ГЛАВА 12

Хок никогда не думал, что однажды расхожую фразу «Ломать — не строить» он мастерски воплотит в жизнь собственноручно.

Всего за несколько часов они с Агни умудрились раскурочить корабль голлиан изнутри до такой степени, что можно было подумать, будто по нему прошёлся отряд вандалов.

Резать и склеивать детали будущего аэростата Хок и Агни решили в двух самых длинных коридорах звездолёта. Очень удобно, что аэропластерол был многослойным^ из одного куска при расслаивании получалось порядка тридцати одинаковых выкроек, которые они нумеровали и складывали в разных отсеках, чтобы при сборке не тратить лишнего времени на поиски необходимых деталей.

В пищеблоке нашлись приличные запасы сухпайков и консервов, благодаря которым на корабле можно было спокойно просидеть почти месяц, чего, естественно, они делать не собирались. Поэтому работали быстро и слаженно, устраивая поочерёдно перерывы для приёма пищи и сна всего на пару часов, а всё остальное время поддерживали себя в тонусе с помощью стимуляторов, позволяющих организму работать на пределе его возможностей.

К ночи второго дня у Хока с Агни были готовы две половинки стратостата, после склейки которых воздушный шар можно было заполнять гелием. Необходимости в испытании конструкции не было, потому что специальный клей с наночастицами создавал абсолютно герметичный шов, по прочности не уступающий целому материалу, а повторная обработка каждого стыка лайнексом не давали ни единого шанса гелию на утечку.

Запуск стратостата они запланировали на утро, бережно занеся его в ангар с пиккером и протянув туда же шланг для заполнения шара газом.

Тщательно всё перепроверив, Хок с Агни упаковали винчестеры, а также необходимую для их подключения к флэтпаду гарнитуру в капсулу, и, закрепив на её крыше трос стратостата, наконец, позволили себе отдохнуть.

Агни расслабленно развалилась в кресле пиккера и, пока Хок копошился с рюкзаками, укомплектовывая их водой и едой, рыжая мгновенно вырубилась, тихо посапывая и склонив к плечу голову.

Во сне она обманчиво казалась ужасно трогательной и беззащитной, а потому, когда через несколько минут она начала сначала бессвязно мычать, а потом закричала, Хок порывисто обнял её, мягко прижимаясь губами к её вмиг взмокшему лбу.

Дохлятине часто снились кошмары. Какие именно, Хок никогда у неё не спрашивал. Это не имело значения. В такие моменты он просто крепко кутал Лэнси в тепло своих рук и ласково нашёптывал в её макушку: «Всё хорошо, мой Кузнечик. Я рядом!»

Слова, такие нежные и давно забытые, бессознательно сорвались с губ, и в груди Хока болезненно потянуло от самого воспоминания о девочке с глазами цвета сольвейта, такой родной и беззащитной. Рядом с ней Хок всегда чувствовал себя сильным, способным свернуть горы.

Агни в его защите не нуждалась. Он понял это сразу, как только она распахнула свои глаза, и в их ярко-синей глубине бесследно растворился еще секунду назад мучающий её страх.

— Ты меня что, кузнечиком назвал? — удивлённо щурясь, поинтересовалась она.

— Тебе показалось, — солгал Хок, не желая озвучивать Агни причину, по которой он это сделал. Воспоминания о Дохлятине всегда выводили его из равновесия, и говорить о ней парень не желал даже с рыжей. — Ты кричала во сне. Я пытался тебя успокоить.

— Лакс… — Агни накрыла ладонью лицо и устало выдохнула: — Кажется, эта планета мне теперь будет сниться каждую ночь.

— Пройдёт время, и ты всё забудешь.

Попытка Хока утешить Агни оказалась неудачной, потому что она резко повернула голову и жёстко отчеканила:

— Никогда! Никогда не забуду! Потому что не хочу забывать!

Хок понял, о чём она. Но он ни в коем случае не имел в виду Пончика и погибшую команду. Такое не забывается.

— Я о монстрах, а не о ребятах…

Агни упрямо поджала губы и невидящим взглядом уставилась в одну точку на приборной панели капсулы.

— Я виновата… — горько сообщила она. — Не надо было соглашаться на эту операцию и брать сюда с собой тебя и Кинга. Это всё моя гордыня и тщеславие! Хотела быстро заработать репутацию и деньги.

— Деньги?

— Они обещали хорошо заплатить, — призналась Хоку рыжая. — Тогда я и поняла, что это задание несанкционированно штабом.

— Почему сразу мне всё не рассказала? — разозлился на неё Хок.

— Потому что ты был бы против, — уверенно и не отводя взгляда, ответила она, вновь удивляя тем, насколько хорошо успела изучить его характер.

Он не просто был бы против, а еще и стал бы её отговаривать и несомненно нашёл бы для этого убедительные аргументы. Предполагая это, рыжая и пошла на хитрость: просто скрыла правду, эгоистично оставив право окончательного решения за собой.

— И чего ты добилась? — холодно уточнил он, уже не собираясь щадить чувства подруги. — Угробила команду, да и наши собственные жизни теперь на волосок от гибели!

— Не я их сюда посылала! — огрызнулась рыжая. — Со мной или без меня, они всё равно сюда бы прилетели!

