Глава 23. У всех свои заботы

Ольга удивлённо приподняла брови и ответила не сразу. Она понимала, что нельзя упустить шанс попасть на остров и увидеть всё своими глазами, слишком многое зависит от того, насколько верно будет оценена угроза. К тому же это шанс организовать там шпионско-провокаторскую деятельность. Допрос пленных ясно показал, что зёрна сомнений и предложений упадут в благодатную почву.

Но для таких коварных игр необходим человек высокого ранга, который не побоится принимать решения и будет уверен, что его слово чего-то да стоит. И таким человеком был её муж.

— Сева, я тебя туда не отпущу, — решительно заявила Ольга. — Можешь считать меня само дурой, но на тебе сейчас слишком много держится, чтобы рисковать тобой. В твоих руках будущее Земли!

— Олюшка, но так получается, что больше некого! Речь идёт не о минимальной задаче, где надо произвести разведку и доложить. Нам необходимо вывести этот остров из угрожающего Земле расклада, но лучше взять его под контроль, изучить, сделать его своей базой, оружием или нейтральной дипломатической точкой. При всём моём уважении к генералу Белову, он человек не того склада, чтобы маскироваться под иномирца и действовать исподволь.

— Ты хотел сказать, что он скорее застрелится, чем начнёт дипломатическую работу со всяким отребьем.

— Унтер Хряпов хотел бы сам пойти…

— Этого товарища никто не отпустит, — фыркнула Оля.

— Да. Ему пора возвращаться, и лучше бы со свидетелями его преображения.

Лицо Всеволода приняло раздражённо-озабоченный вид. Он представил, какую волну сомнений в подлинности императора поднимут его родственники, пытаясь отыграться за притеснения. Эти надутые индюки никак не могут осознать, что в случае потери власти Вадимом государство поглотит хаос прежде, чем придут иномирцы.

— Вот! — Оля торжествующе указала пальцем на Всеволода, имея в виду, что одним из свидетелей будет он. — У нас остаётся Орлов и те, кого он решит взять с собой.

— Но Алексею Павловичу поручено заниматься здесь обустройством Перунова полка и начинать принимать заинтересованных лиц.

— Сева, на Земле этих людей должен отбирать ты! Они должны вписываться в твои планы и сразу же подключаться к рабочему процессу. Ты сам говоришь, что времени нет.

— Да, по моим расчётам в течение года всё случится!

Головин нахмурился, плечи его ссутулились. Оля закрыла себе рот, словно бы придерживая рвущиеся слова. Острая жалость к поникшему мужу охватила ее, и она прижалась к нему, выражая поддержку.

— Да, кроме полковника некого посылать на разведку, — глухо произнёс Головин. — Он доказал, что способен решать неординарные задачи. Я думаю, что Алексей Павлович захочет взять с собой Васильчикова, Полозова и Ежова. Они смышлёные бойцы и проверены в деле. Ну и того гвардейца, который получил сегодня дар.

— А как же помощь Павлу Григорьевичу?

— Он пока путешествовать не собирается. Ему поручено открывать порталы в этот мир. Генерал единственный, кто делает это быстро, и твари не успевают собраться для перехода к нам.

— Использовать главу «Ока» в качестве портальщика — это как микроскопом забивать гвозди. У него полно своих дел, а собранные тобою портальщики бездельничают. Да и не забывай, для чего мы вооружаем гвардейцев. Им же предстоит очищать Мёртвый мир от тварей. Для них охота должна стать работой и заработком!

— Но безопасность важных людей приоритетна, и если при переходе что-то случится...

— Это зона ответственности генерала Белова. Пусть муштрует своих ребятушек. Сева, не пытайся всё контролировать.

Головин бездумно покивал и даже благодарно похлопал Олю по ладошке, но было видно, что он собирался продолжать вникать во все дела. Оля открыла рот, чтобы продолжать переубеждать его, но по отсутствующему взгляду мужа поняла, что бесполезно.

— Сева, как ты думаешь, Великий Проводник с этого летающего острова или с другого?

Он растерянно моргнул, и Оля повторила вопрос.

