ГЛАВА 18

Тройная порция коньяка принятая на пустой желудок подействовала почти моментально и уже через пять минут я мирно спала на плече у Ильи, который предусмотрительно поднял между нашими сиденьями подлокотник.

Так, в счастливом алкогольном опьянении я проспала большую часть полёта, проснувшись уже под конец. Пока я мирно дрыхла, Илья возился в ноутбуке с сосредоточенным видом. Ну да, конечно, пока я в пьяной отключке прохлаждаюсь, серьёзные люди работают. Муки совести вновь стали о себе напоминать.

Что отдельно порадовало, это то, что Павел проспал с повязкой на глазах практически с момента посадки на рейс и, теоретически, не должен был знать, или догадываться, как именно его начальник отвлекал меня от панической атаки.

Во время посадки, когда нас заметно тряхнуло, я со всей силой вцепилась в ладонь Ильи, и крепко зажмурилась. Но только после того, как посадка прошла успешно, поняла, что всё это время не дышала.

Регистрация вновь прошла довольно быстро, а возле аэропорта нас уже ждал родственник «Монстра». Возможно, дальний и не такой впечатляющий, но всё же.

В дороге до отеля мы преимущественно молчали, а я ещё и старательно избегала взгляда мужчины, упорно смотря в окно машины, на проплывающие пейзажи. Что, впрочем, не мешало мне особо остро чувствовать, как ненавязчиво играют с моей ладонью, нежно гладя кожу на запястье, отчего против воли ощущала, как сбивается дыхание.

В отеле размещение прошло гладко, и я узнала, что мы с Ильёй поселились в смежных номерах. И то, что мужчина заказал для нас не один номер, хотя вполне мог, вызвало улыбку его тактичностью.

В лифте, куда Павел с нами не пошёл, к моему удивлению, Илья произнёс:

– Голодна? Уже довольно поздно, можно заказать еду в номер, но я хочу пригласить тебя в ресторан. Как смотришь на это?

Вспомнила, в каком сейчас виде нахожусь, после истерики, протрезвения и долгого перелёта, судорожно вздохнула и неловко ответила:

– Если ты согласен подождать. Я бы хотела вначале привести себя в порядок.

– Да, конечно, – улыбнулся он. – Отдых мне тоже нужен. Часа тебе хватит?

Прикинула свои примерные возможности и с уверенностью кивнула, в который раз порадовавшись, что укоротила шевелюру, и причёска мне не требуется, что в разы упрощало жизнь.

На том и разошлись по своим номерам, где я первым делом полетела в душ.

Спустя час я открывала дверь в свой номер красивая и посвежевшая, в новом платье и со смущённой улыбкой на лице. А ещё через пятнадцать минут сидела в дорогом ресторане при отеле и нервно комкала салфетку, чувствуя некоторую неловкость.

– Красивая работа, – сказала я, указав взглядом на трость мужчины, которую он прислонил к своему стулу, чтобы хоть что-то сказать. – Сделанная на заказ? – уточнила я, хотя и сама знала ответ.

– Вероятно, – пожал Илья плечами, разглядывая меню.

– Ты не знаешь? – удивилась я.

– Это подарок. Причём довольно старый, – вновь ответил Илья, а я вдруг заметила, как напряглась его челюсть.

– Старый? Она выглядит совсем новой, – неловко улыбнулась я.

– Я довольно аккуратен. Ко всему прочему подарок очень ценен для меня, и я его регулярно обновляю, – усмехнулся мужчина.

– Вот как? – протянула я, почувствовав укол ревности. Это кто для него настолько важен? – Меня очень заинтересовала эта работа. Ты мог бы узнать у того, кто сделал подарок, кто создавал эскиз?

– Лучше скажи мне, Даша, почему ты умолчала о своей фобии? – вдруг прищурился мужчина. Я гулко сглотнула, опустила взгляд и нервно пробормотала:

– Потому что прежде у меня её не было. Я не знала, что может такое произойти. Это правда.

– Но уже в аэропорту, когда ещё можно было всё отменить, ты мне соврала, – жёстко отчеканил мужчина. – Я хочу знать, почему?

Я замялась, обхватив себя за плечи, а после нехотя призналась:

– Я не хотела, чтобы из-за меня ты отказался от поездки.

– Ты решила поиграть со своей фобией, только лишь бы я показался твоему родственнику? – поднял мужчина брови в изумлении.

