Глава четырнадцатая

— Может, все-таки перекусим? — осторожно поинтересовалась Дария, когда рыдательный порыв девицы иссяк и она притихла у ректора на плече. — Заодно и план действий обсудим.

— Обед почти прошел, — согласился Эдриас. — Поесть не помешает. Думаю, для нас, — он шумно вздохнул, — троих найдется кабинет в трапезной. Что скажете, — поморщился, явно вспоминая имя, — Нежана…

Услышав имя, девица встрепенулась и, моргая, посмотрела на декана.

— Как вам угодно, господин Куртис, — выпалила она и торопливо зашагала в сторону академической трапезной.

Дария усмехнулась и поймала взгляд Эдриаса.

— Я тебя не отпущу, — прошептал он одними губами и подмигнул.

Госпожа ректор покачала головой, облизнулась и последовала за студенткой. Декан Куртис снова вздохнул и тоже потопал в нужном направлении.

Успели на обед. Еще подавали томленую свинину с овощами и кисло-сладким соусом, суп из спаржи и пироги с яблоками на десерт. Устроились в одном из преподавательских кабинетов и занялись едой. Молчали. Казалось, все важные разговоры отступили под напором обычного голода. Нежана оказалась вежливой скромницей и не заикалась о помощи, пока собеседники не поели. Собственно, ей и не с чего было проявлять нетерпение — первые страсти улеглись, главное она рассказала, а для деталей потеря времени на обед уже не имела значения.

— Итак, — взялся за дело Эдриас, когда с мясом было покончено и кабинет заполнил густой, с легкой кислинкой, запах ягодно-травяного горячего напитка, — какого рода помощи вы от меня ожидаете?

Нежана сделала глоток из своей кружки и опустила глаза.

— Королевские маги утверждают, что отвар, которым пытались отравить короля, создан в этих стенах. И чародей, который покушался на принца, описал женщину, похожую на мою маму. Сказал, она дала ему склянку. Больше ничего. Я подумала, вы наверняка знаете, кто еще умеет варить опасные отвары. Проверила бы каждого, глядишь, нашла бы зацепку. В конце концов, опытный пользователь может и внешность ненадолго изменить. Сварить все, выдать себя за Лалию Клейт, и дело в шляпе, — пожала плечами, а потом схватила Эдриаса за руку и заглянула ему в глаза: — Вы же знаете, мама всегда была нелояльна к королевской власти и для монарха она идеальный кандидат на эшафот.

Дария сжала губы. Как много она, оказывается, не знает. Ничего не слышала ни про прошлое Лалии, ни про ее нынешнего ухажера. Может, отец не зря хочет разворошить это осиное гнездо? Прищурилась и посмотрела на Эдриаса. Мужчина вырвал руку из студенческого плена, едва заметно улыбнулся и осторожно прижался ногой к ноге Дарии под столом.

— А не лучше ли вам попросить помощи у друга Лалии? — поинтересовался он у Нежаны. — Если я правильно понимаю, он не последний человек.

— Знаю, — вздохнула студентка, — и напишу ему после разговора с вами. Но, боюсь, как бы он не решил, что мама нарушила свое обещание. А она так дорожит их связью.

— Если ее казнят, связь в любом случае оборвется, — подключилась к разговору Дария, и тут же пожалела о сказанном: белокурое создание помрачнело и собралось расплакаться вновь.

— Вот что, дитя, — Эдриас строго взглянул на Нежану. — Отправляйтесь домой и пишите письмо. А я до завтра постараюсь подумать, что за зелье использовали, кто использовал и где его сварили. Можем встретиться тут за завтраком и обсудить, насколько преуспели. Устраивает такой расклад?

Девчонка покрылась румянцем.

— Да. — снова схватила Эдриаса за руку. — Спасибо, что не отказываете. Я и правда не знаю, к кому обратиться. И очень переживаю за маму. Клянусь, она точно ничего не варила.

— Я вам верю.

— Спасибо. — Нежана залпом допила напиток и поспешила выйти из-за стола. — Не смею больше отнимать ваше время.

Она кивнула Дарие, почти что расцеловала Куртиса и вышла прочь.

— Девчонке не позавидуешь, — заметила ректор, ухватывая пирог, и прикидывая, с какой стороны больше начинки. Яблоки в ней сегодня были просто замечательные. Сладкие-сладкие. Сезон урожая.

