Глава 12. Милые Домашние хлопоты
Надежда Ольги на то, что статья о разведке в мир, откуда приходят монстры, вызовет интерес в редакции газеты не оправдалась. Во-первых, ей пришлось нанять переписчика, чтобы исправить стилистические ошибки и заменить ряд букв. Пришлось стоять и краснеть, но к этому она была готова. А вот к тому, что за размещение горячих новостей с нее равнодушно возьмут сорок копеек и посмотрят как на сбежавшую из дурдома, не была готова. Напрасно она мучилась, подбирая сочные словечки, чтобы занимательно рассказать о существовании другого мира.
В отместку на безразличие она на ходу изменила окончание текста, и последними словами было: «…специалисты из салона Барсовых не смогли определить природу добытых в Мёртвом мире камней и выставить цену. Однако в столице пришли к выводу, что трофеи из Мёртвого мира бесценны и предвидят серьёзную охоту за ними». На этом оборвала своё послание, надеясь, что разбудила азарт собирателей редкостей.
Выйдя из здания редакции, Оля отправилась за тканью на юбку и блузки. Шить она научилась ещё в юности, когда объём груди перестал соответствовать в размерной сетке ширине её плеч. Одежду на Ольгу было не сыскать, если только не брать на три размера больше.
Вернувшись в дом, она сразу же начала кроить. Подошедшая Настасья завороженно смотрела, как барыня ловко раскладывает ткань и смело режет её. Потом быстро смётывает, примеряет и только после этого процесс шитья замедлялся. И тем не менее к концу дня первая блуза была сшита.
— Простая какая-то, — прокомментировала Настасья, с сомнением смотря на получившееся.
— А я потом сошью приталенный жилет и будет хорошо.
Жена унтера приложила к готовой блузе цветную полоску ткани, предлагая обшить ею и вопросительно глянула на Образцову, но та отрицательно качнула головой.
— Лишнее, — коротко бросила она и Настасья отступила.
Ольга же потянулась, размяла плечи и облегченно выдохнула, радуясь, что день прошёл плодотворно. Она молодец! Потрудилась. А ещё дома под присмотром деда плотник заменил часть прогнившего пола в сенях, печник разобрался с дымящей печью, трубочист прочистил трубу. Сам Порфирий убрал рассыпающиеся в труху доски, служащие дорожкой от калитки к дому и приготовил новые на замену.
— Ольга Дмитриевна, пойдём, чего покажу, — неожиданно позвал он её, выпроводив последнего постороннего из дома.
— Куда?
— Обуйся и идём, — не вдаваясь в подробности велел ей старик.
Ольга усмехнулась, но послушалась. Дед никак не мог определиться, как к ней обращаться. Он мог разговаривать с нею со всей вежливостью и робеть, а мог запросто сказать, как сейчас : иди, мол, не медли.
Оля с удовольствием вышла на крыльцо и глубоко вдохнула свежий воздух. День выдался тёплым и насыщенным моросью, которая прибила пыль и освежила воздух.
— Сюда, — позвал её дед. — Смотри.
Она посмотрела на выделяющуюся нежно зелеными листочками яблоню, на голубой ковер у её подножия и перевела непонимающий взгляд на Порфирия. Она на всю эту красоту насмотрелась из окна.
— Вот же, — подсказал ей старик, тыча пальцем в землю.
И Ольга только теперь обратила внимание, что из-под земли бьёт родничок.
— Итить колодрить! — вырвалось у неё.
— А я про што? — поддержал её дед. — Вчера не было. Мы ж с внуками тут всю листву собрали, чтоб аккуратный вид был у палисадника, а сегодня смотрю — слякоть. Земля под ногами чавкает.
— Значит, я вчера не только растениям силу дала, но и на воду как-то воздействовала.
— Ольга Дмитриевна, а про камни забыла?
— Какие камни? — она завертела головой, ища валуны.
— Я про тот, что мерцать стал, как живой. Настька бает, что наглядеться на него не может.
— Ах, этот!..
Оля сама не раз подходила к подвеске, любовалась топазом. Выложила на видное место, чтобы понять, как долго продержится сияние, а в результате всё время отвлекалась на него.
