16. Другой маг

То, что я собиралась сделать, было странным и диким. Скажи мне кто-то, что я буду действовать такими методами полтора месяца назад, когда только очутилась в этом мире — я бы посмеялась. А в нашем просто у виска бы покрутила.

Магия и волшба для меня по-прежнему были чем-то невероятным, из разряда чуда, которое невозможно. Но глядя на едва оформившиеся тыковки, я понимала, что вырастить их за оставшуюся часть “дачного” сезона — и есть то самое чудо, к которому мне остается прибегнуть.

Из дома донесся легкий звон, который я уже как-то слышала. Связь через тарелочки.

На белой поверхности внутри золотистой каемочки высветилось приветливое и румяное лицо верховной ведьмы Дарины.

— Ну что, Галя, тебя можно поздравить, — сходу бодро начала она. — Илан Райнер — мечта многих ведьм, ему даже сами ведьмы предложения делали. Так что готовься и вырабатывай иммунитет к проклятьям.

— Спасибо, мне одного пока за глаза, — пробормотала огорошенная я.

Быстро же они сработали!

— Итак, ты все подтверждаешь и согласна на союз для продолжения магического рода Райнеров? — деловито спросила Дарина.

В тарелочке показался кончик пера.

— Подтверждаю, — уныло согласилась я.

— Что ж, рада за тебя, — снова улыбнулась верховная. — Я, конечно, надеялась получить тыквы в этом году, но, видимо, не судьба. Зато в Забродах есть ведьма, и из соседнего Лефра перестали присылать жалобы на старую Бруню. Признавайся, к тебе едут все, да? — хитро прищурилась Дарина, прикусив кончик пера.

— Ко мне, — подтвердила я, а сама подумала, что скоро и на меня жалобы пойдут, ведь я решила сосредоточиться на тыквах, а не на семечках и их производных. У меня и семечек-то почти не осталось… — Но, возможно, я все-таки смогу порадовать вас тыквами. Еще не все потеряно.

— И домой вернешься? — тут же приуныла верховная.

— Надеюсь, что да.

— Эх, ладно, — Дарина посмотрела на обкусанное перо и убрала его подальше. — В любом случае, удачи, Галя! Мы порадуемся любым твоим успехам!

На этом верховная ведьма отключилась, а я пошла в огород, где все было тихо и спокойно.

Зеленые тыковки, от которых совсем недавно отвалились засохшие цветки, сидели на грядках и ничего не подозревали о моих коварных планах на них.

— Так, ребята! — я потерла руки, оглядывая свой маленький тыквенный отряд. — Нам надо вырасти до осени, чтобы стать большими и сильными! Вкусовые качества не главное, но размер имеет знание. Задача ясна?

Тыквы дружно ответили мне молчанием, а молчание, как известно, — знак согласия.

Я нашла удобное место и устроилась прямо на земле в позе лотоса. Пора начинать сеанс единения с природой.

Прикрыв глаза, я вспомнила занятия медитацией, которыми одно время увлекалась. Правда, надолго меня не хватило, куда интереснее было расслабляться за сериальчиками, чем слушать звуки природы с мобильного телефона. Теперь же у меня настоящее полное погружение. Самые что ни на есть живые птички пели, насекомые жужжали, из леса доносились еще какие-то звуки, о происхождении которых задумываться не хотелось. Настолько глубоко погружаться я не планировала.

И вот дыхание выровнялось, сердцебиение тоже, я сосредоточилась на дыхании, глубокий вдох — медленный выдох. И опять.

— Эй, ведьма Галя, а что ты там делаешь? — донеслось писклявое.

Я стиснула зубы, стараясь не сбиться с ритма.

— Уснула там что ли? — не унимался пугало. — Ведьма Галя, не спи! Ты без косынки, голову напечет!

Спокойствие, Галя, только спокойствие…

— И так дурная, а если напечет — совсем плохой станешь!

Я молчу, чувствуя, что пульс мой растет с каждым словом и дыхание сбилось.

— Ведьма Галя, а ты пауков не боишься? — раздался новый интересный вопрос. — А то возле твоей ноги сейчас как раз…

— Аааа!!!