— Пончик полез сюда из-за тебя! — рыкнул Хок. — И я здесь тоже ради тебя!

— Я оставила тебя на корабле! Не хотела, чтобы ты в это вмешивался! — выкрикнула в своё оправдание она.

— И ты действительно веришь, что я мог бы безучастно ждать твоего возвращения, зная, что тебе грозит смертельная опасность?!

Агни широко распахнула глаза, и вдруг, бессильно обмякнув, уткнулась лбом в плечо Хока, разом нивелируя всю его злость и обиду на неё.

— Прости меня… Клянусь, что больше никогда не пойду на неоправданный риск

и не поставлю собственные амбиции выше нашей дружбы! Мы ведь всё ещё друзья?

Глядя на неё, Хок хотел сказать, что она для него намного больше, чем просто друг, вот только нужно ли было ей сейчас это признание? Да и что он вообще мог ей дать, кроме своей преданности и веры в неё? Правильнее было оставить всё так как есть, и Хок принял для себя это решение так же единолично, как это несколько дней назад сделала Агни.

— Мы всегда будем друзьями, — с улыбкой ответил ей он. — Обещай, что никогда больше не станешь забывать об этом!

— Обещаю, — так доверительно и непривычно женственно прижимаясь к груди Хока, шепнула Агни, замирая в его объятиях.

И это был, пожалуй, самый большой жест доверия с её стороны: позволение видеть миг её слабости и сомнений. Хок был стопроцентно уверен — такой Агни Паркер больше никто и никогда не увидит, а она точно знала, что он никому об этом не расскажет.

Они проспали, тесно прижимаясь друг к другу, несколько часов, прежде чем звук механического таймера разбудил их своим щёлканьем, мгновенно выметая из головы сонливость и настраивая на воинственный лад.

Шанс покинуть Вейгар был лишь один, и растрачивать его впустую ни Хок, ни Агни были не намерены.

Ещё накануне вечером они по пунктам расписали едва ли не посекундный план своих действий, потому что на его осуществление у них были только те полчаса, в пределах которых действовало парализующее местных тварей излучение.

Клинкеты ворот ангара Агни открыла за несколько минут до начала его воздействия, точно зная, что если рядом с кораблём и находились какие-то существа, то они уже поспешили спрятаться.

Не дожидаясь помощи Агни, Хок проверил натяжение синтетического троса, удерживающего пиккер, а потом открутил вентиль на шланге, через который в шар должен был поступать гелий, и направился в отсек, где хранились цистерны с газом.

Дальше Агни могла справиться сама. Пока Хок с помощью механического клапана и приборов регулировал объём и скорость подаваемого в стратостат газа, она равномерно расправляла стропы медленно заполняющейся гелием оболочки шара, контролируя его плавный подъем в воздух через открытые ворота ангара.

Когда необходимое для поднятия спасательной капсулы количество газа было выпущено, Хок закрыл вентиль и помчался к Агни.

Она уже успела отсоединить от основной конструкции аэростата рукав шланга и, приложив ко лбу козырьком ладонь, запрокинула голову, вглядывалась в сизый туман, расцвеченный радужным сиянием, в котором терялся созданный ими шар. Прикреплённый к нему пиккер висел в полуметре от пола, удерживаемый лишь якорным тросом, и от самого этого вида в душе Хока плескалось какое-то безудержное чувство радости.

Невероятно! У них с Агни получилось!

— Лезь внутрь! — крикнул девушке Хок, открывая дверь пиккера и прицепляясь страховочным фалом лонгдака к поручням в самой кабине. — Я сам отшвартую капсулу.

Агни молча уселась внутрь аппарата, пристёгиваясь к креслу, а как только кивнула, давая Хоку отмашку тот отвязал якорный трос и с помощью лонгдака втянул себя в пиккер, герметично закрывая за собой дверь.

Восхождение протекало настолько медленно и устойчиво, что едва ощущалось. Через пять минут капсулу, согласно показаниям барографа, подняло на два километра, и Хок с Агни одновременно переглянулись, испытывая невероятное облегчение от того, что им всё-таки удалось покинуть эту жуткую планету.

Через оптические визоры было отлично видно, что по мере расширения гелия внутри стратостата его форма трансформируется из длинной вытянутой капли в тугую округлую. И когда через полтора часа шар достиг высоты 30 километров, Хок и Агни практически одновременно потянулись к штурвалам.

Никогда еще Хок не испытывал такого удовольствия от звуков одного за другим срабатывающих датчиков, созерцания разноцветных огней работающих электронных приборов и гула включившихся двигателей.

Но как бы им ни хотелось быстрее вернуться на базу, оставалось еще одно незавершенное дело, невыполнение которого ставило под угрозу их дальнейшую жизнь.

И Хок, и Агни прекрасно понимали, что их капсулу наверняка уже засекли радары орбитальной базы, а значит, как только стратостат поднимет пиккер вверх еще на пару-тройку километров, командир звездолета будет пытаться выйти с ними на связь, будучи абсолютно уверенным, что на такой высоте она работает.

Времени было в обрез и действовать следовало предельно быстро. Включив свой флэтпад, Хок подсоединил к нему прихваченные с Вейгара винчестеры, жалея лишь о том, что не знает голлианского и не может ускорить процесс взлома, помогая в работе Агни.

