Глава 30. Ультиматум

— Есть сообщение от главы службы порядка! — торжественно объявил Искин Капитан.

— Какого главы? — не понял Павел Григорьевич.

— Это наш Орлов здесь возглавил что-то вроде вашей службы, — усмехнулся генерал Белов. — А я так, на подхвате! Заместитель.

— Однако, карьера, — усмехнулся генерал «Ока».

— Капитан, докладывайте! — нетерпеливо воскликнул Головин, бросая строгий взгляд на двух генералов.

— Глава службы порядка Орлов в данный момент устанавливает право владения островом клана Цветных. От присяги клану Иллюзий он отказался. В соответствии с законодательством нашего славного мегаполиса господин Орлов больше не может занимать свой пост и пользоваться поддержкой мегаполиса.

— Что? Я ничего не понял! — заволновался Белов и вопросительно посмотрел на соседей.

— Город принадлежит клану Иллюзий, — пояснил Головин, сосредоточенно думая. Все вокруг притихли, понимая, что сейчас решается — принесёт ли победа Орлова пользу Земле или нет.

Головин поднялся, выпрямился и официальным тоном заявил:

— Как представитель мира Земля я заявляю права своего государя на остров, захваченный полковником Орловым и предлагаю дружественный союз Искусственному Интеллекту, исполняющему обязанности по управлению мегаполисом.

Искин Капитан завис, а через пару секунд рядом с ним появился Искин мегаполиса.

— Прошу уточнить формулировку дружественного союза.

Головин медленно повторил.

— Но я не уполномочен, — неуверенно ответил Искин.

— Как временная мера, — вкрадчиво предложил Всеволод. — Пока вам не будет дано новых указаний.

Искин мегаполиса замерцал, зато вперед выступил Искин Капитан и заявил:

— Глава службы порядка города Орлов неоднократно нарушил должностные инструкции и лишается звания главы службы. Более того, он обязан возместить потраченные на него средства.

— Возместим, — буркнул генерал Белов, смотря на Капитана, как на предателя.

Искин мегаполиса наоборот прилюдно выразил своё одобрение Капитану и вновь продолжил переговоры:

— Господин Орлов передал: он согласен с утверждением, что захваченный им остров принадлежит государю Руси Вадиму Храброму. Можно ли господина Орлова считать временным управляющим острова?

— Да. Я подтверждаю полномочия полковника Орлова, — твердо произнёс Головин.

— А ваши права кто может подтвердить?

— Я, — глава «Ока» выступил вперёд.

— И я, — рядом с ним встал генерал Белов.

Искин направил сканер на Павла Григорьевича и определив в нем высокий уровень интеллекта с мощным даром, уважительно кивнул.

— Считаю, что дружественный союз с островом Цветных пойдёт на пользу мегаполису клана Иллюзий, — витиевато выразился он.

— В качестве дружеского жеста прошу предоставить связь, — опередил Головина генерал Белов.

— Прошу прощения, но есть ещё один момент, — остановил его Искин. — Временный управляющий островом заявил права на остров Речных. Господин Орлов только что внёс уточнение, что остров Речных теперь тоже принадлежит государю Руси из мира Земля Вадиму Храброму. Согласны ли вы с этим утверждением?

— Да.

— Тогда я, как исполняющий обязанности по управлению Мегаполисом, предлагаю дружественный союз.

Головин с удивлением посмотрел на Искина. Тот немного изменился. Стал словно бы объёмнее, точнее в деталях и человечнее. Генералы не обратили на это внимание, а вот Всеволод нутром почувствовал, что за прошедшую минуту были переписаны какие-то программы или вступил в действие другой протокол.

Оставалось надеяться, что перемены будут к добру. Этот Искин многое решает самостоятельно. Благодарю ему установились торговые отношения и готовился межмировой обмен ресурсами, а теперь он самовольно признал чужое право владения и заключил союз. Сначала согласился, а потом сам предложил. Это уже иной уровень самостоятельности!

Генерал Белов не мог стоять спокойно, ожидая связи с Орловым. Генерал «Ока» хмурился, пытаясь понять, не упустил ли он чего важного и какие последствия будут иметь принятые сейчас решения. Головин же сделал шаг вперёд и торжественно произнес:

— Мудрое правление — залог процветания. Я уверен, что наш союз принесет пользу обеим сторонам.

