Глава 24

1

Окончив весьма успешное выступление, судя по восторгу толпы, Пасита без труда нашёл глазами девчонку. Она стояла на прежнем месте, где он её обнаружил до начала выступления, и с жадным интересом вглядывалась, пытаясь его рассмотреть в темноте, это вызвало приятное покалывание где-то на загривке. Такого ощущения он раньше не испытывал, но ему определённо нравилось. Золотистые отблески костров играли на русой копне, укрывавшей плечи Киры. Точно заворожённая, она, не мигая и соблазнительно приоткрыв рот, наблюдала за его приближением.

Тин Хорвейг усмехнулся, да уж, увиденное всегда оказывало на девок подобное воздействие. Было в этом танце что-то первобытное, грубое и заставляющее кровь быстрее бежать по венам. Пасита любил его больше прочих, а тем паче больше тех, чинных, что приходилось танцевать при дворе. После такого, все низменные инстинкты вторили разгулявшейся крови, хотелось или подраться, или предаться любви. Пасита и сам не знал, что скажет или сделает, когда окажется рядом с Кирраной.

«Перекину через плечо и унесу куда-нибудь в сторонку, невзирая на протесты. Пора стребовать хотя бы поцелуй как компенсацию за нанесённый ущерб. Жаркий и долгий поцелуй…»

Он прекрасно видел, как поспевшая девушка нуждается в мужской ласке, хотя от неопытности и сама себе боится в том признаться. Её ровесницы давно уже замужем, нарожали мужьям детей, она не может про это не задумываться. Защитник вздохнул, не угасли воспоминания о том, как он лечил Киррану в Красных горках. Правда, там всё было не так, как бы ему хотелось. Но Пасита хорошо запомнил ощущение упругого, под влиянием силы доверчиво жмущегося к нему тела, наливающегося соками, всего лишь от простых и однообразных поцелуев, даже под бдительным надзором постного братца, который особенно пристально следил за его руками. Да и не было тогда большого желания, творить что-то большее. Не до того, клгда из тебя тянут силу.

«Выпитый эль и умелые ласки сделают своё дело. Её тело запомнит и станет требовать ещё одинокими ночами в каменной келье. Рано или поздно Кира сдастся».

Защитник едва не сбил с ног попавшегося на пути паренька из заучек. Тот от неожиданности свалился на землю, расплескав выпивку. Хотел было возмутиться, но, увидев выражение лица Паситы, спешно извинился и ретировался. И тут же на плечо легла тяжёлая рука.

– Куда так спешишь, тин Хорвейг? Неужто притомился и желаешь отдохнуть в объятиях прекрасной девы?

– Какой-то ты слишком догадливый для дуболома, тин Хральд.

– Тут много других, и прехорошеньких. Оставь эту мне. Насколько я помню, светловолосые всё равно не в твоём вкусе, я тут поблизости видел чернявенькую. Просто огонь! – он причмокнул. – Сходи поищи, – он указал куда-то в сторону костров.

Пасита, скрипнув зубами, решил, если кряжистый и здоровый как медведь Торрен тин Хральд упомянет леди Аннакасию, то он ему врежет. Сила тут же забурлила, согласно отозвавшись злым покалыванием в членах.

– Опусти шерсть на загривке, тин Хорвейг, – правильно понял его собеседник. – Что смотришь зло, словно кобель на цепи?

Пасита заставил себя расслабиться, напуская привычную насмешливость:

– Эта, Торрен, точно не про твою честь. Лучше скажи, что заставило тебя выбраться из своих любимых сугробов? – Пасита так и не разорвал крепкого рукопожатия, продолжая сжимать плечо вернувшегося с далёкого севера Защитника стальной хваткой.

– До нас тоже доходят слухи, представляешь? Вот решил выбраться, погреться, да и взглянуть своими глазами, что за такая Защитница в Ордене объявилась.

– Ну так ты на неё и смотришь, – тин Хорвейг старательно улыбнулся, оскалив зубы. – Киррана тин Даррен, внучка Настоятеля собственной персоной.

– Вот эта?! Так, она же – мелочь! – здоровый как медведь и такой же заросший Торрен, недоуменно вскинув косматые брови, посмотрел туда, где только что стояла Кира. – О! Исчезла! – разочарованно всплеснул свободной рукой он.

Пасита убедился, что это так, и мысленно возрадовался: «У девчонки достало ума вовремя сбежать? Это ничего, своё я ещё получу. Вечер длинный».