Впрочем, рыжая на адреналине и сама прекрасно справилась с этой задачей, и, когда голопроектор флэтпада стал транслировать координатную сетку секторов Вселенной и обозначенную на ней планету, Хок, не раздумывая, начал копировать нужную информацию сразу в несколько своих облачных хранилищ.

На полученных файлах он установил таймеры отсрочки их рассылки по заранее продуманным адресам: межгалактического антикоррупционного бюро, межгалактического сообщества по контролю за преступлениями против рас и комитета, занимающегося контролем правомерности действий штаба КОГ при администрации президента.

— Я скопировал всю самую важную информацию голлиан. Можешь форматировать накопители.

Хок метнул взгляд в Агни, сосредоточенно вчитывающуюся в строчки непонятных знаков и символов, а не заметив у нее никакой реакции, толкнул плечом:

— Эй. Ты уснула, что ли? Что там?..

— Данные образцов грунта, взятого с поверхности ВФД Р70137.

— ВФД… — поморщился Хок. — Голлиане так назвали найденную планету?

— Эта аббревиатура означает теоретическую разновидность экзопланеты земного типа, — кивнула Агни, — практически полностью состоящую из углерода. Представляешь? От низких температур и других способствующих условий углерод на ней кристаллизовался, и теперь ВФД Р70137 представляет собой…

— Огромный неограненный бриллиант размером со звезду, — ошалело закончил за рыжую Хок. — Охренеть. Так вот из-за чего весь сыр-бор. Даже если те, кто нас послал на Вейгар, вывезут с найденной голлианами планеты булыжник размером с голову, им этого хватит на всю оставшуюся жизнь.

В этот момент сработал зуммер аппарата связи пиккера, и Агни, вздрогнув, тревожно уставилась на Хока.

— Уничтожай всю информацию и мой флэтпад. Я отвечу, — отозвался он.

Намеренно выведя из строя видеосвязь, чтобы никто не мог увидеть, чем сейчас занята рыжая, Хок включил микрофоны, а затем очень спокойно произнес:

— Легионер пятого корпуса семьсот сорок девятой части Звездного Легиона Хок Бернс, номер жетона восемь три восемь пять.

— Бернс. — радостно прогремел из динамиков голос капитана Кранца. — Поверить не могу. Это действительно ты?

— Так точно, капитан.

— Ты что, там один? — осторожно уточнил мужчина.

— Никак нет. Нас на пиккере двое. Со мной руководитель группы Агни Паркер. Остальные члены ее команды погибли.

Возникла короткая многозначительная пауза, а затем Кранц приглушенно выдохнул:

— Мне жаль.

Хок склонен был верить, что это действительно так, поскольку капитан сам был дрэйкером, но на этом, пожалуй, все его сочувствие кончалось, ведь жалость на хлеб не намажешь, а за Вейгар Кранцу должны были заплатить. И хорошо заплатить в случае успеха.

— А что с заданием? — тут же подтвердил догадки Хока мужчина. — Вам удалось забрать с "Приориума" жесткие диски?

Хок взглянул на Агни, которая кивком головы дала понять, что удалила всю информацию, и уверенно ответил:

— Да, они у нас.

Интересно, Кранцу тоже навешали лапшу про мифический "Приориум", или он таким образом пробивал почву и пытался понять, как далеко в своих догадках насчет сбитого корабля голлиан зашли Агни и Хок?

— Отлично, — пробасил дрэйкер. — Высылаю за вами спасательную капсулу.

— Не надо, — отозвался Хок. — Наша в полном порядке. Все приборы работают в обычном режиме. Сейчас отстрелим трос стратостата и вернемся на базу.

— И все же мы вас подстрахуем, — не повелся на эту уловку капитан, и как только с ним прервалась связь, Хок бросил Агни:

— Уничтожай флэтпад.

Рыжая мигом забросила гаджет в дезинтегратор мусора, а потом нажала на кнопку, спуская его измельченное в пыль содержимое в стратосферу, уже не опасаясь, что подозрительный звук может быть услышан Кранцем.

Дождавшись, когда Хок отключит сцепное устройство, отсоединив стратостат от капсулы, Агни несколько секунд помолчала, а потом спросила:

— Как думаешь, нас сразу где-нибудь закроют или после того, как обнаружат, что "винты" пустые?

— Думаю, сразу, — поделился своими соображениями Хок. — Скорее всего, нам заботливо предложат где-то отдохнуть, а под предлогом, дабы никто не беспокоил — запрут. Главное, чтобы не порознь.

— Надо что-то придумать, чтобы остаться вместе, — сверкнула глазами Агни.

— Может, притворишься раненой? — предложил Хок. — А я тебя понесу…

— У меня видимых повреждений нет, — возразила Агни. — Не поверят.

— С Кранцем ведь только я разговаривал. Я скажу, что ты еще на Вейгаре головой сильно ударилась и потеряла сознание. Понесу тебя в медотсек… Там нас и запрут. Что скажешь?

— Стремно, но можно попробовать, — поморщилась рыжая и, репетируя в преддверии показательного выступления, откинулась на спинку кресла, изобразив из себя обморочную барышню. — Ну как? — приоткрыла один глаз она.

— Очень убедительно, — усмехнулся Хок, направляя капсулу к орбитальной базе, с которой навстречу их пиккеру уже вылетели сопровождающие.