— Да, мегаполис оживает, и это хорошо, — коротко ответил Искин.

Всеволод не ожидал, что Искин из всех эпитетов выберет именно слово «оживает». Это означало, что нахождение в городе живых существ, работающих во благо мегаполиса, он поставил превыше всего. Головин торопливо поддакнул, считая, что для землян всё складывается пока наилучшим образом. Позади него неожиданно раздалось робкое:

— Ур-ра! — и его тут же подхватили остальные. Холл наполнился криками, шумом отодвигаемой мебели, хлопками и кто-то даже станцевал на радостях.

— Два острова наши! Господа, два острова!!! — счастливо орал один из гвардейцев.

— А что с населяющими его людьми? — еле перекричал его товарищ.

— Это не люди, а иномирцы, балда!

— Ну и что! Их куда? — не стушевался вопрошающий.

— А и правда, — поддержал его офицер. — Сколько их там, господин генерал?

Белов одобрительно посмотрел на своих ребятушек и насмешливо произнёс:

— Так с двух островов около двух мильонов душ будет.

Будущие охотники в изумлении смолкли.

— Скока?

— Может, и больше, — добил их генерал и с вызовом посмотрел на Головина: — Ну что, Всеволод Аристархович, не ожидали такого от моего Орлова? А он парень не промах! Не зря Лисицын его сюда первым отправил. Вот только потом не защитил, ну да боги его наказали за это!

— Наказали? — удивился Головин.

— Ну так паралич по правой стороне его разбил… Родственники горевать не стали, отвезли его в дальнее имение и забыли там. Денщик при нём… шлёт письма с просьбой о помощи, да никто не откликается. В обществе ещё помнят скандал с поспешной экспедицией и по его вине погибшую молодежь.

— Вот как. Не знал, — ответил Головин. Ему хотелось сказать, что в первую очередь ответственны за произошедшее главы семей, пожелавших получить второй шанс на жизнь. Жадность и торопливость родителей сгубила сыновей в неменьшей степени, чем краснобай Лисицын. Но эта правда тут никому не нужна, и Всеволод оставил свои мысли при себе.

— Связь установлена, — сообщил Искин Капитан. Все стихли и уставились на появившуюся голограмму Орлова. Полковник выглядел ужасно, но глаза его сияли радостью.

— Ваши высокопревосходительства! — возбужденно заорал он, думая, что так будет лучше слышно. — Острова — наши! Люди — наши! Пленных нет! Все разбежались через порталы. Соседние острова в замешательстве. Кое-кто принял сбежавших и теперь угрожает, но у нас есть чем ответить. Вы только скажите, и я их в пух и прах… на лоскутки! В пыль!

— Держите оборону. Никого в пух и прах не надо, — рявкнул Всеволод и вопросительно посмотрел на генерала Белова. Тот потряс в сторону Орлова кулаком и, повернувшись к Головину, просиял, сообщая всем своим видом, какой у него в подчинении молодец. Герой геройский!

— Понял! — ответил Орлов. — А что с людьми? Я им всем обещал выход из их ковчега, — с волнением спросил он и тише добавил: — Тут такое дело, что лучше бы не затягивать с выполнением обещания, а то меня свергнут. Люди на взводе. Всем кружит голову успех. Лига меня поддерживает, и возглавляющие Лигу понимают, что исход сию минуту невозможен, но люди… Они тут сходят с ума.

Орлов с беспокойством огляделся и тихо начал объяснять:

— Их тут с рождения держат в закрытых секторах. Я хотел разрешить им вольное перемещение по острову, но инженеры меня отговорили. Они объяснили, что это вынужденная мера, связанная с экономией энергии. У них тут много что отключено. В частности, не работают компенсаторные регуляторы, которые могли бы позволить всем свободно перемещаться по острову, не задумываясь о равномерном распределении веса по поверхности. Собственно, это я и использовал, чтобы вынудить одарённых сдаться. Они не могли защищаться, не повредив остров, и были вынуждены отступить перед «неразумностью» взбунтовавшегося быдла.

— Вы использовали шантаж? — разочарованно спросил Белов, но заслужил гневный взгляд главы «Ока» и его жесткий ответ:

— А вы хотели увидеть бойню?

Генерал Белов побледнел и потянул воротник, как будто тот его душил. Беззвучно замотал головой, но на него уже никто не смотрел. Головин лишь уточнил:

— То есть, всё прошло гладко и без потерь местного населения?