– Не родственнику, а врачу, который в силах помочь тебе, – недовольно отозвалась я.

– Это ещё неизвестно, в силах, или нет. Вполне возможно, что поездка была напрасной и завтра твой родственник лишь разведёт руками. Это стоило тех нервов, что ты затратила от этого перелёта?

– Да, – уверенно ответила я, вскинув подбородок. – Для меня – стоит.

– Почему? – совсем растерялся Илья.

– Потому что я хочу знать, что сделала всё, чтобы тебе помочь, – мрачно произнесла я, готовая, что сейчас мужчина засмеётся от моего пафоса. Но Илья лишь задумчиво молчал, отбросив меню, и сверля взглядом скатерть.

– Я не хочу, чтобы завтра ты присутствовала при моем разговоре с Дэном.

– Почему? – изумлённо распахнула я глаза.

– Если вердикт будет отрицательным, лучше, если ты узнаешь это от меня, – просто ответил Илья, внимательно посмотрев в моё лицо. – И это не обсуждается, – строго произнёс Илья, видя, что я готова возразить. А я поняла, насколько для него эта тема болезненная. Однажды, наслушавшись врачей, он потерял невесту. Вот и сейчас, вероятно боится, что услышав неутешительный вердикт, я испугаюсь и откажусь от него.

Переубеждать сейчас я посчитала неуместным, потому поторопилась перевести тему:

– Спасибо, что помог… – произнесла я и запнулась. – Там, в самолёте, – продолжила я и покраснела. Мужчина понаблюдал за мной некоторое время и усмехнулся, но уже куда добродушнее.

– Не благодари. Мне и самому понравилось, – улыбнулся он широко, а я покраснела сильнее. – Если честно, я и сам растерялся. Никогда прежде с подобными приступами не сталкивался, но когда-то слышал, что может помочь, если человека отвлечь чем-то более шокирующим, чем его страх. Обычно по этой причине, дают пощёчину. Бить тебя посчитал неуместным, и других вариантов, как тебя отвлечь, в голову не пришло, – признался Илья с мягкой улыбкой.

– Всё равно спасибо, – нервно пробормотала я, мимолётно порадовавшись, что ему, по крайней мере, это было не в тягость. Ну, надо же себя хоть чем-то успокоить! – И всё же, относительно мастера, который сделал рукоять к твоей трости… – начала я, стараясь отвлечься. Да и вопрос, раз уж его подняла, был для меня интересным.

– Нет, – резко оборвал Илья, посмотрев на меня строго. – Не мог бы, – я удивлённо моргнула, а мужчина виновато вздохнул. – Прости за резкость. Просто того, кто делал этот подарок, уже нет в живых. Так что информацию о настоящем мастере с точностью сказать тебе всё равно не смогу.

– Мне жаль, – виновато опустила я взгляд.

– Мне тоже, – услышала я спокойное, а после мужчина подозвал официанта.

Спустя час, неловкий момент как-то забылся, а мы общались на посторонние темы и старались смеяться не в голос. Ну ладно, это я старалась не смеяться особо громко, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, так как чувство юмора мужчины меня сильно радовало. Но с большим удовольствием отмечала, что улыбка с красивого, но всегда мрачного лица мужчины, почти не сходит, и спросила:

– Странно. Ты говорил, что мимика даётся тебе с трудом, но я не вижу, что тебе неприятно.

– Я не говорил, что мне больно, – сразу помрачнел мужчина. – Теперь нет. Но когда-то было, и за то время, чтобы её избежать, я привык просто обходиться без проявления лишних эмоций. Эта привычка сохранилась до сих пор. Вот и всё, – честно признался мужчина, а я, как дура, улыбнулась неприлично широко, услышав в его словах совсем другое: то, что со мной он забывает про эту привычку, и это было приятно.

Мы провели в ресторане ещё около часа, а после пришли к мнению, что пора расходиться, так как на двенадцать по полудню у нас назначена встреча с Дэном в его больнице.

У двери в мой номер я замялась, и, видя мою неуверенность, мужчина понимающе улыбнулся, нежно поцеловал, а после прошёл к своей двери, открыв своим ключом, и произнёс:

– Спокойной ночи, Мотылёк.

