Глава 5: Побег

Девятая колония Земли, планета Нум, город Гита

Майя Бриг

Уже подлетая к своему жилому кварталу в одиннадцатом, окраинном секторе Гиты, я засекла хвост, наверняка следующий за мной от самого “Причала”.

Что и требовалось доказать.

Разумеется, ни Ковач, ни его синекожий дружок не поверили мне на слово, и не удивлюсь, если собрались не только следить за моими передвижениями, но и использоваться как наживку для Тео.

К счастью, гады почему-то решили, что беглая супруга латернийца пока еще не вышла со мной на прямой контакт, иначе действовали бы более радикальными способами, а не вели со мной почти светские беседы, прощупывая и приглядываясь.

Или банальная слежка — это еще не все?

Скоро будет ясно окончательно.

Моим планам происходящее, впрочем, нисколько не помешало.

И без этого я собиралась сделать вид, что отправляюсь домой, а затем улизнуть оттуда, используя незаметный резервный выход, и отправиться к Теодоре, которой, судя по сообщению Зу, стало хуже.

Я уверенно прошла мимо входа в свое жилье в противоположный конец коридора, параллельно активируя установленную в квартире систему дистанционного управления, а затем спустилась на грузовой платформе вниз, на технический уровень, где обычно ремонтировались и заряжались обслуживающие дом бытовые андроиды.

Там я сняла китель вместе с нанодатчиком и без сожаления выкинула его в утилизатор с отсроченной программой активации, оставшись в тонкой нательной кофте с коротким рукавом.

Обычно допуска в технические отсеки у жильцов нашего комплекса не было, но я уже давно выяснила коды доступа, которыми пользуются местные техники.

Провернуть подобное мне удалось еще где-то года четыре назад, когда меня начали мучить навязчивые мысли о неких скрытых угрозах и тайных врагах.

Подчиняясь вызванной моим расстройством мании преследования я обеспечивала себе дополнительные пути отхода из жилья, пытаясь всячески обезопаситься от слежки и прочих происков неведомых неприятелей.

Еще один выверт моего искалеченного боевой травмой разума, наряду с кошмарами, апатией и прочими гадкими последствиями, с которыми мне пришлось столкнуться за годы борьбы за свое ментальное здоровье.

“Паранойя часто встречается у людей, страдающих ПТСР, и может стать реакцией на серьёзный эмоциональный шок”, — вещал после осознания новой проблемы мой искусственный мозгоправ. — “Нам с вами необходимо научиться различать мнимые и реальные угрозы, Майя. Если вам будет спокойнее, зная, что у вас есть некие запасные выходы из квартиры, ничего страшного. Просто они вам с огромной долей вероятности никогда не понадобятся”.

Как же сейчас захотелось рассмеяться этой бездушной машине прямо в экран...

***

Один из незаметных коридоров, соединяющих строения нашего жилого комплекса друг с другом, вывел меня на такой же технический ярус соседнего здания.

Используя еще одну платформу, я поднялась на крышу и села в неприметный общественный аэролет, который транспортная служба города здесь постоянно парковала. Отследить его перемещения без доступа к общей базе и предписания местного управления безопасности будет практически невозможно.

Да-да, я давно и подробно все продумала и просчитала.

Сумасшествие?

Скажите это тем, кто не только следил за мной, но и прямо сейчас пытается проникнуть в мой дом.

— Вот и твоя ненавистная паранойя, Майя, — едко усмехнулась, через установленные мной в коридоре и в квартире дополнительные гало-камеры наблюдая, как трое незнакомых разумных осторожно вскрывают двери в мое жилье и стремительно просачиваются внутрь.

Полагаю, гады были убеждены, что застанут меня врасплох, безоружную (так как рабочая пушка осталась в боксе в доме Ковача, а на ношение личной мне разрешения не дали) и не ожидающую нападения.

Не удивлюсь, кстати, если стандартная система слежения комплекса на моем жилом уровне в этот момент "чудесным образом" перестала работать.

Судя по закрытым защитными масками лицам, выверенным и знакомым мне до мельчайших деталей движениям опытных воинов и оружию, которое незваные гости держали в руках, поганцы явно не пришли ко мне просто мирно поболтать за контейнером с кофе или помочь потереть спинку в душе.