– Ну раз её больше нет, может, выпьем? Заодно покажешь, о какой именно чернявенькой ты мне тут все уши прожужжал?

– Выпить – идея отличная, да на вашем празднике, все пойло словно для младенцев!

– Так это же дело поправимое, как будто не знаешь? Стоит только шепнуть, кому следует…

2

Из оцепенения вывел тихий шёпот:

– Идём скорее.

Кто-то настойчиво потянул за руку, и Кира с радостью поддалась, лишь бы побыстрее убраться подальше от тин Хорвейга и неприятностей. Выпитый эль все же ударил в голову и мешал нормально соображать. Только пройдя с десяток шагов, за пробирающимся между зрителями парнем, она поняла – рубаха не та, что была на Ратише.

«А с чего я, вообще, решила, что это он?»

Взгляд упёрся в стриженый затылок и широкий разворот плеч.

«Защитник или курсант, только незнакомый».

Тот же уверенно сжимал её руку, продолжая тянуть за собой сквозь толпу, куда-то в обход каменного круга, ближе к стене, где не так много народу и гораздо темнее.

– А ну стой! – Кира дёрнулась, подаваясь назад, готовясь вывернуться одним из несложных приёмов, но её уже никто не держал.

Парень обернулся через плечо и улыбнулся. Тени, упавшие на его лицо, не позволили толком разглядеть черты, показавшиеся смутно знакомыми. Он был точно старше Ратиши, голос которого тотчас раздался позади:

– Кира, стой! – окрик заставил обернуться. – Ты куда это одна направилась? По нужде, что ли?

– Не одна я, – охотница повернулась, но незнакомец исчез, будто его и не бывало.

Кира завертелась, но так и не увидела нигде тёмно-зелёной рубахи. И если бы не ощущение горячей ладони на запястье, да чуть нагревшееся и приятно покалывающее палец кольцо, то могла бы даже поверить, что все померещилось. Растерянность на её лице не осталась незамеченной.

– Ты чего? Потеряла кого-то?

– Здесь был… Я думала это ты, Ратиша. Глядь, а это кто-то незнакомый. Я руку потянула, и тут меня ты позвал, а парень, который меня увёл – куда-то делся. И кто только таков?

– Кира, ты шла одна, мы тебя даже несколько раз окликнули, – мягко, словно с ребёнком, заговорил Наум.

Во взглядах друзей читалось лёгкое недоумение, так, что охотнице стало неловко.

– Кира, ты ведь от тин Хорвейга сбежать хотела, да? – в голосе Ратишы прозвучало понимание.

«Они решили, я все выдумала, только чтобы не встречаться с Паситой, но стесняюсь признаться», – поняла Кира и вздохнула.

– Что произошло, пока нас не было? – задал вопрос друг, по-своему расценив её вздох. – Ведь контролем силы с тобой теперь занимается Раэк.

Врать не хотелось, да и рано или поздно всё равно слухи разойдутся как круги на воде.

– Сильно ударила. Тин Хорвейг седмицу не мог со мной заниматься, провалявшись в постели, и за дело взялся Раэк, – ответом было лишь недоверчивое молчание. – Что ж, кажется, мне пора на боковую, – Кира посмотрела в сторону Северной башни. – И по нужде, – скривилась она, передразнивая слова друга и одновременно разряжая обстановку.

– Я понял! – неожиданно воскликнул Грейд. – Это тебя призрак Защитника Райлега увёл. Потому-то мы ничего и не увидели. Бережёт!

Зойд, снисходительно глянув на «не брата», покрутил пальцем у виска.

– Наверное, так оно и было, – улыбнулась охотница, украдкой потерев запястье.

– Мы тебя проводим, а то мало ли. Призрак от всех дураков не защитит. Жаль только пропустим, как будут выступать курсанты, – улыбнулся Наум

– А мы можем и мимо «арены» пройти, вдруг там что интересное? – вставил Джамез. – Тут же как, – принялся пояснять он, – главное, понять, кто на что способен. Особенно перед «Охотой» полезно.

– Тогда, давайте и правда посмотрим, – предложила Киррана, подумав, нехорошо, если из-за неё ребята лишатся преимуществ. Тем более что завтра можно спать сколько угодно, а Пасита тин Хорвейг скрылся из виду. – Ой! А вы сами-то выступать не собираетесь?

