Глава 27

Если вы ведете с жизнью диалог, важны не вопросы, а ответы. (М. Цветаева) Дарая вернулась в комнату лишь к вечеру. Всё это время она провела в разговорах с Шодаи и теперь гораздо лучше понимала ситуацию, в которую из-за неё попали генералы. «Шодаи прав: мне нужно исчезнуть. Всё это время я принимала желаемое за действительность, шла туда, куда вело сердце, а надо было слушать разум. На север – вот куда мне нужно. Юг – это уничтоженное место силы, здесь остались лишь женщины и дети. Даже свободные земли уже не свободны: там стоят посты драконов, сильных магов больше нет, да и закон требует полного уничтожения любого, кто проявит родовую магию. Так куда же идти? Правильный ли путь я выбираю? Ведь мне предстоит пройти через мой дом… Мой дом». Она вошла в комнату и сразу оказалась в объятиях дракона, который осыпал её лицо поцелуями, перемежая их словами: – Я так испугался… Так рад, что ты здесь. Прости, если обидел, – Дерик говорил очень быстро, пытаясь по выражению глаз Дараи понять, что сделал не так. – Не знаю, что мне дали за средство, но я ничего не чувствовал, был в прострации, будто между миром живых и мёртвых. Я тебя обидел? Девушка отрицательно покачала головой, улыбаясь: – Ты был весёлым и смешным. – Смешным? Теперь надо мной весь замок будет смеяться? И солдаты тоже это видели? Какой ужас… – дракон отстранился и схватился за голову. – Да нет, всё хорошо. Просто все теперь надолго запомнят, как ты сбежал от лекаря, – она коснулась его плеча и улыбнулась, вспоминая, как он ввалился к ней в комнату. Дерик сел на кровать, притягивая её к себе: – А почему я сплю в твоей комнате? – Потому что тебя не смогли перенести: ты упирался. Решили не злить такого сильного дракона и оставили здесь, – её пальцы мягко прошлись по его волосам, приглаживая растрёпанные пряди. – А ты где была? – Гуляла, разговаривала и делала много полезного. Дерик разглядывал Дараю. На ней было коричневое шерстяное платье с белоснежным воротником, широкой юбкой и корсетом, который подчёркивал её и без того тонкую талию. – Корсет? У Шодаи что, других платьев нет? – Увы. Раз у меня ничего своего нет, пришлось надеть платье одной из его любовниц – выбор был невелик. – Пора строить свой замок, – кивнул Дерик и печально взглянул на свои руки. – И шить тебе нормальные платья, без этих пыточных приспособлений. – Он провёл пальцами по застёжкам на спине, расстёгивая их. – Ты меня раздеваешь, чтобы снять платье или корсет? – В моём понимании, это одно и то же, – он оголил её плечи, проводя дорожку поцелуев по спине, отодвигая тяжёлую косу. Дарая кивнула: – Мне нравятся брючные костюмы – они удобнее и снимаются легче. – Тогда велю портным нашить тебе таких костюмов, чтобы, когда захочется любить свою жену, не мучиться с застёжками, – уже рычал дракон, пытаясь стянуть с неё платье. – Может, поможешь? – Я устала, а ты спал и отдыхал, так что снимай сам. Мне уже легче – корсет не так давит, – с хитрой улыбкой сказала Дарая, укладываясь на кровать. – Отлично, тогда сделаем по-старинке. Надеюсь, у Шодаи ещё много платьев, – легко разорвав ткань, дракон прижал её к перине, покрывая поцелуями лицо и шею. – А что делать с этим? – Дарая подняла затянутые в рукава руки. – Так даже лучше – не будешь сопротивляться, – перехватив её запястья, он прижал их к подушке, целуя уже грудь. – Может, поможешь выбраться из этого ужаса? Да и сам ты одет, а меня раздел не до конца. Считаешь это честным? – попыталась вырваться Дарая. – Сейчас, – Дерик встал, быстро снял домашние брюки и вернулся, раздумывая, как освободить её от остатков платья. – Давай его снимем? – Верное решение, хоть и запоздалое. Ты его порвал. – И что? Дарая села и стукнула его кулаком в грудь: – О чём ты сейчас думаешь? – Пока думал головой, но теперь болит совсем другая часть тела. Давай разберёмся с платьем потом? – Нет, сначала платье, потом твоя голова, а уж потом – помощь другой части тела. – Хорошо. Скажи, чего хочешь, – попробую выполнить, если это в моих интересах и возможностях. Дарая улыбнулась: – Я хочу поговорить. – А нельзя чуть позже? – его рука скользнула по ее спине к шее, мягко притягивая её к себе. – Потом ты будешь не таким покладистым. Сейчас, и ни минутой позже, – настаивала она, глядя в его карие глаза. – О чём? – Дерик смирился, отпустил её и улёгся на подушку, прикрывшись одеялом. – Давай. Только можно сначала я? Дарая с удивлением смотрела на него: перед ней лежал мужчина-дракон – сильная грудная клетка, рельефный пресс, мышцы, играющие на руках, небритый подбородок… Он был чертовски привлекателен, и он был полностью её. – Конечно. Начинай, а я пока сниму этот ужас. Дерик следил за ней взглядом. Её тело будило в нём одно желание – подхватить, бросить на кровать и любить до изнеможения, чтобы завтра она не могла встать, чтобы ночью слышать лишь её стоны и видеть слёзы от наслаждения. Но если она хочет разговаривать – значит, ждёт признаний. Что ж, ради неё он готов повториться. – Хочу признаться: я тебя люблю. Дарая обернулась. В лунном свете она была прекрасна: длинные чёрные волосы не скрывали полностью оголённую спину, а молочная кожа будто светилась изнутри. На её лице играла улыбка. Накинув его рубашку, которая была ей до колен, она услышала его стон. – Так было хорошо, а теперь – плохо. – Ты всегда можешь порвать и эту одежду. – Эту жалко, – сказал дракон, разглядывая её с плотоядной улыбкой. – Хорошо, тогда я сама её порву. – Иди сюда, – позвал он. – Теперь я хочу кое-что сказать. – Говори всё, что хочешь, но иди ко мне, – в его голосе звучала досада, надежда и нежность, которым Дарая не смогла противостоять. – Сначала выслушай, – она села на кровать рядом, поджав ноги. – Мне кажется, я неверно поняла богиню…