Включенный через умную систему свет и текущая в санитарном отсеке вода заставили их удостовериться в моем присутствии в квартире.

Трое на одну? Ха, а почему сразу не целый отряд головорезов?

Даже обидно, насколько меня недооценили или вообще списали в утиль.

Перед активацией запрещенного среди законопослушных обитателей Нума “Протокола Х”, настроенного в моей квартире те же четыре года назад одним теневым инженером из приятелей Зу, я затаила дыхание и прикрыла глаза. Модификация на браслете, определившая нанодатчик, тоже, к слову, была добавлена тем же специалистом по тем же причинам.

Какая-то часть меня, та, что желала продолжить жить привычной жизнью, безо всех этих приключений и свежих триггеров и стимулов для моих внутренних демонов, пугливо требовала прекратить эти издевательства и попробовать вернуть все как было.

Другая же часть, та, которую я, кажется, давно загнала куда-то в самый дальний уголок своей сущности и практически уничтожила, потирала руки, предчувствуя что-то интересное. А еще жалея, что я не нахожусь в тот момент в квартире, чтобы схлестнуться с неприятелем в драке, ведь накопленные за эти дни эмоции требовали выхода именно подобным путем.

Учащенное сердцебиение, сбитое дыхание, мурашки по позвоночнику.

Впрыснутый в кровь адреналин.

Будоражащий привкус опасности на языке, дурманящий голову похлеще любого алкоголя.

Забытые чувства, которых я боялась и жаждала одновременно.

“Все прошедшие боевые действия военные в каком-то роде зависимы”, — вспомнила я размышления Зу. — “Вы подсаживаетесь на щекочущие ваши нервы ощущения из-за постоянной ходьбы по грани. Они постепенно сводят с ума, перепрошивают разум и извращают психику, заставляя стремиться испытать подобное снова и снова, пока вы дышите и существуете.”

Слегка подрагивающий палец нажал на мигающий сенсор.

Голограмма, транслирующая происходящее в моей квартире, подернулась рябью.

Судя по прижимающим руки к своим головам негодяям, установленная в неприметном месте теневая глушилка уже хорошенько ударила им по мозгам.

Дело сделано.

Теперь обратного пути для меня точно нет.

Женщина-боец с позывным Таран возвращалась из небытия, расправляя плечи и не чувствуя больше ни неуверенности в своих силах, ни сомнений.

И знаете, на сердце от осознания этого факта стало почему-то... легче.

***

— Я просила тебя пока не связываться со мной, Зу, — произнесла раздраженно, принимая от приятеля звонок по резервному каналу. — Я здесь немножко занята.

Да-да, “немножко занята”.

Ты только что нарушила закон, Майя!

И в данный момент в твоей квартире валяются трое находящихся в долговременной отключке тел, так что дома у тебя теперь, скорее всего, больше нет.

Потому что облеченный властью латерниец вряд ли простит тебе подобные шалости с учетом применения на его подручных домашней защиты с теневой модификацией.

Обычно безопасники Нума закрывают на такое глаза, ведь по законам Содружества жилье неприкосновенно.

Но, если кто-то сверху спустит приказ о твоем задержании?

А дальше...

Отсек для вре́менного содержания в управлении, где могут так же "случайно", как в жилом комплексе, отключиться гало-камеры и...

Исчезла какая-то там Майя Бриг? Да, ветеран с наградами, и что?

Родных и близких у меня нет. Покровителей - тоже.

Комитет? Возможно, они что-то предпримут, в чем я очень сомневаюсь. Мы были нужны военному ведомству только пока были в строю, а потом...

И, похоже, работы у тебя, госпожа Бриг, в ближайшем будущем тоже не предвидится, так как Советник Ковач вряд ли пребывает в неведенье о планах на тебя своего синекожего приятеля.

А даже если он к вторжению в мою квартиру непричастен, то вряд ли вступится за тебя или захочет сохранить за тобой место охранницы для своей дочери.

Какой насыщенный, однако, день.

— Это я, — голос Тео звучал слабо и хрипло, а пред глазами возникла светящаяся голограмма ее изможденного лица. — Твой друг сказал, что мой муж уже на Нуме.