Пауков я боялась, поэтому подскочила как ужаленная, тут же отбежав подальше. Зная, какие здесь насекомые, паук может быть вообще больше меня.

— Где он?! — истерично спросила я, подбирая юбку и оглядывая себя.

А вдруг уже заполз?!

— Фух! Ты живая и почти в порядке, — крикнул пугало. — Голову сильно напекло?

— Я сейчас тебя запеку! В костре, целиком! Знаешь, в моем мире есть праздник, на котором как раз жгут чучело. Считаю, стоит перенять традицию!

Ну надо же, какой поганец!

— Я за тебя переживал! — тотчас пошел на попятную этот соломенный гад. — Сидишь, не шевелишься, лицо как у блаженной. Я уж перепугался, что ты совсем тронулась.

— Тронешься с вами, — пробурчала я. — Отвернись к лесу и не пялься, понял?

— Опять сидеть будешь? — поразился пугало. — На голову шляпу надень. Можешь мою взять, если своей бабушки не нашла.

— Обойдусь, — чисто из вредности ответила я, решив сесть к нему спиной.

Но медитация все равно пошла коту под хвост. Даже спиной мне казалось, что пугало смотрит, хотя я несколько раз оборачивалась, но ни разу его не поймала на подглядывании.

Решив, что сегодня не самый подходящий день, я просто посидела возле каждой тыквы, осторожно гладя пушистые листочки.

А еще нам нужна теплая погода без холодных ночей — тыквы, насколько я помнила, любят тепло — и умеренный полив. Дожди раз в неделю — самое то.

Я посмотрела на небо, в поле зрения мелькнул и пугало. Нет, кричать при нем, глядя вверх, заказывая нужную погоду, я не смогу. Иначе пугало точно решит, что мне напекло.

Да я и сама почти уверилась в своей ненормальности и приняла ее как данность.

На восстановление Зорану действительно потребовалось всего два дня. Уже через день он зашел ко мне, ведя коня под уздцы, чтобы забрать вещи и попрощаться. Выглядел при этом более-менее неплохо, синяки сошли, разве что под глазами остались. Неужто не отоспался у кузнеца?

— Мне жаль, что разочаровал тебя, — после скупого приветствия вздохнул маг. — Наверное, я слишком уверился в своей силе, разучился ее рассчитывать.

— Тебе не стоит оправдываться, — остановила я его.

Самой было тоскливо и грустно от ситуации.

— Стоит, потому что мне важно твое мнение, — глядя мне в глаза, произнес чернокнижник. — И ты для меня важна.

— Чтобы снять связь? — горько усмехнулась я.

— Нет, не поэтому. Вернее — не только, — Зоран упрямо смотрел на меня. — Поэтому хочу сначала разобраться с тварью, а потом вернуться и попробовать еще раз с тобой.

— А как ты планируешь разбираться с тварью? — заволновалась я.

Не наделал бы он глупостей.

Про “попробовать” можно и не пояснять. Я уже знаю, как происходят разборки между магами. Видела.

— Для начала сниму один артефакт-манок и найду его создателя, а там и на заказчика выйду. Артефакты явно не типовые, в свободной продаже таких нет.

— Звучит логично, — одобрила я. — Только будь осторожен.

— И ты, — Зоран не удержался и провел пальцами по моим волосам, коснулся скулы, подбородка.

Он неохотно убрал руку и отодвинулся, точно чтобы не дотронуться до меня еще раз или не сделать другую глупость.

— До встречи, — попрощался маг, закрепил седельные сумки и запрыгнул на своего вороного.

Я еще какое-то время смотрела ему вслед, Да, мне определенно будет не хватать Зорана, уже не хватает. Его спокойствия, уверенности и рассудительности. И просто его самого.

Так, погрустила чуток — и хватит. Тыквы зовут!

Как по заказу, установилась хорошая погода, с теплыми ночами и одним, но хорошим дождем, прошедшим на неделе. Тыквы росли, все остальное тоже. Помидоры решили взять качеством, пусть кустов (или все же деревьев?) осталось мало, зато плодоносил каждый за двоих. Так что у меня появились сушеные томаты, вяленые и засоленные в бочонках и ведрах по нескольким рецептам от Румы.

