Глава третья

Я сидела в гостиной увеселительного заведения, с ногами забравшись в одно из кресел.

На мне все еще был камзол Тегрея. После всего произошедшего события завертелись с ужасающей скоростью. В один миг дом наполнился незнакомыми мужчинами, которые деловито выгнали из комнат полуодетых девиц и их клиентов. Первых собрали в этой гостиной, куда привели и меня, приказав ждать. Вторым милостиво разрешили убираться на все четыре стороны.

К слову, они и не возмущались. Напротив, постарались выполнить все в кратчайшие сроки. Наверное, прошло не больше пяти минут, как в доме остались лишь его обитательницы во главе со своей хозяйкой, и люди герцога, следящие, как бы кто ни улизнул ненароком. Ах да, и не стоит забывать про принца Эдриана и Бифа. С этой парочкой сейчас беседовали наверху Тегрей и Томас, как будто вовсе забыв о моем существовании.

От последней мысли стало особенно обидно. Если бы не мое участие, то кто знает, как бы все в итоге обернулось. А в итоге во всей этой суматохе обо мне словно все забыли. Никто не позволил мне вернуться в комнату и одеться. Когда я сунулась было туда, то мне дорогу преградил какой-то верзила, который бесцеремонно подхватил меня под локоть и чуть ли не пинками отправил к остальным девушкам.

И вот теперь я зябко поджимала под себя босые ноги и тоскливо размышляла, что же будет дальше.

Да уж. Видели бы меня сейчас родители. Любимая и единственная дочь сидит в окружении девиц легкого поведения, ничем, по сути, не отличаясь от них.

Гостиная была наполнена встревоженным гулом разговоров. Девушки шептались промеж себя, то и дело бросая на меня недобрые взгляды. И я вполне понимала их неудовольствие. Они-то в курсе, что я не одна из них.

В арке, отделяющей гостиную от коридора, замерла парочка крепких широкоплечих мужчин, строго наблюдающих за происходящим. Хоть это радует. Надеюсь, они вмешаются, если разъяренная толпа решит меня поколотить.

— Невеста, стало быть.

Я вздрогнула от ядовитого шепотка хозяйки заведения, ранее встретивший нас на пороге.

Она подошла к моему креслу, поигрывая полным бокалом вина — пить девушкам не запрещали, и они усердно лечили нервы алкоголем.

— А я уж было тебя пожалела, — с претензией фыркнула женщина, глядя на меня с нескрываемым омерзением. — Молоденькая, хорошенькая. И не повезло связаться с высокородным мерзавцем.

Я промолчала, не желая ввязываться в пустой спор.

— Эти гады все на одно лицо, — продолжила женщина, и я осознала, что она пьяна. — Мягко стелют, да жестко спать. С первого взгляда все так чинно и благородно. А глянешь чуть глубже — одна гниль да чернота вместо душ.

И опять я ничего не сказала. Потому как была совершенно согласна с ней.

Недолгое знакомство с высшем светом доказало мне, что благородство в нем считают недостатком, а не достоинством.

— Знаешь, сколько у меня тут невест лордов? — Женщина презрительно хмыкнула и одним глотком почти допила вино. — Да почти половина! И у всех подозрительно похожие истории. Встречи, заверения в любви, соблазнение. Нам всем так хочется верить в сказку! Ведь для настоящей любви никакие сословные различия не преграда, так? Но, получив желаемое, — лорды предпочитают забыть о своих обещаниях. Надоевшие игрушки принято выкидывать на улицу. Где, в лучшем случае, их подбирает кто-нибудь наподобие меня. А в худшем все заканчивается грязной забегаловкой, реками дешевого спиртного и, в итоге, сточной канавой.

Я сидела, не смея посмотреть в глаза женщины, сухо и страшно блестевшие от искренней ненависти.

Любопытно, если она накинется на меня с кулаками — люди Тегрея успеют оттащить ее? Или они будут лишь посмеиваться, наблюдая со стороны за дракой?

Женщина наклонилась ко мне, явно желая продолжить изливать душу, но в этот момент в гостиную быстрым шагом ворвался Велдон. Зарыскал глазами, рассматривая девушек.

— Альберта! — воскликнул он, наконец-то заметив меня. — Вот ты где! Я уже весь дом перевернул. Тегрей приказал найти тебя.

Тегрей? Не Томас? Ах да, ну конечно. Мой ненаглядный жених, полагаю, вовсе забыл о моем существовании, полностью сосредоточившись на допросе принца.

— Идем. — Велдон поманил меня пальцем.

Я торопливо встала и нервно закуталась в камзол, который спускался даже ниже колен. Повезло еще, что Тегрей намного выше меня.

Парочка, охраняющая гостиную, послушно расступилась перед нами, когда приятель повел меня на второй этаж.

— Полагаю, ты не откажешься одеться, — прозорливо заметил Велдон. — А то видок у тебя сейчас… Своеобразный, ничего не скажешь.