— Я тут подумал, — начал старик, — получается, что ты приобрела силу Мать-сыры-земли. Потому тебе доходный дом Хвастовой для проживания не по нраву пришёлся. Вокруг камень, а тебе, голубке, надо к земле поближе, чтобы душно не было.
— Не сходится. Я же взаимодействую с камнем, — Ольга мотнула головой в сторону дома, где лежала подвеска.
— Какое ж это взаимодействие, если ты вложила в камень свою силу, а он тебе взамен ничего не дал? В саду у тебя всё иначе вышло, — терпеливо объяснял дед. — Дерево откликнулось и вопреки всему готово цвести для тебя. Вода поднялась из недр земли, чтобы напоить тебя. Чуешь разницу?
— Чую, дед, чую, — вздохнула Ольга и поморщилась, когда старик закашлялся. Ночью у печи он пригрелся и спал тихо. Целый день чувствовал себя бодрячком, а сейчас весь аж пополам согнулся от кашля.
— Вам бы лекарства попить, — предложила она, но Порфирий её не слышал. Его скрутило.
Ольга решила сама купить ему сироп от кашля или таблетки, но не успела додумать эту мысль, как над калиткой мелькнула рука, отодвинула засов и во двор вошёл чем-то довольный Демьян.
— А я теперь к вам пристален, Ольга Дмитриевна! — с порога сообщил он и с беспокойством посмотрел на отца: — Бать, я тебя с конца улицы услышал, как ты дохаешь, — покачал он головой.
— Как это приставлен? — удивилась Ольга, но тут же вспомнила разговор с Головиным, говорившем о необходимости охраны. На душе у неё стало тепло. Она же помнила, что советник торопился в столицу, но про нее не забыл и сделал так, чтобы она осталась тут под защитой.
— С утра, как пришёл в казарму, меня к поручику вызвали. Тот бумагами трясёт, возмущается, отправляет меня в военное присутствие, а там меня целый день гоняли, заставляли подписывать согласие. Я только на выходе узнал, что назначен охранять вас с правом выбрать себе помощника.
— Отлично! Демьян, это же замечательно, — воскликнула Ольга, но тут старика скрутило по-новой, и он не успевал даже воздуха вдохнуть. — Но сейчас давай-ка съездим в аптеку, посмотрим что-нибудь от кашля.
— Вечереет, пока дойдем до людных улиц, то уж поздно будет, — засомневался унтер, с беспокойством похлопывая отца по спине. Настасья вынесла горячего морса, чтобы напоить свёкра, но тот кашлял без остановки.
— И всё же давай съездим, — настояла Оля. — А то завтра может быть некогда.
Она отправила старика к печи, а сама быстро собралась и зашагала по тихой улочке так, что не обладай Демьян навыком быстрого перемещения, то пришлось бы ему бежать.
— Ольга Дмитриевна, а вам не кажется, что для женщины вы… — унтер замялся.
— Демьян, раз начал, так договаривай. Лучше я от тебя узнаю, что не так делаю, чем потом надо мной будут смеяться.
— Смеяться не будут, — твердо ответил Васильчиков. — Я хотел сказать, что вы выглядите тонкой и женственной… — он чуть было не обрисовал ладонями аппетитные формы её фигуры, — …но при этом невероятно крепки телом, то есть я хотел сказать, выносливы и… — Демьян запутался и приготовился просить прощение.
Ольга сбилась с шага и пошла медленнее. Она оглянулась, чтобы оценить сколько прошла и хмыкнула: за пару минут они с унтером миновали квартал и не запыхались.
Она ещё в Мёртвом мире заметила, что бегает без устали и поднимается по лестнице не запыхавшись. Сначала ей казалось, что всё связано со стрессом. На нервах она очень быстро похудела и ей стало легче двигаться. Потом она лежала в медкапсуле и заметно помолодела, так что улучшение физических возможностей отнесла на её счет, но может, не только в капсуле дело?
— Демьян, ты прав. Я думаю, что обладание интересными способностями делает нас крепче и, скорее всего, мы проживём дольше, чем другие.
Унтер нахмурился.
— Ты не рад?
