось. Сначала отхлестать, потом пожалеть и зацеловать. Какой из этого можно сделать вывод? Такой, что у меня тепловой удар! Ни одного другого разумного объяснения столь противоречивым порывам нет.

До порта мы ехали даже дольше, чем от бедного района до Стекольной фабрики. Я почувствовала себя совсем измученной, день казался каким-то бесконечно щедрым на события и впечатления. Даже угроза нападения наёмников Экспериментатора отошла на второй план.

— Ирихан, вы знаете, как там Дариша? Арин что-то рассказывал?

— Рвётся в бой. Несколько раз поворачивала, чтобы вернуться в Архтан. Она считает, что светлого мага нужно там искать.

— А вы с ней не согласны?

— Это второй город в моём списке.

— Мы направляемся туда?

— Не сразу, ривана Лия.

— Но мы теряем время! — отчаянно возразила я.

— Вряд ли. Светлый получил результат, на который рассчитывал. Остались свидетели, его ищут. Я бы на его месте попытался нанять убийц и сидел бы тише песка, либо уехал из страны. Так что мы поступаем верно — ищем на видном месте и ворошим гнездо песчаных пчёл. Его наёмники сами на нас выйдут, — Ирихан откинулся на сиденье и посмотрел в сторону.

Мы ехали вдоль моря по прекрасной ровной дороге, ведущей от фабрики к порту. Солнце клонилось к горизонту, близился вечер.

— И вас это не пугает?

— Нет. Для меня подобные нападения — часть работы. Янгваны и другие преступники не любят стражей пустыни, знаете ли.

— А я?

— А вам ничего не грозит, главное — не вмешивайтесь в драку, — он тяжело вздохнул. — На вас наложена хорошая защита. Да и потом, я же рядом.

— Но ведь…

— Ривана Лия, вас охраняет один из сильнейших магов континента, — пророкотал огневик, грозно вспыхнул и сурово сдвинул брови.

Наверное, стоило впечатлиться и испугаться, вместо этого у меня аж руки зачесались схватить шляпу. С кем поведёшься, от того и повадок наберёшься. Огневик явно действовал на меня отрицательно. Пройдёт пара дней, и я тоже начну из-за каждой мелочи полыхать. А ведь всегда гордилась своим спокойным и рассудительным характером. Больше-то особо нечем было. А теперь что? Делать вид, что рифма в словах огневичка и истеричка — простое совпадение?

— Не нужно тут на меня рычать, ван Усалам´Саян, — скрестила я руки на груди. — Не стоит злиться, что меня заботит моя безопасность. И ваша. Должна же она хоть кого-то заботить!

Он ничего не ответил, фыркнул, отодвинулся подальше, достал блокнот в кожаном переплёте и принялся туда что-то яростно строчить. Мне строчить было некуда, поэтому эпитеты в его адрес перебирала мысленно, выуживая из памяти синонимы к словам «бездушный», «упрямый» и «невыносимый». Почему-то на ум лезло слово «скалдырничество», но я понятия не имела, что оно означает. Примерившись к Ирихану взглядом, с сожалением подумала, что это всё-таки не о нём. Хоть слово и красивое. А вот ершистый — пожалуй.

Пятнадцатый день Второго месяца 7026 года

Архитеп

Поразительный факт. Одновременно хочется поцеловать её и хорошенько отшлёпать. Как же задевает, что она настолько сильно во мне сомневается! Хотя опасаться нужно не наёмников, а того, что я спалю их, не успев допросить. Вот такое действительно может случиться. Да и немного найдётся отчаянных голов, чтобы идти на меня. Даже интересно будет посмотреть, кто возьмётся за такой заказ. Иностранцы? Тупицы? Самоубийцы?

В зависимости от того, насколько богат Сниматель.

Мой план держаться от Лии подальше и сохранять расстояние между нами трещит по швам. Так и хочется усадить её себе на колени. Нет, хочется намного большего, но для начала — вот этого. Особенно, когда она насупилась и мечет искры глазами, похожая на разгневанного котёнка пака. Тот уже слышал, как рычат взрослые, но ещё не нашёл рычальник у себя, поэтому оглашает пространство громким мяуканьем, которое не кажется грозным даже ящерицам.

