Глава 29

Я окончательно пришла в себя только на третьи сутки.

Открыла глаза — и впервые за долгое время увидела не белый потолок лазарета, а нормальное, живое небо за окном. Серое, с проблесками рассвета, но такое родное.

— О, — раздалось сбоку. — А я уж думала, ты решила проспать целую неделю.

Тарин. Драконица сидела на стуле, поджав ноги, и грызла сочное медовое яблоко.

— Сколько я… — голос сорвался, пришлось откашляться.

— Трое суток, — Тарин отложила ароматный плод и подошла ближе. — Кай с ума сходил. Бертрам его чуть не выгнал отсюда силком. Но ты не переживай, всё хорошо. Трещина закрыта, твари исчезли, Академия празднует.

— Празднует? — переспросила я.

— А то! — Тарин усмехнулась. — Вы с отрядом теперь герои. Особенно ты. Ледяная Язва, освободившая Королеву и закрывшая Аномалию. Звучит?

— Глупо звучит, — буркнула я.

— Ну, не тебе решать. — Тарин пожала плечами. — Совет уже два раза собирался, Бертрам отчитывался. Говорят, тебя хотят наградить.

— Не надо мне наград, — я попыталась сесть и тут же поняла, что делать этого не стоило.

Голова закружилась, перед глазами поплыло.

— Лежи спокойно, Рокс, — Тарин ловко подсунула подушку мне под спину. — Тебе восстанавливаться надо. Бертрам сказал, что резерв вернётся, но не сразу. Месяц, может, два.

— Два месяца? — ужаснулась я.

— Ну, ты отдала всё, что у тебя было. — Тарин посмотрела на меня серьёзно. — Это не шутка, Рокс. Ты могла умереть.

— Но не погибла же.

— Благодаря нам, — раздался голос от двери.

Элира. Она стояла, опираясь плечом о косяк, и смотрела на меня с тем странным выражением, которое я уже начала узнавать. Не вражда, не высокомерие, а глубокое уважение.

— Заходи, — кивнула я.

Моя боевая подруга вошла и присела на краешек моей кровати.

— Ты как? — спросила коротко.

— Жива, — ответила я. — Кажется.

— Это главное, — Элира чуть заметно улыбнулась. — Ты хорошо сработала. Я… я не думала, что человек способен на такое.

— Спасибо, — просто не знала, что ещё сказать.

— Не за что, — она встала. — Поправляйся. Отряд без тебя очень скучает, — и стремиттельно вышла.

Тарин проводила её взглядом и присвистнула:

— Ну, Рокс, ты и магией, и дружбой всеми командуешь. Элира тебя уважает — это дорогого стоит.

— Я знаю.

В дверях снова показалась чья-то голова. На этот раз — Таринна.

— О, очнулась! — обрадовался он. — А мы там уже спорили, кто первый придёт. Кай, правда, вне конкурса, он тут ночевал.

— Где он сейчас? — спросила я.

— У Бертрама. Совещание какое-то. Но скоро будет, я предупредил.

Таринн вошёл, сел на стул, который освободила от своих книг Тарин.

— Слушай, Рокс, — сказал он серьёзно. — Ты это… спасибо. За всё. За Трещину, за то, что нас вытащила. Если бы не ты…

— Если бы не мы, — перебила я. — Я бы одна гарантиррованно не справилась.

— Ну, — он улыбнулся, — тогда спасибо нам. Но тебе — больше.

Мы поболтали ещё немного, потом Таринн ушёл, сославшись на дела. Тарин осталась.

— Устала? — спросила она.

— Немного, — призналась я.

— Тогда молчу. Просто посижу рядом.

Я закрыла глаза. В комнате было тихо, только Тарин тихонько грызла второе яблоко.

— Роксана.

Я открыла глаза.

Кай стоял в дверях. Уставший, небритый, но с такими родными золотыми глазами.

— Тарин, — сказал он, не оборачиваясь. — Оставь нас.

Девушка понятливо кивнула и выскользнула за дверь.

Кай подошёл, сел на край кровати, взял мою руку.

— Ты меня напугала, — сказал он тихо.

— Прости.

— Не извиняйся. — Он поднёс мои пальцы к губам. — Ты сделала то, что должна была. Я просто… Не хочу тебя потерять.

— Я не собираюсь умирать, — ответила я. — Слишком много восхитительных планов на будущее.

— Каких?

Я посмотрела в его глаза.

— Для начала — встать с этой койки. Потом — съесть нормальную еду. А потом… потом разберёмся.

Кай улыбнулся — тепло, открыто, искренне.

— Хороший план, — сказал он. — Я с тобой.

Он наклонился и поцеловал меня. Легко, невесомо, но так многообещающе.

За окном вставало солнце.

Через неделю меня выписали.

Я вышла из лазарета на ватных ногах, но с твёрдым намерением больше туда не возвращаться. Кай ждал у входа, держа в руках мой посох. Кристалл в навершии всё ещё был тусклым, но я знала, что это временно.

— Держи, — он протянул мне посох. — Хозяйка вернулась.

Я взяла его в руки, и по пальцам пробежало слабое, едва заметное тепло.

— Он скучал, — сказала с удивлением в голосе.

— Мы все скучали, — ответил Кай. — Пойдём, тебя ждут.

В столовой нас встретили аплодисментами.