— Это была идея Тегрея, — хмуро призналась я. — Он отправил меня к комнате, где держали принца. Хотел, чтобы меня приняли за одну из местных обитательниц и открыли дверь.

— Неплохая задумка. — Велдон одобрительно кивнул. — Томас бы сразу пошел на штурм.

В этот момент мы как раз достигли второго этажа, и Велдон вдруг остановился. Повернулся ко мне и очень серьезно произнес:

— Альберта, пожалуйста, будь очень осторожна с герцогом.

— То есть? — переспросила я, мгновенно насторожившись.

— Я ведь не слепой, вижу, как он на тебя смотрит. — Велдон укоризненно покачал головой. — И Томас бы видел, если бы не был так оглушен смертью Джессики. Поэтому сейчас он тебе не помощник. Даже напротив, если вспомнить, как ловко Тегрей добился от него разрешения на поцелуй с тобой.

Мои щеки потеплели от слов приятеля. Что скрывать, мне до сих пор было очень стыдно, что пришлось пойти на это.

— Томас слишком сосредоточился на собственном горе, — продолжил Велдон. — Поэтому им так легко сейчас манипулировать. И Тегрей обязательно воспользуется этим. Уже начал пользоваться самым наглым и бесцеремонным образом.

— На что ты намекаешь? — пожалуй, слишком резко спросила я, заинтригованная его туманной речью.

— Тегрей умеет быть очень обольстительным с женщинами, — проговорил Велдон. — Милым, вежливым, предупредительным. На тебе сейчас его камзол, не так ли?

— Так, — подтвердила я. — Но моя сорочка…

— Альберта, ты заинтересовала Тегрея, — чуть повысил голос Велдон, не дав мне объясниться. — Очень заинтересовала. А он из тех людей, кто привык добиваться своего всеми мыслимыми и немыслимыми способами. Поэтому я говорю тебе: будь осторожна. Никто не знает, каков Тегрей на самом деле. Он всегда ведет свою игру. Возможно, он постарается отбить тебя у Томаса лишь для того, чтобы насолить ему. А возможно, ты ему для чего-то нужна. Резонаторы — слишком редкое явление в нашем мире. В общем, держи нос по ветру и не давай себя обмануть пустыми красивыми словами. Ты ведь умная девочка, Альберта. И однажды уже сильно обожглась.

Румянец на моих щеках стал ярче от этого непрозрачного намека на мое прошлое. Да, обожглась. Однако история с Джедом, лишь каким-то чудом завершившаяся счастливо, научила меня многому.

Но я не успела ничего ответить Велдону. Он развернулся и отправился дальше по коридору, должно быть, решив, что и без того сказал достаточно. Мне ничего не оставалось, как поспешить за ним.

Велдон, конечно, не стал присутствовать при процессе моего одевания. Ассанта все так же сладко посапывала в комнате, и невольно я позавидовала ей. Да, пожалуй, никому из обитателей и гостей этого дома не повезло больше, чем ей. Все сомнительное веселье пропустила.

Спустя несколько минут, в последний раз одернув подол платья и проверив, застегнут ли на все пуговицы жакет, я вышла из комнаты. В руках я несла камзол Тегрея. Пожалуй, стоит его вернуть герцогу и поблагодарить за услугу.

Волосы, правда, я оставила распущенными. Точнее, попыталась их усмирить шпильками, но быстро поняла, что это бесполезно. Слишком тряслись у меня сейчас пальцы, чтобы сделать аккуратную прическу, к тому же расчески в комнате не было.

Велдон почему-то неодобрительно покосился на камзол, но ничего не сказал. Лишь дернул головой, молча предлагая мне последовать за ним.

Как оказалось, для допроса принца Эдриана и Бифа Томас и Тегрей выбрали кабинет на втором этаже. Наверное, это было единственное помещение в доме с более-менее скромной и деловой обстановкой. Интерьер — в строгих пастельных тонах. Светло-бежевый ковер на полу, несколько дубовых кресел с черной обивкой. Большой письменный стол, заваленный бумагами.

Даже книжный шкаф здесь имелся. Я скользнула взглядом по полкам и язвительно улыбнулась, заметив уже знакомые по гостиной Велдона кричащие обложки журналов, от которых ломились полки. Впрочем, было бы странно ожидать что-нибудь иное.

— Аль, и где ты шлялась? — недовольно буркнул Томас, стоило мне только войти.

Я широко распахнула от изумления глаза. Где я шлялась? И у него еще хватает наглости задавать такой вопрос?

— Альберту по ошибке провели к остальным девушкам, — поторопился заступиться за меня Велдон. — Я нашел ее в гостиной.

Томас словно пропустил объяснение друга мимо ушей. Он сидел за столом и массировал виски, то и дело кривясь, как будто от головной боли.