В соседних бочонках солились огурцы, а то и овощное ассорти. Даже подсолнухи я понемногу снимала и облупливала, не без помощи мальчишек.

Тыквы росли, причем уверенно, потихоньку наливаясь цветом. Только и на этом этапе не обошлось без сложностей.

На огород напали слизни.

Как и все в моем огороде, эти слизни были не маленькими гусеничками, а здоровенными, с ладонь в длину и толщину! И жрали соответственно. Мартин, само собой, тут же бросился придумывать зелье против них, для него это был новый вызов, а для меня — очередная головная боль.

Я собирала их по-старинке, в ведро. Видимо, проклятье колорадских жуков перекочевало за мной в другой мир, только жуков я собирала баночками, а слизней — ведрами. Что дальше и кто следующий? Готовить ли бочки и цистерны?

В итоге, лучше всех справлялись кусачие сорняки. Не зря я перестала с ними бороться, скоро поливать начну и удобрять. Подкармливаю я их уже давно и успешно. Кусачки разрослись, понемногу начали меня признавать и перестали кидаться. Особенно когда я сразу бросала им еду. Еще Мартина любили по старой памяти. Остальные же обходили их по широкой дуге с заметным ускорением.

Очередной слизняк шмякнулся в ведро.

— Сколько же вас, а? — зло проговорила я, заметив его склизского собрата, целенаправленно ползущего к помидорам.

Уже почти полное ведро набралось, которое потом предстоит утилизировать. Правда, к делу опять подключились мальчишки, которые этими слизнями бросались за неимением снежков. И пусть я то и дело призывала малышню к порядку, мало ли, аллергия начнется, все же порождения волшбы, кто ее знает? Да и живые существа, зачем их мучать? Но забава прижилась, слизней было навалом, хоть обкидайся, чем ребята и занимались, стоило мне отвернуться. Очень весело сначала кидаться ими, норовящими выскользнуть из пальцев, а потом отмываться…

Интересно, а они, случайно, не съедобные? А то я слышала, где-то улиток едят, может и этих товарищей я зря выбрасываю?

Я по-новому посмотрела на слизней, копошащихся в ведре, но решила, что до гастрономических извращений пока не дошла. И, надеюсь, не дойду.

Решив, что на сегодня все, я с трудом дотащила ведерко до дома и залила одним из чудо-средств “От Мартина”. Изначально оно предполагалось для лечения фитофторы, но полевые испытания показали, что заразу зелье уничтожает слишком радикально, сразу вместе с помидорами, травой и даже землю прожигает. Я все думала, выдержит ли жестяное ведро или его тоже разъест. Пока ведро держалось, а слизни с шипением растворялись.

— Тетя ведьма, вы всех слизняков изничтожили? — разочарованно завопили мальчишки, заглядывая в ведро.

— А ваши уже все? — не сдержалась я, специально залив слизней, дабы обеспечить беднягам быструю смерть.

— Да, совсем измочалились, — пожаловался главарь маленькой банды Лютон, протягивая мне ладонь с тем, что раньше было слизнем, а сейчас действительно напоминало какую-то грязную серую тряпку.

Одежда ребятни, к слову, производила такое же впечатление.

— Чувствую, ваши мамы придут ко мне с претензиями… — пробормотала я, оглядывая их с ног до головы.

— Не придут! — принялись наперебой уверять меня мальчишки. — Разве ж могут они ведьму обидеть?

— А вы, значит, этим пользуетесь? — я подставила им ведро, куда они побросали ошметки слизней.

— Конечно, — довольно подтвердил Лютон. — Но мы же вам еще и помогаем!

— Это да, без вас я бы и за несколько дней не справилась, — абсолютно честно признала я.

Собственно, пользы от мальчишек действительно было немало, они в любой момент могли сбегать куда-то с поручением, помочь найти, донести-отнести. И брали за работу недорого — несколько слизней в день — и дети счастливы! Шучу, конечно, я расплачивалась подсолнухами, с которыми все равно не понимала, что можно делать.

— А чем это вы тут занимаетесь? — раздался знакомый голос.