— Потери были, — вздохнул Орлов, наблюдавший за всеми через связь. — Не все одарённые хотели сохранить остров и оставить в живых население, но их остановили свои же.

— Вот как, — одновременно произнесли Всеволод и глава «Ока».

— Да. По моим наблюдениям среди аристо есть умные и дальновидные люди, но в данных обстоятельствах у меня не было возможности на разговоры. Бунт получился стремительным и стихийным. Мне больше всего пришлось тратить силы на сохранение порядка, а не на захват, — нехотя признался Орлов.

— Ясно.

— Алексей Павлович, — неожиданно обратился генерал Белов, желая сказать что-то важное, но замялся и задал вопрос: — а местные как выглядят? Они похожи на людей? Или… — он поднял руку и невразумительно пошевелил пальцами, окончательно смутившись.

— Не отличить. Обычные люди.

— Не разноцветные? Остров-то называется…

— Разве что цвет глаз чуть ярче нашего и больше оттенков, а на острове Речных наоборот глаза у всех заметно светлее. Нам непривычно такое, но встречается и у нас. Помните актрису Лебедеву? У неё были светло-серые глаза с тёмным ободком.

— Хм, помню такую, — оживился Белов. — Жаль, умерла от чахотки.

— Филипп Святославович, — строго прервал генерала Головин. — Воспоминания потом. Алексей Павлович, говорите, какая помощь вам нужна.

— Все зависит от того, как скоро начнется эвакуация.

— Она зависит от вашего местоположения и того места, куда выведет портал, — пояснил Головин, а сам в ужасе думал, что ещё ничего не готово для приёма такого количества переселенцев.

— А что, если часть населения забрать транспортниками? — настаивал Орлов, понимая, что сейчас решается его судьба и он обязан хоть что-то продемонстрировать местным.

— Здесь скоро пройдёт очищающая волна, — не согласился Головин. — Не думаю, что риск прибытия в мегаполис уместен. Мы можем эвакуироваться отсюда раньше, чем они доберутся сюда.

— Риск уместен, Всеволод Аристархович, — не согласился Орлов. — Примите хотя бы по сотне человек с каждого острова. Они посмотрят на Землю и скажут другим, ради чего стоит ещё подождать.

Головин устало вздохнул и вопросительно посмотрел на Искина Капитана.

— Я свяжусь с исполняющим обязанности главного мегаполиса, — тут же ответил он и через пару секунд дал ответ: — Услуга по доставке платная. Проживание без определения статуса в мегаполисе невозможно.

— Можно было бы оформить их как гостей?

— Не понятен их текущий статус. Они подданные вашего мира? Беженцы с острова и разыскиваются? Соискатели на работу?

— Вы формалист! Но я вас понял. Возражения против высадки в мегаполисе и переходе в наш мир вы не имеете?

— Если вы управитесь в течение часа, то никаких протоколов по незаконному нахождению в городе не будет задействовано.

— И на том спасибо. Но, должен заметить, раньше вы не были так строги!

— Моя новая должность обязывает проявлять больше бдительности и учитывать лояльность каждого разумного, прибывшего в мой город.

«В мой город» — отметил Головин. Вслух же произнес:

— О, это сложно. Критерии лояльности весьма расплывчаты.

— Нахожу удовлетворение в том, что вы меня понимаете.

Всеволод вежливо кивнул, совершенно искренне забыв, что разговаривает с Искином, а не человеком. Он ещё обсудил стоимость услуг по доставке людей в мегаполис, совместно с Искином рассчитал, сколько времени это займет, и они почти пожали друг другу руки.

В это время Белов раздавал указания своим ребятам, а промышленники жадно прислушивались к переговорам. Когда Искин Капитан и Искин мегаполиса исчез, Головин закрыл глаза, пытаясь проанализировать разговор.

— Павел Григорьевич, — повернулся он к главе «Ока», — нам надо возвращаться. Новости слишком важны, чтобы ждать полудня.

— Согласен. Ваших протеже забираем? Или их переведут на Землю в полдень?

— Давайте сейчас заберём, но вам все равно придётся открывать портал ещё раз, чтобы доставить сюда новеньких.

— Уверен, что Император велит прислать сюда ещё гвардейцев, чтобы они полетели догонять острова.

