Глава 19. Огонь в крови

Где-то совсем рядом скучно капало. Долго. Размеренно. Невыносимо до тошноты. Раньше я этого как-то не замечала, а как ужас ушел, так сразу будто кто-то где-то кран тронул. Пустил на свободу капли, подтачивая и без того шаткое мое самообладание.

Абель ушел, драконов забрал, короля забрал. А меня бросил. Оставил переживать последние мгновения нашего разговора, тихо психовать и присматривать за заторможенной, недоверчивой Эвикой, смирной и тихой, все еще не поверившей в то, что спокойная ее жизнь могла так необратимо разбиться об дракона. Собирала осколки.

— Я же на ярмарку ехала, — тихо проговорила она, заглушив на время мерную капель, — Овощи везла деду на продажу, как он теперь без овощей?

— Как-нибудь, — зажато пробормотала я. Утешать я не умела, да мне и самой сейчас порция утешений не помешала.

— А я теперь как? — спросила Эвика, не желая жалеть мои нервы.

— Ну… будешь приживаться к Яхве. Если верить драконам, Ночные бестии создания сложные, а уж у албиноса, наверное, характер совсем поганый, хуже, чем у Девора.

— Драконам? — отупело переспросила она.

— Да, знаешь, драконы пробудились. Сюрприиииз!

— Расскажешь?

Я ничего не имела против. Так можно было хотя бы приглушить беспокойство об Абеле и немного успокоить Эвику.

Я не жалела слов, вывалила на нее все свои злоключения. Начиная от пробуждения Абеля и… рассказать о нашем возвращении и захвате дворца гарратским правителем не успела. Да и не нужно это было, о занявшем трон бесе рассказывать, наверное. Слухи и до их городка должны были уже дойти. О том, что власть сменилась, на троне бес уствердился, а наш родной король где-то за морем пропадает…а может и пропал уже.

Прервали меня на эпичном моменте описательства Делмаровой прогулки по колено в лаве.

На камни звонко брызнуло водой, сбивая с ритма уже затерявшуюся между слов, больше не раздражающую слух капель.

Я замолчала, Эвика подобралась — перед нами, неуверенно оглядываясь, стояли драконы. Водные, если судить по способу перемещения, молодые, тонкие, похожие, как отражения. Темноволосые, темноглазые, бледные… изможденные, что ли? Оттененные голубым цветом своих похожих рубашек, выглядели они больными.

Зато действовали нагло, быстро и уверенно. Слаженно шагнули к нам, внимательно рассматривая.

— Эта, — прозвенел колокольчиком нежный голос.

— Про вторую ничего не говорили, — последовал хриплый, простуженный ответ. И голос низкий, совсем не женский.

Близняшки оказались разнополыми и совсем не мирно настроенными. И самое паршивое, пожалуй, заключалось в том, что эти доходяги с голодными глазами знали, как выглядит то, что им надо. Видели на площади, в кругу огня…

— Вас там не кормят, что ли? — спросила я, а сама не ответа ждала — весь их драконий род ругала, в особенности Абеля. Ну и себя в придачу.

Кто ж нам, наивным, сказал, что, не дождавшись Яхве, правитель не отправит уже по его следу еще кого-нибудь? Почему мы об этом не подумали?

Хотя глупый вопрос, конечно. Потому что весь наш воинственный отряд состоял из импульсивных драконов, глупой, потерявшейся в происходящем меня и сбитого с толку короля, которому тоже не дали времени на спокойные думы.

Ответ на мой вопрос был дан, что оказалось неожиданностью… не сказать, что приятной.

— Кристаллы, — коротко звякнула девица. Закончил за нее брат:

— У призвавшей не хватило сил завершить обряд. Связь с кристаллом слаба, мы не выдерживаем.

— Проклятие, — поняла я, холодея.

Яхве был первым, ему повезло, эти, вероятно, шли следом. Девушка, судя по ее полупрозрачности, пробуждалась после брата. Они пока держались, боролись как могли со своим проклятием. Потому что был еще четвертый дракон, который не смог вытянуть и лежал теперь расколотый на площади перед дворцом, как напоминание о том, что Ашта-Хэш думает о слабости.

— Ты пойдешь с нами, — сообщил мне парень, — Ты должна.