— Лалии не позавидуешь, — скорчил гримасу Эдриас. — А с учетом прошлых заслуг… — Помолчал и, поймав вопросительный взгляд Дарии, продолжил: — Она владела последней частной зельеварней и тяжело переживала, когда король отнял ее. Закончилось все тем, что нанятого ею человека подловили на порче то ли бутылей, то ли котлов для королевских зельеварен. Вот только в последний момент он отказался от своих слов и формально прижать Лалию было не с чем. Но это не значит, что королевские службы забыли о ней.

Дария улыбнулась, представляя реакцию отца. Он уж точно ничего никогда не забывал. И, вообще Лалии повезло, что среди знати полно сторонников магии и неприкосновенности собственности, иначе королю бы и отсутствие доказательств не помешало. Эдриас протянул руку и накрыл ладонью ее ладонь. Зажмурилась, отмечая, как от его тепла кровь разгоняется в жилах.

— Доедай и поедем ко мне пить чай, — прошептал он хрипло: — Не хочу терять сегодняшний шанс. Боюсь, ты остынешь, пока мы доберемся до главного.

— Согреешь меня снова, — в тон ему ответила Дария и облизнулась. Высвободила руку и погладила его по щеке. Прикосновение заставило кровь побежать еще быстрее, и желание поцеловать этого мужчину стало невыносимым.

Не решилась. Не было уверенности, что никто не помешает. Эдриас усмехнулся, чмокнул ее запястье, покачал головой и встал из-за стола.

— Пойдем, — как-то совсем просто позвал он. — Уже чувствую себя юнцом, который уговорил подружку, но не подумал, что делать дальше.

Дария хмыкнула и тоже вышла из-за стола.

— Я похожа на юную подружку? — поддразнила она.

— Да, — Эдриас осторожно взял ее за локоть и подтолкнул к выходу. — На девчушку, которая очень хочет казаться взрослой.

— Но я и есть взрослая. — возмутилась Дария.

— Я так тебя хочу, что соглашусь с любым твоим утверждением, — едва слышно прошептал он, склонившись над ухом и будоража теплым дыханием. — Спорить будем после. Ожесточенно, неистово и неутомимо.

— Если некоторым очень взрослым хватит выносливости…

— С возрастом учишься правильно распределять силы, — философски заметил Эдриас и сжал ее локоть так, что Дарие захотелось плюнуть на приличия и прильнуть к груди этого мужчины. — Как правило, — невозмутимо продолжил он, — расчет помогает не ударить в грязь лицом.

Дария собралась было отпустить еще какую-нибудь колкость о возрасте кавалера, но он будто невзначай скользнул по ее руке и стало не до шуток. Снова захотелось в крепкие объятия Эдриаса.

Прикрыла глаза, отгоняя наваждение. Сама не знает, чего душа просит, а туда же… Видимо, правы те, кто говорит о подходящем возрасте для замужества. Кажется, и она уже в нем, этом самом возрасте. Вспомнился Ларид и Дария вздохнула. В общем-то, Юлоф, наверное, не так уж плох, но совершенно не хотелось, чтобы он был единственным мужчиной в ее жизни. Спутник по-своему растолковал ее вздох. Снова сжал локоть и ускорил шаг.

Дария не помнила, как добрались до его спальни. С каждым мгновением волнение усиливалось, и в голове беспорядочно скакали разные, но в большинстве своем тревожные мысли. Правильно ли она поступает? Достаточно ли они с Эдриасом близки? Что будет после? Хороша ли она, ведь ему есть с кем сравнивать… А он, будет ли таким, как она себе вообразила? Эдриас не мешал думать, только держал за руку всю дорогу и время от времени поглаживал ее ладонь большим пальцем.

Отпустил ее, лишь когда они вошли в просторную светлую комнату на втором этаже. Господин Куртис запер дверь, скинул жакет и обнял гостью.

— Ну что, взрослая, — с улыбкой произнес он. — Если передумаешь, просто дай знать. Я все пойму.

Дария собралась было возразить ему, сказать, что она уже все решила и не пойдет на попятную, но Эдриас не дал. Нежно прихватил за шею и накрыл рот гостьи жадным поцелуем. Разрешил все сомнения одним уверенным прикосновением горячих губ и настойчивого языка.

Охотно отвечала ему. И чем больше отвечала, тем сильнее терялась в его ласках. В прикосновениях умелых рук, в воркующем шепоте и то в едва уловимом касании опытных губ, то в полных безжалостного напора поцелуях.