Арин сказал, что они движутся в Архитеп и прибудут сюда через три дня. Если у Снимателя есть хоть капля ума и осторожности, то остальные наёмники уже мертвы. Странно, что он утащил их с собой порталом, а не прибил прямо на месте. Почему?

Дядя наконец ответил, что списка магов с видами дара и уровнями силы у него нет. Лжёт. Как его может не быть, разве это не первое, чем озаботится любой правитель — знать сильнейших из подданных?

Разговор с дядей вышел не просто неприятным. Премерзким. Он в открытую запретил мне вмешиваться в дела фидиров, проводить допросы и арестовывать мздоимцев. Переживает, что я на этом поприще переплюну Фарая? Кажется, дядя мне даже не поверил, когда я рассказал о схеме, которую использовали тут, в Архитепе.

Разговаривать с Фараем желания по-прежнему нет. Столько лет спустя я уже не испытываю к нему ничего, кроме презрения, но разве этого мало? Лучше бы в тот злополучный день у нас гостили Усаламы, а не Саяны.

Стоп.

Не хватало ещё погрузиться в воспоминания.

Лучше уж думать о Лие. Я всё время считал, что странная из неё выходит огневичка, необычная. И только сегодня впервые заметил тот огонь, который так легко пленяет других магов в огненных девах. Огневички неотразимы и бесконечно притягательны. Лия же больше походит на водницу — задумчивая, спокойная, плавная. Ни резкого слова, ни возражения, ни колкости. Но это на поверхности. А в глубине всё как положено. Изысканное сочетание, самое желанное из возможных.

Мы почти прибыли в порт. Что ж, Лию сегодня ждёт сюрприз, о котором она пока не догадывается. Специально не стал ничего говорить вслух, мало ли какие уши есть у домов.

***

Ирихан с шумом захлопнул блокнот и выглянул из гары. Мы уже подъехали к началу порта, но его звуки и запахи до нас пока не долетали, потому что ветер дул из-за спины.

Огневик выбрался из кареты и помог слезть мне.

— Ресторан вон в той стороне, — он указал на трёхэтажное здание, большие окна которого ярко светились в коротких вечерних сумерках.

Расплатившись с возницей, Ирихан повёл меня в направлении заведения. Желудок жалобно сжался внутри, выразительно намекнув, что мы остались без обеда. А я с сожалением вспомнила, что мне пока можно только жидкое и тёплое. Одурманивающе запахло жареной на углях рыбой. Надеюсь, что её подают в жидком виде!..

Я почти угадала. Рыбу подавали в жутком виде. В том смысле, что выглядела она устрашающе, но пахла вкусно. Не матопа, конечно, но что-то не менее хищное и зубодемонстрирующее. От слова монстр.

Жертва рыбацкой доблести лежала перед нами на большом подносе и торчала острыми иглами зубов. Словно грозилась создать проблемы если не на входе, то хоть на выходе. Для меня Ирихан заказал вполне дружелюбно выглядящий суп, но мне не хотелось есть что-то настолько бесхарактерное. Хотелось окунуться в пищевую драму.

Ирихан не позволил. Под тяжёлым взглядом мага (отвратительная приправа, между прочим) я съела двойную порцию супа и выпила приторно-сладкую куниву. Желание вгрызться зубами в запретную рыбу нарастало с каждой минутой. Но огневик тоже был не лыком делан — от стола не отлучался и внимательно следил глазами. Не за мной, конечно, за рыбой. Но хрен редьки не толще.

— Думаю, что маленький кусочек… — я осторожно потянула пальцы к монстроужину.

— Нет, — сурово ответил Ирихан.

— Ну, маленький. Малюсенький. Она же не твёрдая. Мягкая, — я заискивающе посмотрела на мага.

— Вы и так пели, ривана Лия.

— И вы знаете, ван Ирихан, голос от этого хуже не стал.

— В нём появилась хрипотца.