* * *

Их с Агни хитрость сработала. Ее природная белизна кожи вполне сошла за нездоровую бледность, а учитывая, что после Вейгара они оба были грязными и знатно потрепанными, никому из членов экипажа не пришло в голову подумать, что неподдельная тревога Хока за раненую подругу — это всего лишь спектакль. Ну, а поскольку винчестеры голлиан Кранца интересовали намного больше состояния курсантов-легионеров, то их спокойно оставили в медотсеке, естественно, не забыв его предусмотрительно закрыть.

Это Хок понял сразу, как только в коридоре, удаляясь от отсека, стихли шаги и на двери загорелась характерная синяя подсветка.

Рыжая мгновенно поднялась с кушетки, стянула с себя скафандр и, презрительно глянув на объективы камер слежения, пошла умываться.

Набрав из кулера воды, Хок вдоволь напился, а затем сел напротив входа в ожидании возвращения Кранца.

Для того чтобы определить объем информации, хранящейся на жестких дисках, много времени не надо. И как только капитан поймет, что винчестеры голлиан пустые — тут же примчится в медотсек.

Присевшая рядом с Хоком Агни поспорила, что это произойдет через пять минут, но Кранц вернулся через семь, видимо, уже успев доложить о ситуации "заказчику".

Тяжелый взгляд капитана переместился с Агни на Хока, и жесткий вопрос повис в наполняющемся эманациями злости воздухе:

— Где винчестеры?

— А чем вас не устраивают те, что мы раздобыли на "Приориуме"? — рыжая изобразила жестом воображаемые кавычки и ядовито ухмыльнулась Кранцу.

— Всем, — угрожающе шагнул вперед мужчина и повторил свой вопрос: — Где настоящие диски?

— Они и есть настоящие, — ответил Хок. — Правда, слегка… отформатированные. А вас, наверное, очень интересует информация, которая на них хранилась?

Капитан замер и настороженно прищурился, уже въезжая в ситуацию:

— И где эта информация?

— Здесь. — легонько постучала пальцем по своему лбу Агни. — И здесь, — указала уже на голову Хока она. — И сразу предупреждаю, что идея выбить ее из нас — очень плохая. Если через шесть часов мы с Хоком не вернемся в корпус Легиона, досье о сбитом вами корабле голлиан и несанкционированной операции на Вейгаре отправится во все занимающиеся подобными преступлениями ведомства КОГ. Вас за это четвертуют, капитан.

Со сбитым рейдером рыжая, похоже, попала в точку, пробив брешь в железобетонной уверенности Кранца. Он заметно сглотнул и упрямо рыкнул:

— Ты блефуешь.

Резко спрыгнув с кушетки, Агни вдруг ринулась мужчине навстречу, впиваясь в его лицо пылающим гневом взглядом:

— Там, на Вейгаре, на моих глазах жуткие твари сожрали почти всю мою команду, а мне не откусили голову только потому, что зубы напавшего на меня монстра застряли в шлеме. Для того, чтобы я могла сюда вернуться, Кингу пришлось взорвать себя. И грохот этого взрыва до сих пор стоит у меня в ушах. Я похожа на человека, который блефует? Хотите от меня избавиться? Вперед. Но помните, что я всех вас заберу с собой. Мне терять нечего.

Слегка стушевавшись от ее яростного напора, Кранц отступил и хмуро поинтересовался:

— Чего ты хочешь?

— Я не буду с тобой это обсуждать. — выплюнула рыжая. — Ты — пешка, а мне нужен ферзь. И если ему так необходима информация с "винтов" голлиан, я жду его через шесть часов в четвертом корпусе Звездного Легиона. А теперь включай двигатели и вези меня домой. Время пошло.

Несколько мгновений Кранц исподлобья сверлил Агни мрачным пронизывающим взглядом, затем резко развернулся и вышел вон из отсека, оставив его дверь открытой.

Не прошло и двух минут, как повсюду замигали световые индикаторы, и бортовой компьютер звездолета сообщил о том, что двигатели запущены и корабль готов к полету.

Прислонившись спиной к стене, Агни устало посмотрела на Хока, и он, понимая ее без слов, согласно кивнул:

— Да, ты права… Войну мы с тобой пока еще не выиграли.

Битва за свободу и жизнь только начиналась. Страшнее туманной планеты и ее жутких монстров, оказывается, были люди. Циничные, хладнокровные, жадные до наживы и не брезгующие ради нее никакими средствами. Что для них значит человеческая жизнь, когда на кону стоят миллиардные прибыли?

Балансируя на грани блефа, Хок и Агни точно знали, что один неверный шаг будет стоить им жизни. И все же на встречу с заинтересованным в деле Вейгара лицом они рассчитывали хотя бы потому, что он, в случае утечки информации, терял абсолютно все — власть, статус, авторитет и свободу.

У дрэйкеров же, кроме их жизни, в данный момент всецело принадлежащей легиону, не было ничего. И пока оборотень в погонах из штаба КОГ не минимизирует риски, связанные с разоблачением его незаконной деятельности, устранять Агни и Хока он не станет. А вот поговорить захочет, поскольку наверняка уверен, что все в этой Вселенной покупается и продается. Надо только договориться о взаимовыгодной цене.