– Это по желанию. Тут действует негласное правило, – принялся объяснять Наум. – Курсанты второго круга впервые принимают участие в «Охоте», и нам заведомо сложнее. Меньше опыта. Ещё не умеем толком пользоваться силой. Больше придётся полагаться на себя, чем на дар, вот и полезно посмотреть, что умеют ребята постарше. Чего опасаться? На что обратить внимание? Конечно, всё больше ограничиваются трюками, не раскрывая всех секретов, но определённые выводы можно сделать.

– Ясно, – протянула Кира. Она поняла, что имеет ввиду Наум.

«Опытного воина или охотника и в быту выдают повадки».

Стало жуть как интересно самой взглянуть, на что способны те, с кем ей предстоит учиться.

– Тогда, тем более идёмте посмотрим. Только вот…

– Не бойся, тин Хорвейг с тин Хральдом ушли к кострам. Защитникам в ранге неинтересны детские забавы, – успокоил Ратиша.

На «арене», как назвали ребята круг белых камней, уже что-то происходило. Зевак вокруг поуменьшилось, осталась по большей части молодёжь. Многие расселись просто на земле, прихватив еду и напитки. В сторонке скучковались нарядные девушки из прислуги – те же, что носили корзины. Настал и их черёд праздновать. Они рукоплескали и одаривали курсантов венками из жёлтых цветов и разноцветных листьев.

В круг вышли двое. Их лица были знакомы, но имён Кира не помнила. Они что-то крикнули музыкантам, и те заиграли разухабистую плясовую. Танцоры сорвались с места и принялись выделывать коленца, вроде как это делали чуть раньше «не братья», превращая танец в подобие боя, но сопровождая движения силой.

Из рук одного вырвались огненные всполохи и маленькие шарики россыпью, закручиваясь по спирали. Второй успел поставить щит и ответил голубыми морозными ветками. Восторг захлестнул охотницу с головой.

«Неужели, и я так научусь вскоре?»

– А, ерунда, – махнул рукой Ратиша. – Позёры.

Они с Наумом яростно заспорили, обсуждая какие-то «векторы силы» и «направленность приложения дара». Джамез и Зойд периодически вклинивались с замечаниями насчёт важности выбора схемы потоков и преимуществ того или иного построения. Тяжко вздохнув, Кира поникла, понимая, как много она ещё не знает, но затем снова увлеклась происходящим и перестала прислушиваться.

– Как по мне, так неплохо, – тихо, чтобы не слышали остальные, поделился впечатлением Грейд. – Мы так всё равно ещё не можем.

– Киррана тин Даррен, – вальяжный голос, который охотница не слишком желала слышать отвлёк от созерцания. – Вижу, впечатлена? – Хансер тин Белл почти изящно указал рукой на выступающих.

– Брат, ну разве её удивишь подобным зрелищем? Для той, что способна перескочить через круг обучения – это все ерунда. Раз плюнуть!

– Что вам нужно? Шли бы своей дорогой, – вступился Ратиша.

– Дуболом, сегодня моя дорога проходит здесь. Незадача, да?

Кира сжала зубы, отчего-то Хансер тин Белл всем своим лощёным видом, манерой речи и даже величаво-мягкими жестами вызывал у неё омерзение. Не говоря уже о том, что их с Седером совместное появление пахло неприятностями.

«Например, доведут дело до драки. Накажут всех, но это не самое страшное. Вдруг тин Белл опустится до мести и воспользуется своим положением и связями, чтобы навредить родственникам ребят? И все из-за меня!» – Кира почти пожалела, что не ушла сразу, как и собиралась.

– Так что, Киррана, продемонстрируешь нам нечто эдакое, кроме обтянутой штанами задницы на пробежке? – похоже, количество принятого на грудь, развязала Седеру язык выше всякой меры.

Ратиша дёрнулся вперёд, но Кира, нахмурившись, остановила его рукой.

– Я сама, – жест получился излишне властный.

– О, она уже вами командует? – Хансер нарочито смерил её взглядом, презрительно приподняв бровь, глянул на остальных.

Пожалуйста, – охотница повернулась к друзьям, – я такой же курсант, как и вы. Позвольте, я сама разберусь.

– Брат, мне уже не по себе. Она на каждом углу треплется, что едва не прибила тин Хорвейга, – подливал масла в огонь поганец тин Трейя, деланно шарахнувшись за спину Хансера.

Похоже, он незаметно подслушал недавний разговор. Не стоило обсуждать это в толпе.

– Неужто заездила до смерти?! – новый многозначительный взгляд от холодного красавца, окатил презрением. – Нам ничего не известно о её технике владения силой.

– Подозреваю, техника прекрасная. Раз даже Раэка проняло, – глумной смех Седера стал последней каплей.