Сдалась. Без боя, с радостью и томительным предвкушением наслаждения. Растворилась в нежности и неведомой прежде близости с другим человеком. Утонула в его тепле, растаяла в обжигающей страсти. Забыла о себе, потерялась, чтобы вернуться и получить себя прежнюю, разве что чуть счастливее, чем час назад.

— Целую бездну дней мне не было так хорошо, — прошептал Эдриас, когда все закончилось и они вдвоем близко-близко устроились на том краю кровати, где еще осталась несмятая простынь. — Можем повторить, если хочешь…

— Ты правильно распределил силы и тебя хватит еще на раз? — отшутилась Дария и нежно поцеловала его ухо. С наслаждением втянула знакомый ореховый аромат. Лежать голой рядом с мужчиной было необычно, но очень приятно.

Эдриас крепко прихватил ее одной рукой, прижимая к себе.

— Я похож на того, кому не хватает сил?

Гостья рассмеялась, погладила его ладное тело и покачала головой.

— Непохож… Но я бы повторила завтра. Сегодня хочется понять, что же произошло.

— Ничего особенного, — Эдриас поцеловал ее в висок. — Просто мы стали чуть ближе, чем были.

Вздохнул и снова прижал ее к себе.

— Завтра так завтра, подожду. Что-то подсказывает, что наш служебный роман надолго, — поймал ее взгляд и подмигнул: — Очень бы этого хотел.

— Посмотрим, — улыбнулась Дария и бегло поцеловала его в нос. По телу разливалась приятная усталость и не хотелось ни думать, ни спорить, ни мечтать.

Эдриас покачал головой и захватил в плен ее губы. Гостья лишь крепче обняла его плечи. Казалось, может провести с ним вдвоем вечность, не больше и не меньше.

Из спальни спустились в кабинет по прямой, почти секретной лестнице. Дарию забавляла эта игра в дворцовые тайны, но Эдриасу не хотелось давать повод для лишних сплетен. О проходе знали только он и сын, и Куртис-старший мог не опасаться, что кто-то заподозрит его и гостью в чем-то, кроме желания поработать немного вне стен академии. Дария удивилась царящему здесь порядку: думала, Эдриас будет разгребать тот кавардак, что она устроила в прошлый свой визит, не меньше месяца. То ли она переоценила ущерб от заклинания, то ли любовь к порядку придала хозяину кабинета сил.

Любовник отвлек от созерцания комнаты, нежно обнял и поцеловал в макушку.

— Останешься на ужин? Мы с Энилем сегодня празднуем его посвящение в зельевары. Будет маленькое торжество.

Дария потерлась носом о рубашку на его груди.

— Если мальчишка не против…

— Я поговорил с ним после прошлого раза. Серьезно поговорил. Он будет вести себя очень прилично.

— Хорошо, — усмехнулась Дария. В конце концов, неужели она не сможет поладить с ребенком?

Эдриас довольно кивнул, привычно подхватил ее под локоть и повел в гостиную.

Дарие показалось, Эниль обрадовался ей. Даже улыбнулся как-то заговорщически, чуть ли не подмигнул. Как сообщнице. Потом она припомнила разрушения в свой прошлый визит сюда и все поняла: мальчишка увидел в подруге отца такую же хулиганку. Ей, домашней строго воспитанной девочке, это даже немного льстило. Вроде как она невзначай на один вечер оказалась в неправильной компании. Никаких последствий не будет, сегодня можно повеселиться.

— Ну что, молодой человек, — с улыбкой поинтересовалась она, когда все уселись в гостиной в ожидании приглашения к столу, — вы будете выбирать между заклинаниями и зельеварением или займетесь и тем и другим?

— Отец говорит, — юноша совсем как Эдриас тряхнул головой, и торчащий чубчик знакомо подпрыгнул задорным зайчиком, — лучше осваивать и то, и то. Потом будет выбор. К тому же Фестер рассказывал, что зельевары намного могущественнее магов заклинаний.

— Это так, — согласилась Дария, — но заклинания безопасней зелий. Если заклинание поддается через раз, то просто ничего не происходит, а если неправильно сварить зелье, можно и калекой остаться.

Эниль махнул рукой.

— Отец делает очень сложные отвары, и ничего. Значит, и я смогу. Со временем, — добавил он. Потом задумался на мгновение и выдал: — В крайнем случае за огромные деньги буду создавать приворотные зелья. Наказание за него, конечно, строгое, но варить легко и платят влюбленные дурачки неплохо. А доказать, что его сделал конкретный зельевар, не так-то просто.