Напротив него вжимался в кресло Эдриан. Его королевское высочество и наследник престола имел сейчас весьма жалкий и бледный вид. По всей видимости, хмель улетучился, и принц страдал от жестокого похмелья. На это указывали мешки под глазами, бледная до зеленоватого оттенка кожа и то, как он беспрестанно облизывал губы, бросая страдальческие взгляды на стакан с водой, стоявший перед Томасом.

Тегрей при моем появлении обернулся от книжного шкафа, продолжая держать в руках один из журналов.

Любопытно, а где Биф? Подельника загадочного мага тут не было.

— Прошу, ваша милость. — Я с почтительным поклоном протянула Тегрею его камзол. — Вы были очень любезны.

— Не стоит благодарностей, Альберта, — с улыбкой отозвался герцог, принимая камзол.

Его пальцы словно случайно накрыли при этом мои. Как-то сразу же вспомнился недавний разговор с Велдоном и полученное от него предупреждение, и я резко одернула руки.

Тегрей, впрочем, никак не отреагировал на это. Он накинул на себя камзол и опять повернулся к шкафу, взяв новый журнал.

Нашел время для чтения! Сам же не так давно сетовал, что король не доживет до утра.

— Это все бесполезно, — внезапно с глухим отчаянием выдохнул Томас. Отнял пальцы от висков и с ненавистью посмотрел на Эдриана. — Этот… мальчишка ничего не знает. Действительно ничего. Как и тот бугай.

— Биф, вроде бы, — рассеянно уточнил Тегрей, полностью углубившись в изучение неприличных картинок.

Ишь, с каким интересом разглядывает! Лупу ему, что ли, посоветовать. Дабы ни малейшая деталь не прошла мимо его внимания.

— Я же говорил, — в этот момент Эдриан всхлипнул. — Я не понимаю, что происходит. Дядя, какого демона ты себе позволяешь! Мой отец сошлет тебя на веки вечные, когда узнает про все это!

— Твой отец, мальчик мой, при смерти, и ему осталось всего несколько часов, — холодно уведомил его Тегрей, ни на миг не отрываясь от журнала.

— К-как?.. — От изумления принц начал даже заикаться. — Но п-почему?.. Почему вы сразу мне не сказали?!

И с неожиданным отчаянием вдруг запустил обе руки в волосы. Хорошенько дернул, как будто пытаясь выдрать клок.

Ничего себе! Если Эдриан притворяется — то делает это превосходно. Я могла бы поклясться, что слова Тегрея стали настоящим потрясением для него.

— Помнишь, как покинул вчера дворец? — полюбопытствовал герцог, мягким кивком указав мне на одно из кресел.

— Да ничего он не помнит, — вместо принца ответил Томас, морщась все сильнее и сильнее. — Я ведь проверил его память. Этот дуралей после скандала за столом отправился прямиком в свои покои, прихватив пару бутылок вина. И стал заливать горе. Очнулся уже в этом борделе. Здесь ему постоянно наливали, а ему и в голову не пришло спрашивать, кто его новые друзья и как он тут очутился.

— Да как вы смеете называть меня дуралеем! — Эдриан аж встрепенулся от негодования. Вскочил было на ноги, но тут же безвольно осел обратно, когда Томас бросил на него тяжелый взгляд.

— А Биф? — осмелилась я на негромкий вопрос. — Что говорит он?

— В памяти у него не намного больше, — ответил вместо Томаса Тегрей. Лорд Бейрил в этот момент вновь начал растирать себе виски. — Мы не стали тратить времени на допрос. Вместо этого Томас сразу же полез ему в голову. Правда, слегка перестарался при этом.

Голос Тегрея неодобрительно дрогнул при последней фразе, и он укоризненно посмотрел на Томаса.

— Ничего страшного, очухается, — буркнул тот. — Подумаешь.

— Да я не о нем переживаю, а о тебе, — произнес Тегрей. — Этому-то дубоголовому что будет? Ну, пострадает пару дней от тошноты и мигрени. А вот ты, друг мой, слишком выложился. Сгоряча применил гораздо больше силы, чем требовалось.

Томас устало сгорбился за столом, и я вдруг отчетливо поняла, что Тегрей говорит правду. В ярком магическом свете стало отчетливо видно, какие глубокие скорбные складки пролегли у него от крыльев носа к уголкам рта. И без того острые скулы выпирали так, что казалось, будто они вот-вот проткнут кожу.

— Вот почему я не хотел тебе говорить о смерти Джессики, — чуть мягче добавил Тегрей. — Дружище, я ценю твой пыл и рвение. Но знай меру.

— Что? — в этот момент опять встрепенулся Эдриан. — Джессика мертва? Не… не может быть!..

На принца сейчас было больно смотреть. И не скажешь, что передо мной наследник престола огромной страны. Обычный перепуганный юноша, готовый разрыдаться навзрыд.

— Ну-ну, мальчик, тише, — бросил ему Тегрей, едва заметно поморщившись. Отложил в сторону журнал и подошел к принцу. Протянул ему носовой платок, в который Эдриан тут же оглушительно высморкался.