— Пленники ничего не слышали о Великом Проводнике и уж тем более о том, что можно научить открывать порталы неодарённых. У меня сложилось впечатление, что на их острове не было сильных портальщиков.

— Хм, согласна. Судя по тому, что я услышала, люди на этом острове доведены до отчаяния, и если бы они знали, что есть возможность выбраться в другой мир, то началась бы повальная эмиграция.

— Да, обстановка там накаленная. Достаточно чиркнуть спичкой, чтобы разгорелся большой пожар.

— Сева, а что там пленник говорил насчет аристо?

— Они разделяют их на старых, живших до катастрофы, и новых, родившихся на острове. После того, как появилась очищающая волна, все одарённые ослабли и не могут с прежней легкостью управлять энергиями, но старые аристо сильнее молодых. Разница меж ними и их потомками колоссальна. Думаю, что это внесло немалый раздор в управлении островом, в определении целей и методов поддержания уровня жизни.

По мере того, как Всеволод рассуждал, глаза Ольги теряли осмысленность, и она замахала руками, останавливая его:

— Милый, подожди. Ты уводишь меня в дебри, а мне сейчас важно убедиться, что Проводник представлял интересы другого летающего острова.

— Вероятность в девяносто процентов, что он с другого острова.

— Тогда не понимаю твоих сомнений. Орлов лучшая кандидатура на разведку, оценку и… захват.

Всеволод смотрел на Ольгу и понимал, что она коротко сформулировала основную задачу — захват. Император ожидает именно этого и если Орлову удастся взять остров под контроль, то ситуация со вторжением может перевернуться. Вадим Храбрый сам устроит иномирцам вторжение. Это больше не осторожный дипломат, а жесткий, дальновидный, расчётливый правитель, почуявший новые цели и идеи для общества.

— Олюшка, не надо было… — он тревожно огляделся, показывая взглядом на камеры.

— А вот тут очень интересно! — воодушевилась Ольга. — Для Искинов наши пленники – мародеры. Они родились на острове и никак не зарегистрированы здесь, но устраивают налеты в разных городах по ходу следования острова. Видимо, понемногу залетая всё дальше и дальше, потому что на привычном маршруте брать уже нечего.

— Пожалуй, соглашусь. Но ты не учла ещё один момент. Искины этого мегаполиса не подчиняются правящей верхушке острова наших пленников.

— А-а, ну да. Возможно поэтому они здесь чужаки, — согласилась Оля.

— Неожиданно, но мы оказались в привилегированном положении. Это приятный сюрприз. А я что-то устал, раз сразу не подметил этот факт.

Ольге хотелось напомнить, что она не раз говорила разделять обязанности, но вместо этого подбодрила мужа:

— Сева, а знаешь, почему наш Хряпов такой спокойный?

Губы Головина чуть дрогнули в улыбке. Он почувствовал её предвкушение порадовать его, и был тронут.

— Потому что, — торжественно провозгласила она, — он видит, что ситуация в государстве нормализуется и во многом благодаря тебе. Ты за короткий срок сделал невозможное!

— Мне повезло, что люди откликнулись повсеместно и помогали чем могли, — покачал головой Всеволод. — Но у нас слишком много накопилось проблем. Сейчас они отступили, но…

— Император сделал достаточно перестановок, и у новых чиновников было время, чтобы вникнуть в дела. Ты не один, Сева! Будь примером для других, но не болей сердцем за всё на свете! Пусть островом занимается Орлов, а Белов временно налаживает службу своего полка в обоих мирах и берет себе помощников из офицеров. У тебя сейчас начнут развиваться промышленные проекты и тебе понадобиться уйма чиновников.

— Да мне уже не хватает их. Я разослал письма с приглашениями на работу своим старым знакомым. Написал и Судейкину, твоему воробышку.

— Ах, тот отзывчивый секретарь. Не помню его чина.

— Коллежский регистратор, но он давно перерос свою должность. Я бы дал ему сразу два чина, а то и три, но боюсь излишне разволновать его. Всё-таки он давно уже смирился со своим статусом и не выдержит резких перемен.