И из этого его слабого требования я поняла три вещи: бес действительно уверен, что я сумею провести обряд, что, конечно же, не так, но ему об этом только предстояло узнать; мятежные драконы и король, чтобы они там не задумали, правителю все еще не попались; эти вот замученные драконята верят, что я смогу угодить правителю, и их перестанет грызть проклятие. Потому что привязка сменится и станет крепче. Им же даже неважно было, станет ли крепче и власть Ашта-Хэша над ними или, напротив, ослабнет — главное, выжить.

Пока не так уж все и плохо, в общем-то. Живем.

— Должна?

— Пожалуйста, — тихо попросила девушка, — Приказано доставить тебя во дворец.

— А если Абель сейчас…

— Других драконов поблизости нет, — отрезал парень, — Мы чувствуем.

И я рассмеялась.

Вот стоят они передо мной, драконов не чувствуют, тех самых драконов, которые сейчас во дворце свою подрывную деятельность ведут. И если бы Ашта-Хэш не поторопился, если бы при себе этих полудохликов оставил, то, может, узнал бы об этом раньше, чем произойдет неизбежное. Но он послал их искать меня. Выкрасть и ему доставить…

— Простите, ребят, но я с вами никак не могу пойти.

— Приказ, — сморщилась девушка.

Мне ее даже жалко почему-то стало, а еще осознание пришло, что не зря драконы так бестий не любят. Вот Яхве ж бестия. Правитель послал его за мной, а этот интриган, вместо того чтобы приказ выполнять, освобождение себе выторговал. Хитрый поганец.

А эти вот даже не думали о том, чтобы Ашта-Хэша обхитрить, им дали приказ, и они собирались его выполнять.

— Бедолаги, — вздохнула я, — А давайте, может, чаю попьем? Если удастся огонь развести, то будет замечательно. У нас еще немного травок осталось, и котелок есть…

— Нам приказано…

Я развела руками:

— А мне приказано сидеть здесь и не высовываться. Тоже ослушаться не могу, знаете ли.

Сначала они растерялись, но я не спешила радоваться. Какими бы хилыми и болезненными не выглядели эти близняшки, они драконы, а я человек… Ну да, из-за огня в крови не совсем человек, но ведь и в силе с драконом посоперничать не могу.

Так думала я, нашаривая ремень дорожной сумки, моей, абелевой или королевской — не важно. Нашарила, сжала крепко и, не задумываясь, не давая себе возможности струсить, с тихим хеканьем запустила ее в драконов. Попала в парня, вспугнула девицу и, схватив Эвику за руку, бросилась на выход.

На что надеялась? Чего ждала? Зачем вообще взялась злить чешуйчатых?

По наивности своей, не иначе. По наивности и вере в чудеса. Слишком много этих чудес я видела за последние недели, чтобы в них не верить.

Вот только на этот раз чуда не случилось.

Нагнали нас быстро. Два длинных, быстрых бескрылых чудища. Одно ткнулось мне в спину, роняя на траву, второе оттолкнуло Эвику.

Она упала всего в нескольких шагах от меня, утонула на мгновение в высокой траве, и я уже не смогла увидеть, как Эвика всплывает. Сама утонула, но уже по-настоящему.

В груди заболело, резко и страшно, легкие рвались от недостатка воздуха, бухли от воды, которой в них неоткуда было взяться.

Я задыхалась.

Когда мы вывалились в просторной зале, я мало что соображала и хотела просто полежать немного на холодном мраморе, жадно глотая воздух, полный сладковатого дыма. Гарратские благовония успели провонять даже просторную дворцовую залу.

Под впечатлением от безжалостного перемещения я пробыла долгие минуты, за которые драконы успели скинуть свою чешую, а Ашта-Хэш — величественно сползти с королевского трона, занятого им не по праву, и дойти до меня.

— Такая жалкая, — брезгливо проговорил бес, возвышаясь надо мной во всей своей двухметровой мощи.

Самоубийственное желание пнуть его в голень что есть мочи и посмотреть, как он, такой же жалкий, будет рядом со мной валяться, не могло принадлежать мне. Я не могла этого захотеть, это была не моя злость. Это был Абель, наглый, самоуверенный, вспыльчивый и часто не думающий о том, что может последовать за его действиями.