— Так что насчет Бифа? — настойчиво повторила я недавний вопрос, не торопясь занять предложенное мне место.

— Его наняли вчера вечером, — проговорил Тегрей. — Мужчина, которого он никогда до этого не видел. Просто подсел за столик в кабаке, где Биф медленно, но верно набирался дешевым пивом. И предложил заработать пару медяков. Мол, его знакомый парень втрескался по уши и вздумал сделать предложение. Но холостяцкую жизнь надо проводить с размахом, так сказать. Поэтому он желает устроить приятелю незабываемые сутки в одном из борделей. А Биф ему нужен, чтобы глупец, готовый вот-вот погубить свою веселую холостяцкую жизнь, никуда не сбежал, если заказчику вдруг понадобится отлучиться.

— Но в комнате не было девушек, — заметила я.

— В тот момент, — ответил Тегрей. — Но были раньше. Стоит отметить, Эдриан с огромным рвением принялся искать утешение от несчастной любви в чужих объятиях. — Бросил суровый взгляд на повинно склонившего голову племянника и с нажимом сказал: — Целителю сегодня же покажешься. Еще, не приведи небо, заразы нахватал.

Я молчала, обдумывая услышанное.

В общем-то, теперь понятно, почему Биф с такой легкостью впустил меня в комнату. Он не видел во мне угрозы, напротив, считал, что веселье продолжается.

Получается, он был всего лишь пешкой. По сути, не сделал ничего дурного. Лишь принял приглашение принять участие в чужих забавах.

— У нас опять ничего нет, — прошелестел Томас и с внезапной силой грохнул кулаком по столу.

Эдриан тоненько взвизгнул от ужаса и закрыл лицо руками. Н-да. Слабоваты как-то нервы у принца. Как-то плохо я его представляю в роли грозного и властного правителя.

— Теперь мы, по крайней мере, знаем, как выглядит преступник, — возразила я Томасу. — Наверняка тот маг, который удерживал Эдриана, и наслал порчу на короля.

— Ты знаешь, — исправил меня Тегрей. — Я видел его мельком, а Томас лишь в мыслях Бифа.

— Но я могу подробно описать его, — предложила я. — Его зовут Амьен. По крайней мере, Биф к нему так обращался. Высокий, светловолосый, очень симпатичный. Вот цвета глаз, к сожалению, не успела различить.

Тегрей в этот момент издал слабый смешок, и я замолчала. Почему он веселится?

— Прости, Альберта, но под это описание подходит слишком много народа, — сказал он. — Начиная с Эдриана и заканчивая мной. Да и Амьенов в Альмионе хватает. Помнится, даже у Ринуальдо имеется внук с таким именем.

Хм-м…

Высказывание герцога что-то пробудило в моей голове. Какое-то даже не соображение, а намек на него.

— И в любом случае, что нам даст описание этого мага? — буркнул Томас. — Предлагаешь бегать по улицам Бриастля в нелепой надежде рано или поздно наткнуться на подозреваемого?

— Насколько я поняла, Эдриана кто-то увез из дворца, — медленно протянула я. Замолчала, почувствовав, как в голове слабой тенью опять промелькнула какая-то ускользающая мысль.

— То бишь, этот маг — один из слуг или придворных, — сухо сказал Тегрей. — Ну… Резонное предположение. Но даже если так, то нам это вряд ли поможет. Нам необходимо поймать мерзавца. Причем сделать это в течение ближайших часов, пока Роберт еще жив. А этому негодяю явно хватит ума затаиться и не высовываться, пока порча не довершит начатое.

В кабинете после этого воцарилась тоскливая тишина, нарушаемая лишь негромкими всхлипываниями Эдриана. Принц горько плакал, уткнувшись лицом в платок.

Тегрей посмотрел на него и досадливо поморщился, однако ничего не сказал.

Да уж, если Эдриан займет престол — то для Альмиона это будет настоящей катастрофой. И даже не в его возрасте дело. История знает немало примеров, когда трон в силу тех или иных обстоятельств занимали и более молодые люди. Но для этого необходимо обладать определенным складом характера. А в Эдриане пока не видно ни жесткости, ни решительности, ни властности. Одним словом — полнейшее разочарование, а не принц.

Хм-м…

И опять в голове промелькнула тень догадки. Слишком смелой для того, чтобы я осмелилась ее озвучить.

— Альберта, ты так забавно хмуришься. — Тегрей усмехнулся. — О чем ты думаешь?

Я бросила быстрый опасливый взгляд на Томаса, который нервно барабанил пальцами по столу перед собой.

Боюсь, он поднимет меня на смех, если я начну высказать свои соображения. Томас и в обычном состоянии бывает резок в высказываниях. А сейчас вообще напоминает натянутую до предела тетиву. Только тронь пальцем — и она порвется.