— А как же Настька? — глухо обронил он и Ольге не требовалось пояснений.
Демьян вернулся изменившимся. Теперь он выглядел значительно моложе жены, и она стала избегать его на людях, чтобы не пошли пересуды.
— Мы что-нибудь придумаем, — пообещала Оля, сбавляя шаг. — Дайте срок, оглядимся-освоимся и найдём выход.
— Да как тут найдешь? — с болью воскликнул унтер, сжимая кулаки.
— Демьян Порфирьевич, — хватая его за рукав и притягивая к себе поближе, Ольга тихо заговорила: — подумай и ответь мне, надо ли ещё раз посылать разведку в Мёртвый мир? Есть там что-то полезное для Земли?
Васильчиков взмахнул свободной рукой, останавливая извозчика и помог Ольге забраться в коляску. Она показала ему сесть рядом, а не с кучером. Унтер послушался, но долго молчал и ей подумалось, что он смущен. Однако, вскоре он так же тихо ответил:
— Обязательно надо засылать туда людей, Ольга Дмитриевна.
— Вот и я думаю, что в Мёртвый мир пойдёт ещё не одна группа. А это значит, что ты можешь вновь там оказаться…
Васильчиков кивнул, соглашаясь, а Оля едва слышно закончила:
— …и взять себе ещё искр.
Унтер неуверенно кивнул, но спросил:
— А как это Насте поможет?
— Демьян, ты станешь сильнее, быстрее и… — Ольга укоризненно посмотрела унтера, — ну же, подумай сам, на что ты станешь способен?
— Я выживу в Мёртвом мире, — убежденно произнес унтер.
Она одобрительно кивнула:
— Не только выживешь, но сможешь провести туда свою жену, защитить от тварей и отвести в медцентр. А ещё лучше — предоставить ей возможность коснуться искр.
Лицо Демьяна осветилось пониманием, и он ошалело посмотрел на Ольгу.
— Но сейчас ты не готов, — предупредила она его. — Если сунешься таким, то сгинешь и Настю погубишь.
— Я понимаю, — жарко ответил унтер, лихорадочно блестя глазами.
— Сейчас нам всем надо подождать, что решат там, — Ольга потыкала пальцем вверх. — Разумно было бы вновь послать на разведку именно вашу группу под командованием Орлова.
— Да уж, во-второй раз мы умнее будем, — сжав руку в кулак, твёрдо произнес Демьян.
— Только до поры до времени помалкивай об искрах, — посоветовала Ольга. — Конечно, о них придётся рассказать, но не всякому. Если про искры прознают посторонние люди, то может начаться истерия с жуткими домыслами, и как тогда с нами поступят — неизвестно. Но я уверена, что рано или поздно многие захотят коснуться этих искр, чтобы получить силу. Необыкновенную, фантастическую силу, понимаешь?
Взгляд унтера посерьёзнел, а Ольга облекала в слова все свои думки, которые надумала за эти дни:
— Жизненно важно, чтобы ваш… наш император заинтересовался Мёртвым миром и дал повеление изучать его, назначив руководителем честного человека, а не какую-нибудь родовитую продажную тварь. Вот тогда мы подскажем ему насчёт искр.
— Ольга Дмитриевна! — возмутился Васильчиков, но вздохнул и повесил голову. — Может, всё же сейчас рассказать императору об искрах?
Ольга с сочувствием посмотрела на унтера. Для него император был безусловно достойным человеком и скрывать от него важную информацию Демьяну было не по себе, не по совести. И тогда она решила обрисовать ситуацию с другой стороны:
— А вдруг завтра мы с тобой станем обычными людьми? И все скажут, что ты болтун, который хочет выслужиться! Или представь себе, что мы вдруг начнём обращаться в тварей! Я в дерево, ты в неведому зверушку.
Васильчиков побледнел, и Ольге стало жалко его:
— Демьян, ну что ты как маленький? Повторяю, не надо спешить! А вообще, когда я лежала в… хм, лечащей ванне, то лекарь-смотритель мне написал, что все изменения идут на пользу телу и рекомендовал осваивать дары. Я тогда не поняла, в чём дело, а сейчас всё стало на места.