— Это от голода.

— Это от несоблюдения предписаний.

— Это от накачивания меня наркотиками!

— Это от вашей субтильности!

— Которая происходит от голода! — торжественно обиделась я на субтильность.

— Ривана Лия, если вы голодны, то давайте попросим ещё один суп! — разозлился он.

— Спасибо, не нужно, я и так достаточно выразительно булькаю, — холодно ответила я.

— Так не булькайте! — буркнул он. — Пойдёмте, нам пора.

Я встала и пошла за ним молча. Сверлила взглядом затылок огневика, пока он расплачивался за рыбу, которую так и не доел. А потом и вовсе отвернулась. Тиран! От маленького кусочка хуже точно бы не стало, а от всех этих супов я чувствовала себя голодной, несчастной медузой. Я страдала молча, но выразительно. Жаль, что мой спутник не особо впечатлился. Мы шли вглубь порта, где на тёмных водах покачивались суда. Что делать в порту в такую темень? Разве что контрабандой заниматься.

Ирихан уверенно шагал к одному из кораблей, и я с удивлением поняла, что вечерняя тишина — лишь видимость. На кораблях крепили грузы, лазили по мачтам матросы, портовый чиновник о чём-то спорил со щуплым дедком.

— Харвен? — вклинился в разговор Ирихан, подойдя ближе к этой паре.

— Да, если отойдём уже, — раздражённо ответил дедок.

— Дык пошлину оплатите и идите, куды ишволите! — сложил на груди руки портовый чиновник, о чём свидетельствовала большая бляха на могучей груди.

— Я уже оплатил! — рявкнул дедок.

— Дык ты меня, каптан, ша кого дершишь? За пешкоройку шлепоглашую? — скривился его собеседник и сплюнул в воду через внушительную дыру вместо передних зубов.

— Вымогатель!

— Шкупердяй, — равнодушно пожал плечами чиновник. — Рашрешение на отплытие не дам. Ш ваш ещё двенадшать шолотых.

Старик грозно сверкнул глазами, сжал кулаки и в бессильной ярости огляделся. Избавления от чиновника на пустой пристани, освещённой лишь редким светом фонарей, не было.

— Да подавись! — рыкнул капитан, отсчитал монеты и едва ли не швырнул их портовому служащему.

— Шашливого пути, — ехидно пожелал тот и поставил какую-то закорючку в документе, который тут же вырвал капитан.

— Вас двое? — дедок повернул к нам покрасневшее лицо.

— Да. Нам бы раздельные каюты, — ответил Ирихан.

— Гостевая каюта одна. Восемь золотых до Харвена.

— Шесть. Или я пойду искать другое судно, — спокойно сказал Ирихан.

— Да чтоб вас всех! — в сердцах топнул капитан. — Ладно. По сходням сами подыметесь?

— Да. Благодарю.

Ирихан подхватил меня под локоть и втащил на корабль. К такому повороту я оказалась совершенно не готова. Нет, все мои вещи лежали в сумке, что болталась на плече. Да и было-то их всего ничего. Но вот тот факт, что огневик не посчитал нужным даже упомянуть, что сегодняшний день закончится в море, почему-то задевал. Да и сам корабль впечатления не производил. Вернее, производил, но не очень хорошее. Некогда чёрный, сейчас он выглядел потёрто-коричневым. Разномастные паруса и побитые жизнью матросы тоже не добавляли ни престижа, ни надёжности в моих глазах.

— Ирихан, а это безопасно? — на этих словах корабль качнуло, и что-то со стуком упало.

— Клятая посудина! — раздалось с другого борта.

— Абсолютно безопасно, — уверенно кивнул Ирихан.

— Но…

— Не стоит судить по внешности, ривана Лия, — насмешливо ответил он. — Эта малышка гораздо крепче, чем вам думается.

— Отваливай! — взревел капитан.

Матросы без лишней суеты принялись за работу.

— Отрочай! Ставь паруса! — гремело голосом дедка.

— Нам лучше не мешаться. Пойдёмте, — потянул меня в сторону огневик.

— Но куда?

