Глава семнадцатая

Эдриас кинул беглый взгляд на Нариоля убедиться, что парень устоит на ногах, и нырнул следом за девушкой. Пощупал место слева от входа, разыскивая привычную бутыль с зельем для магических фонарей, и тихо выругался. Полка для снадобья пустовала. Мысленно обозвал себя непредусмотрительным идиотом и прислушался. Где девчонка, трава ее подери? Затихла, как мышка…

Высунулся наружу и помахал Нариолю:

— Темно, надо зажечь фонари.

Парень слабо улыбнулся и полез в сумку на поясе. Кинул Эдриасу небольшой пузырек.

— Есть еще такой же, — то ли оправдываясь, то ли предостерегая от излишней щедрости, сообщил он.

Рецептурник кивнул и торопливо откупорил бутыль. Еще не хватало, чтобы с девчонкой в темноте случилась какая-нибудь пакость. Прошептал нужные слова и поднял над головой блуждающий огонек. Тот требовал чуть больше умения, но зато передвигался вместе с создателем. Дверь привела в тесное квадратное помещение с уходящей вниз лестницей. Эдриас вздохнул и пошел по ступенькам.

— Нежана, — позвал он негромко, — где вы?

— Здесь, внизу, — откликнулась девушка, и рецептурнику полегчало. По крайней мере пока с ней все хорошо. Не хотелось потом оправдываться перед Лалией за изувеченного в подвале ребенка.

За спиной послышались шаги: Нариоль наконец-то пришел в себя после заклинания и присоединился к остальным. Каменная лестница была крепкой, но узкой и скользкой. Эдриас держался рукой за стену и вполголоса ругался на тех, кто сделал ее слишком гладкой: казалось, если оступишься, то точно костей не соберешь. Студент за спиной, похоже, поддерживал его недовольство. В полутьме декан отчетливо слышал его бурчание.

К счастью, лестница наконец закончилась и они увидели Нежану посреди семиугольного помещения без окон, зато с двумя едва заметными, неизвестно куда ведущими дверьми. Эдриас огляделся и поморщился. Что-то в этом семиугольнике не нравилось. То ли неравные стороны, то ли углы. Нет, существовала и такая хитрая геометрия для преобразования, но этот зал выглядел каким-то несуразным, а без внешней гармонии усиления никогда не получалось. Нариоль зашептал слова, чтобы зажечь еще один огонек, но Эдриас остановил его.

— Нам нужен другой зал, — пояснил торопливо, отчего-то показалось, что студенты не доверяют ему. — Тут плохая геометрия и ничем не пахнет. Вряд ли в этих углах происходило хоть что-то.

— Пойдемте искать другой, — согласилась Нежана и направилась к ближайшей к ней двери. — Только куда?

— Предлагаю проверить оба, — подал голос Нариоль, — по очереди.

Эдриас нахмурился, пытаясь припомнить хоть один из попадавшихся раньше планов подвала, но бесполезно. В них, как назло, не было великих подробностей. А сейчас детали очень бы пригодились. Вспомнил план трубопровода и комнаты, откуда мог идти звук, и улыбнулся. Ближе остальных было непонятное помещение между зданиями факультетов рецептурников и пользователей, то самое, на которое обратила внимание Дария. Эдриас решил начать с него. Уверенности не было никакой, но действовать бессистемно не хотелось.

— Начнем отсюда, — скомандовал он, открывая ближайшую к себе дверь. Та казалась более подходящей к выбранному направлению. Нариоль и Нежана без споров последовали за ним.

В узком душном коридоре едва слышно пахло мятой. Эдриас снова довольно улыбнулся: этот запах всегда сопровождал создание любого зелья. Мятой благоухала основа. Даже если зельевар заготовил ее заранее, чтобы работать дальше, жидкость следовало вскипятить, и запаха было не избежать. Оставалось только разобраться, что именно добавляли в основу в той далекой комнате.

Ускорил шаг. Руки чесались ощупать как следует весь подвальный инвентарь: котел, палочки, бутыли. Вряд ли черный зельевар оставил там серьезные следы, но по косвенным признакам можно будет прикинуть круг любителей ночного пения.

Коридор казался бесконечным. Эдриас понимал: он не длиннее расстояния между корпусами, но идти было так неуютно, что в голову невольно лезли всякие мысли о шутках с пространством. Казалось, потолок вот-вот упадет на голову, а шершавый камень стен будто собирался раздавить незадачливых визитеров. Пройденное расстояние никак не приближало к цели. С каждым шагом терялись задор и силы, а в какой-то момент даже закрались сомнения: не вернуться ли и совершить вторую попытку более подготовленным, но декан продолжил путь. Не хотелось, чтобы студенты видели его слабость.