Вот только Абеля во мне еще было слишком мало, и пинаться я не стала. Приподнялась на подрагивающих от перенапряжения руках и выплюнула сдавленно:

— Вы мне тоже не нравитесь.

Ашта-Хэш рассмеялся и ткнул мне в бедро носком сапога из мягкой кожи, отделанного вышивкой. Дорогого и совсем не вяжущегося в моем представлении с образом изрезанного шрамами, горообразного беса.

— Поднимайся.

Я подчинилась, медленно, осторожно, щадя покачивающийся перед глазами мир, была просто уверена, что стоит сделать резкое движение и он рухнет, весь этот шаткий и ненадежный мир.

Так плохо мне даже от перемещения Айаны не было. Не щадили меня эти чешуйчатые гады, не берегли, заразы одномордые. Сил на щадящий переход у них не было, а грубый для слабого человеческого тела оказался слишком болезненным.

Встала пошатываясь, осмотрелась и не смогла сдержать вялого изумления:

— А где… все? — устало спросила я, удивленная отсутствием придворных. Слуг тоже не наблюдалось. Только я, бес и задохлики.

— Все? — усмехнулся он. — Берегут свои шкуры и не показываются мне на глаза без острой необходимости.

— Благоразумно, — вынуждена была признать я. Шкурка моя, конечно, пока еще была целой, но ощущение было такое, будто я ее не сберегла.

— Пойдём.

— К-куда? — несмотря на нежелание куда-то там идти за правителем, я все равно пошла. Потому что сложно упрямиться, когда тебя подталкивают вперед два полудохлых дракона, готовых выполнить любой приказ Ашта-Хэша.

Сейчас же они просто подталкивали… пока не поступило иных каких-нибудь травмоопасных для меня приказов.

— Не будем терять время понапрасну. Сейчас ты проведешь обряд, — Ашта-Хэш бросил на меня взгляд через плечо, — Создашь для меня воздушную флотилию.

Конечно, морскую-то ему Абель уничтожил…

— Но как? Драконы прокляты, вы сами вернули их в камень.

— О, это не проклятие. — качнул головой он. — Мы не в силах повторно проклясть драконов. Даже кровь всего рода Эстеди не могла бы этого сделать. Они в ловушке, но я знаю, как ее деактивировать.

— И как вы планируете заставить драконов принять вас в хранители? — мне почему-то слабо верилось, что Ашта-Хэш сможет так же убедительно склонить разъяренных драконов на свою сторону… хотя, конечно, мало ли какие еще обряды были описаны в этих опасных бумагах… — Впрочем, это не так важно, ведь я все равно не смогу провести обряд.

— Что? — правитель встал, будто в стену уперся, резко повернулся ко мне, — Повтори!

— Ну… обряд проводится на драконьем языке, я просто не смогу этого сделать, — пролепетала я, начиная жалеть о своей болтливости. Захотелось мне его обломать — обломала. Теперь как бы он меня не обломал.

— Бесполезная, безмозглая, маленькая дрянь, — выплюнул бес, надвигаясь на меня, лицо его потемнело, от чего белесые линии шрамов стали особенно заметны. Будто это я его обманула, а не он себе все напридумывал, не зная правды. Сам дурак.

— Упс, — я развела руками, неосознанно отступая от него. Драконы, не получив никаких указаний, замерли усталыми статуями, не спеша меня ловить.

Наверное, Ашта-Хэш свернул бы мне шею… а может и не свернул бы, если учесть, что по его данным детали обряда еще знал Абель, который напрямую зависел от меня.

Про Девора правитель знать ничего не знал, а я не собиралась ничего ему рассказывать. Не такая уж я была безмозглая.

Я отступала и просто надеялась, что Ашта-Хэш действительно помнит об Абеле и не станет делать ничего непоправимого, но с каждой секундой все больше уверяясь в обратном. Бес был хуже драконов, те хотя бы изредка умели сдерживать свою злость, хотя бы на время, этот, похоже, даже не знал, как это делается.

— Ты лжешь, пытаешься потянуть время. — дал он мне возможность на спасение, — Надеешься, что тебя спасет твой дракон?

Я на всякий случай лихорадочно закивала. Хочет он в это верить — пусть верит, зато не убьет. Я и так уже похоже наоткровенничалась на уютную могилку.