— В каюту. Нам же сказали, что она тут одна.

Я молча проследовала за ним. А какие варианты? С борта прыгать?

По пути в каюту мы наткнулись на матроса, а я чуть не распласталась на палубе, запнувшись о канатную бухту. Каюта оказалась громким названием для маленькой комнатушки с полутораспальной кроватью, ширмой и ведром с крышкой, олицетворяющим удобства и комфорт. Я выразительно посмотрела на Ирихана.

— Хм, — многозначительно ответил он, — я посмотрю, какие варианты размещения тут ещё есть.

И исчез в деревянном проёме двери.

Я села на постель и прислушалась к звукам снаружи. Если не заострять внимание на громкой матросской ругани, то можно представить, что я где-то на даче. Живу в деревянной бане с ведром и прикрученной к полу ширмой. И потом, кто всегда мечтал о морском круизе, Лия? Разве не ты грезила восходами над бескрайним горизонтом? Не ты ли фантазировала, как волны будут мягко убаюкивать тебя перед сном?

Вот.

Мечты сбываются, и даже «Газпром» для этого не нужен.

Я ещё раз осмотрела каюту, приметила умывальник и складной столик, прикреплённый к стене. Стула к нему не прилагалось, ну так и мы — не монаршие особы. После пыльной длинной дороги жутко хотелось помыться, но умывальник с ведром непрозрачно намекали, что мечты, может, и сбываются, но не все, не сразу и не всегда в нужной последовательности.

С тоской приняв неизбежное, я намочила полотенце, тщательно вытерла им тело, умылась, оделась в рубашку и легла на постель. Качало. Сон не шёл.

Я поднялась и достала из сумки книжку. Нет, не «Введение в магические науки». Сборник легенд и сказок. Витиеватые рисунки как нельзя лучше погружали в мистическую атмосферу. Села на постель под единственным источником света в каюте — тусклой магической лампой. Поджала под себя ноги и погрузилась в волшебный мир сказок…

Спустя десять минут захлопнула книжку и нервно огляделась. Вроде бы по углам никакая пакость не пряталась, но сказать точно я не могла. Дрожащими руками убрала книгу обратно в сумку. Если у них такие сказки, то какие ужасы? Раздался стук, дверь заскрипела, и я вздрогнула всем телом, подняв щит, прежде чем сообразила, что делаю.

— Лия? — удивился Ирихан.

Щит потух, задымив небольшое помещение. Кажется, на покрывале осталось тёмное прокопчённое пятно.

— К сожалению, других мест для ночёвки нет. Но это лишь на три ночи. В обед третьего дня мы подойдём к Харвену, — извиняющимся тоном сказал маг.

— Почему мы отплыли так спонтанно?

— Я не хотел, чтобы кто-то слышал о наших планах и подготовился. Видите ли, в море я максимально уязвим, поэтому выбрал первое попавшееся судно. Главное, что на нём нет других пассажиров. Да и портал на борт с берега я бы почувствовал. А так — мы в полной безопасности.

— Разве мы не ловим наёмников?

— Ловим. Но самим нам необходимо двигаться в Архтан. Лия, вы выглядите испуганной, что-то случилось? — нахмурился он.

— Нет.

— Вы боитесь воды? Вас тошнит в море?

— Нет, я просто открыла книгу с вашими сказками и оказалась не готова к их содержимому.

— А, так вам попалась та, где колдун ел своих детей, отваривая их в крови матерей?

— Н-нет, — голос дрогнул.

— Где девушку вплавили в скалу, чтобы она предупреждала деревню о набеге врагов, но вскоре деревня вымерла, и она так и осталась навечно нести свой пост, сошла с ума и заманивала одиноких путников в свой грот?

— Нет же! — возмутилась я.

— Та, в которой мать отдала своих дочерей кожевеннику, чтобы тот сделал для неё красивую куртку из их юной светлой кожи? — вздёрнул брови огневик.

— Да хватит уже! Это что вообще за сказки такие?! — отчаянно воскликнула я.

Завернулась в покрывало с пятном и насупилась.