— Мы все равно в тупике, — ласково проговорил Тегрей, перехватив мой взгляд и словно угадав мои страхи. — Возможно, именно твои рассуждения привнесут свежую струю в расследование. Так что не стесняйся. Я выслушаю тебя с превеликим вниманием.

— Любое преступление должно иметь мотив, — осторожно начала я, готовая к тому, что Томас резко оборвет меня.

Но лорд Бейрил, по-моему, вообще забыл о моем существовании. Он откинулся на спинку кресла и устало смежил веки, как будто задремав.

— С этим утверждением трудно поспорить, — согласился со мной Тегрей.

— Следовательно, надо искать того, кому выгодна смерть короля, — еще осторожнее продолжила я.

— Другими словами, ты опять намекаешь на меня. — Герцог укоризненно покачал головой, но не рассердился. — Альберта, вроде бы, мы уже обсудили это.

— Нет, я говорю не о вас, — возразила я. — Скажите, если его величество умрет — престол займет Эдриан. Верно?

— В сложившейся ситуации — спорно, — неожиданно ответил Тегрей.

— Почему это? — вдруг возмутился Эдриан, который, как оказалось, внимательнейшим образом слушал наш негромкий разговор. — Я — единственный наследник! И никто, даже ты, не вправе оспорить мои права на престол!

— Мальчик мой, я и не оспариваю, — мягко сказал Тегрей. — Но… Обстоятельства твоего возможного восхождения на престол будут вызывать… м-м… слишком много вопросов. Согласись, все это очень подозрительно. Внезапная болезнь Роберта, вызванная колдовством. Твое исчезновение из дворца. То, что вы оказались соперниками в любовных делах.

— Но этот тип сказал, что я ни при чем! — препротивно взвизгнул Эдриан, ткнув трясущимся пальцем в Томаса.

— Свидетельства мыслевидца не могут быть использованы на суде. — Тегрей сочувственно пожал плечами. — Томас — обычный человек. Да, я ему верю. Он действительно не видел в твоих воспоминаниях ничего такого, что могло бы обвинить тебя в подготовке переворота. Но поверит ли палата лордов? Очень сомневаюсь. Кто даст гарантии, что Томас не в сговоре с тобой и не выгораживает тебя?

— Да я с ним почти никогда не общался! — Голос принца дрожал и срывался от негодования и страха.

— Успокойся. — Тегрей вновь поморщился. — Мальчик мой, только в истерику не впадай. Лишь этого нам не хватало. Я еще раз говорю, что я тебе верю. Тебе и Томасу. Вопрос в том, поверят ли остальные. Закон Альмиона гласит, что престол не может занять убийца. Ну, точнее, может, но только в случае переворота, а не в результате законной передачи власти. В случае насильственной гибели Роберта вопрос о том, кто станет следующим королем, будет решать палата лордов. Именно они большинством голосов определят, есть ли твоя вина в произошедшем. А репутация лорда Бейрила среди этих достойных мужей… — Тегрей сделал неуловимую паузу, подбирая нужное определение. Затем завершил: — В общем, оставляет желать лучшего.

Так, все ясно. Тегрей намекает на то, что многие лорды лишь из вредности могут проголосовать против Эдриана. Слова Томаса просто не воспримут всерьез.

— То есть, в случае смерти короля именно вы станете следующим правителем Альмиона? — уточнила я.

— Выходит, что так, — согласился со мной Тегрей. — Если, конечно, Эдриан не поднимет восстание и силой не вырвет корону.

Я скептически покосилась на принца, который дрожал, как осиновый листок.

— Но, милая Альберта, я поклялся честью, что не имею ни малейшего отношения к этому, — торопливо добавил Тегрей. — Более того, абсолютно не горю желанием занимать престол. Я целиком и полностью осознал ошибки прошлого. Править страной — очень хлопотное занятие, отнимающее чрезвычайно много времени и слишком ограничивающее в свободе.

— А… — Я запнулась, не смея высказать вслух то, что так и вертелось на языке.

— Смелее, — подбодрил меня Тегрей. — Альберта, я уже сказал, что ты можешь высказать мне самые дикие свои предположения.

— Понимаете, тот маг… — начала я, тщательно подбирая каждое слово. — Вы правы. То, как я описывала его… Такие же слова можно было бы использовать для описания вас или принца… — Замолчала, страшась завершить дерзкую до абсурдности мысль.

Глаза Тегрея вдруг блеснули. Он явно понял, куда я клоню.

— Не мели чушь, Альберта, — зло проговорил Томас, который, как оказывается, внимательно слушал меня. — Намекаешь, что у Роберта есть внебрачный сын?

— Ч-что? — Эдриан опять подскочил в кресле. Почти закричал срывающимся от гнева голосом: — Это безумие! Отец любил мою мать и никогда ей не изменял! Другие женщины для него просто не существовали!

— Ты хочешь сказать: не существовали до Джессики, — насмешливо осадил его Тегрей.