Ольга показательно сжала кулак, напрягая руку, имея в виду, что многие положительные изменения в организме идут от искр. На лицо унтера вернулись краски, и Оля на всякий случай напомнила ему об осторожности:
— Выждем недельку-другую, удостоверимся, что с нами всё хорошо. А пока пусть советник докладывает об итогах разведки и планирует будущее. Он человек немалых чинов и у него есть покровитель, которому он доверяет. Пусть они сами оценивают перспективы, борются за них, а мы подождем.
— А Настя?
— Используй время с пользой. Аккуратно готовь жену к тому, что она увидит в другом мире, чтобы не обезумела от страха. В идеале хорошо бы научить её давать отпор тварям, но будет достаточно, если она станет твоей молчаливой тенью.
— Приехали! — сообщил извозчик, остановившись у аптеки.
Унтер так задумался обо всем, что остался сидеть.
— Демьян! — спустившись и уже дойдя до дверей аптеки, позвала его Ольга.
— Бегу! — встрепенулся он и коря себя за невнимательность, поспешил к ней.
Извозчик только крякнул, увидев, с какой скоростью его пассажир рванул к сочной барыньке. Он бы тоже козликом поскакал, позови она его!
В аптеке едва хватало света, чтобы разглядеть ряд баночек и крошечных пакетиков с порошками. Ольга ощутила полную свою беспомощность, чем воспользовался фармацевт. Он предложил ей множество уникальных средств, которые стопроцентно излечат от всего на свете. И только когда она на одной баночке прочитала состав, то опомнилась и начала внимательно смотреть, что ей предлагают.
По большей части всё было неизвестной ерундой, заявленной в виде тайного рецепта знающих людей, но были и настоящие лекарства с записанным на баночке составом. Ольга не разбиралась в медицинских терминах, но химию она учила в школе и могла распознать значки. В результате Оля выскочила из аптеки, сопровождаемая недовольными возгласами фармацевта:
— Она ещё учить меня будет! Я всю жизнь здесь работал! Мой дед основал в городе аптекарский сад, мой отец закончил пражский университет, а мой прадед был помощником у самого…
Васильчиков ринулся на брызгающего слюной аптекаря.
— Демьян, оставь его, пусть орёт. Его бы под суд отдать за то, что не лечит людей, а калечит, но отобьётся ведь, гад! — сердито выпалила она.
— Почему калечит? — искренне удивился унтер с опаской глядя на покинутую ими аптеку.
— В прошлом беладонну капали в глаза, считая, что это красиво, а сейчас все знают, что это яд, — чуть подумав, привела она пример. — Или вы не знали? Ну тогда...
Ольга задумалась и с ужасом поняла, что у неё нет подходящих примеров! Свинец, мышьяк, ртуть, железо, цинк, медь, опиум, маковая настойка лежат в аптеке и рекомендованы для лечения без ограничений. Фармацевт предложил ей лучшее снадобье от кашля, состоящее из каннабиса, хлороформа и морфина сульфата.
— Демьян, я не сумею тебе объяснить весь ужас того, что увидела, но аптекарь предложил твоему отцу пить дурманящее средство. Это не лечение, а возможность умирать с дурацкой улыбкой на лице.
— Но ведь люди покупают, — засомневался воин.
— А кто-нибудь собирает сведения о том, скольким это снадобье помогло? — вспылила Оля. — Родственники довольны, что больной умирает в хорошем настроении, а потом соседи утешающе скажут: «На всё воля богов!».
— Но должно же быть какое-то лечение?
— Сегодня поздно, но завтра мы поищем травницу. Купим у неё барсучий жир, мёд, корень алтея, солодку и послушаем, что она ещё посоветует. Если твой отец застудился, то вылечим его травами, но если он подхватил болезнь от другого человека, то лекарство надо искать в Мёртвом мире.
— А если его туда сводить? — осторожно предложил Демьян.
— Хм, — Оля укоризненно посмотрела на него, но сразу возражать не стала. Подумала, неуверенно пожала плечами.
— Я понимаю, надо подождать, — заволновался он, — но батя слабеет…
— Унтер Васильчиков, я ведь тебе ничего не запрещаю! Коли неймётся, так бери отца и веди к порталу прямо сейчас!