Дверь появилась неожиданно. Издалека казалось, их ждет очередной поворот, а ближе стало заметно узкое полотно из светлого дерева с почти невидимой кованой ручкой. Эдриас дернул за холодный металл, и дверь со скрипом поддалась. Все трое один за одним вошли в девятиугольный зал без окон.

Здесь было чисто. Слишком чисто для места, где творили зелья, и Эдриас не верил в этот порядок. Нос отчетливо улавливал запах мяты, горькой аплунии и яблок, привычных отголосков после варки зелий. И пустота открытых полок стоящих вдоль стен шкафов не могла обмануть обоняние опытного рецептурника.

— Замели следы с помощью заклинания? — осторожно поинтересовался стоящий рядом Нариоль и тряхнул белобрысой шевелюрой.

— Думаю, да, — кивнул Эдриас. Оглянулся на студентов и воодушевляюще махнул рукой: — Есть предложение. Задержимся немного здесь и посмотрим, какие секреты прячут за дверцами эти шкафы.

Молодые люди закивали и направились в разные стороны, декан Куртис зажег еще огонек и занялся ближайшей мебелью. Распахнул дверцы и наткнулся на выставленные в ряд квадратные пустые бутыли. Взял один в руку и протянул на свет. Посуда явно была непростой: чуть выше общепринятых емкостей для зелий, такого толстого стекла, что попавший на стенки луч магического огонька плутал там, как в лабиринте. Отражался от одной грани, чтобы тут же столкнуться с другой. Под светом магических фонарей стекло постепенно меняло оттенок, наливалось зеленью и теряло прозрачность.

— Точь-в-точь как были у отца. — выпалила Нежана, увидев находку. Поймала взгляд Эдриаса, покраснела и испуганно осеклась.

Задумалась, глубоко вдохнула и торопливо добавила:

— Мама отдала их кому-то… Когда сошлась с господином Рудолом.

— Кому? — поинтересовался Эдриас. Прекрасно понимал: бутыли для зелий — удовольствие дорогое и вполне могут переходить из рук в руки.

— Не помню.

— А разве не бывает похожих? — заступился за подругу Нариоль.

— Да, но эти уж больно хороши. — декан снова посмотрел бутыли на свет и пообещал: — Попрошу Рудола поинтересоваться их судьбой. Лалия должна помнить, кому сделала такой дорогой подарок, — отвлекся от созерцания стекла и оглядел студентов: — Что в других шкафах?

Ребята тут же вернулись к поискам.

— У меня ничего, — отозвалась Нежана, порыскав на соседних полках.

— И у меня, — проговорил Нариоль.

— Точно? — Эдриас подошел сначала к белокурому созданию, а следом к ее ухажеру.

Полки в шкафах и впрямь пустовали. Декан Куртис почесал подбородок, раздумывая. С помощью заклинания нельзя было убраться частично, или уходили все следы, или все оставалось на своих местах, и он не слышал об исключениях. Конечно, существовала возможность, что применили зелье, о котором рецептурник не знал, и в этом случае уборка могла получиться неполной. Значит, стоит поискать что-нибудь в незаметном месте. За шкафами, например.

Эдриас посмотрел на Нариоля и улыбнулся.

— Давайте сделаем небольшую перестановку.

Взялся за ближайший из шкафов, и студент тут же подхватил его с другой стороны. Мебель двигалась на удивление легко, довольные мужчины быстро справились с тремя ближайшими конструкциями, правда, безрезультатно. Под ними ничего не оказалось. Эдриас усмехнулся и направился на другую сторону. Раз уж растревожили курятник, надо дожать его окончательно.

Показалось, что из-за очередного шкафа немного сквозит. Декан отогнал глупые мысли, вероятно, телу просто надоела духота, вот и мерещится столь желанная прохлада. Подал знак Нариолю. Они взялись за гладкие стенки и подвинули и этого деревянного монстра.

За шкафом открылась ведущая в очередной темный коридор арка. Узкая и низкая: пройти можно было только по одному и по меньшей мере преклонив голову. Эдриас нырнул в нее и, убедившись, что в коридоре попросторнее, поманил студентов за собой.

— Прогулка, полная сюрпризов, — усмехнулся он.

— Главное, чтобы нас не закрыли в этом славном месте, — подала голос Нежана.

Спутники нырнули в коридор следом и попытались пойти рядом, но потом отстали на шаг. Проход хоть и был широким, троих плечом к плечу не вмещал. Эдриас вглядывался в полутьму и никак не мог сообразить, где они находятся: в тусклом свете магических огней не замечал ни надписей, ни знаков, только темный, явно мокрый камень и зеленоватую взвесь в воздухе. Пахло плесенью и сыростью, еще чувствовались мятные отголоски, но с каждым шагом все слабее. От влаги пробирало холодом и сердце ухало от мыслей, что, вероятно, именно эту часть подвала подтопляет во время сильных дождей.

