Глава 17

В широкие распростёртые двери мы проходили величественно и под удивленные вздохи.

Высшее общество. Уважаемые господа и дамы удивительного города Мерин присутствовали на балу в честь… понятия не имею чего. Но меня мало трогал повод и восторженно-уничижительные взгляды, цели у меня были совершенно приземленные — выжить.

В этом клубке змей я наверняка наживу себе врагов одним лишь своим существованием. Чего стоили только возмущенные взгляды, брошенные на мой наряд! Конечно! Что за откровенная пошлость, столь глубокий вырез на платье для светского раута!

Плевать.

Моя жизнь это сотканная из похоти и вожделения материя, которая плотно окутала меня с самого рождения, как только первый крик вырвался из моих легких. Я суккуб, на этом все.

Чего только стоили жадные, липкие взгляды, норовившие подробнее изучить, что же скрывает мое ярко алое платье. Как оказалась, не одну меня они зацепили — шасс, что чинно поддерживал мою руку, подошел плотнее, словно пытаясь укрыть и спрятать меня от случайных воздыхателей.

— Уже жалею, что разрешил тебе выйти в этом платье.

— Отчего же, мой господин? Неужели вам не льстит такое внимание к вашей… партнерше?

— К моей араи. — Рыкнул он, обводя грозным взглядом зал. — Поверь мне, Тана, это кардинально меняет дело.

— Даже не знаю, что вам сказать. — Не сумев сдержать ехидства, ответила я, пряча улыбку.

— Самое лучшее, что ты можешь сделать сегодня, это беспрекословно выполнять мои требования. Это не дружественная встреча, огонечек, тебя растерзают как виверны козу на пастбище.

— Тогда в ваших интересах, господин Наат, чтобы я осталась нетронутой.

— Ашер! Мальчик мой! — Высокая шасса с пышной прической из мягких волн появилась перед нами неожиданно, словно черт из табакерки, заставляя меня неосознанно вздрогнуть. — Рада, что ты нашел время посетить мой дом. А кто эта прекрасная особа? Не представишь нас?

Женщина обвила меня таааким взглядом, что на спине невольно выступил пот.

«Угроза! Угроза! Угроза!!!» — кричали мозги, пытаясь в панике разбиться о черепную коробку.

— Рамила, позволь тебе представить — моя спутница, госпожа Марсала. Тана, это леди Хистель, мать Михаэлы, с ней ты знакома.

Вот… Вот это ощущение, когда на тебя без предупреждения выливают ведро ледяной воды, и судя по расслабленному лицу шасса, ждут того, что ты после улыбнешься и вежливо поблагодаришь за оказанные оздоровительные процедуры.

— Рада познакомится с вами. — Я протянула руку в честь приветствия, но леди Хистель-старшая ее благополучно проигнорировала, стреляя глазами точь-в-точь так же как дочь.

— Марсала, Марсала… — Задумчиво повторила она, рассматривая меня с выразительным налетом пренебрежения. — Не тот ли самый огонечек Марсала, что стала звездой шлюшьего дома некой тетушки Фиции?

— Она самая. — Улыбнувшись глазами, я возрадовалась, что предусмотрительно поправила маску, скрывая свой злобный оскал под тканью. — Рада, что вы обо мне наслышаны.

— Слава вас опережает. — Брезгливо бросила шасса и повернулась к Ашеру. — Ты привел ее в мой дом? После унижения, что нанес моей дочери?

— Прими это, Рамила. Госпожа Марсала моя араи, и впредь, советую тебе следить за своими словами. Не посмотрю даже на то, что мы практически породнились.

Зал затих.

Тишина стала настолько оглушающей, что в моих ушах зазвенело. Тысячи злобных взглядов вонзались мне в спину и грудь. Только в меня. Ашера этот расстрел не зацепил. Меня разделывали под ноль, и я буквально кожей ощущала ненависть, что липкой пленкой осела на голых участках тела.

Не шасса, что он посмел назвать араи, сейчас разрывала головы гостей, переворачивая их представление о мире.

— Араи? Что за ерунда! — На удивление, шокированная, казалось больше всех остальных хозяйка вечера, первая пришла в себя. — Ашер, твои слова сейчас можно воспринять как оскорбление. Имей это в виду.

— Ничуть, Рамила. Я сказал так, как есть.

— Не может быть! — Звон разбитого бокала прозвучал как взрыв в замершем зале.

Недалеко от нас стояла сама Михаэла и сейчас, с огромными глазами, словно впервые видит, рассматривала лицо Наат.

— Нет! Это ложь! Грязный спектакль! — Закричала она и приблизилась, стуча по мраморному полу острыми каблучками.

Сегодня, она как никто другой, напоминала змею в облегающем изумрудном платье и гладко зачёсанными темными волосами, собранными в высокий тугой хвост. Она очень походила на мать, и если старшая Хистель предпочитала мягкие формы, чтобы скрыть хищность черт лица, младшая же всячески их подчеркивала, как предмет гордости.

Как не странно, но вместо того, чтобы дрожать от страха, я обратила внимание на ее туфли, обшитые темно-зеленым бисером, имитирующим змеиный орнамент. Красивые и чудовищно дорогие.

Знавала я одного мастера, который был способен на подобный шедевр, но брал он баснословно много денег.

— Ашер, я требую, чтобы ты прекратил немедленно! Это выходит уже за все грани разумного!

— Прекратил что? — Удивленно переспросил шасс, но мне удалось увидеть этот тонкий и злорадный посыл, который был нацелен на провокацию.

— Этот чертов фарс! — Рявкнула она, и по обнаженным рукам пробежала волна деформации.

— Михаэла, возьми себя в руки… — Тревожно зашептала «маменька» своему рассерженному дитя.

— Ну уж нет! — Девушка обернулась к родительнице, выражая свой протест. — Он привел эту дрянь в наш дом, откровенно врет, что она его араи и сейчас делает вид, что все в порядке?! Что за чушь!

— Михаэла!

Судя по побледневшему лицу дамы, она не на шутку расспереживалась, неосознанно заламывая руки.

— Вы бы послушали мать, уважаемая.

Кто тянет за язык языкастого суккуба? Загадка века.

Михаэла только услышав мой голос, окончательно взбесилась, и за один рывок преодолела разделяющее нас расстояние, с откровенным намереньем перегрызть мне глотку.

Честно признаться — я не успела даже испугаться. Слишком резка и разъярена была девушка, бросившись давить меня за неосторожно брошенные слова.

Мгновение и перед лицом растянулись кожистые крылья цвета танцующих в огне изумрудом, а оглушающий рев заполнил зал.