— Где он?! — отрывисто спросил бес у квелого паренька. Яхве прикинулся бы деревом и непременно поинтересовался, кого правитель имеет в виду, этот так не умел.

— Когда мы забирали девчонку, ее дракона там не было, — бесхитростно ответил водный.

— Где он? — вопрос был задан уже мне.

— Где? — переспросила я, решив косить под дурочку сколько получится.

— Отвлекает Яхве? — предположил Ашта-Хэш, выбрав из всех возможных вариантов самый на его взгляд правдоподобный. — Заметает следы? Потому мой дракон до сих пор тебя не нашел?

Я молчала, тактично не напоминая, что эти двое водных меня очень даже быстро нашли. О возможности измены бес не мог даже помыслить. У него же был кристалл…

Не знаю, до чего бы мы дошли, и смог бы заподозрить неладное повелитель, но что-то неуловимо изменилось. Проблемы пришли раньше, чем Ашта-Хэш сумел их предвидеть.

Водные драконы подобрались, заозирались. Встали в стойку и сейчас были чем-то неуловимо похожи на гончих, почуявших поблизости дичь. Такие же тощенькие, страшненькие и серьезненькие. Вот только измотанные слишком, от того и инстинкты их притупились, и рефлексы тоже. Проклятие пило их жизни старательно и неустанно.

— Что? — Ашта-Хэш тоже заметил произошедшее изменение.

— Что-то не так…

Молния прицельно влетела в спину парня, отбросив на несколько шагов и повалив на мрамор. Сестра его даже не вздрогнула, не бросилась к брату, нет, нет и нет. Она оскалилась, резко крутанулась, выискивая противника, на ходу сбрасывая человеческую кожу.

Тощая девица взорвалась водяными брызгами и превратилась в тощую, блеклую драконицу. Царапнула пол когтями, легко вспарывая мрамор и поймала очередную молнию на хвост.

— Яхве, сукин сын! — рявкнул бес, увидев альбиноса, стремительно приближающегося по коридору.

— Я своей матери не знал, но уверен, что она не была сукой, — отозвался тот.

Ашта-Хэш спокойствия дракона не оценил, лицо его свела судорога, исказив и без того неприятные черты. Бес рванул из-за ворота шнурок с кристаллом. Потребовал:

— Что все это значит? Отвечай!

— Что значит… — эхом отозвался Яхве и щелкнул пальцами. Молнию, предназначавшуюся бесу, перехватила драконица. Хотя приказа защищать я не слышала…

Не хотелось верить, что кристалл не просто связывал волю дракона, но впускал своего владельца в подчиненное сознание.

Вот только, кажется, так оно и было.

Укрытый от молний драконицей, Ашта-Хэш раздраженно сдернул с шеи шнурок, зажав в кулаке кристалл. Это странным образом позволило ему унять раздражение. Правитель ухмыльнулся.

— Смерти ищешь? — он не мог представить, что дракон сумел как-то избавиться от связи с кристаллом. Слишком плохо знал драконов и уж совсем не знал Ночных бестий.

— Я? — Яхве был спокоен. — Я планирую жить долго. После того, как заберу твою жизнь.

Ашта-Хэш был уверен, что это не так, и решил продемонстрировать это дракону.

Кристалл со звоном упал на мрамор, а в следующее мгновение уже с хрустом крошился под каблуком гарратского сапога. Удивительно хрупкой была оболочка, оберегавшая драконью жизнь…

Яхве не спешил оправдывать ожидания правителя и возвращаться в камень, он продолжал наступать на нас, совершенно не принимая всерьез готовую к броску драконицу и ее брата, успевшего подняться, но почему-то не спешившего превращаться.

— Что… — Ашта-Хэш был сражен неповиновением альбиноса. Меня ему Яхве не доставил, объяснять ничего не желает и даже умереть не счел нужным. Возмутительно.

— Абель отдал вас мне. Щедрый дар. — сообщил дракон. Потом повернулся ко мне и недовольно заметил. — Тебя здесь быть не должно.

— Если бы ты предупредил, что, кроме тебя, меня могут выследить еще два чешуйчатых полутрупа, может, меня здесь и не было бы, — огрызнулась я.

— Эвика? — спросил он, равнодушный к моей нервозности.

— Осталась там.

Бес не верил своим ушам, драконы ждали приказа. Я просто ждала развития дальнейших событий.