— Я уже успела мило пообщаться с господином Фуко, — согласилась я. — А потом его шестерки оперативно навестили мою квартиру, явно желая не просто обменяться любезностями.

— Они... Ты в порядке?

— Я в порядке. Они тоже... живы. Но знакомство с модифицированным теневыми инженерами волновым глушителем мало кому понравится.

Теодора хрипло хохотнула, а потом разразилась жутким кашлем, прикрывая маленькой ладонью рот.

Когда моя собеседница отвела руку от лица, я четко увидела на ней кровавый след.

— Майя, док сказал, что... — раздался расстроенный голос Зу откуда-то сбоку от проекционного изображения Теодоры.

—... что мое время истекло раньше, чем я рассчитывала, — перебила его Дора. — Скажи этому непоседливому старику, чтобы забрал Мисси и привез ее тебе. Ты знаешь, что делать дальше. Мы сейчас поменяем билет на паром до Эйнара на сегодняшнюю дату.

Похоже, все силы Тео ушли на то, чтобы добраться до меня. И теперь, когда дело было сделано, ее отравленный неизвестным ядом организм решил, что отмеренное для решения проблемы время закончилось.

— Тео, я...

— Майя, я уже переслала тебе все документы на чистый браслет, который достал твой друг. Никаких проверок крови ты больше проходить не будешь, так что никто не поймет, что ты — это не я. Анализ — единственное доказательство статуса эйры, а там... Придумаешь, что делать дальше. Свое изображение в карточке личности я уже поменяла. Как и биометрическую информацию, с которой помог твой приятель. Прости, что втянула тебя во все это, но выхода у нас обеих теперь, похоже, точно нет.

Космос, как же все это несправедливо.

Почему?

Почему вся эта ситуация не может пойти по иному сценарию?

Почему я никак не могу повлиять на то, что Теодора умирает?

— Не жалей меня, Майя Таран, не нужно, — просипела Дора. — Обещай мне, что станешь для Мисси если не мамой, то хотя бы той, кто вырастит ее хорошим человеком. Даже если она землянка лишь наполовину.

— Тео...

— Обещай, — вскрикнула она. — И твой долг жизни передо мной будет погашен. Пожалуйста, Майя...

— Обещаю, — выдохнула, стараясь сдержать рвущиеся из глотки ругательства и погасить желание уничтожить все, что попадется мне на глаза.

Способность плакать вытравили у меня еще в космическом кадетском корпусе, так что боль и сожаление пытались выплеснуться из моего организма иными, более привычными способами.

— Хорошо, — удовлетворенно отозвалась Теодора. — Теперь заставь однорукого забрать Миссии и отвезти ее куда нужно. Противный ворчун все еще надеется, что я не нахожусь одной ногой на пути в вечность. Что делать с моим... телом, он уже придумал, так что...

— Зу, пожалуйста, делай, как она скажет. Док ведь убедил тебя, что помочь невозможно.

Старый пират выдал несколько непечатных слов, а затем сообщил координаты места встречи.

— Прощай, Майя, — голос Тодоры становился все тише, превращаясь практически в шепот. — Пусть тебя и мою малышку хранят высшие силы. Я надеюсь на тебя.

— Прощай, — выдавила я из себя, в последний раз смотря на голограмму лишенного красок, усталого лица Чаровницы.

Нет, я запомню ее другой.

Живой, улыбающейся, наполненной надеждой и внутренним светом.

— “Между звездами и врагами...” — прохрипела Теодора, через силу улыбаясь мне потрескавшимися губами.

— ”...Сражаться и побеждать”, — закончила я за нее девиз нашего отряда, деактивируя связь на браслете, безжалостно срывая его с руки, придавливая ботинком и выкидывая из аэролета.

А потом до хруста сжала челюсти, чтобы не заорать во весь голос, и до боли стиснула непослушными пальцами висящий на шее жетон с оплавленными краями.

На нем были выгравированы сказанные нами только что слова и мой индивидуальный идентификационный номер офицера объеденных военных сил Содружества.

Кусочек ТОЙ жизни, который я носила на себе не снимая все эти годы, наплевав на то, что он может быть демоновым стимулом или триггером для кошмаров.

Теперь из отряда “Калун-Альфа” в этом мире осталась лишь я одна...