Двадцать восьмое юнэля. На закате (14)

Кайра

Всё-таки стратег из меня так себе. Первая же встреча с Кентаном показала, что наша война вышла на новый виток. Вокруг меня скручивался почти осязаемый тёмный ураган ненависти, столь яростной и концентрированной, что от соприкосновения с ней пропал аппетит.

— Эй, Заширо?тый! Подвинься! Чего встал на проходе? — плечом пихнул его Блайнер-Местр и протиснулся мимо нас обоих поближе к раздаче.

Хотя далеко не ушёл. Нарочно остановился ровно за спиной Кентана и замер в полубоевой стойке — руки расслабленные, на лице ленивая ухмылочка, но я-то хорошо знала цену такой вальяжной позе. За моей спиной, на полшага позади, остановился принц. Я напряглась, готовая отражать атаку, однако она не последовала.

— Нобларина Боллар, — надсадно заговорил Кентан, видимо, голосовые связки ещё не восстановились окончательно. — Декан потребовал клятву не мстить вам, и я был вынужден её дать. Интересно, как же вы умудряетесь пользоваться особым расположением сразу стольких мужчин? Такая уникальная девушка… — хрипло хохотнул он. — Удивительно, что ваши сёстры на вас совершенно не похожи. Такие милые и беззащитные… Обязательно познакомлюсь с одной из них поближе.

Страх прошёлся по коже металлическими щётками. У меня перехватило дыхание, и в душе поднялась настоящая буря. Как он смеет угрожать моим сёстрам?!

— Не трогайте мою семью!

— А разве вы в чём-то виноваты, чтобы я трогал вашу семью? — нарочито издевательским тоном спросил он. — Я всего лишь хочу лично познакомиться с одной из ваших сестричек. Говорят, что остальные — настоящие красотки и милейшие нобларины, и только вы — исключение.

— Хватит. Это уже оскорбление, — вмешался Трезан. — И угрожать беззащитным девушкам, не имеющим никакого отношения к вашим разборкам…

Кентан перебил:

— А я и не угрожаю, — он растянул губы в тошнотворно самодовольной улыбке и подмигнул мне, пока я в ужасе пыталась просчитать, как и кому именно он может навредить. — Очень странная реакция. Заставляет меня задуматься: вдруг мне действительно есть за что мстить вам, нобларина Боллар.

Горящий ненавистью взор Кентана прожигал насквозь и рождал в душе столь же горячий отклик. Почувствовав, что мы близки к тому, чтобы сцепиться прямо посреди столовой, Трезан ухватил меня за локоть и оттащил в сторону.

— Думаешь, он опустится до такого? — с сомнением протянул принц, поглядывая на компанию прихвостней Кентана и его самого, зыркающего на меня исподлобья.

— Опустится, — убитым голосом ответила я.

— Сомневаюсь. Твои сёстры здесь ни при чём…

— Ты просто не знаешь, на что он способен! — отчаянно выдохнула я. — Он подкинул мне несколько колб с синилькой в день перед боем! А я просто хотела отомстить!

Принц секунду переваривал информацию.

— Если он действительно способен на такую низость… Кайра, не знаю, чем ты изволила думать, но тебе нужно остановиться! Неужели ты считала, что он просто утрётся и забудет?

— Ничем я не изволила думать! — зашипела я. — Просто не хотела, чтобы ему сошло с рук то, что он сделал!

— Доказательства есть? — деловито спросил принц, задумчиво ухватившись за кончик косы.

— Только сами колбы. Кто их кидал, я не видела. Как-то не до того было, пока я их ловила, знаешь ли! — процедила я, злясь, конечно, не на принца, а на себя.

— Ты повела себя глупо! — наконец вынес вердикт он. — Если бы ты сообщила об атаке, его бы проверили и просто так этого не оставили. У тебя было бы моральное преимущество, Кайра. А сейчас ты просто выглядишь мстительной сукой, которая зашила рот обездвиженному парню, лежащему на больничной койке. Сводить счёты нужно по-умному!

— Какой бы ни была месть, он всё равно не успокоится теперь!

— Теперь да! Тебе нужно было рассказать мне! — возмутился принц. — Мы бы придумали что-нибудь вместе.

— Я не хотела втягивать тебя в эти разборки.

— Я уже втянут... Кайра, так нельзя. Если ты не сделаешь выводы из этой ситуации, то так и будешь цеплять на себя неприятности. Я понимаю твоё желание отомстить и даже нахожу твою выходку забавной. Но она незрелая. Ты подмочила собственную репутацию и обрела в лице Кентана пожизненного врага. Раз уж так сложилось, тебе нужно было сказать о колбах прямо перед боем или сразу после него. Тогда победа была бы оглушительной, а он выглядел бы абсолютнейшей мразью. А теперь он будет мстить... и я даже не знаю, как это остановить.