— Интересно, куда ведет проход? — почти прошептал Нариоль.

— Скоро узнаем, — пожал плечами Эдриас, коридор сужался, расстояние между полом и потолком уменьшалось и становилось немного не по себе. Зато отступил холод и пропала зелень из воздуха.

Куртис прошептал слова, выбирая последние капли из бутыля и усиливая магический огонь. Показалось, пол под ногами превращается в болотную жижу и ботинки того и гляди увязнут в нем. От света ощущение отпускало, зато накатывал страх от наползающего на голову потолка. Хотелось поинтересоваться у топающих за спиной студентов, как у них дела, но стыдно было показывать им свой страх.

— Пойдемте быстрей, — как-то чересчур бодро призвала Нежана, — мне здесь не нравится. Кажется, вот-вот все зальет вода, а мы утонем, как крысы.

— Сильных дождей еще не было, — призвал на помощь логику Эдриас, хотя мысль о крысах отчего-то показалась ему до неприличия разумной. — Затапливать не должно.

— Тише. — перебил их Нариоль. — Я что-то слышу.

Все замолчали. Откуда-то издалека и чуть сверху доносились голоса. Сколько именно, не разобрать. Женщины, мужчины, они говорили что-то, не давая друг другу закончить мысль, и слова терялись в этом многоголосье, оставалось лишь месиво далеких беспорядочных звуков.

Эдриас ускорился. Понимал головой, что ничего не происходит, но находиться в этом коридоре было невыносимо. Спутники, словно ждали, с радостью поспешили за ним. Спотыкаясь, держась за руки и сохраняя молчание.

Коридор закончился винтовой лестницей наверх. Декан Куртис оглянулся проверить, где студенты, и смело зашагал по скользким ступенькам. «Только бы было открыто», — звенело у него в голове и молоточком стучало по вискам. Последнее, чего хотелось — это еще раз идти по противному коридору.

Лестница оказалась короче, чем рассчитывал. Этажа полтора, не больше. Выходила на маленькую, едва хватало места для одного, квадратную площадку прямо перед узкой низкой дверью. Эдриас ухмыльнулся — сколько сегодня он уже открыл этих дверей — и дернул за ручку. Подалась легко. Рецептурник перешагнул через порог и оказался в кладовке. По обеим стенам были полки с бумагой, чернилами, коробки с бутылями, печатями и перьями. В довершение картины прямо под ногами красовалось ведро с явно грязной тряпкой.

Дверь с другой стороны открылась, и в кладовку заглянул прекрасно знакомый мужчина. Он, еще не понимая, что происходит, дежурно кивнул Эдриасу, а потом нахмурился, потер глаза и по-козлиному тряхнул головой.

— Госпожа председатель у себя? — ехидно поинтересовался гость, прежде чем секретарь Мадрии окончательно поверил в его реальность.

— Только освободилась после заседания совета, — прошептал мужчина и, кажется, собрался с мыслями. — А как вы сюда попали? Все трое.

Эдриас оглянулся, убедился, что двери в подвал уже не видно, и махнул рукой.

— Долгая история… Я к госпоже Ворт, а ребята пусть подождут в приемной.

— Хорошо, — кивнул секретарь.

Отошел от двери, выпуская визитеров из кладовки. Эдриас погасил блуждающий огонек и еле сдержал смешок: на свету превосходно читалось, насколько удивлен помощник Мадрии. Он хмурился и настороженно косился то на декана, то на студентов. Подошел к столу и вопреки этикету налил воды себе, а не гостям, и выпил залпом. Запер кладовку, виновато улыбнулся и посмотрел на Нежану с кавалером.

— Присаживайтесь, молодые люди, — предложил уже почти буднично. Вероятно, вода вернула ему самообладание.

Эдриас кивнул, постучал для порядка и открыл дверь в кабинет Мадрии. Бывшая любовница отвлеклась от бумаг и строго взглянула на визитера. Он привычным жестом щелкнул замком, чтобы никто не смог прервать разговор, и приблизился к столу. Втянул носом знакомый цветочный аромат ее духов и усмехнулся.

— Я тут прогулялся немного по кладовке у тебя в приемной, — начал без лишних предисловий. Отчего-то казалось, что сможет угадать, лжет ли Мадрия или говорит правду, — и хочу задать несколько вопросов.

— Спросить ты можешь все, что душе угодно, — подмигнула бывшая. — Только в нашей кладовке ничего, кроме бумаги и чернил, нет. Так что получить ответы ты…

— Очень рассчитываю, — перебил ее таким тоном, что и сам насторожился.

Мадрия нахмурилась. Ее темные брови сошлись в линию, вишневые глаза потемнели, а вокруг рта проступили морщины. Сейчас она напоминала ему вредную преподавательницу, которая специально терроризирует студентов на занятиях. Эдриас ухмыльнулся. Много раз слышал, что председателя побаиваются другие члены попечительского совета, и только сейчас начал догадываться почему. Решимости и норова у этой дамы было с избытком.