– Кира! – Ратиша и остальные уже едва пар из ноздрей не пускали, от желания вцепиться охальникам в глотки. Казалось, драки не миновать.

Охотница лихорадочно соображала, твёрдо понимая, нужно разойтись миром, хотя ей и самой уже мечталось стереть ухмылки с самодовольных морд. Народ вокруг, позабыв о происходящем на арене, с интересом прислушивался к разговору. Курсанты придвигались ближе, неосознанно делясь на две стороны.

Кончики пальцев дрогнули, отзываясь на неожиданный и мощный прилив силы. Ощущение было похоже, на то прежнее, когда дар приходил неосознанно, но теперь Кира могла им управлять. Вспомнились слова наставника Раэка, когда она разрисовывала себя мерцающими узорами: «Такой уровень концентрации мало кому доступен. Достаточно уметь мгновенно сосредоточить силу в двух-трёх точках одновременно. Рука-колено, рука-стопа. Но попробуй. Это хорошая тренировка, – и его шёпот, когда у неё стало получаться: – Невероятно!»

Ребята на арене закончили, напоследок объединив в воздухе оранжево-синий узор. Кира уже знала, что круг непростой, и камни накрывают находящихся внутри защитным куполом, который не позволяет задеть зрителей и одновременно делает любые проявления силы видимыми. Вне круга выступление не было бы такими зрелищными. Все это промелькнуло в голове за мгновение.

«Идея безумная, но вдруг получится?»

Храбрости придал все тот же эль, и желание щёлкнуть недругов по носу. Шагнув вперёд, Кира чуть сконцентрировала силу в ладонях и, памятуя о случае с Паситой, очень осторожно отодвинула Седера с дороги, но тот всё равно едва не упал, пойманный за шкирку Хансером.

– Ой, прости! Я такая неловкая, – Кира изобразила нарочито-виноватую улыбку и размашисто проследовала к арене. – Уступишь? – она ловко опередила курсанта, который собирался было перешагнуть черту. Тот легко согласился, наградив её восхищенным взглядом. Даже сказал вслед что-то одобрительное или, может, пожелал удачи, Кире было уже не до того. На ходу она концентрировалась словно перед боем, как учил Раэк.

«Главное, не думать, что на меня глазеют», – охотница постаралась представить, будто находится в зале медитаций, где нет никого, кроме нее и наставника. На миг даже помстилось, что за скрытой в полумраке границей круга, где виднелись лишь силуэты, мелькнул хищный профиль Раэка. Это странным образом успокоило.

Из темноты раздался свист и ободряющие выкрики. Впрочем, порой, сыпались и насмешки. Отстраненно это отметив, Кира вытянула руку, на миг испугавшись, увидит ли она сама что-то или для этого нужно смотреть сквозь защитный купол?

«Что если ничего не выйдет?»

Отогнав ненужные сомнения, охотница вытянула руку. Ладонь окутало голубоватое сияние. Оно было намного ярче, чем на занятиях, и Кира, наконец, расслабилась.

3

Нехотя выпустив руку Кирраны тин Даррен, Хэпт-тан остался поблизости и прекрасно слышал разговор о Пасите. Видел он и этого самого Седера, который со скучающим видом стоял неподалёку – явно подслушивал и потом куда-то умчался. Затем вернулся, отыскав Киру у арены, да не один. Притащил с собой отпрыска тин Беллов, ещё более заносчивого, чем вся их напыщенная семейка. Оставалось гадать, кто же из Защитников позарился на одну из дочерей старого чванливого Хансера?

«Надо будет разузнать при случае, вдруг пригодиться в будущем».

Сейчас Райхо стоял в двух шагах позади двух недоносков, которые без зазрения совести поливали Киррану грязью, будто она и не была внучкой Настоятеля. Будто она была не невинной девушкой, а по меньшей мере портовой шлюхой. Так себя даже ублюдок тин Хорвейг не вёл на его памяти, хотя за тем водились совсем иные грешки.

Хэпт-тан двумя руками ухватился за синий кушак, чтобы случайно не свернуть кое-кому шею. Он искренне недоумевал, как такое отребье может стать Защитником? Вырождение налицо! Или ему так показалось? Ведь за спиной Киры стояли другие ребята, хмурые и злые. И как один готовые вступиться, если бы не просьба.

«Эх, надо было раньше её увести».