— Поручи ему важную работу, но без коллектива, чтобы никто не цеплял его, а сам Судейкин не нервничал. Если считаешь его способным, конечно.

— Хм, ты права. А вообще удивительно устроены люди. Твой Порфирий феноменально быстро приспособился командовать у меня в секретариате. Его боятся, как не всякого столоначальника.

— Сева, не забывай, Порфирий Порфирьевич работает у тебя временно.

— Я помню, милая. Он уж сам напоминал, что займется строительством дома в усадьбе, разбивкой твоего сада и облагораживанием общей территории. Только…

— М-м-м? Сева, ты чего замялся?

— Олюшка, я всё оплачу, но давай постепенно. Нам не потянуть сейчас парковые дорожки с фонтанами и статуями.

— Сева! Какие фонтаны? Первым делом я устрою лекарственный садик. Расчистка земли для него не будет дорого стоить!

— Но я видел — у тебя лежали проекты устроителей садов и парков…

— Это для общего ознакомления, — отмахнулась Ольга. — Хочу сделать красиво, но функциональность прежде всего. Растениями буду заниматься я сама, потому что без моего дара они не обретут нужной силы. А вот для распространения лекарственных растений необходима будет протекция докторов.

— Они дадут её тебе, — пообещал Всеволод. — Сейчас каждый мечтает сделать открытие на основе иномирных ресурсов. Так что желающих исследовать твои травки не будет отбоя.

— Хорошо бы Настю чуть подучить медицине. Может, твой доктор Громов согласится?

— Олюшка, зачем ей учиться тому, что устарело? Сама ты здесь прошла несколько программ обучения, а Настасье что ж не велишь?

Ольга широко раскрыла глаза и хлопнула себя по лбу:

— А ведь верно! Я думала, что завтра отправлю её к детям, потому и не вспомнила о здешнем обучении.

— Васильчикова останется здесь, пока ей не найдут замену, — строго произнес Головин. — А чтобы не бездельничала, то поручишь ей учиться.

— Сева, но если Демьян отправится с Орловым на остров, то Настя останется одна. Как бы не обидели её.

— Я предупрежу всех об ответственности, а ещё Филипп Святославович своё слово скажет. У меня больше волнения за Орлова с унтерами. Не переругаются ли?

— Это проверенная команда. Унтеры признают Орлова вожаком и доверяют ему. Я ещё в самый первый раз обратила внимание, с какой преданностью они на него смотрят. Тут он для них безусловный вожак, а вот на Земле связь ослабевает. До сих пор непонятно, каких искр хватанул Орлов, потому что они не проявились в каком-то даре, но в целом он стал физически сильнее, быстрее, неутомимее и из любой ситуации выворачивает себе на пользу.

Всеволод согласно покивал и с досадой понял, что ревнует унтеров к Орлову.

— Сева, ты подумал о чём-то плохом, — встревожилась Ольга.

Он с удивлением посмотрел на неё:

— Ты стала чувствовать моё настроение?

— Как всякая женщина…

Всеволод с уважением посмотрел на неё и поцеловал ей руку, отдавая дань всему женскому роду.

Ему вспомнились наставления гувернёра о том, что девочки многое не понимают из того, что понимает он, но они умеют тонко чувствовать. И Сева не раз наблюдал этот феномен со стороны. А сейчас Олюшка без всякого дара уловила смятение в его душе, не догадываясь, о сколь многих проблемах он успел подумать.

Тут был соблазн воздействовать на унтеров с целью внушить им личную преданность — и тут же отменён как бесчестный. Следом пришла мысль о том, что, оставаясь неопытным, он достаточно силен, чтобы ковыряться в чужих головах. И отчего-то немым укором вспомнились те офицеры, которые пострадали при поимке Великого Проводника.

Павел Григорьевич как-то обмолвился, что родственники отказались от них. Кто-то из-за презрения общества и обрушившегося позора, кто-то из-за невозможности сидеть нянькой. Генерал выделил деньги на съём небольшого дома, нанял кухарку, истопника, двух сиделок и поселил взрослых младенцев в нём. Всеволода тогда прошил холодный пот, представив, что он мог оказаться в той компании.