— Да кабы знать, где он откроется… и там же твари! — занервничал Демьян.
— Значит, ты всё же понимаешь, что надо готовиться и ждать, — чуть раздраженно ответила ему Оля. — Кстати, ты сам мог бы давно найти травницу или поспрашивать у других, как лечить затяжной кашель.
— Так я ж в Таганроге служил. Нас сюда из разных мест переправили во главе с Орловым, но выходить в город не разрешали.
Ольга пожала плечами, не желая продолжать эту тему, а унтер шел и хмурился.
— Ольга Дмитриевна, вы во всем правы, — с неожиданной сердитостью признался он. — Сам не заметил, как отвык от жизни в семье. Только сейчас понял, что ничего не умею, окромя как выполнять команды. Вы меня учите, объясняете, а мне даже странно, как я сам до этого не додумался. И знаете, что обидно — все меня считают смышлёным, а я рядом с вами олух!
— Можно всю жизнь чему-то учиться, а помереть дураком, — примирительно высказалась Ольга. — Если тебя утешит, то признаюсь — я в твоем мире чувствую себя несмышленышем.
— Скажите тоже, — усмехнулся Демьян, посчитав, что барыня шутит.
Она с улыбкой посмотрела на него. Ей было приятно, что унтер искренне уверен, что она с легкостью обустраивается в его мире.
— Всё господа-хорошие, — подал голос извозчик, останавливаясь перед кварталом с частными домами. — Дальше не повезу.
Васильчиков открыл рот, чтобы возмутиться, но Ольга махнула рукой.
— Дойдем, — коротко бросила она и расплатилась.
— Много дали, — буркнул Демьян.
— Он сдачи не дал бы, — запахивая плотнее накидку, Ольга вгляделась в темноту. — Только канючил бы, задерживая нас.
До дома дошли без приключений и быстрее, чем если бы остались в коляске. Оно и понятно. По темноте, да по бездорожью любой хозяин будет беречь свою лошадку.
Настасья стояла на крыльце, держа зажжённой керосиновую лампу и ждала.
— И чего сорвались так поздно? — заворчала она. — Завтра съездили бы.
— И завтра съездим, — ответила ей Ольга, принюхиваясь к съестным запахам. — Никак каша на ужин будет?
— Ещё днём запарила, сейчас уж дошла.
Настасья приняла у неё накидку, повесила на крючок, хотела было помочь снять иномирные ботинки, но не успела. Оля сама управилась, да ещё тряпочкой от грязи протерла.
— Негоже барыне этим заниматься, — обиделась Настасья.
— А знаешь, у нас барынями называют только ленивых и попу, — рассмеялась Ольга, не оценив старания жены унтера быть горничной, кухаркой и дворецким в одном лице.
— Как попу? Ту самую? — Настя извернулась, посмотрев на свой зад.
— Её самую! У нас говорят: ночью попа — барыня, и спроса с неё нет!
Женщина похлопала глазами, потом прыснула со смеху, зажала себе рот рукой и убежала.
— Ольга Дмитриевна, — хмыкнул Демьян. — Вы только при советнике так не скажите.
— Идёмте ужинать, — предложила Оля, прикрывая зевок ладошкой.
Следующий день прошел буднично. Съездили к травнице, купили у неё разогревающую мазь и отхаркивающие травы для старика. Ольге почудилось, что она ощущает в травяных сборах энергию, но когда отвар был готов, то в нем не осталось даже отголосков силы. Означало ли это, что питьё бесполезно или полезно, но не в той мере, какой должно быть, она не знала.
Дед с благодарностью принял лечение, но греться у печи днём не стал. Он хлопотал по дому, приглядывая за всеми домочадцами, заканчивал чинить садовые дорожки, не признавая мешающую ему болезнь. Ольга же села за шитье. В этот раз она взялась за жилетку, чтобы показать Настасье, как заиграет простая блуза с ней в паре. В какой-то момент ей показалось, что эта милая домашняя рутина навсегда.
Но новый день принёс небывалую суету. Все началось с курьера из дома Барсовых.