Райхо ещё помнил ощущение тонкого, но крепкого запястья в своей руке. Киррана его увидела, потому что он к ней прикоснулся, окружающие же пребывали в эйфории от «нежданной радости», и не заметили никого, даже когда шли следом. Поддавшись порыву, Хэпт-тан пришёл на праздник, в простой одежде. Сегодня, даже не используя силу, легко было затеряться. К тому же здесь давно забыли, как он выглядит, да и изменился юный Защитник Райлег за прошедшие годы.

Кира толкнула Седера, явно применив силу, и тот позорно не устоял на ногах.

«Но куда же она?» – маленькая Защитница что-то задумала. – «Наивная, так и не поймёт, что таким как эти, бесполезно предъявлять доказательства. Они понимают лишь грубый язык силы, да грязный язык денег».

Хэпт-тан, не скрываясь, подошёл ближе к каменному кругу. Киррана сквозь купол всё равно током ничего не увидит – это сделано специально, чтобы на зевак не отвлекались те, кто демонстрирует способности. Иначе только в амфитеатре, где проходят итоговые испытания.

Киррана вытянула руку вперёд, она смотрела на неё, слегка приоткрыв рот и явно забыв об окружающих. Купол арены сделал видимой её силу, узкую ладонь окутало сияние, яркое и чистое, а с лица девушки пропало выражение тревоги.

«Она не была до конца уверена и всё равно пошла!»

Райхо хотелось протянуть свою, взять и притянуть к себе, прижать к груди. Убедить, что нет надобности никому ничего доказывать, но он лишь сильнее сжал кулаки и стиснул зубы, окончательно понимая, то, о чём написано в книге Излома и в обнаруженных Настоятелем Агилоном архивах – правда. У него было много женщин, но ни в одной он так безудержно и обречённо не нуждался. И дело не в силе, тем более что её влияние блокирует кольцо…

Хэпт-тан поднял голову к усыпанному звёздами небу и горько усмехнулся. Что может предложить такой как он – такой как она? Их отношения попросту невозможны…

Кира, не слыша выкриков – кричали разное – протянула вперёд вторую руку. Жест получился изящный, словно па в светском танце. Свела ладони, едва коснувшись одной – другой кончиками пальцев. Медленно развела в стороны, удивлённо глядя на повисший между ними голубоватый мостик.

– Что это за приёмы такие? – недоуменный возглас где-то слева.

– Это что, чистая сила? Но почему её видно? – удивился кто-то позади.

– Дурак, такого не бывает! – неуверенно ответили рядом.

Тем временем лицо маленькой Защитницы просияло, будто она что-то задумала, а дальше началось такое, чего и Хэпт-тану не доводилось видеть.

Изящно прогнувшись назад, Киррана коснулась руками земли, одновременно окутываясь голубоватым сиянием, что плавно залило её от кистей до скрытых в сапожках пяточек. Сияющим колесом прошлась вдоль края арены и снова очутилась посередине, мгновенно погасив свечение, чтобы тут же вернуть двумя столбами из вскинутых в небо рук. Столбы опали, сливаясь воедино, приобрели форму, превращаясь в диковинный цветок, который плавно вертелся, разбрасывая мелкие искорки.

Кира медленно опустилась на песок. Села, скрестив ноги, будто собиралась медитировать, а, может, так оно и было? Цветок расплылся, превратившись в равнину, которую девушка словно бы держала на ладонях.

Зрители придвинулись поближе. Сгрудились, едва не касаясь друг друга плечами. Хэпт-тан уже стоял почти вплотную к арене. Шаг, и он окажется внутри.

Тем временем на иллюзорной равнине разворачивалось безмолвное преставление. Вот орда сартогов верхом на толстоногих лошадках с ладонь размером. Маленькие воины скачут, яростно и грозно размахивая кривыми сабельками. Перед ними бежит какая-то фигурка – ребёнок. Спотыкается и падает, но рядом возникает другая: «Защитник!» – догадывается Райхо.

Маленький, точно игрушечный, Защитник храбро бросается сартогам навстречу, выхватывая меч, размером с палец. Он доблестно крушит одного второго, а затем вскинув руки, сметает силой всю орду.

Картина сменяется, и вот тот же Защитник и маленькая девочка с двумя косичками стоят рядом, удивительно чётко выполняя приёмы базового боя. Очередное видение растворяется, чтобы смениться новым. Подросшая девчонка с косичками бежит наперегонки с зайцем, а косой так естественно петляет. Дальше каждая сцена сменяет другую все быстрее и быстрее. Погребальная крада. Вянущее на глазах дерево. Столбы для наказаний – такие же, как в Ордене. Храм Киаланы. Танцующая пара. В какой-то миг все сливается в одно и вдруг исчезает.