– Спокойной, – пробормотала я, скрываясь за своей дверью, после чего привалилась к ней спиной и тяжело вздохнула, тоскливо посмотрев в потолок. – Дура, – нелестно отозвалась я о себе, покачала головой, сокрушаясь своему малодушию, и вновь отправилась в ванную, где умылась и скинула с себя платье, оставшись лишь в нижнем белье. С недоумением поняла, что привычную пижаму с собой не взяла, и забралась в постель, как есть.

Спустя полчаса сон не шёл. Спустя час я по-прежнему разглядывала потолок, размышляя о том, что мужчина, вероятно, сейчас спокойно спит и не мается дурью, например такой, как лежать и проматывать в голове неприличные воспоминания из самолёта. А почему бы и нет? Во всяком случае, так решил мой мозг, подкидывая воспоминания с завидным упорством, пока я ворочалась в постели, рискуя свалиться с неё нахрен, в попытках отыскать наиболее удобное положение для сна. Чему сильно препятствовали возбуждённая грудь, и подрагивающий от томительной боли низ живота.

Меня хватило ещё на полчаса, после чего я отбросила от себя одеяло с видом, словно оно во всём виновато, а после слезла с постели, тихо подойдя к неприметной двери, разделяющей два номера.

Замерла на некоторое время, гипнотизируя ровное полотно, а после прижалась к нему ухом, пытаясь понять, спит ли мужчина. В комнате было тихо, что свидетельствовало о том, что Илья уже давно и спокойно видит сны, в отличие от меня.

Не понимая, что делаю, и отчаянно пытаясь вопить в мыслях, чтобы остановиться, тем не менее, осторожно повернула замок на ручке двери и, глубоко вздохнув, словно перед прыжком в воду, толкнула, приняв для себя, что если она окажется запертой с другой стороны, я сейчас же выброшу все глупые мысли из головы и приму ледяной душ.

Дверь бесшумно открылась…

Судорожно вздохнув и переступая с ноги на ногу, я вгляделась в тёмную комнату, различая широкую кровать и очертания человеческой фигуры под одеялом. Крепко сжав кулаки, перешагнула порог и, бесшумно ступая по ковролину босыми ногами, приблизилась к постели, на левой стороне которой неподвижно лежал мужчина. Закусив нижнюю губу, обошла постель с правой, и осторожно нырнула под одеяло. На секунду показалось, что мужчина судорожно вздохнул, а после он медленно обернулся ко мне. И в свете, что лился из окна, вглядываясь в его лицо, я поняла, что он тоже не спал всё это время.

Мы молчали, разглядывая друг друга, а после я осторожно придвинулась, заглядывая в тёмные глаза, и медленно поцеловала мужчину в тонкие губы, чтобы вскоре отстраниться, проверяя его реакцию.

– Уверена? – только и спросил Илья, медленно протягивая ко мне ладонь и стаскивая с моего плеча одеяло, словно давал возможность отказаться от своей затеи. Чувствуя, как дыхание становится прерывистым, я позволила оголить себя до талии и обвести длинными пальцами татуировку на своих рёбрах, а после придвинулась вплотную к мужчине, прижавшись к его горячей коже, и прошептала в его губы, прежде чем поцеловать:

– С тобой я снова лечу.

Почувствовала, как на мою спину опустилась широкая ладонь и вдавила в крепкое тело, а мой рот целовали с ожесточением небольшого урагана, отчего вскоре я стала задыхаться. Чуть шершавые ладони гладили по голой коже, а после ощутила, как давление бюстгальтера прекратилось, и кружево белья бескомпромиссно потянули вниз, оголяя ноющие соски и набухшую от возбуждения грудь. Застонала в требовательные губы, ощутив, как сильная рука накрыла одно из полушарий и осторожно сжала, перекатывая между пальцами твёрдый сосок, посылая по всему телу искры, словно от ударов тока. С первой груди ладонь перешла на вторую, заставив восторженно всхлипнуть, вцепившись в голые плечи мужчины ногтями.

А тонкие губы всё продолжали терзать мой рот, по-хозяйски исследуя его ловким языком. Ощутила, как часто и высоко поднимается под моими пальцами мужская грудь, и толкнула мужчину, заставив откинуться на спину. Под тёмным, возбуждённым взглядом окончательно стянула со своих рук лямки уже ненужного бюстгальтера, а после оседлала крепкий живот мужчины с тёмной порослью, что скрывалась под оттопыренной резинкой боксеров.