Именно на то, что заказчик придет с ними торговаться, Хок с Агни и надеялись, раз Кранц после разговора с заказчиком не выбросил их в открытый космос, а предусмотрительно доставил обратно в Легион. Правда, не совсем туда, куда Агни и Хок ожидали.

На пропускном пункте их встречали. И отнюдь не командир роты, а два офицера из высшего военного состава легиона, которые вместо казармы повели их в один из административных корпусов и закрыли в пустом кабинете.

Прошло минут пятнадцать, прежде чем замок щелкнул, и в комнату вошел высокий представительный мужчина в штатском. Темные очки скрывали его глаза и не давали возможности хорошо рассмотреть лицо, но даже так было понятно, что незнакомцу лет сорок-сорок пять и, судя по выправке, он военный, скрывающий за гражданской одеждой свой высокий чин.

Хотя Хок предполагал, что этот человек лишь верхушка айсберга и стоит за ним кто-то покруче и посолидней, чьего имени они с Агни не узнают никогда.

— Вы хотели меня видеть? — нагло поинтересовался мужчина, в ответ получив не менее наглый отпор рыжей:

— Лично я предпочла бы вообще не знать о вашем существовании, но раз уж вы приехали, мы, так и быть, выслушаем ваше предложение. Только советую поторопиться, потому что у вас осталось от силы минут сорок, прежде чем все тайное станет явным.

От подобного нахрапа опешил даже Хок. Умела Агни нарываться и наживать себе врагов.

Мужик выдержал минутную паузу, а затем обронил:

— Так сколько вы хотите за молчание?

— То есть координаты алмазной планеты вас уже не интересуют? — вопросом на вопрос ответила она, давая понять, насколько в курсе ситуации.

— Безусловно, эту информацию мы бы тоже хотели получить, — кашлянув в кулак, поправился незнакомец. — И готовы щедро отблагодарить вас за нее.

Хок невесело усмехнулся:

— Прикопав где-нибудь в пустыне или лесу? Да ваша щедрость просто не знает границ.

— Я понимаю, вы хотите получить действенные гарантии своей безопасности, — посмотрел на него мужчина. — Но нам тоже не нужны какие-либо проблемы. Поэтому я здесь и готов к диалогу, чтобы мы могли прийти к консенсусу. Я многое могу. Могу обеспечить вам продвижение по службе, могу предоставить новые документы и другую жизнь, могу озолотить…

— А оживить дрэйкеров, которые погибли на Вейгаре из-за вас, можете? — высоко вскинула бровь рыжая.

— Послушайте, — теряя терпение и показное спокойствие, рыкнул мужчина, — дрэйкеры умирают каждый день. Такая у вас работа.

— Они умирают, чтобы спасти нуждающихся в помощи людей, — встрял Хок, — а не вашу шкуру. И уж точно не за то, чтобы подобные вам могли набить карманы алмазами и упиваться собственной властью.

— Наивные максималисты. Вам кажется, что вы можете изменить мир, искоренить вселенское зло и воздать всем по заслугам? Все, чего вы добьетесь, слив информацию по Вейгару в комитеты штаба КОГ, так это того, что вас просто уберут как ключевых свидетелей.

— КОГ — это как-то мелко. Берите выше, простите, не знаю, как к вам обращаться, — язвительно улыбнулась незнакомцу Агни. — Информацию о сбитой по вашему приказу экспедиции голлиан прежде всего узнают в Лиге Независимых Галактик. Как думаете, какая будет реакция у самой воинственной расы в содружестве? У них, насколько я знаю, смертная казнь — привычное явление. И если они потребуют головы виновных, вам сам президент КОГ не поможет.

— Для начала докажите мою причастность к этому делу. У вас ничего нет на меня, молодые люди.

— Зато есть у Кранца. — возразила рыжая. — Или, думаете, капитан независимого дрэйкерского расчета настолько глуп, чтобы не перестраховаться перед тем, как пустить в расход звездолет голлиан? Отдуваться за всех в случае неприятностей Кранц не будет. Хотя вы всегда можете убрать и его тоже. Дрэйкеры ведь дохнут каждый день. Не так ли? — едко поинтересовалась она.

— Именно так. — ничуть не устыдился мужчина. — Поэтому выбирайте, что для вас предпочтительнее: быть благоразумными или мертвыми? Кранц все равно не знает конечного звена в иерархической цепочке организаторов этой операции. Исчезнет он и тот, с кем он связывался напрямую — и никто ничего не докажет. Ну, а вас в таком случае можно будет убрать прямо сейчас, пока вы еще никому не наговорили лишнего. Конечно, если вы не передумаете и не отдадите мне информацию, которую забрали с рейдера голлиан. Безусловно, в обмен на необходимые вам гарантии. Так как, будем сотрудничать или умирать?

— Они еще слишком молоды, чтобы умирать, полковник Сикх. — густой мужской бас, словно звук контрафагота, ворвался в кабинет вместе с его фантастически харизматичным обладателем.

Переведя взгляд с нервно дернувшегося мужчины на Хока и Агни, начальник штаба Звездного Легиона адмирал Фергюссон спокойно добавил:

— Думаю, эти ребята еще повоюют. А вот ваша карьера, полковник, похоже, подошла к концу. Вы арестованы. Уведите его, — приказал он вошедшим следом за ним офицерам конвоя.