— Да обычные, детские… — растерялся Ирихан. — Вы тогда лучше это… ту книгу по истории, что я вам дал… не читайте.

— Не буду, — буркнула я.

— Хотите прогуляться по палубе? Там пока видно огни Архитепа, да и луны сегодня почти полные обе.

— Да, можно. Только мне одеться нужно.

— Я подожду снаружи, — кивнул он и вышел.

— Я быстро.

Встала с постели и натянула на себя чистые вещи — штаны и тонкий свитер. Подумала и надела сверху кожаную куртку Ирихана, — ночью в море наверняка прохладно. Надо попросить подогнать её по размеру, пока что полы пришлось запахнуть внахлёст и подвязать конструкцию поясом. И подвернуть манжеты, чтобы хоть пальцы наружу выглядывали.

Я оставила сумку на постели и вышла. Снаружи было свежо. Каюту нужно будет как-то проветрить перед сном. И без того спёртый воздух пропах палёным после неудачного колдовства.

Прохладный влажный бриз обдувал кожу. Ночной берег освещали две круглобокие луны. По палубе разливался мягкий тёплый свет. Мы с Ириханом подошли к одному из бортов и долго наблюдали за тем, как удаляются от нас огни Архитепа. Красивый город. Тёплый, южный, напоенный солнцем и морем. Захочу ли я сюда вернуться? Не знаю. Меня до глубины души поразили Дальний район и контраст между ним и центром города. Вот уж где действительно блеск и нищета рука об руку.

Мы стояли у борта до тех пор, пока огни не исчезли за горизонтом. Берег растаял в дымке лунного света, и казалось, что вокруг простирается лишь море. На корабле стало тихо. Кажется, на палубе остались лишь дежурные, а остальные спустились в трюм. Оттуда изредка доносился взрывной мужской хохот и басовитые голоса.

— Прохладно, — поёжилась я.

— Пойдёмте спать. Я лягу на полу, — вздохнул Ирихан.

— Зачем? На полу жёстко и холодно, ещё простудитесь…

— Это вряд ли, — вмешался в разговор звонкий женский голос.

По палубе к нам шла до омерзения красивая девица. Покачивая возмутительно широкими бёдрами при невозможно тонкой талии, она приблизилась к Ирихану и улыбнулась сочно-порочными или, вернее, похабными губами.

— А у меня сюрприз для тебя и твоей замухрышки, — девица лукаво склонила голову набок и посмотрела на огневика.

Что-то мелькнуло в этом взгляде… Я дёрнула оторопевшего мага за рукав. Щит вспыхнул сам собой, накрывая нас обоих, но слишком поздно — девица уже всадила Ирихану в плечо маленький кинжал по самую рукоятку и отскочила назад. Маг даже не дёрнулся — зачарованно смотрел на незнакомку.

— Кирита…

Огневик будто не чувствовал кинжал! Лишь ошалевшим взглядом следил за ней.

— Ирихан, портал! — рявкнула я и ткнула его в бок.

Девица оскалилась и швырнула в нас огненным смерчем. Ревущий сгусток пламени скрутил воздух спиралью, пыхнул обжигающими искрами и рванул к нам. Я зажмурилась и выставила руки вперёд… Мой плохонький голубоватый щит затрещал, но сработал — налился чужим огнём и рассыпался по палубе горящими всполохами. Такого не ожидали ни я, ни нападавшая. Сложив буквой «О» бесстыдный рот, она на секунду подвисла, взмахнула рукой — и в меня полетели какие-то металлические брызги. От испуга я отпрянула, рванула Ирихана за рукав ещё сильнее и завизжала. Он наконец очнулся, открыл портал у меня за спиной, сделал два шага назад и буквально вдавил внутрь своей тушей. Следом в портал влетело что-то круглое и шипящее.