— Олюшка, милая… сделай всё возможное и невозможное для развития дара Насти. У меня есть больные… я тебе не рассказывал, потому что это слишком страшно…

Всеволод, запинаясь поведал подробности о захвате Великого Проводника и участи тех, кому он выжег мозги.

— Сева, а ты можешь всё исправить?

— Я не знаю. Ломать всегда легче, чем строить или исправлять. Я тут подумал, что начать с ними работу могла бы Настя, потом мы переправили бы их сюда, и Искины попытались бы восстановить им энергетические потоки, а потом уж я взялся бы за дело. Может, по чуть-чуть, ориентируясь на подсказки Медискина у меня бы получилось вернуть им разум. Я совершенно не уверен, что помогу, но кажется, что хуже не сделаю.

— Звучит как план, — задумчиво произнесла Ольга и встрепенулась: — У меня есть растение для ясной мысли.

— Олюшка, боюсь им это не поможет.

— Не для них, а для тебя! Сева, прежде чем лезть им в голову, дождись первых листочков этого кустарника. Если о нём пишут правду, то это чудо. Ты будешь на пике своих мыслительных способностей и управление даром будет филигранным.

— А долго ждать? Я не тороплюсь, наоборот, мне хочется отложить, приобрести опыт, но боюсь, что промедление для офицеров губительно во всех смыслах.

— Хм, думаю, что через неделю уже можно будет сорвать пару листиков без ущерба для растения. Сева, у меня же каждого экземпляра по одному семечку!

— Я знаю, моя хорошая, не переживай. И ты, как почётный гражданин мегаполиса можешь спросить местного Искина о пополнении своей коллекции семян.

— Думаешь, меня пустят в святая святых?

— Нет. Это вряд ли, а вот отдать что-то из старых запасов, которые списываются время от времени…

— Поняла! Я сейчас же этим займусь!

— Нет-нет, погоди! Мне Орлов сейчас передал сообщение, что их повезут в оружейный склад. Поедем вместе, посмотрим, что им предложат.

— Обязательно! А то они возьмут какую-нибудь ерунду!

— Олюшка, ты забыла, что унтеры заканчивали местные курсы телохранителей и знакомы с оружием?

— А-а, ну да. Но мне интересно!

— Тогда поторопимся.

Они поднялись на крышу и заскочили в последний момент. Летолёт поднялся, направляясь к складам на окраине. Лететь было нескучно. Видели рыскающих тварей, чем-то схожих с земными, если не считать шипов на теле, лишней пары ушей или глаз, но нередко попадались совершенно фантастические, чужие и непонятные. И знай гвардейцы, что все эти чудища стоят выше их по рангу, то обиделись бы. Но Великий Проводник ясно сказал, что сюда проникают существа из тех миров, где развита энергетика.

Неожиданно неприятно было увидеть ещё одну группу людей, бегущую по проспекту. Это означало, что прямо в столице вновь был незаконно открыт портал. Хряпов недовольно посмотрел на Головина и Белова, но ничего не сказал.

Наконец летолёт опустился на площадку. В этот раз на земле. Группу встретил всё тот же Капитан Искин, проводил к одному из ангаров и приглашающе повел рукой:

— Здесь лежат образцы. Выбирайте.

Ольга зевала и не могла остановиться. Она себя ненавидела за то, что влезла с советами, а теперь было поздно что-то менять. Унтеры действительно оказались полезны в выборе оружия, тем более у них уже был опыт охоты на разных существ. Но Ольга влезла в тот момент, когда увидела, что все проходят мимо прилавка с «игрушечными» насекомыми и посмеиваются. Подойдя ближе, она сообразила, что это разведывательные летающие аппараты. В её мире они уже не были фантастикой, но тут достигли вершины. Стоило ей показать на эти игрушки, как генерал подключил к объяснениям Капитана, и все захотели себе эти крох. Начался мучительный выбор, знакомство с эксплуатацией и борьба с жадностью.