— Слизняков изничтожаем! — гордо ответил Лютон.

Илан поднял бровь и подошел к ведру, из которого поднимался дым с едким серным запахом.

— Такое чувство, будто вы в них сначала искупались, — заметил маг, оглядывая детей.

— Мы ими бросались!

— Все ясно, — рассмеялся маг. — Но у меня для вас есть кое-что получше.

И жестом фокусника извлек из объемной сумки кулек с конфетами и леденцами. Ребятня тут же радостно загалдела.

— Сначала все руки отмоют! С мылом! И лица, — преградила я им путь к Илану, возгласы сменились на разочарованные. — Лица можно без мыла, но руки у всех проверю!

— Какая ты строгая, — шепнул мне на ухо подошедший почти вплотную маг.

Я резко отшатнулась.

— Чистота — залог здоровья, — парировала я. — А то прибегут ко мне же животы лечить.

— Полностью тебя поддерживаю, — Илан улыбался, как и всегда, тепло и располагающе, так что мое недовольство его быстрым возвращением — чуть больше недели отсутствовал — как и проходом без спроса и предупреждения на мой огород, отошло на второй план.

— Я и для тебя кое-что привез, — продолжал радовать окружающих маг. — Надеюсь, понравится.

Оставалось только улыбнуться в ответ. Отказываться так сразу от любых подарков было глупо. Те же конфеты здесь большая редкость.

Мальчишки предъявили чисто вымытые ладони и физиономии, получив за это вожделенный кулек.

— Спасибо, дядя маг! — понеслось со всех сторон. — Вы даже лучше прежнего!

Эх, как легко покупается детская любовь!

Ребята убежали делить добычу, мы же остались в неловкой тишине и одиночестве. Только слизни в ведре слабо шипели, растворяясь.

— Я тебя так скоро не ждала, — честно призналась я, не зная, что еще сказать. — Но верховной наш союз подтвердила.

— Знаю, — одобрительно кивнул он. — И, как обещал, не стесню тебя, уже договорился о жилье в деревне. Меня куда больше волнует странная нечисть, о которой ты рассказывала. Хочу все-таки попытаться ее поймать. А пока не хочешь тоже помыть руки и получить свой подарок? — хитро подмигнул маг.

По-хорошему, помыть мне следовало не только руки. День работы на жаре под солнцем отразился на всем теле. Но сказать мужчине, с которым ты состоишь в каких-то отношениях (пусть отношения эти исключительно эфемерны), что я сначала в душ — язык не повернулся.

Пришлось ограничиться руками и лицом — не зря же я мальчишек гоняю.

В моем доме всегда можно принимать гостей — и свежая выпечка, и разные соки-морсы-квасы в наличии. Совсем от закусочной я в итоге не отказалась. Городские приезжали, и пусть в большинстве своем уезжали ни с чем, зато хотя бы перекусить было где. Да и маги по старой памяти захаживали. Уже без матримониальных планов, просто посидеть и поболтать. За мной прочно закрепилась слава дружелюбной, гостеприимной и доброй ведьмы, что в этом мире оказалось большой редкостью.

Так что я легко и быстро накрыла на стол, выставив первое попавшееся под руку — готовила по большей части Рума, а у нее удавалось решительно все, и пригласила Илана за стол.

— Это тебе, — несколько смущаясь, маг протянул мне небольшой сверток.

В нем оказалось нарядное платье, универсальное, со шнуровкой спереди, и красивый кружевной платок. Честно признаться, одежду мне никогда не дарили, и жест показался каким-то интимным…

— Ты не подумай, у тебя тоже очень интересные вещи, — принялся оправдываться маг, видя мое замешательство. — Но я не знал, чем еще можно порадовать женщину.

Наверное, с женщиной из своего мира он бы точно угадал. Здесь и ткань, и вещи ценились, так что стоило не вертеть носом, а принять.

К тому же платье действительно было красивым. Насыщенно-синим с белой вышивкой по краям и с милыми рукавами-фонариками.

— Спасибо, — решила я не затягивать драматическую паузу, заставляя дарителя нервничать. — Очень красиво.