Дария прикусила губу. Юноша снова, сам того не желая, выдал отцовские мысли. Посмотрела на Эдриаса. Он явно расстроился больше, чем следовало. Любовник нахмурился, и у него на лбу и между бровями проступили морщинки. Сейчас он напоминал ее рассерженного брата: еще чуть-чуть, и отпустит неприятную колкость. Поймал ее взгляд и поспешил взять себя в руки. Улыбнулся, посмотрел на сына и покачал головой.

— Пойдемте делать выбор между абрикосовым тортом и шоколадным кексом. Отдать предпочтение одной вкусности куда сложнее, чем метаться между зельеварением и заклинаниями.

Эниль улыбнулся и поднялся с места:

— Я не буду выбирать, — бодро отрапортовал он, — попробую и то, и другое.

Дария опять улыбнулась. Сейчас юноша показался ей совсем ребенком. Эдриас дождался, пока Эниль выйдет из гостиной, и, прихватив гостью за локоть, склонился к ее уху.

— Я тебя никому не отдам, — прошептал как-то непривычно горячо, даже немного театрально. — Ты мне очень нравишься. Просто голову рядом с тобой теряю.

Любовница осторожно погладила его по гладко выбритой щеке и облизнулась, раздумывая, стоит ли шутить в такой момент. Бегло поцеловала его в нос и решилась.

— Скажи, у всех взрослых мужчин такая реакция на девственниц или только у зельеваров?

— Зеленая девчонка, — он одарил ее нежным взглядом и отправился помогать сыну со сладостями.

Дария неспешно потопала за ним. Тортов и кексов не хотелось, а вот от куска хорошо приготовленного мяса она бы не отказалась.

В столовой хватало всего: и серьезных блюд, и вкусностей, и хорошей компании. Довольный Эниль шутил, уплетая один кусочек за другим, а Эдриас поддакивал сыну и нежно поглаживал коленку гостьи под столом. Дария поддерживала ни к чему не обязывающую беседу и ловила себя на мысли, что эти двое нравятся ей, причем именно так, в дуэте.

Уже после, сидя в одиночестве в карете по пути домой, — запретила Эдриасу провожать ее — она пожалела, что не согласилась на второй раз. Отчего-то казалось, что любовник расстарался бы еще больше, а ей страшно хотелось оценить его усилия. Никогда еще ей не перепадало такой теплой нежности. Нет, страсти тоже было вдоволь и она будоражила кровь и кружила голову, но его объятия после оказались куда ценнее самых изысканных ласк в момент единения.

Господин Трумель по обыкновению беседовал о чем-то с Ларидом в библиотеке. Дария улыбнулась мысли, что Юлофу не обязательно жениться на ней, чтобы жить вместе с наставником. Посмотрелась в зеркало, прикидывая, сильно ли заметны следы визита к Эдриасу, и, удовлетворенно кивнув, подошла к приоткрытой двери, чтобы поприветствовать опекуна и его гостя. Щель оказалась неширокой, ничего не разглядеть, но слышно было превосходно.

— Ваша задача, мальчик мой, — строго и серьезно вещал Трумель, — жениться и родить наследников, все остальное вас волновать не должно. Дария образованна и спокойна, для ваших целей она идеальная кандидатура. Вы же сами говорили, что ее согласие — дело времени.

— Да, но король может умереть раньше, чем… — осторожно заметил Ларид.

— Пожелаем нашему монарху долгих лет, — перебил его Трумель и, судя по звукам, направился к секретеру за выпивкой.

Дария затаила дыхание. Какие еще цели у Ларида? И зачем ему наследники именно от нее? Полно женщин куда родовитее, богаче и покладистее. Дверь скрипнула, и в библиотеке, похоже, заметили чужое присутствие. Юлоф поднялся с места и зашагал к выходу. Дария ринулась в атаку. Дернула за ручку, широко распахнула дверь и вошла. Почти столкнулась с мужчиной. Вдохнула уже знакомый жасминовый аромат с мускатными отголосками и подняла взгляд. Утонула в глазах Ларида. Серо-синих, внимательных и серьезных. Удивительно, как она раньше не замечала, насколько они хороши… Самые лучшие на свете…

— Выпьете с нами, Дария? — как сквозь сон донесся голос опекуна.

— Да, — согласилась она, не в силах оторваться от Юлофа.

— Садитесь, — Ларид осторожно положил руку ей на спину и подтолкнул в сторону стола с креслами. Чему-то довольно и загадочно улыбнулся.

Дария почувствовала вдруг, как на тело накатывает волна невесть откуда взявшегося тепла.