Не сводя с меня голодного взгляда, мужчина положил ладони на мои бёдра, ласково поднялся по ним, а после резко сжал пальцы на моих ягодицах, решительно опустив на свой возбуждённый пах, заставив потереться об него и закусить губу, чтобы не закричать в голос от удовольствия. Всё ещё сжимая одной рукой ягодицу и заставляя покачиваться вдоль всего возбуждённого члена, вторая стала подниматься выше, исследуя плоский живот, переходя на ребра. Мужчина осторожно проследил пальцами рисунок татуировки под грудью, а после вновь накрыл небольшое полушарие, с наслаждением массируя и сжимая в своей ладони. Растворяясь в ощущениях, я не заметила, как меня обхватили за шею, а после резко заставили наклониться. Опомнилась, и то ненадолго, только тогда, когда Илья почти с рыком, накрыл острый сосок губами и с силой втянул его в рот, заставив прогнуться в яркой вспышке восторга, и жалобно захныкать, чувствуя, как между ног в меня требовательно, с силой вжимается член сквозь два слоя ткани нашего белья. А сверху мужчина увлечённо и с явным наслаждением смаковал мои соски, не стесняясь пускать в ход губы, зубы и язык, смачно причмокивая и заглядывая мне в глаза, отчего внизу живота стало просто невозможно томительно жарко и больно.

Илья не врал: прелюдии он уважал не меньше самого секса, распаляя меня, как никто и никогда прежде, касаясь в таких местах, что я кусала губы в кровь, пытаясь сдерживать рвущиеся наружу мольбы о разрядке. Казалось, я могу кончить только от тёмного порочного взгляда, и вида, как влажный язык обводит сосок, оставляя блестящий след на коже.

Я уже дрожала всем телом и жалобно хныкала, когда мужчина, наконец, потянулся и резким движением порвал тонкое кружево, напрочь мокрых, трусиков. Всхлипнула, но даже не подумала возмущаться, с нетерпеливым предвкушением заглядывая в тёмно-карие глаза, что сейчас выглядели, как чёрные омуты, пока Илья мучительно медленно стал обводить пальцами полушария попки, постепенно спускаясь всё ниже и ниже, пока не коснулся истекающей смазкой и подрагивающей «киски».

Мужчина коварно улыбнулся, видя, как я затаила дыхание, обвёл кончиками пальцев мой вход, отчего я жалобно поморщилась, а после резко вогнал в меня сразу два пальца, вырывая из моей груди первый полноценный крик удовольствия.

– Восхитительно… – услышала я сквозь шум собственного пульса и громкого, тяжёлого дыхания, прежде чем во мне стали двигать пальцами.

С трудом подняла ресницы, поняв, что самостоятельно опускаюсь бёдрами на длинные, ласковые и умелые пальцы, вот только отметила, что мне этого мало. Совсем мало. Прелюдия – это, конечно, хорошо, но лучше их оставить до лучших времён, когда я буду более к ним расположена и удовлетворена.

Бросив на мужчину подо мной лукавый взгляд, прикусила губу и тихо застонала, когда Илья нащупал внутри меня заветную точку и сейчас уверенно массировал её. Я же завела руку за спину и, заглядывая мужчине в глаза, накрыла твёрдый, длинный член, выпуская его из оков белья. Достоинство мужчины с готовностью поднялось мне в руку, и с большим удовольствием отметила, как подо мной выгнулся мужчина уже от первого прикосновения. Сжала член у основания, а после качнула кулаком вверх-вниз, и с губ Ильи сорвался свистящий выдох, а всё тело напряглось и стало просто каменным.

Но своего я добилась, и всего за одну секунду вместо, пусть и умелых, но всё же лишь пальцев, меня заполнил собой мужчина одним уверенным ударом сильных бёдер, и вот тогда я уже закричала, не сдерживая себя, запрокинув голову.

– Вот так, – рыкнул мужчина, вновь толкнувшись в меня, с силой насаживая мои бёдра на свой член и застонав. – Так, покричи для меня, Даша, – попросил он, а я с готовностью выполнила просьбу, вскрикнув от очередного удара до упора и зажмурив глаза от наслаждения.

Илья взял жёсткий, быстрый темп, не забывая ласкать мою грудь, играя с сосками. Когда крики стали переходить приличия, мужчина вновь притянул меня к себе, крадя моё дыхание и заглушая громкие крики удовольствия, буквально трахая мой рот своим языком, отчего возбуждение только нарастало.