Ну правда, все же шло как-то совсем криво, значит, случиться могло вообще все, что угодно.

«Интересно, где сейчас Абель?»

Мысль мелькнула и пропала, спугнул ее резкий и совершенно неожиданный приказ:

— Мальви!

И драконица, прекратив скалиться на врага, бросилась на меня. Я не завизжала лишь по одной причине — не успела.

Меня подхватил вихрь из пузырьков, протащил до правителя, чтобы утянуть в переход и его.

Я слышала стрекот молний и тихий плеск. Водный дракон остался прикрывать наш отход.

Головокружительное перемещение окончилось в пожухлой траве, меня вышвырнуло из водного перехода в реальный мир, заставляя стонать и хватать ртом воздух, давя тошноту.

Бес же был свеж и бодр, только побледнел и будто скомкался, на лице четче проступили морщины, шрамы сильнее побелели, кожа, напротив, потемнела, на виске забилась злая жилка.

— Лживая, хитрая тварь! Обвел меня вокруг пальца!

Мальви молчала, она не имела права на свое мнение, но меня-то заткнуть было не так просто.

— Урок вам на будущее. Не стоит связываться с драконами, — и мне сейчас было совершенно неважно, ругает ли он моего дракона или Яхве.

— Не стоит связываться? — Ашта-Хэш хохотнул, злость постепенно угасала, бес начинал думать. — Девочка, ты сейчас в полной моей власти, не забывай об этом. Мне достаточно свернуть тебе шею, чтобы твой дракон умер вместе с тобой.

«Как и вся стая» — хотела сказать я, но промолчала. Потому что ему не нужно было этого знать. Он и так знал слишком много для человека с плохими целями.

Мальви продолжала таращиться на меня своими водянистыми голубыми глазами с лихорадочно подрагивающим узким зрачком. Хвост нервно шуршал в траве. Сама драконица не шевелилась (было ли это приказом, или она просто не видела смыла в том, чтобы двигаться — не знаю), но нервничала совершенно отчетливо. Переживала. За брата переживала. Волю Ашта-Хэш отнять у нее смог, а чувства нет.

— Знаете, я бы советовала вам бежать. — при взгляде на несчастную Мальви в крови моей разгоралось что-то злое и горячее. — Ничего хорошего вас впереди не ждет.

— Что? — опешил бес.

— Вы книг никогда не читали, что ли? Если уж у злодея все начинает идти не по плану, то надеяться на победу бессмысленно.

— Я не для того ждал столько времени, чтобы сейчас трусливо бежать. Не для того терпел жадность этого идиота Мабэри. Трон будет моим.

Ашта-Хэш был уверен в своих словах, ни секунды не сомневался в себе и зачем-то попытался ухватить меня за руку. Поднять на ноги и… и что именно он собирался делать, мне так и не суждено было узнать. Стоило бесу ко мне только прикоснуться, грубо сжать предплечье, как кожу мою под его ладонью обожгло короткой болью.

Отдернуть руку Ашта-Хэш не успел, огонь гибкой змеей обвил его запястье, жадно пожирая рукав рубашки, расползаясь и жаля кожу. Обычную, человеческую кожу, не приспособленную к столь близком и долгому знакомству с огнем.

Он горел, и я горела вместе с ним. Пламя, зародившееся под ладонью беса, поползло и по моей руке, не щадя одежду.

Я не орала, не могла найти в себе на это сил. Паники не было, боли не было… и паленым мясом пахло не от меня.

Огонь не причинял мне вреда, не прожигал до кости, он согревал.

Первое время Ашта-Хэш горел молча. Отшатнувшись от меня, желая сбить пламя, он сначала попытался сорвать с себя загоревшуюся рубашку, но лишь поджег волосы на голове.

Всего в нескольких шагах от него находилась Мальви, вот только бес забыл про нее, а сама драконица не спешила на помощь своему хозяину.

К тому моменту, как невдалеке разгорелся пожар драконьего перехода, правитель уже догорал, мой же огонь медленно наползал на грудь. Запахло палеными волосами… а я продолжала сидеть. Страшно было шевелиться, почему-то казалось, что стоит мне хотя бы вздохнуть глубже положенного, как огонь займется по-настоящему, и Абелю достанется лишь мой прожаренный труп. Такой же неаппетитный, как и тело правителя, что сейчас лежало в траве совсем рядом.