— Не говори ерунды, как я ни поступила бы, он всё равно не отстал бы. Если бы я объявила о колбах перед боем и обвинила его, он настаивал бы на том, что ничего не делал. Возможно, сам действительно не делал. Это мог быть Фоль или кто-то ещё!

— Хм. Ты права. Пожалуй, поговорю с Кентаном и посмотрю, что можно предпринять. По крайней мере, потребую, чтобы он не лез к твоим сёстрам.

— Спасибо. Трезан, я не понимаю… — я нервно сжала кулаки, кинув взгляд на давних врагов, а затем снова перевела его на принца. — Они с Фолем издевались надо мной годами! Дразнили, обзывали, распускали слухи, портили конспекты, мешали на экзаменах, подкидывали мерзости в сумку и даже в комнату, но плохая всё равно я?!

— Ты не жаловалась. Об их подлых поступках знали лишь некоторые. А о том, что сделала ты, теперь знают все. Вернее, все знают, что доказательств нет, но всё равно уверены в твоей виновности. В глазах многих это — пинок лежачего. Хотя признаю?: многих повеселила твоя месть. И что уж скрывать, моя газетная заметка тоже.

Я вымученно улыбнулась. Заметка действительно получилась очень едкая и саркастичная, вероятно, Кентан бесится ещё и из-за неё. Он же не знает, кто именно автор.

— Я так понимаю, о работе во дворце можно теперь забыть…

Принц смутился и растрепал кончик косы, которую держал.

— Отец сказал, что ты пока не готова к такой должности, и это решение было принято до того, как я узнал о заширо?тости Кентана. Она лишь подтвердит мнение отца. Извини.

— Не стоит! Я знаю, что ты пытался помочь, и очень это ценю. Мне нужно было действовать умнее.

— Ты не злишься?

— Нет. Теперь мне действительно лучше получить распределение к Разлому. Поближе к сёстрам. Убедиться, что с ними всё будет в порядке и я не навлекла на них беду своим безрассудством.

— Попробуй поговорить со своим зятем. По словам отца, он — хороший командор. А тебе обязан будет помочь в любом случае.

— Я сломала ему нос при последней встрече и ещё не разговаривала с Аделью после того, как она вышла замуж, — тихо призналась я.

Принц насмешливо закатил глаза:

— И почему я не удивлён? Ладно нос… могу представить, что он тебя спровоцировал. Дышал неправильно, моргнул не вовремя, выглядел как типичный Блайнер… в общем, сам виноват. Однако сестру можно было поздравить хотя бы с избавлением от проклятия, — заключил Трезан.

Я сложила руки на груди и сердито посмотрела на него. Первым порывом захотела развернуться и уйти, потому что это не его дело, но пересилила себя и пояснила:

— Я очень люблю Адель, и поэтому мне было сложно принять её выбор. Поначалу я очень сильно злилась и не стала говорить вообще ничего. Побоялась ляпнуть что-нибудь такое, что обидело бы её по-настоящему сильно.

— Молчание тоже могло её обидеть, — резонно заметил принц.

— Да, ты прав. Мне пора взрослеть и принимать тот факт, что мир — не такой, каким я его вижу. Совсем не такой.

— К счастью, да. Ты видишь всё в гораздо более мрачном свете, чем есть, нобларина злючка-колючка.

Я лишь фыркнула в ответ.

Совет принца был понятен, дипломатичен и хорош, правда, требовалось время, чтобы его принять. Вся моя суть восставала против затеи идти на поклон к Блайнеру, и я решила для начала поговорить с сестрой.

Младшенькие, Лира и Уна, писали, что Адель очень счастлива, а сам командор выглядит заботливым и искренним. Вот только как доверять их мнению, если у Лиры всё всегда прекрасно и замечательно, а Уна вбила себе в голову, что он поступил романтично и героически спас сестру чуть ли не от позорной смерти в канаве?

У меня на этот счёт было совсем другое мнение.

Командор Блайнер старше и гораздо опытнее сестры. Наверняка он всё подстроил так, чтобы охмурить её. Адель — настоящая красавица, при этом нежная, заботливая и мягкая. За такую девушку вышла бы натуральная драка, если бы не проклятие. А этот хитрый Блайнер просто воспользовался ситуацией. Соблазнил сестру, а потом заставил держать это в тайне от семьи.

Остальных сестрёнок просто очаровал и подкупил — близняшки писали, что Адель дарила им платья, обувь и водила в театр. Меня тоже звали, но я отказалась развлекаться и одеваться на деньги Блайнеров.

Брат до сих пор не пришёл в себя после поступка Адель, и мне было его искренне жаль.

В общем, сплочённая некогда семья разделилась, и в этом я тоже винила Блайнера. Не сестру же!

Уже выходя из столовой, я поймала на себе очередной прожигающий ненавистью взгляд Кентана.

Нет, этот паршивец теперь точно не оставит меня в покое. К счастью, до окончания обучения оставалось всего ничего — лишь восемь ночей.

И вот стоило ли ему мстить?