Стоило мне проявить хоть какую-то инициативу, как это моментально пресекалось болезненными щипками сосков, сжиманием кожи, вероятно, до появления синяков, а так же единовременному шлепку по ягодице. Вот только для меня самой стало большим удивлением, что подобная грубость станет мне нравиться, и вместо того, чтобы послушаться, я лишь провокационно повторяла попытки проявить самостоятельность. За что в конечном итоге поплатилась тем, что меня перекинули на спину, навалились сверху, придавив своим весом, завели руки за голову и стали удерживать, пока с ожесточением вколачивались в мои бёдра, чтобы кричать от удовольствия со мной в унисон.

Глуша наши крики в очередном суматошном поцелуе, я чувствовала, как удовольствие неминуемо подкрадывается, чтобы выстрелить во мне, рассыпая искры из глаз. С силой прогнулась в спине, сжав бёдра мужчины ногами, и содрогнулась крупной дрожью, ощущая, как из глаз потекли слёзы от силы оргазма. Ещё несколько ударов, и в мой рот хрипло застонали, чтобы излиться горячем семенем во мне. Чувствуя, как во мне подрагивает твёрдый член, меланхолично заметила, как мужчина замедлился, пока и вовсе не остановился, поднявшись надо мной на руках, посмотрел в моё лицо с каким-то благоговением. А после осторожно вышел из меня, заставив тихо всхлипнуть, и перекатился на бок, боясь придавить. Но тосковала в одиночестве я не долго, так как сильные руки почти сразу притянули меня ближе, сграбастав в тёплые объятия и положив мою голову на тяжело вздымающуюся грудь, где у меня под ухом быстро билось сердце мужчины, постепенно успокаиваясь.

Он с любовью целовал моё лицо и волосы, пока я сонно и счастливо улыбалась, а после осторожно обнял меня за плечи и крепко прижал к себе, тихо прошептав:

– Мой драгоценный Мотылёк.

После чего я поцеловала кожу под своими губами и, счастливо вздохнув, спокойно уснула.

***

Мне снился потрясающий сон. Такой томительный, волнительный, будоражащий кровь. В нем тяжёлая, немного шершавая ладонь гладила мою спину, переходя на бёдра и возвращаясь выше, плавно перетекая на живот, ребра и грудь, чтобы легонько сжать и недолго поиграть с моментально вставшими сосками. В этом сне ко мне со спины прижалось горячее, твёрдое и большое тело, а кожи на шее коснулось обжигающее, тяжёлое дыхание, перед тем, как по ней прошлись требовательными губами и тягуче облизали языком, вызывая мурашки по всему телу и сбивчивое дыхание.

Мне снилось, как к моей попке прижался твёрдый член, с влажной головкой, и потёрся вдоль развилки ягодиц, пока вторая рука любовника стала спускаться по животу ниже, дразняще погладив половые губы, прежде чем уверенным движением раздвинуть их и помассировать клитор, заставляя застонать и выгнуться, отчего член впечатался в меня сильнее.

В этом сне с шеи, горячие губы перетекли на моё ухо, прикусив мочку, отчего пальцы на ногах произвольно сжались. В этом сне одна рука спустилась ниже и стала проникать в меня, пока сзади об меня тёрлись в медленном, волнующем темпе, а вторая рука оставила мою грудь, захватив моё горло, гладя бешено бьющийся пульс и большой палец обвёл мои губы.

В этом сне я всхлипнула и тихо попросила, с молящими нотками:

– Пожалуйста…

И когда ласковые пальцы меня покинули, уступая место самому мужчине, я поражённо распахнула глаза, судорожно вздохнув и задохнувшись, от осознания, что мне ничего не снилось, и сейчас меня медленно растягивают с каждым более глубоким проникновением.

Стоило мужчине меня полностью заполнить, как мне в ухо хрипло простонали, а после обвели языком раковину уха, заставив захныкать и самой дёрнуть бёдрами, прося продолжения. В чём мне не отказали, став осторожно и медленно двигаться во мне.

Освободившаяся рука накрыла грудь, переходя с одной на другую, а ладонь на моем горле заставила обернуться, чтобы подарить глубокий поцелуй и выпить мои пока что тихие стоны.

С трудом смогла открыть глаза и утонула в тёмном внимательном взгляде, с сильно расширенным зрачком, что пристально всматривался в моё лицо. Широко улыбнулась Илье, а после сама поцеловала, притягивая его голову ближе, почувствовав, как рыкнул мужчина, и его движения изменились.