Та же равнина. Сугробы. Две детские фигурки, жмутся в страхе друг к другу. И волки. Много. Стая. Вместо детей возникает все та же девчонка. Готовится к бою.

Хэпт-тан смотрел и чувствовал кожей холод, слышал свист ветра, вой сотен глоток, хриплое звериное дыхание. Чуял вонь из разверстых пастей… Один, другой, третий… Звери падали и умирали от точных ударов, но их всё равно было слишком много для одного бойца… Внезапно от девичьей фигурки во все стороны разошлась волна, стирая все лишнее. Оставшись одна, победительница устало села, приняв ту же позу, что и Кира и незаметно растворилась вместе с равниной на ладонях.

Вокруг повисла гробовая тишина. Затем запоздало зарукоплескали.

– Кирра! Кирра! – скандировали десятки лужёных глоток.

Киррана медленно, точно очнувшись, открыла глаза. Сразу не встала. Посидела чуток, прежде, чем подняться.

«Да у неё истощение!» – возмутился Хэпт-тан, и тут же напрягся, пытаясь рассмотреть схему потоков: «Ой, глупая! Ради чего все это?! Достало бы с них и цветка».

Порванные связи, разлетевшиеся узлы, абы как, в спешке соединённые в самых важных местах – это она пыталась что-то исправить.

«Хороший сон, плотный завтрак и несколько часов медитации помогут»

Пошатываясь, Киррана вышла из круга, и Райхо едва удержался, чтобы не подхватить её на руки. К счастью, у маленькой Защитницы имелись друзья. Что-то тихо сказав, она отказалась от их помощи, и упрямо побрела в сторону Северной башни, стараясь не шататься. Хэпт-тан знал, сколько усилий нужно, чтобы так вот ровно держать спину.

– Эй! – за ней побежал отпрыск тин Белла. – Постой!

Кира осторожно, словно боясь упасть, повернулась, ожидая, пока тот приблизится. Его тут же ухватили за руки какие-то курсанты, но он отмахнулся, нервно вывернувшись.

– Чего тебе надо? – голос Кирраны прозвучал с лёгкой хрипотцой и устало.

– Хотел извиниться, – залопотал курсант, растеряв большую часть своей надменности. – Мне не стоило говорить… такое, – видно было, что подобные слова тин Беллу непривычны. – И… У меня предложение. Мы могли бы создать в некотором роде союз. Наши отпрыски получили бы приличный уровень силы. Сама понимаешь, как Защитник я не могу жениться, но обеспечить более чем достойное существование в моих силах. Ты не будешь ни в чём нуждаться…

– Брат, что ты делаешь? Неужели шлюшка тин Хор…

Договорить Седер не успел. Молниеносным ударом Хансер расквасил ему физиономию.

– Какой я тебе брат, отребье?! Забыл своё место?

– Ах вот как? – тин Трейя зло сплюнул кровавую слюну наземь. Утёрся, поворачиваясь к Кире: – Знаешь, а меня ты не убедила своими ярмарочными фокусами! Всё равно на большее неспособна! Пускай и неплохо дерёшься, и силы тебе не занимать, но в настоящей переделке от тебя не будет толку!

– Чего же тебе неймётся, Седер? – в голосе Киры прорезалось неприкрытое раздражение.

Райхо не мог понять, какие такие силы все ещё удерживают её на ногах? Неужели, только злость и боязнь показаться слабой?

– «Большая Охота»! Слыхала про такое, охотница? – последнее слово тин Трейя почти выплюнул.

Кира едва ли не оскалилась, прошипев сквозь зубы:

– Я принесу твой громовик, сучонок!

Посчитав, что разговор окончен, Киррана развернулась и пошла прочь. Она больше не шаталась и шла гораздо быстрее.

– Кира, – снова встрепенулся тин Белл отпихнув опального братца в сторону. – Кира!

– Кирра! – перекрыл его голос мощный рык, и ассасина едва не снёс с ног тин Хорвейг.

Своевременная и простейшая до подлости подножка, заставила могучего Защитника грохнуться на землю. Не медля ни мгновения, Хэпт-тан перекрыл ему основной поток, напрочь лишая силы. Киррана, услышав окрик, приостановилась, но, так и не обернувшись, двинулась дальше. Продолжать преследование на глазах у Паситы Хансер и Седер не стали, а народ начал потихоньку разбредаться, сторонясь сидящего на пятой точке Защитника.