Я опешила, но Тарин уже тащила меня за руку к нашему столику, за которым сидели Таринн, Ирма, Лен и Элира.

— Героиня! — провозгласил Таринн, поднимая кружку с чаем. — За Роксану!

— За отряд, — поправила я, садясь.

— За отряд, — согласился он.

Мы пили чай, ели пирожки Магды и смеялись. А я смотрела на них и думала: как же хорошо, что они у меня есть.

Кай сидел рядом, его плечо касалось моего, и от этого было тепло.

— Роксана, — вдруг сказала Элира. — Я хочу тебя кое о чём попросить.

— О чём?

— Научить меня доверять, — ответила она просто. — Ты умеешь. Я хочу научиться.

Я посмотрела на неё. В её глазах не было прежнего высокомерия. Только просьба.

— Хорошо, — ответила я. — Научу.

Она кивнула и улыбнулась. Впервые открыто. Я буквально услышала, как разбивается о пол её ледяная драконья маска.

Вечером, когда все разошлись, Кай проводил меня до казармы.

— Роксана, — сказал он, когда мы остановились у входа. — Я хочу, чтобы ты знала. Что бы ни случилось — я с тобой. Навсегда.

— Я знаю, — прошептала и охотно ответила на страстный поцелуй своего невозможного дракона.

— Нет, — он взял моё лицо в ладони. — Ты знаешь умом. А я хочу, чтобы ты знала сердцем.

— Я знаю сердцем, — сказала честно. — Правда.

Он снова поцеловал меня. Долго, нежно, так, что у меня подкосились ноги.

— Иди спать, — сказал он, отпуская. — Завтра новый день.

— Новый день, — повторила я и счастливо рассмеялась.

Потом крайне неохотно пошла в казарму, чувствуя, как внутри разливается тепло.

Тарин уже спала, но на тумбочке меня ждала кружка с чаем и записка: «Ты молодец. Просто знай это».

Я улыбнулась, выпила травяной напиток и легла.

За окном светила Луна.

А я думала о том, что жизнь — удивительная штука. Ещё полгода назад я была одна, замёрзшая, никому не нужная. А теперь у меня есть отряд, подруга, Кай и целый мир, который мы спасли.

И это только начало.

Я закрыла глаза, но сон не шёл. Мысли крутились вокруг одного: что дальше? Трещины больше нет, твари исчезли, Академия в безопасности. А я? Что теперь будет со мной?

— Не спится? — тихо спросила Тарин.

Я повернула голову. Она лежала на своей койке и смотрела на меня в темноте.

— Не спится, — честно призналась.

— Я тоже не могу, — она вздохнула. — Всё думаю, как мы теперь без всего этого ада жить будем.

— Странно будет, — согласилась я. — Привыкли уже, что за каждым углом опасность.

— Зато теперь можно просто… жить, — Тарин улыбнулась в темноте. — Ходить на лекции, есть пирожки Магды, сплетничать. Скучно, наверное.

— Не скучно, — ответила я. — Нормально.

Мы помолчали.

— Рокс, — вдруг сказала Тарин. — А ты не жалеешь? Что отдала резерв? Что могла погибнуть?

— Нет, — ответила я честно. — Не жалею. Королева заслужила свободу. А я… я получила больше, чем потеряла.

— Что, например?

— Вас, — просто сказала я. — Кая, отряд, тебя. Это дороже любой магии.

Тарин шмыгнула носом.

— Дура ты, Роксана, — сказала она. — Самая лучшая дура на свете.

— Знаю, — улыбнулась я. — Спи давай.

— Ага.

Через минуту её дыхание стало ровным. А я ещё долго лежала, глядя в потолок, и думала о том, что завтра начнётся новая жизнь.

Без Трещины. Без страха. Зато с теми, кто рядом.

Утро встретило меня солнцем.

Впервые за долгое время я проснулась не от сигнала, а от того, что просто выспалась. Встала, потянулась и поняла: тело не болит, голова ясная, даже слабость почти прошла.

— О, — Тарин уже не спала, сидела на койке с книгой. — А ты сегодня бодрая.

— Выспалась, — удивилась я.

— Прогресс, — она захлопнула книгу. — Пошли завтракать? А то Магда опять будет ворчать.

— Пошли.

В столовой было людно. Адепты косились на меня, шептались, но никто не подходил. Я уже привыкла. Быть героиней оказалось не так уж приятно.

Мы сели за наш столик. Через минуту к нам присоединились Ирма и Лен, потом Таринн, потом Элира. Отряд собирался сам собой, без приказов.

— Слышали новость? — спросила Ирма, с аппетитом жуя пирожок. — Совет хочет устроить праздник. В честь закрытия Трещины.

— Праздник? — переспросила я.

— Ага, — кивнул Лен. — С музыкой, танцами и прочей ерундой. Говорят, всех героев наградят.

— Не люблю я эти сборища, — буркнула я.

— А придётся, — усмехнулась Элира. — Ты теперь лицо Академии. Ледяная Язва, спасительница миров.

— Прекрати, — поморщилась я.

— Не прекращу, — она улыбнулась. — Привыкай.

Я вздохнула. Тарин рядом хихикнула.

— Ладно, — сказала я. — Будет праздник — значит, будет. Лишь бы без глупостей.

— Не надейся, — хором ответили Тарин и Элира и переглянулись.

Я закатила глаза, но внутри потеплело.

Жизнь налаживалась.