Ущипнув напоследок сосок, рука мужчины подхватила мою правую ногу под коленом, закидывая её себе на локоть, а после резко прижала её к моему животу, ускоряясь, и входя в меня членом быстрее и глубже, а тихие стоны перетекли в громкие, перемежаясь с редкими вскриками.

Не отрываясь от моего рта своими губами, осторожно сжимая моё горло, ласково гладя нежную кожу на нем, мужчина входил в меня все быстрее и быстрее, заставляя содрогаться с каждым ударом и крепко жмуриться, чтобы сдержать слёзы восторга.

– Поласкай себя, – услышала я тихое требование, но не сразу поняла её суть. А стоило понять, распахнула глаза, с изумлением и стыдом посмотрела в возбуждённое лицо, полное похоти и наслаждения. – Ну же, девочка, тебе понравится, – пообещал этот коварный обольститель, гипнотизируя меня взглядом и выбивая ударами сильных бёдер весь мой здравый смысл из головы.

Заворожено вглядываясь в карие глаза, поняла, что моя ладонь медленно спускается по телу, пока не накрывает клитор пальцами и неуверенными движениями погладила комок нервов.

– Умница, продолжай, – приободрил меня мужчина, вновь накидываясь на мой рот, чтобы успеть проглотить мой громкий крик, когда он с силой ударился в меня членом и поменял положение, в котором проникновение стало ещё более глубоким.

Обескураженная ощущениями, не обратила внимание, как стеснение и стыд оставили меня, позволяя быстрыми движениями тонких пальцев на «киске» вести меня к оргазму, в дикой смеси из удовольствия от члена глубоко во мне и нежных поглаживаний.

Почувствовав, как мышцы напрягаются, а кровь бурлит в венах, поражённо всхлипнула и испуганно посмотрела на любовника, с неуверенностью проронив:

– Илья…

– Кончай, Даша, кончай, маленькая, – улыбнулся мужчина, и этого хватило, чтобы меня пронзило в ярком удовольствии, от которого судорогой свело все тело, а я закричала в рот мужчины, прежде чем содрогнуться в крупной дрожи, отчего клацнула челюстью и шокировано распахнула глаза. Прошла секунда, прежде чем ощутила, как напрягся и вздрогнул мужчина, сильнее сжимая моё горло на несколько мгновений, а выстрелившее внутри меня тепло, казалось, лишь усилило моё удовольствие.

Успокоиться смогли только спустя много секунд, в течение которых все тело, казалось, пульсировало удовольствием. Стараясь перевести дыхание, предприняла попытку повернуться и мне её позволили.

Протяжно застонав, от ноющих мышц в теле, отстранилась немного, а после легла на живот, повернув лицо к тяжело дышащему мужчине, что сейчас лежал с закрытыми глазами и выражением полностью довольного этой жизнью человека. Но больше мне понравилась незаметная улыбка, что крылась в подрагивающих уголках губ. Не сдержалась, поднялась на руках и поцеловала тонкие губы, благодаря за подаренное блаженство. Мне ответили в ленивом, неторопливом и нежном поцелуе, гладя моё лицо и затылок.

– Ты потрясающая, – тихо признался мужчина, отстранив меня и заглянув в глаза.

– Я о тебе того же мнения, – улыбнулась я и вновь приблизилась для быстрого поцелуя, после чего посмотрела на часы и быстро выпрямилась. – Чёрт, нам уже пора собираться! – воскликнула я, посмотрев на мужчину и заметив, как он напрягся.

– Может… может, подождёшь меня здесь? – посмотрел он на меня, а затем поспешно отвёл взгляд. Удивлённо моргнула, а после что-то во мне подсказало причину его просьбы. Я осторожно дотронулась до застарелого шрама на груди, а после окинула мужчину взглядом, обнаружив ещё множество по всему телу. Заметив, как напрягся Илья, нагнулась и заглянула в его глаза:

– Ты мне нужен, – призналась я искренне. – Любой. Я не откажусь от тебя вне зависимости от того, что тебе сегодня скажут.

Мужчина посмотрел на меня с дикой смесью сомнения и надежды, и слабо улыбнулся.

– Мой Мотылёк, – хрипло произнёс он, а мне захотелось думать, что в его интонации мне почудилось что-то большее, чем простая благодарность.