Глава 6

Благо не в том, чтобы жизнь была долгой, а в том, как ею распорядиться: может случится, да и случается нередко, что живущий долго проживает мало. (Луций Анней Сенека) «Как я позволила этому случиться? Я, потомственная ведьма, дочь генерала… позволила себя раздеть и целовать. Богиня, дай твоей дочери силы пережить всё, что я должна совершить сегодня», – Дарая закрыла глаза ладонями, опускаясь на край кровати. Решение было принято – отчаянное, необратимое. Сегодня она летит в столицу Империи Драконов, чтобы стать официальной невестой дракона, палача своего народа, виновника гибели отца и братьев. Или… правильнее сказать, что она летит, чтобы стать палачом императора? Может, она не права? Может, нужен иной план, а не слепое подчинение обстоятельствам? – Разберусь на месте. Составлять планы – не моя сильная черта, – сквозь зубы прошептала Дарая и вышла из комнаты, уже одетая для дороги. На ней было тёмное теплое платье – не такое роскошное, как того требовали законы ковена, но она ведь и едет не на собрание сестёр. Она летит на приём к императору драконов, и для него – сойдёт. У выхода из замка, где собрались проводить её слуги, Дарая набросила на плечи меховую накидку, сделала шаг – и застыла, широко раскрыв глаза. Перед ней, купаясь в лучах утреннего солнца, стоял огромный чёрный дракон. Его чешуя отливала глубинным блеском оникса, каждая пластинка будто была отполирована до зеркального сияния. Огромные изумрудные глаза с вертикальными зрачками наблюдали за девушкой, впитывая каждое её движение, каждую перемену в лице. Казалось, в этом взгляде читался одобрительный прищур – дракону, видимо, нравились её немой восторг и потрясение от встреченной красоты. «Интересно, он специально так принарядился, или всегда выглядит столь безупречно?» Сделав неуверенный шаг вперёд, Дарая увидела, как дракон плавно опустился на передние лапы, склонил голову и протянул к ней левую лапу, подобно трапу. Девушка никогда не садилась на дракона и понятия не имела, куда и как нужно взбираться, чтобы не свалиться с высоты. – Госпожа, позвольте помочь, – рядом оказался молодой солдат, камердинер Дерика, как вспомнила Дарая. Кивнув, она выслушала краткий инструктаж: куда сесть, за что держаться, как сохранять равновесие. – В общих чертах понятно. Благодарю, – Дарая отпустила юношу кивком и, подобрав подол, ступила на огромную лапу. Чешуя была твёрдой и теплой под ступнями и пусть на ней легкие балетки, она чувствует этот жар. Тут же она осознала, что её никто не предупредил о необходимости широкой юбки или, что куда практичнее, брюк. Придётся сидеть, свесив ноги на одну сторону, как на скакуне. «Что ж, сорвусь – и проблем у богини поубавится». Устроившись, куда указали, и, вцепившись одной рукой в гребень из чешуй (каждая – с её ладонь), что тянулся по хребту, Дарая помахала свободной рукой собравшимся у замка. Этот жест был нужен и им, и ей самой – толика поддержки, выкованная из последних сил. В тот миг, когда Дарая переступила порог, в груди дракона будто остановилось сердце, а дышать стало невыносимо тяжело. «Она моя», – гудело в нём, требуя немедленно взмыть в небеса, остаться с ней наедине и сделать её своей – без глупых церемоний, венков и лицемерных молитв. С усилием усмирив инстинкты и мечтая лишь поскорее оторваться от земли, Дерик дождался, пока девушка усядется в ложбинку между шеей и спиной – словно сама природа создала это углубление для всадника. Затем он раскрыл за спиной крылья. Несколько мощных взмахов – и он поймал поток восходящего воздуха, уносясь всё выше. Полет поразил Дару, несмотря на холод и неудобную посадку. Вид, открывшийся с высоты, заставил сердце сжаться: её страна, её мечты, вся её прежняя жизнь. Зелёные поля, тёмные чащи лесов и синие глаза-озёра под бескрайним небом. Она так любила этот мир.