Улетали ночью. Если бы не скорое открытие портала, то никто отсюда не ушёл бы по доброй воле. Оля во время ожидания пробовала раздобыть для себя ещё семена, но Искин мегаполиса отказал ей, сославшись на недостаточный доступ к подобного рода информации.

Летолёт вернулся к зданию военного корпуса. Там забрали тех, кого оставляли лечиться в капсулах и направились в прежнюю точку расположения. Уже светало и никто не стал ложиться спать. Новое оружие продолжало будоражить умы гвардейцев, Орлов договаривался с Капитаном Искином о прибытии новых бойцов и собственной временной командировке на летающий остров. Генерал Белов собирался на Землю, чтобы свидетельствовать в пользу Императора, но его решено было оставить в Мёртвом мире до возвращения Орлова.

Головин подал Капитану Искину списки новых групп, забронировал гражданские должности для своих представителей у главного Искина мегаполиса, а Ольга подписывала множество документов через Искина маленького городка. Вот такими извилистыми путями они закреплялись в мегаполисе, пользуясь недосмотром настоящих хозяев.

— Господа, портал откроется через полчаса. Нам нельзя опаздывать, — оповестил всех генерал Белов.

Ольга подошла к Насте. Васильчикова оставалась. Она стояла, блестя непролитыми слезинками в глазах.

— Барынька, а ежели я не справлюсь? И как же детки?

— Настя! Говорено уже всё! Ты здесь задержишься не более, чем на две недели. Жди смену и учись!

— А ежели Демьянушка задержится, мне уходить отсюда?

— Сама решишь. Ты главное не теряй время зря. Обязательно разговаривай с Искином, задавай вопросы, спрашивай его о работе для тебя, чтобы заплатить за развитие энергоканалов. Через две недели вернёшься на Землю, а потом можешь вновь отправиться в этот мир и учиться, пока ждёшь Демьяна. Никто не знает, как далеко лететь его группе. Они постараются не задерживаться, но имей в виду, что им придется уходить на Землю в другом городе. А ты поддерживай вояк, учись и работай, чтобы больше получать редких знаний.

Ольга обратилась к Искину:

— Капитан, вы записали мою речь? Чуть позже включите повтор для нашей одаренной, чтобы она всё запомнила. И прошу проследить за её безопасностью: госпожа Васильчикова является основательницей нового рода целителей.

— Не беспокойтесь, госпожа мэр! Карта госпожи Васильчиковой лежит в разделе элита.

— А моя?

— Ваши данные готовятся к передаче в этот раздел.

— А мой муж там?

— Его высокопревосходительство с первых дней был взят на учёт, а сейчас переведён в раздел элиты.

Ольга оглянулась и шепотом спросила:

— А унтер Хряпов?

— Этот разумный находится вне классификации. Он не одарён в известном нам смысле, но его личностные качества превосходят все известные нам.

— Благодарю за разъяснения, — торопливо произнесла Ольга и подошла к Всеволоду, чтобы посмотреть из-за его спины на дожидавшуюся открытия портала группу Светлой княгини Шаховской.

— Мы вместе уходим отсюда? — спросила Оля очевидное.

— Да. Её светлость хотела задержаться, но…

— Но её попросили не задерживаться, — хмыкнула она и, приблизившись к уху мужа, прошептала: — Лучше бы она потерялась по пути. У змеи взгляд мягче, чем у неё!..

— Может, и лучше, — соглашаясь, вздохнул Всеволод, получая удивлённый взгляд жены. — Её светлость ждёт прохождение обряда верности. Раньше он считался данью традиции, но теперь все изменилось: на Земле стало больше энергии, а жрецы веками учились её улавливать, так что у княгини вырвут жало, и я думаю, что её это сломает. Она всегда была бунтаркой…

— Сева, да ты, никак, сочувствуешь ей?

— Мне жаль, что такая сильная личность не принесла никакой пользы государству…

— А, ну так-то да, мне тоже жаль.

Люди княгини с завистью смотрели на одежду и вооружение гвардейцев, а те делали вид, что ничего необычного не держат в руках.