Принц сразу же обмяк, как будто получил жестокий удар под дых. Съежился в кресле, зябко обхватив себя руками.

— Этот маг выглядел на несколько лет старше вас, ваше высочество, — проговорила я. — Что, если он родился до того, как ваш отец сочетался браком?

В комнате после этого вновь воцарилось молчание. Томас опять нервно забарабанил по столу. Эдриан сидел мрачнее тучи, и на его щеках тлел пламенный румянец гнева. А вот Тегрей не спускал с меня глаз, задумчиво покусывая нижнюю губу. В памяти сам собою вспыхнул момент нашего поцелуя, и я торопливо отвела взгляд.

— Любопытно, — наконец, негромко проговорил герцог. — Если это правда, то это действительно мотив. Внебрачные дети редко наследуют престол. Но если Роберт умрет, а Эдриан будет обвинен в его гибели, то… Демоны, да это более чем вероятно! Подтвердить родство крови сумеет любой маг. И это доказательство уже придется принять во внимание.

— И что нам это дает? — хмуро вопросил Томас. — Даже если у Роберта был внебрачный ребенок, то это никак не поможет нам спасти его. Смысл сейчас обсуждать, кому достанется трон? Главное для нас — это спасти жизнь короля.

Я неторопливо прошлась по комнате, скрестив за спиной руки.

— Альберта, — негромко окликнул меня Тегрей. — Ты ведь еще что-то хочешь сказать, не так ли?

— Да, — неохотно сказала я, остановившись напротив него. — Но…

Слова никак не шли из моего пересохшего горла.

Странно. Общение с Томасом научило меня тому, что мое мнение и рассуждения редко принимались в расчет. Мой так называемый жених часто самым бесцеремонным образом обрывал меня, не дав договорить. И сейчас, когда я видела искренний интерес в глазах Тегрея, то это несколько нервировало.

А вдруг я скажу чушь? Вдруг он рассмеется над моим предложением?

— Ну же, — опять приободрил меня Тегрей. — Говори, Альберта. Честное слово, я — не Томас. Я очень внимательно слушаю тебя.

Велдон, который застыл около двери и не вмешивался в ход беседы, неодобрительно хмыкнул. Покосился на Томаса, как будто ожидал, что тот вмешается, но он вновь смежил веки.

— Поисковые чары, — проговорила я, удивляясь, как такая очевидная вещь не пришла в голову Томасу или Тегрею. — Почему бы нам вновь не воспользоваться ими?

— Бред! — не выдержав, гневно фыркнул Томас. — Аль, не мели ерунду! Если бы у нас была хоть одна вещь, принадлежащая проклятому колдуну — то мы бы уже это сделали. Но у нас нет ничего! Даже паршивого носового платка!

Эдриан при этом вздрогнул и с какой-то опаской покосился на крошечный лоскут ткани, который сжимал в руках.

А вот на дне зрачков Тегрея затеплилось понимание. Он уже понял, что я хочу предложить. Но великодушно помалкивал, позволив мне самой закончить мысль.

— Но нам не нужна никакая вещь, — робко начала я. — Поисковые чары, основанные на родстве крови, сработают быстрее и лучше. Если моя догадка верна, и в покушении действительно замешан внебрачный ребенок его величества, то нам будет очень просто найти преступника. Капелька крови принца… — На этом моменте Эдриан внезапно залился смертельной бледностью, и я исправилась: — Ну, или герцога, он все-таки брат короля, и дело, считай, сделано.

Томас медленно открыл глаза. Устремил на меня тяжелый взгляд.

Я невольно втянула голову в плечи, ожидая, что он по своему обыкновению скажет что-нибудь резкое и неприятное по поводу моих мыслительных способностей.

— Аль, какого демона ты молчала так долго? — неожиданно взорвался он возмущенным криком. — Ты не понимаешь, что ли? Каждая секунда сейчас на счету! А из тебя каждое слово чуть ли не клещами приходится вытягивать!

Мои губы задрожали от обиды. Вот тебе и благодарность. Да, смерть Джессики сделала Томаса просто невыносимым. С каждой его выходкой мои добрые чувства к нему тают. Эдак к концу расследования я возненавижу его.

— Томас, — почти не разжимая губ, бросил Велдон. — Остынь.

— Действительно, Томас, — поддержал его Тегрей, который смотрел на меня с явным сочувствием. — Ты настолько запугал бедную девочку, что она и слова лишнего сказать не смеет. А потом еще удивляешься, почему она предпочитает отмалчиваться.

На скулах Томаса затлели два ярко-алых чахоточных пятна. Видимо, ему ой как не понравилось единодушие товарищей, вздумавших выступить в мою защиту.

— Ладно, проехали, — буркнул он. — Эдриан, давай сюда руку!

После чего с самым недвусмысленным видом вытащил из ящика стола нож для разрезания бумаг, чье тонкое лезвие ярко сверкнуло, отразив свет магического шара.