— Сокровище! — ужас бросился ко мне, не обращая внимания на Мальви.

— Не подходи. — сама не ожидала, но голос мой не дрожал. Я не была спокойна, я боялась, но это был какой-то отупелый, вялый страх. Страх смирившейся со своей участью жертвы. Огонь есть, вот он огонь. И он может либо потухнуть, либо сжечь меня ко всем проклятым тварям.

Рыпаться тут бессмысленно.

— Веда?

— Я Ашта-Хэша сожгла, вдруг и тебя…

Абель рассмеялся. Уши резануло фальшью.

— Сокровище, это мой огонь, мне он не опасен.

— Но…

— Я рад, что ты его приняла, но позволь сейчас его загосить.

Подошел он осторожно, опустился на колени передо мной и медленно, но без всякого страха, опустил ладони на плечи. Огонь сначала бросился на него, жадный и довольный, заплясал на рукавах куртки, почему-то не уничтожая ее. Потом загрустил, скомкался и потух.

И мне стало холодно.

Волосы медленно дотлевали, когда на мои голые плечи опустилась выдержавшая встречу с огнем куртка.

— И чего… Яна была права? Я теперь действительно не человек?

— Не совсем человек, — кивнул Абель, осторожно обнимая меня. Уткнувшись носом в его рубашку, я глухо сказала:

— Я Ашта-Хэша убила.

— Да. Яхве будет опечален, он хотел откусить ему голову лично… — весело ответил Абель. Как всякий дракон, не видя в случившемся особой трагедии.

— Нет. Я человека убила!

— Веда, хочу тебе напомнить — ты уже не человек. Когда научишься обращаться с моим огнем, сможешь гордо зваться хранительницей гнезда, но пока ты просто моя хранительница. И не человек.

— И что, мне теперь можно убивать людей? — голос не дрожал, я не дрожала и не хотела плакать. И… не чувствовала я за собой никакой вины. Словно бы и не я на самом деле беса сожгла. Сама ведь только что Абелю сказала, что виновата, а вины не чувствовала. И это пугало сильнее всего.

— Можно, — заявил он, но, услышав мой сдавленный всхлип, с сомнением спросил, — Нельзя?

— Я уже и не знаю…

— Золотце, ты пока подумай, а я сейчас решу один вопрос, ладно? А то этот вопрос уже дыру в моей спине просверлил.

Драконица действительно смотрела только на него. Не спеша превращаться или нападать.

— Что смотришь, как мы с тобой разговаривать будем? — раздраженно спросил ужас.

Мальви решила считать это приказом к действию. Превратилась. Поразив Абеля своим изможденным видом, и сразу перешла к мольбам и просьбам. Помочь им с братом, уничтожить их кристаллы, который бес носил на цепочке, по соседству с кристаллом Яхве, взять в стаю и все объяснить.

Она действительно была совсем молодой, эта драконица. Юной. Напуганной и несчастной.

И пока Раданэш с похудевшей, побледневшей, но живой дочерью выпутывали драконов из ловушки, Мальви вместе со своим братом, носившим совершенно неоригинальное имя Мальни, слушали Девора.

Отморозок, кажется, успел привыкнуть к тому, что растолковывать все выпадало на его долю, хотя оба водяных дракона пошли под крыло Абеля.

Яхве утешал свою хранительницу, я все никак не могла привыкнуть к неожиданно коротким волосам. Они едва доставали до плеч и очень меня этим печалили. И кожа, покрытая сажей, чесалась под наскоро наброшенной одеждой.

Командор дожидался своего приговора в темнице. Занял койку одного из аристократов, с достоинством встретившего новость о смене власти… вернее о возвращении власти к законному королю. Что примечательно, командор был целенький. Несколько синяков и сломанная рука — не в счет. Но усердно и с охотой сдал тех, кто помогал ему в воздвижении на трон Ашта-Хэша.

Сдал он всех и съеден не был до сих пор исключительно по одной причине — Абель решительно отказывался отходить от меня хоть на шаг. Боялся, что я вновь воспламенюсь, пока его поблизости не будет.

Не верил, что я успокоилась и больше не планирую никаких поджогов.