Сама княгиня не могла оторвать взгляда от брата. При мягком уличном свете он походил на юного бога. Медискин расстарался, и к здоровью добавил стандартные процедуры по улучшению внешности. Чуть-чуть подкачал мышцы, сделал лицо симметричным, улучшил качество волос, сделал ярче цвет глаз и, конечно же, Его Величество сверкал безупречной улыбкой, которая ему очень шла. Так что Ксения Вадимовна больше не радовалась своему омоложению после того, как увидела брата.

— Портал открывается! Приготовиться! — гаркнул генерал.

— Господа! Подождите! — выбежал аспирант. — Я хотел предупредить, что остаюсь! — краснея и смущаясь, выпалил он. — Моя работа только началась, и я не имею права…

Он торопливо доказывал необходимость продолжения пребывания в Мёртвом мире, а Головин, Белов, Хряпов, Орлов и даже Оля с ужасом думали о том, что совершенно забыли о Совушкине.

— Игнат Сергеевич, ваше прошение удовлетворено. Жду от вас доклада с нарочным в следующий раз, — скрывая неловкость под строгостью, произнёс Головин.

— Времени нет! — буркнул генерал. — Ваша светлость, — обратился он к княгине, — ваши люди проинструктированы. Их ждать никто не будет. Если они замешкаются, то будут немедленно отброшены в сторону.

— Мы может уйти следующим порталом. Он же откроется через три дня?

— Нет, — коротко бросил Хряпов. — Либо сейчас, либо никогда.

Шаховская наградила его взбешенным взглядом, но ничего не ответила.

— Раз, два, три! С правой ноги! Бежим!

Все побежали. Одни возвращались из Мёртвого мира, другие вбегали в него. Не обошлось без накладок, но Павел Григорьевич удержал портал на лишнюю секунду, и никто не пострадал.

— Фух, мы дома! — выдохнула Оля.

— Вернулись! — заорали встречающие гвардейцы и просияли, увидев помолодевшего генерала. На княгиню косились с недоумением и запоздалым пониманием, но постепенно все взгляды останавливались на юноше.

— Как же здесь хорошо, — выдохнула Ольга и сразу же забеспокоилась о своих растениях. Солнышко светило жарко, и наверняка прогрело землю за эти дни.

Всеволод улыбнулся, видя её радость. Он тоже был рад, но объём предстоящих дел пугал. Он даже не представлял, с чего начать.

— Ваше высокопревосходительство! — подбежал к нему коллежский регистратор Судейкин. — Мы тут со вчерашнего дня дожидаемся вас. Нас приютили, но дела не дали.

Оля чуть не рассмеялась, настолько обиженным выглядел этот чиновник. По нему было видно, что он счастлив вызову в столицу и готов пропадать на работе, а её-то и нет…

— Кто ещё приехал? — обрадовался Всеволод.

— Так Карандышев Ефим Авдотьевич, Петров Илья Судиславович, Рагожин…

Головин слушал — и улыбка расползалась по его лицу. Все, кому он написал, приехали.

— А что же они не вышли встречать?

— Так отправились проверять выполненные работы в казарме.

— А вы?

— А я дежурю тут. Вдруг какая надобность в написании документа возникнет! Я всё сделаю как положено и зарегистрирую.

Всеволод облегчённо выдохнул, услышав слово «зарегистрирую». Для него это означало, что будет порядок. Потому что люди приходят, что-то требуют, получают, уходят, но все они невидимки, так как ни их самих, ни их работу никто не зарегистрировал.

— Олюшка, милая, езжай домой, а я тут...

— Сева, мы ночь не спали!

— Я только посмотрю, что сделано и приеду, — неловко оправдался он.

— Ну хорошо, но только посмотришь! Господин Судейкин, проследите пожалуйста, чтобы Всеволод Аристархович вовремя уехал отдохнуть. Мы двое суток на ногах.

— Не извольте беспокоиться, Ольга Дмитриевна. Можете на меня положиться!

— Я знаю, — улыбнулась она и подмигнула Всеволоду.