— По какому праву, адмирал? — вспылил Сикх.

— О ваших правах вам расскажут в военной прокуратуре, полковник, — пересеченная полоской шрама бровь Фергюссона изломанно взлетела вверх, придавая его лицу какое-то угрожающее и хищное выражение. — И о субординации тоже, — намекая на то, что старше по званию, ухмыльнулся он.

— Вы за это ответите. — нервничая и негодуя, прошипел полковник.

— Несомненно. Но только после вас, — невозмутимо ответил ему адмирал и, дождавшись, когда полковника уведут, подошел к Хоку и Агни, протягивая им ладонь для рукопожатия. — Ну что, будем знакомы? Спасибо за службу, ребятки.

Агни растерянно ответила на приветствие, а затем перевела недоуменный взгляд на Хока:

— Ты что, переслал ему файлы? — кивнула она на Фергюссона.

— Думаю, я должен вам кое-что объяснить, — не дал открыть рот Хоку адмирал, и жестом пригласил ребят присесть, намекая на то, что разговор будет долгим.

Примостив пятые точки на рабочей поверхности стола, Хок с Агни сложили на груди руки и хмуро уставились на самого главного в Звездном Легионе человека, даже не зная, чего от него ожидать.

О Нике Фергюссоне среди дрэйкеров ходили легенды, и он пользовался непререкаемым авторитетом не только в самом Легионе, но и у президента КОГ. Подозревать адмирала в причастности к истории с Вейгаром просто не хотелось.

— Прежде всего хочу попросить у вас прощения за то, что использовали вас вслепую, — вздохнул мужчина, виновато поджав губы. — Но это был единственный шанс вывести на чистую воду всю преступную шайку, начиная от мелких исполнителей и заканчивая высокопоставленными руководителями.

Агни с Хоком переглянулись, и Фергюссон понимающе кивнул и продолжил:

— Дело в том, что и первую, и вторую группы, отправленные на Вейгар, формировали в штабе КОГ на основании запрошенных у нас личных дел. Но отобрали там только молодых курсантов, напрочь проигнорировав матерых дрэйкеров, в послужном списке которых несколько десятков сложнейших спасательных операций. Подсунуть кого-то своего под видом новичка не получилось, потому что Кранц бы обязательно его узнал.

Когда первая группа не вернулась с задания и пришел запрос на вторую, капитан Лерой принес мне ваши личные дела и сказал: "Эти выберутся даже из преисподней, да еще и гаджет у дьявола сопрут" Мы немного подчистили ваши файлы, убрав из них сведения о том, что вы хакеры и гении, и в штабе клюнули на приманку, взяв вас в команду.

— А если бы мы не вернулись? — мрачно зыркнула исподлобья на адмирала Агни.

— Но вы же вернулись, — спокойно выдержал ее взгляд Фергюссон. — Значит, Лерой в вас не ошибся.

Агни громко скрипнула зубами, и адмирал сурово пробасил:

— Не смотри на меня так, девочка. Думаешь, мне не жаль погибших легионеров? Если бы я мог, то остановил бы это раньше. Но приказы не обсуждаются, и, несмотря на мое звание, я тоже вынужден им подчиняться — нравятся они мне или нет. Я и так прыгнул выше собственной головы, вступив в открытое противостояние с командованием штаба КОГ.

— И что дальше? — нахмурился Хок. — Что теперь будет с нами, с Кранцем, Сикхом и другими?..

— Кранц и его команда задержаны и уже дают показания. Чтобы до них не добрался кто-то из их высокопоставленных сообщников, мы на время расследования оставим их в Легионе. Сикх расколется быстро и сдаст всех остальных. Такие, как правило, только за собственную шкуру и трясутся. Ну, а вы… Расскажете правду и предъявите комиссии в качестве доказательства украденную у голлиан информацию. Когда все закончится, легион собирается представить вас к наградам…

— Засуньте их себе знаете куда? — вспыхнула Агни, вскакивая с места.

— Сядь. — гаркнул на нее адмирал. — Такими наградами не разбрасываются. Потому что это не бабские украшения, и не способ потешить чувство собственной важности перед другими. Это память. Вечное напоминание о тех, кто уже никогда не станет рядом с тобой в строй. Видишь это? — Фергюссон ткнул пальцем себе в грудь, и Хок с Агни непонимающе уставились на значок, какой давали всем легионерам за количество совершенных стратосферных прыжков с парашютом.

В арсенале каждого уважающего себя дрэйкера таких прыжков было около сотни, а на значке адмирала стояла цифра три, что наверняка служило поводом для насмешек.

— Что, думаете, я за всю свою жизнь всего три раза из пиккера с парашютом выпрыгивал? — иронично поинтересовался Фергюссон у притихших Хока и Агни. — Просто именно эти три раза я покидал уже сбитые и горящие звездолеты. У меня много наград. И несмотря на то, что все они получены заслуженно, я ношу на груди, не снимая, только этот значок. Потому что я тогда выжил, а мои друзья погибли. Понимаете?

В глубине светло-карих глаз заматеревшего вояки, битого жизнью, на миг вспыхнуло обнажающее его потаенные чувства тоскливое сожаление, но через секунду на Хока и Ани вновь смотрел невозмутимо-спокойный, как каменная глыба, боевой адмирал, распространяя вокруг себя ауру силы, спокойствия и власти.