— Говори, — процедила она.

Декан Куртис обезоруживающе улыбнулся и сел на краешек стола. Хотелось дать ей понять: он не подчиненный и бояться не намерен.

— Ты знала, куда ведет проход?

— Какой проход? Ты нашел в кладовке крысиный лаз?

— Что-то вроде этого, — закивал Эдриас и поймал взгляд темных глаз: — для больших таких крыс. Зельеварообразных…

— Первый раз слышу, — покачала головой Мадрия. — В кладовку, знаешь ли, чаще заглядывает мой секретарь. А теперь и меня тоже интересует, что понадобилось там тебе?

— Не паясничай. Отвечай.

— Хочешь получить ответы, задай понятные вопросы.

Декан Куртис прошил бывшую взглядом. Лжет или нет? Неясно. Напоить бы ее зельем разговорчивости и продолжить расспросы. Может, не стоило так спешить с выяснением? Глупец. Только все испортил. Спугнул бестию. Вздохнул и ринулся в бой. Раз все равно терять нечего, вполне позволительно применить запрещенный прием.

— Супруг Лалии, господин Рудол, знаешь такого? — вкрадчиво начал он и мысленно порадовался, когда Мадрия поморщилась. Еще бы. Жесткий и непримиримый борец с магией в одной постели с приличным зельеваром не нравился никому.

— Знаю.

— Так вот, он сказал, что покушение совершили с помощью зелья с обезличенной основой, — Эдриас приложил кулак к подбородку, изображая раздумья. — Подозреваю, с моей основой. Рудол пока этого не знает и вряд ли свяжет зелье со мной, если я сам не проболтаюсь. Хотя он умен и все может быть…

— Над тобой нависли неприятности, — бывшая приподняла левую бровь и усмехнулась.

— Над нами, дорогая, над нами. Располагаю доказательствами, что именно ты испортила охранное заклинание моего кабинета и помогла убийцам короля добраться до основы.

— Чушь. — отмахнулась Мадрия. — Я не маг, как, по-твоему, я убрала защиту?

— С помощью сока кивларии. — выпалил Эдриас и победно уставился на бывшую. Собственно, ошибиться было невозможно, другого способа просто не существовало, но Мадрия могла об этом и не знать. Наклонился к женщине и уставился в глаза. — Я отдам тебя властям сразу же, как запахнет жареным. У тебя один выход — помочь мне найти убийцу.

— Ненормальный, — вздохнула Мадрия и поднялась из-за стола. — Мы не дознаватели, никого мы не найдем.

— И все-таки…

— Спрашивай. Мне и рассказывать особо нечего. Кроме разлитого по твоему кабинету сока за мной никаких провинностей.

Она подошла к ближайшему к столу шкафу, достала бутылку с янтарной жидкостью и два низких пухлых бокала. Эдриас покачал головой: есть ли в академии хоть кто-нибудь, у кого нет выпивки в шкафу? Не зельевары, а сборище собутыльников. Приятная, трава подери, компания. Мадрия молча разлила жидкость по бокалам и протянула один бывшему. Вздохнула и пригубила.

— Алюд попросил меня. Сказал, собирается затеять шутку на маскараде, а у тебя самая удачная основа. Я не соглашалась сперва. Мне нравилось быть с тобой и я не хотела, чтобы потом случайно вскрылась правда.

— Что же тебя заставило? — Эдриас с наслаждением втянул исходящий из бокала аромат прелых яблок. Сделал глоток, и жидкость слегка обожгла язык, а следом согрела горло. Возможно, завтра будет болеть голова, но сегодня думать об этом не хотелось.

— Я потратила немного академических денег на личные нужды. Никто бы не узнал, если бы не по ошибке попавший в руки Алюда счет. Эта скотина угрожала предать мои траты огласке. Я бы лишилась должности. А ты не хуже меня знаешь, как она для меня важна.

Эдриас пожевал губу. Мадрии вечно не хватало денег, и остаться без работы, тем более без такой хлебной, было бы катастрофой.

— А с проходом что? — вернулся он к первому вопросу. — С тем, который между подвалом и кладовкой.

— Ничего, — бывшая пожала плечами и осушила свой бокал. — На плане этого выхода нет, но я знала о нем, потому что пару раз видела темные сгустки в углу кладовки. Портал, похоже, был запечатан той же магией, что и остальные. Зайти туда никто и не пытался. Но раз ты узнал о нем, то, полагаю, ты открыл какой-то другой вход в подвал.

Эдриас собрался сказать «да», но в приемной послышался шум, и слова так и застряли в горле. Мадрия кинула на визитера встревоженный взгляд и поспешила к двери.