— Значит, наденешь на праздник урожая? — мгновенно сориентировался Илан.

Праздник урожая планировался через пару недель, когда все работы на полях и в садах полностью закончатся. К этому моменту должны вызреть тыквы…

Какие-то две недели остались!

— Не наденешь? — неверно расценил ужас на моем лице успевший расстроиться маг.

— Надену, — пообещала я.

Мне не было особой разницы, что носить. А вот тыквы…

Да сколько ж можно! Не думать о тыквах и розовых слонах! А то кто о чем, а вшивый…

Но тыквы серьезно беспокоили.

Вроде неплохо растут, уже не напоминают яблоки, но времени осталось всего ничего…

Илан, проголодавшийся с дороги, с удовольствием поел, заодно рассказывая, что нового в мире. Мне ни о чем не говорили имена каких-то влиятельных людей, магов и ведьм, названия городов, областей и государств. Я только поняла, что как таковых войн здесь давно не было, зато подковерные интриги развиты только так. К тому же власть здесь выборная, маги государством не управляли, но имели огромное влияние, как и Ковен ведьм. Все то и дело перетягивали одеяло на себя вместе с правителем.

— Ты знаешь, что твои тыквы имеют огромную силу? — вдруг спросил Илан, когда я сумела наконец-таки выкинуть их из головы.

И вот опять.

— Да, у них семечки очень полезные, я это уже заметила, — кивнула в ответ.

А в голове снова закрутилась навязчивая мысль: как там мои тыковки? Не жрут ли их мерзкие слизни, умудрившиеся избежать нашего праведного гнева и карающего ведра?

Захотелось тут же схватить масляную лампу и побежать проверять.

— Семечки? — удивился маг и рассмеялся. — Видимо, ничего ты не знаешь. Тыква используется вся и в самых разных целях. Ее добавляют в зелья, усиливая их свойства, по сути, из мякоти тыквы при должном умении можно создать почти любое зелье. В алхимии она ускоряет процесс. Некоторые вещества настаиваются месяцами, а то и годами. С тыквенной коркой они будут готовы за считанные дни. Тыквенное масло используют артефакторы. Да много где.

— Никогда не думала, что тыквы такие полезные, — впечатлилась услышанным я.

И подумалось, что ведьмы неплохо наварятся на моем возвращении домой.

— Только твои, — заметил маг. — Это ваше семейное достояние. Если ведьмы его получат, то серьезно подвинут магов. В последние годы влияние ведьм заметно ослабло, но все может измениться.

— И ты бы этого не хотел? — решила не ходить вокруг да около.

— Я в эти игры не лезу, — пожал плечами Илан. — Но ты должна знать, что к чему.

— Спасибо.

На самом деле, он мог и не рассказывать. Хотя его рассказ ничего не изменит, своей цели я не изменю. Мне-то уж точно плевать, что происходит в их мире, надеюсь, долго жить в нем не придется.

Разве что жаль будет оставлять стольких людей, с которыми успела подружиться и к кому уже привязалась… Даже пугала будет не хватать, хотя он мне своими “ценными” советами всю плешь проел.

И Мартина, с его занудством и экспериментами. И Зорана.

Илан ушел, и я все-таки не удержалась, сбегала с лампой до тыкв, проверила всех. А то ведь не усну.

На следующий день ко мне пришел счастливый Мартин. Он всегда был в хорошем настроении, особенно в последнее время, но тут прям светился.

— Мне магистр Райнер такой алхимический справочник привез! — сходу начал он, практически захлебываясь от восторга. — А еще набор оборудования, а то мне мои склянки от деда еще достались, отец у меня алхимией не увлекался. Я теперь такие зелья смогу варить! И нечисть прогоним, и слизней выведем! Еще и подкормку для урожая сделаем. Я видел там зелье супер-роста!

— Рада за тебя, — улыбнулась я, а про себя подумала, что этого тоже несложно купить.

Хотя бы не за конфеты.

Надо ли говорить, что весь день я слушала восторги Мартина по поводу Илана. В итоге отправила парня варить новые зелья по новой книге и на новом оборудовании, уточнив, что до вечернего полива он свободен.