— Ну а теперь о самом главном и неприятном, молодежь, — тяжело вздохнул мужчина, и в углах его сурово сомкнутых губ залегли горькие складки. — Информация, которой вы владеете, способна не только воздать по заслугам мерзавцам, но и причинить огромные неприятности всей конфедерации в целом. Если голлиане узнают, при каких обстоятельствах пропал рейдер их разведэкспедиции, разразится скандал вселенского масштаба.

Я не в праве на вас давить и приму любое ваше решение, а также буду защищать до последнего перед всеми. Но понимая, насколько серьезными могут быть последствия обнародования подробностей этого дела, прошу вас хорошо подумать, прежде чем что-то предпринять. Мир между КОГ и Лигой Независимых Галактик сейчас зависит от вашего решения. Из-за Вейгара может разразиться вооруженный конфликт. И тогда с одной и другой стороны погибнет множество солдат — сильных, красивых, молодых ребят. Таких же, как и вы… Вы — дрэйкеры. И давали присягу, обязуясь защищать жизнь во Вселенной даже ценой собственной. Это не просто слова. Никогда не забывайте об этом.

Поднявшись с места, Фергюссон направился к выходу, давая понять Хоку и Агни, что разговор окончен, и они могут возвращаться в расположение своей роты.

— Адмирал, — окликнул его у самых дверей Хок. — Вы не одолжите мне на время свой флэтпад?

Мужчина небрежно повел плечом и, вытащив из чехла гаджет, снял его с блокировки и протянул Хоку:

— Да, конечно. Держи.

По мере того, как Хок быстро и сосредоточенно удалял всю информацию по Вейгару из своих облачных хранилищ, адмирал пристально наблюдал за его работой. Но когда тот вернул ему флэтпад и сообщил: "Теперь все, что мы украли с серверов голлиан, находится в вашем устройстве. Вам решать, что с этим делать", задумчиво уставился на еще не погасший экран.

— Вы не совсем правильно меня поняли, — вновь заговорил Фергюссон. — Вы можете изменить свою жизнь. Правительство КОГ согласится на любые ваши требования в обмен на эту информацию.

— Мы памятью друзей не торгуем. — угрюмо буркнула Агни.

— И все же вы заслужили право просить для себя особых привилегий. Учитывая обстоятельства — это честно. — возразил адмирал. — Поверьте, для высокопоставленных чиновников КОГ это ничего не будет стоить. Подумайте над моими словами.

— Мы пришли в Легион не ради привилегий, а потому, что мечтали о межгалактических полетах, — заговорил Хок.

— Но вы и так будете летать, — не дал ему закончить мужчина. — Это очевидно, что вами уже сейчас можно укомплектовывать готовый дрэйкерский экипаж…

— Вот и отлично. — воскликнула Агни. — Утверждаете, что мы заслуживаем большего? Дайте нам с Хоком право самим формировать свой расчет. Нам большего не надо. Остальное мы заработаем сами.

— Хорошо, — ответил Фергюссон, — будет вам свой расчет. Может, что-то еще?..

— Да, — спохватилась Агни, засовывая руку в карман и вытаскивая оттуда жетон Кинга. — Я хочу, чтобы номер нашего расчета был только таким, — указала она взглядом на выгравированные там цифры, — семь один девять восемь. И прошу сохранить за нами пожизненное право числиться в базе Легиона именно так.

Адмирал мягко улыбнулся и согласно кивнул:

— Сделаем.

Открыв дверь, он переступил порог, собираясь уйти, но вдруг обернулся и тихо произнес:

— Я горжусь вами. Обещаю, что найду способ сделать так, чтобы на том, из-за чего погиб ваш друг, ни у кого не получилось нажиться. А теперь возвращайтесь в казарму и отдыхайте. Я прикажу предоставить вам неделю отпуска.

Оставшись в тишине и одиночестве, Хок и Агни молчаливо смотрели друг на друга, еще не веря, что все закончилось.

— Как думаешь, мы все сделали правильно? — шепнула рыжая, и в глазах ее Хок впервые заметил не наглую самоуверенность, а мучительное сомнение.

Хок не мог однозначно ответить на ее вопрос, потому что сам ни в чем был не уверен.

— Одно я знаю точно, — грустно усмехнулся он. — Пончику бы понравилось, что расчет назван в его честь.

— Я подумала, что так он всегда будет с нами.

Агни тихо вздохнула, и Хок вдруг решился спросить ее о том, что его мучило с самого Вейгара:

— Между вами что-то было?..

В синих глазах рыжей отразилось недоумение, и она возмущенно нахмурилась:

— Нет… С чего ты это взял?

— Просто… тот поцелуй… — замялся Хок.

— Ты что, ничего не понял? — удивленно замерла она. — Думаешь, я не видела, что нравлюсь ему? Или полагаешь, Кинг не знал, что всегда будет для меня только другом? Я просто подарила умирающему мужчине светлый миг счастья, в надежде на то, что в последнюю минуту своей жизни он будет вспоминать не атакующих его монстров, а мой поцелуй.

— Прости… — покаянно выдохнул Хок. — Я не хотел тебя обидеть.

— Да не обидел ты меня. Скорее… удивил. Обещаю, если мне кто-то понравится — ты узнаешь об этом первым.