— Я не хочу! — залепетал Эдриан, округлившими от ужаса глазами уставившись на Томаса. — Пожалуйста, не надо!

Томас отчетливо скрипнул зубами. Потянулся было сам перехватить руку принца, но тот обе ладони прижал к груди. Отрицательно замотал головой, вновь всхлипнув.

— Томас, отстань от мальчика, — с досадой фыркнул Тегрей. — Альберта права, Роберт — мой брат. И его внебрачный сын, если, конечно, существует таковой, и мой родственник тоже. Поэтому проверим догадку на мне.

После чего подошел к столу и спокойно протянул Томасу свою руку.

Тот, однако, медлил. Нож чуть подрагивал в воздухе, выдавая его нервозность.

— Ты чего? — сухо осведомился Тегрей. — Сам же только что орал, что мы теряем время.

— Я… — Томас вдруг сорвался на глухой стон. Но через мгновение нашел в себе силы признаться: — Ты прав, я потратил слишком много сил. Не уверен, что все сделаю верно.

Тегрей негромко выругался. Да так, что уши Эдриана вспыхнули огнем.

Да уж, не думала я, что представители королевской семьи знают такие выражения.

— Альберта сделает, — внезапно подал голос Велдон. — У нее получится.

— Но я никогда не делала ничего подобного! — возмутилась я. — Томас, быть может…

Но не договорила, еще раз оценив взглядом внешний вид Томаса.

Увы, он прав. Удивительно, как он вообще на ногах держится. Томас сейчас выглядел как восставшее из гроба умертвие. Бледный до синевы, изможденный до предела.

— Ничего страшного, Альберта, я тебе помогу, — заверил меня Тегрей. — Я бы, конечно, провел ритуал и сам. Но, увы, крайне сложно строить поисковую нить, когда чары основываются на твоей же крови. Придется задействовать Эдриана, а я этого не хочу. Полагаю, причин объяснять не надо.

И сурово взглянул на юношу, который, по-моему, был на грани обморока от осознания, что вот-вот ему придется ощутить боль от пореза.

Да уж, если его величество умрет — то это будет очень печальное обстоятельство для нашей страны. Пусть даже Эдриана не обвинят в гибели отца, и он займет престол. Но все равно. Очевидно, что правитель из него выйдет никудышный.

— Вперед, — поторопил меня Тегрей. Улыбнулся одними краешками рта, добавив: — Сама предложила — самой и расхлебывать.

Я нервно провела ладонями по подолу платья и внезапно успокоилась.

А, да ладно, была не была! Чего я боюсь? Вряд ли Тегрей позволит причинить ему серьезный вред. Поэтому в самом худшем случае ритуал просто не получится. Моя догадка по поводу внебрачного сына короля — всего лишь догадка. Выходит, в случае неудачи мне просто придется в очередной раз вытерпеть вспышку гнева Томаса. Но эту неприятность я как-нибудь переживу.

Я в свою очередь подошла к столу и взяла в руки нож, чуть ранее положенный Томасом. Замерла, вопросительно глядя на Тегрея.

Тот небрежно скинул камзол прямо на пол. Тщательно засучил манжеты белоснежной шелковой рубашки, видимо, не желая испачкать их ненароком. Затем протянул мне левую руку ладонью вверх.

Я приняла ее. Мои пальцы все-таки немного дрогнули, когда сомкнулись на теплом запястье герцога.

— Все очень просто, Альберта, — проговорил Тегрей. Теперь его голос звучал сухо и повелительно. — Сейчас ты сделаешь разрез. Рекомендую тебе нажимать на нож посильнее. Поранить другого человека… В общем, это достаточно непросто сделать, если не имеешь опыта. Поэтому не бойся причинить мне излишнюю боль. Я вытерплю, уверяю тебя. Когда появится кровь, то сосредоточься на ней. Надеюсь, ты не потеряешь сознание от ее вида?

— О небо, гадость какая! — Эдриан вдруг стремительно позеленел и прижал обе руки ко рту. Рванулся с кресла так стремительно, что чуть не опрокинул его.

Правда, до двери он так и не добежал. Его вывернуло в сухом рвотном позыве прямо по центру комнаты.

— Велдон, уведи его, — приказал Тегрей, ни на миг не отводя от меня напряженного взгляда.

Приятель тяжело вздохнул, явно желая остаться здесь. Но спорить не осмелился. Вместо этого подошел к принцу и настойчиво потянул его к выходу за локоть.

— Пойдемте, ваше высочество, — пророкотал его голос. — Не будем мешать.

Эдриан не стал протестовать, а подчинился с превеликой радостью. Спустя пару секунд до моего слуха донесся звук захлопнувшейся двери, доказывающий, что парочка покинула кабинет.

— Так ты не упадешь в обморок? — настойчиво повторил Тегрей свой недавний вопрос. — Это будет… очень некстати.

— Не упаду, — заверила я, каким-то чудом выдержав его испытующий взгляд.