Но, видимо, с зельем что-то не задалось или, наоборот, пошло слишком хорошо: Мартин, никогда не подводивший меня прежде, так и не пришел поливать. Хорошо, бочку перед уходом наполнить не забыл. Понимая, что если прожду помощника, то до темноты не успею, я со вздохом взяла ведро, зачерпнула нагревшейся за день воды, и пошла поливать. Прям как в старые добрые времена.

Бабка моя тоже не признавала никаких “новомодных новшеств” и все делала по старинке. Надо насос в колодец купить, чтобы ведра не поднимать — зачем? Что я, безрукая? Насос бочковой для полива — выкинутые деньги. Ладно, триммер траву косить, у всех соседей есть, у самых продвинутых и газонокосилки. А чем коса-то плоха? Ее подточил — и как новенькая. А тут бензин с маслом заливать, заводить, да к тому же орет он на всю округу и воняет при этом. Не то что коса — быстренько и тихо.

Так что на ее огороде я тоже всю жизнь ведра и лейки таскала. И вот история повторяется.

Воды в бочке осталась половина, я сильно перегнулась, чтобы зачерпнуть побольше, и со старушечьим кряхтением начала разгибаться обратно. Когда одна сильная рука перехватила ручку ведра, а вторая — меня за талию, чтобы не грохнулась в воду.

— Ты зачем такие тяжести таскаешь? — строго спросил Илан, ставя ведро на землю и с небольшой задержкой отпуская меня.

— А что еще остается? Огород сам себя не польет, — я уперлась спиной в бочку, но расстояние между мной и магом все равно было неприлично маленьким.

— Достаточно было попросить, — как-то обиженно ответил Илан.

И вода, повинуясь его жесту, разом вылетела из ведра и из бочки, разделившись на десятки небольших пузырей, в которых смешались отражения закатного неба, деревьев, дома и нас.

Мартин делал так же, только с куда меньшим объемом. А Зоран никогда не прибегал к магии в обычной жизни.

— Кого поливать? — нетерпеливо поинтересовался маг.

После чего я взяла себя в руки и прошлась по огороду, показывая еще не политые грядки.

Разумеется, управились мы за считанные минуты, которые потребовались, чтобы дойти до нужных мест. Магия оказалась даже круче насосов.

И свежую воду в бочку Илан набрал безо всяких просьб.

За это время темнота почти полностью окутала огород. Воздух изменился, стал свежим и влажным, поменялись запахи и звуки. Знакомый вой, который я слышала буквально на днях, не спешил оглашать округу, пронизывая внутренности и вызывая вибрацию позвоночника. В последнее время вой этот звучал редко и всегда так надрывно, словно в последний раз.

А сейчас все было почти тихо и обычно. Насекомые стрекотали на все лады, из леса доносились выкрики, одновременно похожие и на карканье, и на кваканье. Высокие звуки, которые я отнесла к птичьим трелям, раздавались с одинаковыми промежутками. Так могла бы орать сорвавшаяся на визг кукушка.

Иногда я действительно сидела у себя на крыльце и пыталась отгадать, кому какие голоса принадлежат. С Зораном, правда, это было интереснее: он обычно знал правильные ответы, так что угадайка шла не впустую.

И о Зоране я в последнее время вспоминаю почти также часто, как и о тыквах.

Хоть бы весточку прислал.

— Если ничего больше не нужно, то я пошел, — вырвал меня из задумчивости Илан.

— Извини, что так поздно.

Темнота вокруг становилась все гуще и насыщеннее, звуки громче и отчетливее, а запахи ярко смешивались между собой во влажном воздухе. Ночь вступала в свои права.

— Я специально ждал ночи, — отозвался Илан, лица которого в темноте видно не было, но голос выдавал напряжение. — Есть у меня одна теория о поселившейся здесь твари, хочу проверить.

Отчаянный какой! Так мне и тыквы растить не придется, если он самоубьется об то чудовище.

— Удачи, — только и пожелала я.

Илан несколько мгновений постоял, будто ждал чего-то, но после поблагодарил и ушел.

Я же зашла в дом, зажгла свет и, наконец, поужинала.

Вой из леса так и не раздался.