Хок скептично фыркнул, выражая свое отношение к подобной перспективе, а потом обнял рыжую за плечи, увлекая за собой к выходу:

— Пойдем в казарму. Спать хочу — умираю. Не понимаю, как ты еще держишься?

Громко зевнув, Агни толкнула Хока локтем в бок и вяло возмутилась:

— И вот зачем ты это сказал? Сейчас усну по дороге, и придется тебе меня нести.

— Ничего. Подобный опыт у меня уже имеется.

— Знаешь, о чем думаю? — вдруг сменила тему она. — Классное у тебя имя — Хок. Не надо и позывной другой придумывать, когда нам дадут свой расчет. А я вот себе ничего стоящего подобрать не могу. Все какая-то ерунда в голову приходит…

— Саламандра, — предложил подруге Хок. — Коротко можно Сал. Как тебе такой позывной?

Рыжая азартно сверкнула глазами так, что сразу стало понятно — идея Хока ей не просто понравилась.

— Почему Саламандра? — улыбнулась она.

— Потому что она огненная, — щелкнул рыжую по носу Хок. — А глядя на тебя, других ассоциаций не возникает.

— Саламандра… — мягко перекатывая свое новое прозвище на языке, на выдохе произнесла Агни, а потом звонко чмокнула Хока в щеку. — Круто. Мне нравится. Спасибо.

* * *

Почти крам Хок и Агни беспробудно проспали, буквально отключившись от всех внешних раздражителей и звуков. Как потом оказалось, в этом была заслуга Лероя, заставившего всю роту ходить на цыпочках, пока они отдыхали.

На момент пробуждения ребят капитан обнаружился сидящим на соседней койке, словно сутки напролет находился там безвылазно и терпеливо ждал своего часа.

Открыв глаза, Хок вдруг с удивлением понял, насколько рад видеть этого доставучего ублюдка, ежедневно всем выносящего мозг то ли для своего удовольствия, то ли от скуки.

— Рыжая, подъем. — ехидно заявил мужчина, заметив, что Агни, приоткрыв один глаз, тут же его закрыла.

— Обломитесь, капитан, — сонно пробурчала она, мгновенно поворачиваясь к Лерою спиной. — У нас индульгенция от адмирала Фергюссона. Мы в отпуске.

— Да?.. — в голосе мужчины почувствовалась насмешка, и Хок с тревогой проследил за движением его руки, вытащившей из внутреннего кармана куртки какой-то конверт. — Ну, как знаете… А я думал, вы жаждете получить летные сертификаты, — шурша бумагой и выволакивая оттуда два куска пластика, нагло похлопал ими по ладони он.

Сон Агни и Хока мгновенно как рукой сняло, и, подскочив на кроватях, они одновременно потянулись к Лерою, выхватывая у него свои документы.

— Командир расчета семь один девять восемь Агни Паркер… — удовлетворенно прочитала рыжая вслух свою должность, указанную в сертификате, и Хок, с улыбкой всматриваясь в свою карточку, в унисон Агни произнес:

— Штурман расчета семь один девять восемь Хок Бернс.

— Поздравляю, — довольно усмехнулся Лерой, поднимаясь с места.

— И когда?.. — заерзала на пятой точке Агни, пожирая капитана горящим нетерпением взором. — Когда мы можем приступить к своим обязанностям?

— Как только закончится ваш отпуск, — пожал плечами Лерой. — Через неделю.

— Через неделю? — в один голос воскликнули Агни и Хок.

— А нельзя раньше? — уточнила рыжая. — Зачем нам неделя отпуска? Что мы неделю здесь делать будем?

— Вот. — многозначительно поднял вверх указательный палец капитан. — Я Фергюссону тоже об этом говорил. Вы же за это время от безделья весь Легион по камешку разнесете. Какая, на хрен, неделя? Так что поднимайте свои задницы с коек и готовьтесь к инструктажу. Рейдер вам, конечно, выделили не самой последней сборки, но и не изломок какой-нибудь.

Хок и Агни мгновенно стали натягивать на себя легионерские комбинезоны, а наблюдающий за их скорыми сборами Лерой вдруг тихо обронил:

— У меня тут для вас еще один подарок имеется…

Включив свой флэтпад, капитан с усмешкой протянул его Хоку, и тот, прочитав главную новость межгалактического масштаба, потрясенно протянул гаджет Агни.

Сенсацией дня, оказывается, стало обнаружение удивительной планеты в созвездии Гарпии, поверхность которой практически полностью состояла из углерода, за что находке мгновенно дали название Даймонд. Но самое удивительное было не в этом, а в том, что на планету одновременно предъявили свои права несколько десятков астрофизических сообществ из разных галактик.

И если никто в межгалактическом союзе не понимал, как Даймонд одновременно могли обнаружить астрофизики с совершенно разных планет, то Хок и Агни совершенно ясно осознавали, кто разослал эту информацию в виде спама по всей Вселенной.

Фергюссон сдержал свое обещание, адекватно ответив зарвавшимся мерзавцам-чиновникам из штаба КОГ за смерть своих солдат. Тяжбы и суды вокруг спорных планет обычно длились десятилетиями, и пока права на Даймонд официально не будут узаконены и оформлены, ни один звездолет не опустится на ее поверхность и не сможет начать добычу алмазов.