Мир полыхнул. Мы вывалились в тёмное помещение. Маг взмахнул рукой, и след от портала вспыхнул, осветив его кабинет. По полу с грохотом прокатился подарок Кириты. Ирихан наклонился, нашарил его и швырнул прямо в закрытое окно. Со звоном осело стекло в раме. Я недоумённо уставилась на огневика. Какого чёрта происходит? Спустя бесконечную секунду снаружи раздался оглушительный взрыв. По стенам пробежали волны искр. Брызнули осколки стекла, по кабинету разметало бумаги, зазвенело в ушах. Башня дрогнула, потолок рассекла трещина.

Ирихан неловко откинулся назад, но я упёрла руки ему в спину и не дала сбить себя с ног. Тогда он качнулся вперёд, сделал два нетвёрдых шага к стеллажу, выдрал из него здоровенную коробку, роняя с полки склянки и артефакты. Рванул крышку, перетряхнул содержимое и судорожно выхватил один из бутыльков. Поднёс ко рту, не отвернув крышку — и осел на пол. Коробка с надписью «Противоядия» стукнула об пол. Я едва успела подхватить Ирихана за руку с зажатым в кулаке пузырьком.

Перевела взгляд на его лицо. Кожа посерела, челюсти свело, а тело скрутила судорога.

— Прости, — выдавил он едва слышно.

Я сорвала крышку, обхватила голову мага рукой и попыталась влить в него антидот, пришлось разомкнуть ему губы и гладить вниз по горлу, пока не проглотил. Успела до того, как сжались челюсти. Тело огневика окаменело окончательно, я повалила его на пол боком и разорвала рубашку на плече. Ирихана затрясло, и пришлось сесть сверху, чтобы он не мешал.

Кинжал вошёл в плечо, повезло, что я дёрнула мага за руку, эта сука явно метила в грудь. Движения сковывала куртка, я с трудом сняла её — что-то цеплялось и мешало. Осталась в одном свитере.

Потянула на себя отравленный клинок и с усилием вытащила его. Из раны засочилась кровь. Сжала плечо сильнее, чтобы усилить кровоток. Пусть вымоет яд. Растёрла раненое место и нажала снова. Ирихан резко выдохнул. Я вспомнила, как он пялился на эту суку, и нажала посильнее. Вскочила и схватила коробку с лекарствами. Пробежала глазами по названиям на бутылочках, перебирая их руками. Нашла! «Для промывания ран». Схватила, сорвала пробку зубами, во рту стало кисло. Щедро плеснула на рану, кровь запузырилась. Это хорошо? Ирихан зашипел. А вот это точно хорошо!

Отыскала в коробке здоровенную стеклянную пипетку, обмыла её тем же раствором и набрала его внутрь.

— Терпи, — я воткнула пипетку в рану и выдавила жидкость.

Пузыри забулькали, кровь пошла активнее. Я снова оседлала бок Ирихана и сжала место вокруг раны, из неё поползла отвратительная жижа — кровь вперемешку со средством и, надеюсь, ядом. Кожа вокруг раны быстро темнела. Тёмная сетка поползла в сторону шеи и вниз, к сердцу.

— Ну нет!

Ирихан дышал надсадно, больше хрипел. Я схватила бутылочку с противоядием и принялась искать ещё одну такую же в ящике. Нашла! Похлопала мага по щекам и показала. Он вроде бы кивнул. Схватила его за волосы и щедро влила в рот ещё одну порцию. Он дёрнул головой и проглотил.

— Что дальше? — я встряхнула его.

Огневик не ответил.

Его дыхание стало неглубоким, глаза закатились, кожа вокруг раны посинела. Тело обмякло.

Во мне взревела магия. Сама не понимая, что делаю, положила обе руки на рану и отпустила Огонь. Он может выжечь яд? Я не знала, но лучше ничего не придумала. Повинуясь наитию, крепко прижала и надавила. Ирихан глухо застонал. Мой голубоватый Огонь словно сплёлся с его магией. Из раны вырвалось несколько язычков пламени. Ирихан снова застонал, но глуше и тише.

Я почувствовала Ирихана, словно на миг нырнула в его ощущения и онемела от боли. Из последних сил влила в него весь Огонь, что у меня был. В глазах заплясали мушки. Звон в ушах нарастал. Стало невыносимо холодно и потемнело в глазах…