— Хорошо. — По губам герцога промелькнула быстрая усмешка, но почти сразу он вновь стал убийственно серьезен. Продолжил тихо и внятно: — В таком случае гляди на мою кровь внимательно, Альберта. Представь, что это сгусток энергии. И найди, куда тянутся ниточки от этой силы. Полагаю, остальное ты поймешь по ходу действия. Девочка ты сообразительная.

Я неосознанно поморщилась от этой похвалы.

Надо бы как-нибудь намекнуть Тегрею, что мне не нравится, когда он называет меня «девочкой». Право слово, даже неизменное «Аль» из уст Томаса звучит не так обидно.

— Все поняла?

Тегрей внезапно поднял другую руку и провел по моей щеке, убирая волосы назад. Чуть задержал ладонь.

— Да хватит уже, — не выдержал Томас, который со стороны наблюдал за происходящим. — Что ты тетешкаешься с ней? Аль, начинай!

Тегрей недовольно дернул кадыком, как будто какое-то слово встало ему поперек горла. Но лишь едва заметно кивнул и опустил руку, подав мне тем самым знак.

Я покрепче обхватила его запястье, хотя прекрасно понимала, что Тегрей не станет сопротивляться. Все свое внимание сосредоточила на острие ножа.

Удивительно, но он не дрожал, когда я приложила лезвие к коже герцога. Я услышала, как тот неосознанно сделал глубокий вдох и задержал дыхание.

Все получилось намного проще, чем я предполагала. Как будто волю над моими действиями перехватил кто-то другой. Кто-то куда более жесткий, решительный и хладнокровный.

Нож легко разрезал ладонь Тегрея. Какой-то томительный миг края раны оставались чистыми, и я успела испугаться, что все-таки не приложила должного усилия. Неужели придется повторить? Но почти сразу показалась ярко-алая кровь, которая в один миг наполнила ладонь Тегрея.

Я наблюдала за этим, сама забыв о необходимости дышать. Кровь густела и темнела на глазах, превращаясь в вязкую тягучую жидкость. И вдруг…

Я сама не поняла, что случилось в следующий момент. Но неожиданно почти свернувшаяся кровь словно вспыхнула изнутри собственным пламенем. Я знала, что это лишь кажется мне. Наверняка тот же Томас или Тегрей не видят всполохов багрового пламени, заплясавшего на ладони герцога, покорно протянутой ко мне. И в три стороны рванули толстые нити незримой связи.

Одна из них скрывалась за дверями. Так, она наверняка ведет к Эдриану, поэтому не буду тратить на нее времени.

Вторая нить была очень слабой и сильно дрожала, рискуя в каждый миг порваться. Да, судя по всему, короля от гибели отделяет лишь шаг.

К моему удивлению, третья нить шла совсем рядом от второй и тянулась в том же направлении.

Куда она ведет? Неужели во дворец?

Внезапно накатила дурнота. В носу поселился неприятный запах с отчетливыми металлическими нотками, и я покачнулась. Звякнув, из моих ослабевших пальцев выпал и покатился по столу нож, в чьей нужде уже отпала необходимость.

— Тише, девочка. — Тегрей уже был рядом. Непораненной рукой он привлек меня к себе, уберегая от возможного обморока.

Я дернулась было, пытаясь освободиться. Но, пожалуй, было проще разбить лбом каменную стену, чем выбраться из железного объятия герцога.

— Со мной все в порядке, — проговорила я, испуганно покосившись на Томаса — как он отреагирует на такое недопустимое проявление нежности и заботы к его невесте.

Но Томасу, по всей видимости, было плевать на то, что делает Тегрей. Он уже стоял на ногах, и его ноздри хищно раздувались.

— След, Аль! — воскликнул он. — Ты видишь след?

О да, я его прекрасно видела. Невидимая никем, кроме меня, нить убегала за дверь, маня следовать за ней.

— А теперь сосредоточься. — Тегрей отстранился. Властно приподнял мне подбородок, и мое сердце ухнуло в пятки от этого знакомого жеста. Неужели он опять поцелует меня? Но герцог уже продолжал: — Зажмурься. Представь город в своем воображении. Куда ведет след?

Я послушно выполнила его распоряжение. Закрыла глаза и словно вновь очутилась на высоте птичьего полета над Бриастлем. Собственный голос прозвучал сухо и отстраненно:

— Во дворец.

Тегрей со свистом втянул в себя воздух от этого известия. Томас выругался, да так, что на этот раз покраснела даже я, уже привыкшая к крепким словечкам в его исполнении.

— Едем, — проговорил он и первым рванул к дверям.

Тегрей последовал за ним. Правда, при этом он и не думал выпускать меня, бережно придерживая за локоть.

И не понять, то ли он всерьез беспокоится обо мне, то ли просто играет на публику. Как там сказал Велдон? Герцог ни перед чем не остановится, чтобы добиться своего. Видимо, сначала он решил применить тактику пряника по отношению ко мне.