— Ну в самом деле, я чувствую себя совершенно обычно. Да и сил на то, чтобы просто стоять, у меня уже нет. Что уж про призыв твоего огня говорить? — почесав плечо, я уныло вздохнула.

Внизу, на площади, отделенный от меня целой лестницей, Раданэш что-то негромко выговаривал дочери, трогательное воссоединение с которой я не видела — пока они там радостно рыдали от долгожданной встречи, я сжигала беса… Принцесса кивала, но все еще не могла освободить драконов.

Героическое спасение стаи затягивалось.

Прислуга, подуставшая от столь частой смены власти, уныло перетаскивала останки разрушенных драконов в телеги, чтобы, стало быть, вывезти за город. Первоначально было решено просто сгрузить их где-нибудь у леса, но Абель настоял на том, чтобы камни были похоронены. Ну… как настоял? Сухо приказал и проникновенно улыбнулся, продемонстрировав свою клыкастость.

Камни обещали закапывать с уважением.

Я смирно ждала, сидя на верхних ступенях, на куртке Абеля, подперев щеку ладошкой. Ждала, пока первая неразбериха уляжется, и станет ясно, что будет дальше.

— Не хочу рисковать, — Абель сидел рядом, почти не смотрел на человеческую возню, предпочитая коситься на альбиноса, его перенервничавшую хранительницу и Девора, с тоской во взгляде объяснявшего водным, что происходит и почему стая у них такая оригинальная.

Пробудив драконов, Ашта-Хэш не потрудился им что-то объяснить, и если Яхве, благодаря видовым особенностям характера, еще пытался как-то понять, что происходит, то близнецы томились в неведении, не представляя, что власть кристалла над ними не абсолютна, и можно найти лазейку в любом приказе. Если захотеть.

Раза с седьмого ловушка поддалась. Первой из нее вырвалась ледяная драконица, что, наверное, неудивительно — если все, что Девор мне про их самок рассказывал правда, то целеустремленности этой дамочке было не занимать.

Драконица взревела, прислуга прыснула в стороны, побросав весь свой трудовой инвентарь. Раданэш успел оттащить дочь за статую Гэдаша, укрывшись от брызнувшего в разные стороны крошева.

Абель подскочил, с тоской посмотрел на меня, потом на беснующееся крылатое чудище, озверевшее от очередного обращения в камень.

— Иди-иди, спасай людей и драконов, — покивала я.

— Сиди здесь, — велел он, — почувствуешь себя странно — кричи.

— Как скажешь. — покладисто пообещала я. Ужас вроде как поверил и отвернулся, и вопрос, неожиданно закравшийся в мой мозг, нагнал его уже в пути. — Абель!

— Ммм? — он не притормозил, но значительно замедлил спуск, полуобернувшись ко мне.

— Скажи, а спокойно жить мы когда-нибудь будем?

Хотела объяснить свой вопрос. Рассказать о том, что все произошедшее за последние недели слишком необычно и непривычно для моей прежней тихой жизни, что возвращение из безумного путешествия оказалось таким же неожиданно сумасшедшим, и мне просто хотелось знать, есть ли надежда, что впереди меня больше не ждет никаких потрясений…

Абель понял все сам. Улыбнулся и пожал плечами.

— Прости.

И поспешил вниз, подгоняемый уже шипением скинувшего каменный кокон лесного дракона и энергичной бранью впечатленной Бьерры, остервенело стиравшей с рук каменную пыль.

— Ну что, несчастье, — стоило только Абелю уйти, как рядом очутился Девор. Упал на куртку, обнял за плечи, вздохнул, — вернулась домой?

— И чего ты такой счастливый?

— Мир изменился, а вы, люди — нет, все так же грызетесь за власть. И это не может не радовать. — хохотнул он. — Так как значит, что мир изменился не так уж сильно.

— Какой-то у тебя неправильный оптимизм, — кисло заметила я, — и чего ты драконов бросил?

Мы, не сговариваясь, повернулись к близняшкам, в этот момент пугавшим своим полудохлым видом Эвику.

— Пусть Яхве с ними немного помучается. Мне надоело.

— И как ты детей своих планируешь воспитывать? С таким-то подходом к делу? — решила поддеть я, за что и получила по носу.

— Не знаю. На твоих потренируюсь, а там видно будет.