— А успеют догнать? — засомневался Головин.

— Успеют. Они полетят впереди волны, так что никакого риска не будет. Местные проделывают этот финт десятилетиями. Единственно, нашему Филиппу Святославовичу надо быть готовым помочь новобранцам и сразу же отправить их на острова.

— Сколько у меня будет времени? — подобрался генерал.

— Несколько часов… может сутки.

— Не густо для ознакомления с этим миром. Новички могут растеряться.

— На острове Орлов продолжит их адаптацию.

Головин с главой «Ока» поднялись и начали прощаться, но тут вновь появился Искин мегаполиса.

— Остров клана Великих объявил захват островов Цветных и Речных незаконным и не согласен с моим правом признания нового владельца. Глава клана Великих считает не только допустимым открытие военных действий, но и желательным. Остров клана Песчаных поддержал Великих. Остров клана Творцов выражает осуждение и прерывает торговые связи с захваченными островами до тех пор, пока они не будут освобождены. Остальные объявили о нейтральной позиции или смолчали.

— Началось, — пробормотал Головин. — О нас теперь знает двадцать два острова. Два из них уже наша головная боль, остальные готовятся стать ею во всех смыслах.

— Да уж, — поддакнул глава «Ока». — А я понадеялся, что никто ничего не заметит. И лишний раз подумал, как повезло нам с этим мегаполисом!

— В какой-то мере повезло, Павел Григорьевич.

— Что будем делать? — генерал вопросительно посмотрел на Куратора. — Надо что-то отвечать и немедленно возвращаться. Наворотили мы тут дел без ведома императора.

Всеволоду не дал ответить Искин, сообщивший:

— Правитель клана Великих передал вам ультиматум. Будете слушать?

Головин переглянулся с главой «Ока», и они встали плечом к плечу. Перед ними появилась голограмма с невероятно красивым мужчиной, выражающим всем своим видом презрение и гнев.

— Жалкие дикари! — зазвучал механический перевод Искина. — Вы заплатите за свою наглость! Ваши лазутчики будут развеяны в пыль вместе с предателями! Я развоплощу город, в котором вы прячетесь, как скунсы. Тупорылых Искинов из клана Иллюзий сотру до последнего знака за то, что приютили вас. И сам клан идиотов и бесполезных бездарей ответит мне за то, что допустил ваше пребывание в нашем мире…

Искин переводил всё более эмоционально, синхронизируясь с тоном парламентера, а слушавшие этот спич земляне наполнялись ненавистью. Правитель Великих не стеснялся в выражениях и сулил неминуемую гибель всем землянам. По его словам выходило, что мир Земля может выжить только благодаря покровительству клана Великих, но это покровительство им придется долго выпрашивать после содеянного.

— И когда всё это случится? — ровно спросил Всеволод.

Ответил ему Искин:

— Уточнений на этот счет не было. Запись передана и связь оборвана.

— А клан Иллюзий? — осторожно спросил Головин. — Это же ваш клан? Он высказал какие-то претензии по поводу наших действий?

— Связи с моим кланом нет. Мною осуществляются поставки по графику, утвержденному прежним главой. Новый глава ещё не выбран, исполняющий обязанности главы клана не назначен.

— Вот как, — наконец-то всё понял Головин и посмотрел на главу «Ока». — Павел Григорьевич, нам пора.

Генерал кивнул и, не сходя с места, открыл портал. Оба они вышли во дворе имения Жукова, а там царила неразбериха. Головин с трудом выцепил Судейкина:

— Илья Терентьевич, что происходит?

— Ваше высокопревосходительство, а вы встаньте на ступенечку и посмотрите во-о-о-он туда!

Всеволод укоризненно посмотрел на Судейкина, но понял, что тот ни за что не позволил бы себе устраивать розыгрыш. Он поднялся на пару ступенек и посмотрел вдаль, а там…

— Боги! Что это? — невольно вырвалось у него. — Это Древо, ваше высокопревосходительство, да-с, — торжественно объявил Илья Терентьевич. — А это, — он показал рукой на подбегающего к нему мальчишку из трактира с корзинкой, — пирожки с горячим чаем для любезнейшей Ольги Дмитриевны. Вы уж передайте ей, сделайте милость. И скажите, что мы все за неё переживаем. Тонкочувствующей души женщина! Да-с!